Глава 21. Ревность

Москва

Вопреки ожиданиям Алины, на машине Яна они не поехали. К тому моменту, как они вышли из дома, у подъезда уже стояло такси. Чистенькая, без малейшего намека на налипшую грязь «BMW» вишнёвого цвета. Едва завидев их, водитель вышел навстречу и услужливо распахнул заднюю дверцу. Алина даже растерялась. Неужели такое бывает?! За свою жизнь на такси она ездила всего-ничего — раза два, да и то в таком далёком детстве, что сомневалась, что это действительно были такси. Может быть, просто знакомые родителей.

— Позволь, я тебе помогу. — Ян придержал её за локоть, помогая усесться в салон, а потом обошёл машину и открыл дверцу с другой стороны.

Салон был удобный, мягкий и тёплый. Пропитанный запахом кожи и сандала воздух так и навевал мысли о дороговизне. Алина искоса взглянула на Яна, потеребила в руках перчатку и наконец осмелилась спросить:

— Мы в ресторан едем?

В ушах у неё болтались длинные серёжки из нескольких золотых ниточек с украшенной бесцветным камушком сердцевинкой, а на запястье — идеально подходящий к ним браслет. Всё это она обнаружила в том самом мешочке, что Ян положил ей на ладошку. На кровати в спальне её ждал ещё один сюрприз — бумажный пакетик с набором элитной косметики. Две помады, блеск для губ, пудра, набор теней, подводка и тушь. Всё, что душе угодно. Если бы она еще хоть что-то понимала в правилах нанесения макияжа! Тушь у неё, конечно, была, да и помада тоже, а вот всё остальное…

— Можно сказать и так, — ответил Ян с усмешкой.

Алина смотрела на его губы, на подбородок, и не могла заставить себя отвести взгляд. Эта усмешка… Облизнув губы, она выдохнула. Сжала пальцами маленькую сумочку, лежащую у неё на коленях, плотнее сдвинула ноги. Главное — не порвать чулки. Что будет, если она зацепится ногой о какой-нибудь угол или вроде того? А если резинка сползёт? Чулок она в жизни не носила, тем более таких тонких, и понятия не имела, что от них можно ожидать. Чёрное обтягивающее платье, сапожки на каблуках, чулки, тушь на ресницах… Перед выходом из дома Алина несколько минут рассматривала собственное отражение в зеркале. Длинные блестящие волосы, ухоженные руки… Неужели это действительно она?! Она…

— У меня встреча с важным человеком, — снова заговорил Ян. — Поэтому я очень тебя прошу — следи за языком.

— Хочешь, чтобы я весь вечер молчала? — тут же ответила Алина с непонятно откуда взявшейся обидой в голосе.

— Если по-другому следить за языком ты не умеешь, можешь молчать.

Местом, где должна была состояться встреча с так называемым «важным человеком», оказался вовсе не ресторан, как Алина думала изначально. И даже не какой-нибудь паб с уютно расставленными по залу столиками и музыкой в стиле «Битлз».

Поначалу она особо и не поняла, куда они приехали. Послушно отдала куртку молодой гардеробщице в ярко-красной рубашке с неприлично низко расстёгнутыми пуговицами и пошла с Яном в зал. Обстановка не то что казалась ей странной… Честно говоря, она понятия не имела, как должны выглядеть места, где проходят деловые встречи, но что-то подсказывало, что так выглядеть они не должны. Окруженные мягкими креслами и диванчиками в бордовых тонах низкие столики, длинная барная стойка с двумя не то одетыми, не то раздетыми девушками-барменшами за ней, декорированные весьма откровенными чёрно-белыми фотографиями и чёрным кружевом стены… Последним и главным открытием для Алины стали установленные на сцене шесты. Два по бокам, чудь дальше от края сцены, и один — прямо посередине.

— Это стриптиз-клуб?! — внезапно спросила она и даже остановилась, подняв на Яна широко-распахнутые глаза.

Кажется, во взгляде его мелькнули смешинки. Рука его переместилась с её локтя на талию. По телу Алины внезапно прокатилась горячая волна. Горячая, исходящая из её собственного нутра волна. Прикосновение не вызвало ни страха, ни неприязни, разве что лёгкую тревогу, а вот этот жар, это странное волнение…

— Дед любит подобные места. — Уголок губ Яна дёрнулся.

— Дед? — переспросила Алина.

— Пошли, — подтолкнул он её вперёд, к одному из столиков. — Нас уже ждут.

Мужчина, ожидающий их за столиком вместе со своей спутницей, на деда походил мало даже несмотря на то, что был старше Яна раза в два. Цепкий взгляд опытного дельца, широкий нос с едва заметной горбинкой, дорогой пиджак. Сидящая рядом с ним девушка была не на много старше самой Алины, но сомнений в том, какие именно отношения связывают её с Дедом, не возникало.

— Прошу прощения за задержку, — произнёс Ян, пожимая ему руку и как бы мимоходом обратился к Алине: — Алина, это Тигран, мой давний партнёр и весьма талантливый пройдоха.

Тигран ничуть не обиделся. Напротив, довольно хмыкнул, осмотрел Алину с ног до головы и проговорил:

— Значит, Алина?

— Приятно познакомиться.

— Взаимно, — стараясь, чтобы это прозвучало как можно более вежливо, отозвалась Ерёмина.

— Маргарита, — представилась сопровождающая Тиграна девушка. — Можно просто Марго.

Алина как-то само собой отметила её подведённые чёрным карандашом глаза и тонкие, почти аристократичные черты лица. Ногти у неё были не очень длинные, но и не короткие, с искусно сделанным маникюром, а платье — серебристое, переливающееся в приглушенном освещении бара маленькими искорками. Марго… Да, пожалуй, ей это подходило куда лучше, чем Маргарита.

— Угощайся, Ян, — указал Тигран широким жестом на стол, где уже стояла бутылка коньяка и два пузатых коньячных бокала.

Алина сделала вывод, что на них с Марго коньяк не рассчитан, но ничуть не расстроилась. После случившегося в новогоднюю ночь одна только мысль о спиртном вызывала в ней отвращение. Разве что коктейль какой-нибудь она бы выпила, с капелькой рома или виски. Слышала, что такие коктейли бывают вкусные, правда сама ни разу не пробовала.

— С удовольствием, — отозвался Ян и потянулся к коньяку. Разлил по бокалам и только после, положив ладонь Алине на коленку, спросил: — Выпьешь мохито?

По телу Алины вновь прокатилась горячая волна. Здесь, в полумраке, окружавшем их столик, под чужими взглядами, всё это было особенно остро и непривычно. Рука Яна поднялась чуть выше, к самому краю её платья, кончики пальцев коснулись внутренней стороны бедра.

— Алина? — Он повернулся к ней и с ожиданием смотрел в глаза.

— Д-да… — заикнувшись, ответила она, но через секунду произнесла уже более уверенно: — Да, спасибо.

Одну танцующую у шеста девушку сменила другая, а потом ещё одна — маленькая шатенка с собранными в высокий хвост длинными волосами и отличной пластикой. Смотреть шоу Алине было неловко, но время от времени она бросала на сцену заинтересованные взгляды. Среди посетителей клуба преобладали в основном мужчины, хотя женщины тоже были, пусть и в куда меньшем количестве. Прежде Алине казалось, что подобные места неотъемлемо связаны с чем-то таким… Пьяные выкрики, сальные взгляды. На деле же это оказалось иначе. Сидящие за столиком мужчины неспешно потягивали дорогой алкоголь и переговаривались, попутно наблюдая за танцующими у шестов стриптизёршами. Ни тебе непристойных криков, ни попыток стянуть девушек со сцены…

— Ян, мне нужно отойти, — чуть смущаясь, сказала Алина, побалтывая трубочкой почти растаявшие льдинки в своём стакане.

— Хорошо, — только и ответил он. Но потом-таки поймал её за руку и спросил: — Ты в порядке?

— Да.

Там, где он касался её, кожа моментально стала горячей. Пальцы его задержались на её запястье чуть дольше, чем то было необходимо, но высвободить руку Алина не спешила. Отчего-то ей нравилось, что Ян дотрагивается до неё на глазах у Тиграна, нравилось, что это видит Марго. Глупо, наверное…

— Не задерживайся, — сказал Ян и выпустил её кисть.

Убедившись, что с чулками всё в порядке, Алина вышла из кабинки. Подошла к находящемуся под длинным зеркалом ряду вмонтированных в подставку из тёмного мрамора раковин и включила тёплую воду. Свисающие с потолка лампы в серовато-бордовых абажурах наполняли помещение уборной розоватым светом, и от того волосы её блестели как-то по-особенному, словно отражали лучи заходящего солнца. Раздалось негромкое постукивание каблучков, и Алина, переведя взгляд на дверь, увидела Марго. Та оказалась довольно высокой — примерно одного с ней роста, но не такой худой. Как ни странно, Алину это совершенно не задело. Выключив воду, она вытащила несколько бумажных салфеток и принялась вытирать руки.

— Мужчины разговаривают о делах, — приблизившись, проговорила Марго и, вынув из сумочки помаду, мазнула ею по губам. — В такие моменты я всегда чувствую себя лишней.

Что на это сказать Алина не знала, а потому лишь выдавила улыбку. Если для неё подобная вылазка в свет стала совершенно новым опытом, Марго, похоже, была к этому привычна.

— Ян попросил меня долго не задерживаться, — сказала она, понимая, что звучит это странно. Но уходить молча было неудобно, а другого на ум не приходило. — Извини, я пойду.

— Он красавчик. — Марго убрала помаду в сумочку. — Как тебе удалось его захомутать?

Алина стушевалась. Приоткрыла рот, чтобы ответить, но нормальных слов на ум, как на зло, снова не приходило. Захомутать Яна?! Внутри неё опять расползлось чувство растерянности. Вполне разумно, что Марго считает её девушкой Яна. Или не девушкой. А кем ещё? Не важно. Вполне разумно, что Марго считает, что она с Яном. И Тигран тоже. А она с Яном? Наверное… Или не совсем.

— Да… — Она неловко замялась. — Как-то вот… Вообще я не… Не важно.

Глаза у Марго были тёмными, кофейного цвета, а взгляд обжигающим, но не злым. Ещё раз извинившись, Алина пошла к выходу. Марго, наверное, смотрит ей вслед. Смотрит вслед и считает идиоткой, не способной и двух слов связать. Ну и ладно. Яна она захомутала… Вообще-то, это он её! Потому что это с ней непонятно что от его прикосновений делается. Потому что это она, несмотря на всё случившееся, чувствует тепло от его пальцев. Потому что… Алина вспомнила, как странно смотрел он на неё там, на кухне, перед тем как отдать бархатный пакетик, как касался носом её шеи… А, если Марго в чём-то права? От мысли этой у Алины даже сердце к горлу подпрыгнуло. Ведь хочет же он её. Точно хочет. Так может быть, она ему ещё и нравится? Хотя бы немного?

Как бы там ни было, а Алине пришлось согласиться с Марго. Мужчины разговаривали о делах, им же оставалось лишь ждать, когда они обсудят все интересующие их вопросы и перейдут на более нейтральные темы. Не сказать, чтобы сам разговор был Алине не интересен, но сидеть без дела ей не нравилось, к тому же, если Марго умела вставить слово-другое так, чтобы это выглядело уместно, она боялась выставить себя дурой и потому молчала.

— Заказать тебе ещё один мохито? — поинтересовался Ян, когда у Тиграна зазвонил телефон.

— Если можно, — отозвалась она. Хотелось спросить, долго ли ещё они будут обсуждать дела, но вопрос показался ей каким-то детским, и она промолчала. Только вот среди способностей Яна, похоже, было и умение читать чужие мысли. По крайней мере, её — точно.

— Мы почти закончили. Остаток вечера, думаю, будет для тебя не таким скучным.

— Мне вовсе не скучно, — соврала Алина. Уголок рта Яна приподнялся в знакомой усмешке. Похоже, он ни на секунду ей не поверил. Выдохнув, Алина призналась: — Разве что немного. — И с улыбкой добавила: — Но если ты закажешь мне мохито, всё будет не так уж плохо.

— Я бы тоже не отказалась от мохито, — подала голос молчавшая до сих пор Марго.

Смотрела она при этом исключительно на Яна, и взгляд её Алине совсем не нравился. Густые чёрные ресницы, тёмные манящие глаза…

— С удовольствием, — ответил Ян, и Марго улыбнулась. Не просто, а чисто по-женски, так, как сама Алина улыбаться не умела.

Острое, жгучее чувство прокатилось в ней волной от макушки до самых кончиков пальцев. Ладошка сама собой легла Яну на бедро. Но Марго на это никак не отреагировала.

— Спасибо, Ян, — сказала она. Посмотрела на сцену, потом снова на Яна. — Мне нравится шоу. Думаю, что в этом куда больше настоящего, чем в простом танце.

— Смотря какой танец, — заметил Ян.

— Стриптиз — это искусство. И большой труд. Несколько месяцев я брала уроки и, поверь, это огромная работа.

— Так ты умеешь танцевать у пилоны? — с интересом отозвался Ян, рассматривая её лицо.

Жгучее чувство усиливалось с каждым словом. Алина слушала разговор, а внутри неё словно бы маленькие огненные шарики зарождались. Текли вместе с кровью по венам, соединялись, превращаясь в пылающие красным комья. Подозвав официантку, Ян попросил принести два мохито и фрукты, потом снова повернулся к Марго. Та, уловив его взгляд, провела пальцем по краю своего пустого бокала и улыбнулась.

Один большой ком внутри Алины разорвался, второй… Придвинувшись к Яну, она коснулась его бедра своим, а потом, сама от себя не ожидая, приподнялась и села к нему на колени. Склонилась к уху и прошептала:

— Я тоже могу научиться на пилоне. У меня ноги сильные…

Волосы её касались его щеки, ладошки — плеч. И пахло от неё так… Женщиной. Красивой, молодой женщиной, способной свести с ума любого, стоит ей лишь пожелать. И плевать, что ещё неделю назад она была девственницей. Плевать! Ян положил ладонь ей на бедро, погладил от острой коленки до подола платья. Алина поерзала, и от этого лёгкого движения в горле у него мигом пересохло. В джинсах стало тесно, запах её словно бы проник под кожу. По сравнению с тем, что делала она, происходящее на сцене казалось бесцветным и пресным. Казалось. Ему казалось. Потому что, хоть и вызывало лёгкое волнение, было ничем по сравнению с ней. Чёртова девчонка! Да откуда же она взялась на его голову?!

Вскоре принесли коктейли. Алина, чуть смущённая собственной дерзостью, соскользнула обратно на диван. Украдкой посмотрела на Марго. Та медленно, красиво придерживая трубочку пальцами, отпила мохито и, поставив стакан на стол, потянулась к сумочке. Достала пачку тонких женских сигарет и металлическую зажигалку. Перехватив взгляд Алины, протянула открытую пачку.

— Угощайся, — предложила она ровным, спокойным голосом, ничем не намекая на произошедшее несколькими минутами ранее.

Алине даже стало неловко за свою выходку. Судя по всему, Маргарита была не из тех глупых девушек, что не умеют думать собственными мозгами. Вовсе нет. Красивая и знающая, чего она хочет добиться. Алина тоже отставила стакан. Курить правда хотелось. Сильно. После алкоголя курить ей хотелось всегда, и хоть пьяной она себя вовсе не чувствовала, от рома внутри разливалось приятное тепло. А ещё вся эта незнакомая обстановка, руки Яна, его дыхание, неожиданно охватившее её острое чувство…

— Спасибо. — Она уже было хотела потянуться к пачке, но тут коленку её накрыла горячая мужская ладонь, пальцы мягко и уверенно сжали чашечку. Горло мигом перехватило, по телу пробежала дрожь. — Я… Я не курю, — судорожно сглотнув, выдавила Алина. — Спасибо.

Пальцы на её колене разжались, ладонь, ласковая, мягкая, двинулась вверх и снова вниз. Схватившись за бокал, Алина, игнорируя трубочку, сделала большой глоток. Скорей бы уже уйти из этого клуба. Потому что… Потому что его руки сводят её с ума. И потому что ей, кажется, хочется его поцеловать. Точно хочется. Очень.

Обратно ехали молча. Тигран отдал Яну папку с какими-то бумагами, и он, едва они тронулись с места, принялся их просматривать. Отвлекать его Алина не решалась, да и самой ей нужно было немного прийти в себя после оставшегося позади вечера. Вроде бы, ничего такого, а чувства в ней перемешались, перехлестнулись и затянулись в тугие узлы. Беспокойные, хаотичные, непонятные ей самой чувства. Мерседес, вёзший их к дому, был на этот раз чёрным, но в салоне всё так же пахло кожей и деньгами. Когда-то она слышала, что бывают такси премиум-класса. Вот так они, наверное, и выглядят. Такси премиум-класса, дорогая одежда, золотые серёжки в ушах, шёлковое бельё, элитная косметика… И она — девочка из другого мира. А он кто? И почему именно он появился в её жизни? Зачем?

Убрав куртку в шкаф, Алина прошла в кухню. Большую, современную кухню с дорогой современной техникой и красивой посудой. Ни шкафчиков со сбитыми ручками, ни сколов на чашках. Ей нравилась эта кухня. И эта жизнь ей тоже нравилась. Нет, не отношение к ней Яна, а сама жизнь. Сытая, тёплая, спокойная. С возможностью планировать своё «завтра», смеяться и пить по утрам капучино или горячий шоколад. С возможностью не думать о том, как протянуть ещё один день. С ощущением того, что за тобой стоит кто-то более сильный и надёжный.

Остановившись возле окна, она провела ладонью по волосам, собрала их и, перекрутив жгутом, перекинула через плечо. Ей хотелось, чтобы Ян снова прикоснулся к ней. Чтобы его ладонь — мягкая и ласковая прошлась по её бедру. А ещё хотелось прикоснуться к нему самой. Попробовать его твёрдые, упрямые губы на вкус, ощутить кожей шершавый подбородок. Откуда это в ней взялось?! Откуда?! И почему это желание такое сильное, навязчивое, почти непреодолимое?

Развернувшись, она наткнулась на взгляд Яна. Опять этот взгляд. Тяжёлый, тёмный. С губ её сорвался выдох. Как-то само собой она сделала шаг к нему, а потом ещё один. Застыла посреди кухни и шагнула снова. Потому что желание поцеловать его вдруг стало сильнее чувства неловкости, чувства страха. Потому что оно стало действительно непреодолимым и потому что… потому что она хотела этого всем своим существом.