Глава 6. И все же Алина

Москва

Харитонов видел в своей жизни всякое, слышал ещё больше, но сейчас реально думал о том, не послышалось ли ему, что она действительно предложила заняться сексом. Алина же, закусив нижнюю губу, не сводила с него решительного взгляда, из которого Ян сделал вывод, что понял всё правильно.

— Ты всем в постель лечь предлагаешь, или я избранный? — наконец проговорил он сухо и как-то остро.

— Через одного, — буркнула Алина, понимая, что её просьба показалась ему комичной.

— А не боишься, что нарвёшься?

— Не боюсь, — процедила Ерёмина и отвернулась. — Так что?

— Нет, — отрезал он. — Я могу купить тебе поесть.

— Иди к черту, — огрызнулась Алина. — Мне твоя жалость не нужна. Не можешь помочь в том, о чем я прошу, — просто свали.

— Могу дать денег на еду, — Повторил Ян, не сводя с неё взгляда. — Сейчас тебе это нужнее.

— Слушай, правильный! — Алина соскочила со скамейки и выпрямилась во весь рост. — Чем мне твои гроши помогут?! Сегодня я пожру, завтра пожру, а послезавтра опять всё заново?! — перешла она на крик. — Может, ты меня удочеришь, если такой заботливый?

— Не ори. — Скулы его напряглись, а взгляд стал ещё более острым. — Тебе предлагают помощь. Другая была бы рада.

— Так вот и найди другую! — воскликнула Ерёмина. — А мне временная отсрочка не нужна! Я жрать хочу каждый день, понимаешь?! У меня уже желудок в спину влип! — Она вдруг резко распахнула грязную куртку и задрала футболку, обнажая втянутый донельзя живот.

Взгляд Яна тут же наткнулся на маленькую выемку пупка, на четко выделявшиеся очертания рёбер, обтянутых бледной кожей. Тело её мгновенно покрылось мурашками, и она, дёрнув футболку вниз, отвернулась.

— Впечатляюще, — кивнул Харитонов. — Но оставь подобные выступления для кого-нибудь другого.

— Сегодня вечером я стану шлюхой, — не обращая внимания ни на его слова, ни на звучащую в голосе сталь, тихо сказала Алина, стоя спиной к Яну. — Мне негде жить, нечего есть. Твои деньги ничего не изменят. Бесполезно оттягивать. Мне нужно жильё. Постоянно, а не раз в три дня, — еда. Мне нужна горячая вода и нормальные условия, — вздохнула она. — Так что… спасибо тебе, конечно, но ты мне не можешь помочь, иди лучше туда, куда шел. Так для всех будет лучше.

Ян помолчал, анализируя услышанное. Он не любил лишних эмоций, и этот её всплеск не вызвал в нём ничего, кроме раздражения, и всё-таки он переспросил:

— Шлюхой?

— Да. Самой обычной шлюхой. — Алина пробовала слова на вкус, снова и снова вдалбливая в себя это решение. Вот так. Так это называется, так звучит, и совсем скоро так зазвучит вся её жизнь, она сама. — Проституткой я стану.

— Расскажи, — потребовал он, но Алина лишь отошла на расстояние.

— Спасибо, что хотел помочь! — крикнула она и искренне улыбнулась. — Прощай! — быстро метнулась в подворотню, оставив Харитонова наедине с собственными мыслями.

Он вернулся домой. В душе прочно засело чувство неудовлетворённости. Догнать Настю он так и не смог — она будто сквозь землю провалилась, хотя он пошёл за ней уже через несколько секунд. Достав из бара бутылку Хеннеси и выпив пару глотков, Ян решил выкинуть девчонку из головы. В конце концов, он пытался ей помочь, но она отказалась. Секс же с ней… Не в его правилах было вступать в близость с первой встречной женщиной. А уж с женщиной подобного сорта…

Взяв стакан с коньяком, Ян включил висящую на стене в зале плазму и, развалившись на кожаном диване, переключил несколько каналов. Ничего путного, как на зло, не было. Немного подумав, Ян набрал своему лучшему другу Серёге. После короткого разговора предложил завтрашним вечером выпить пивка в пабе с коротким названием «Здесь», где подавали великолепные королевские креветки в кляре. В ответ друг предложил снять парочку горяченьких девочек на ночь и развлечься, причем сделать это прямо сейчас, не откладывая на завтра то, что можно «отодрать» сегодня. Опять ему предлагают секс. День, что ли, такой… озабоченный?! Ян вытянул ноги и задумался. Но вместо мыслей о сексапильных львицах в голове всплыл образ уличной девчонки с красивыми глазами.

— Эй, Харитонов, ты уже в предвкушении?! — рассмеялся Серёга в трубку.

— Нет… — ответил Ян. — Сегодня не получится.

Он вышел в коридор и достал из шкафа-купе пальто. — Завтра созвонимся.

Одевшись, Ян вышел из квартиры. Направился прямиком к тому магазину, возле которого встретил белокурую девчонку, с невыносимым упорством не желающую вылезать у него из головы. Вечерело, и на улице стало совсем холодно. Мороз кусал лицо и руки. В крови Яна плавно текло раздражение на самого себя, он знал, что должен оставить эту блажь, но тем не менее упорно шёл вперёд, выглядывая пигалицу. Зачем она ему, он и сам не знал. Ну девчонка и девчонка… Сколько таких по Москве шастает? Только вот было в ней что-то… Может быть, глаза эти огромные, полные отчаяния?..

Он внимательно осмотрелся возле продуктового, но свою недавнюю «знакомую», естественно, не заметил. Решил посмотреть по ближайшим дворам, а если нет… Что же, нет, так нет. Позвонит Серёге и примет-таки его предложение прогуляться по девочкам. Но едва Ян прошел несколько метров, как в стороне, на заборчике, увидел сжавшуюся Настю с банкой чего-то в руках. Сначала он даже слегка удивился, что случалось с ним очень редко. Памятуя о её недавнем исчезновении, быстрым шагом пошёл в её сторону, но она сидела, низко опустив голову, и ни на кого не обращала внимания. На лицо её падали волосы, в ладонях была зажата банка алкогольного коктейля. Самого дешёвого и, соответственно, самого паршивого. Возле ног валялось несколько окурков, что свидетельствовало о том, что прелестям уличной жизни предаётся она уже давно.

— Настя… — негромко позвал Ян, и голос его, вкрадчивый, от природы чуть сиплый, разбавил зимнюю тишину.

— Снова ты? — Она приподняла голову и усмехнулась. Язык у неё слегка заплетался, но сказать, что она в усмерть пьяна, всё же было нельзя.

— Я, — ответил Харитонов. — А ты, как я вижу, времени зря не теряешь.

— А чего его терять? — пожала Алина плечами. — У меня его слишком много, чтобы терять, — вздохнула и, залпом допив коктейль, поставила пустую банку на землю.

— Времени много не бывает, — сухо заметил Ян. — Бывают те, кто не умеет им распоряжаться.

— Отстань ты от меня. — Алина устало махнула рукой. — Умник, тоже мне. Распоряжаться своим временем может только тот, кто имеет право выбора, а это точно не я.

— Выбор есть всегда. — Ян присел рядом.

— Да что ты! — Наигранно всплеснув руками, воскликнула она.

— Не ёрничай, — осёк её Ян. — У тебя слишком грязный язык.

— Спасибо за комплимент. — Алина рассмеялась, но как-то надломлено, рвано, отчаянно. Так, что у Яна противно кольнуло в груди. — А тебе мой язык всё покоя не даёт? Скажи, — понизив голос, она склонилась к нему. — Я тебе понравилась, да?

— Не обольщайся.

— А ты не обижайся. — Алина толкнула его в бок. — Лучше купи мне выпивку.

— Да ты в ударе. — Уголок его губ дёрнулся в холодной усмешке. — А ещё днем в проститутки собиралась.

— Я и сейчас собираюсь. — Она поморщилась и криво усмехнулась. — Настраиваюсь, так сказать, на нужную волну.

— Хочешь нажраться? — Он скользнул взглядом по исцарапанным, тонким кистям её рук и тощим коленкам.

— Угу. — Алина кивнула. — На трезвую страшно идти туда, — поджала губы, и по выражению её лица Ян понял, что она вовсе не шутит.

— Тогда не стоит, — не сводя с неё пристального взгляда, проговорил он.

— Стоит, — выдохнула Алина, и возле губ её образовалось облачко пара. — Я отношусь к тем, у кого выбора нет.

Харитонов поднялся и встал напротив неё.

— Зачем ты просила с тобой переспать?

— Просто… — Алина подняла на него взгляд и едва заметно качнула головой. Ну что она может ему сказать?! Что девственность хотела потерять с тем, кого сама выберет, а не с тем, кого ей подсунет этот Олег?!. Да он только рассмеётся ей в лицо… Таким как он не понять таких, как она. — Просто так. Ты мне симпатичен.

— Хорошая у тебя мораль… — уголок его рта снова дёрнулся. Он не сводил глаз с худой, продрогшей до костей девчонки. Зачем он с ней возится? Зачем разговаривает? Что это изменит?

— Да не парься ты, — хмыкнула Ерёмина. — Я уже нашла того, кто удовлетворил мой бушующий гормонами организм.

— Что ты имеешь в виду? — Ян нехорошо прищурился, внимательнее всмотрелся в неё и вдруг заметил, что на губе у неё появилась ссадина.

— А ты думал, у тебя единственный… — Алина, хмыкнув, кивнула в область его ширинки и продолжила: — на всю Москву? — А после снова громко, вульгарно рассмеялась, наблюдая за выражением его лица. Холодный, злой взгляд, напряжённые скулы. — Думаешь, некому на меня залезть? — приподняла одну бровь.

— Для меня не имеет значения, кто тебя дерёт, — процедил он, окинув её пренебрежительным взглядом. И, кривовато усмехнувшись, добавил: — Думаю, Насть, шлюха из тебя отменная получится.

— Алина… — опустила она голову, пряча внезапно подступившие слёзы.

— Что «Алина»? — не понял Харитонов.

— Меня зовут Алина. — Сказала она это совершенно безэмоционально, затем встала и медленно побрела прочь, бросив на Яна затравленный взгляд через плечо.

Не стоило пить на голодный желудок. Это Алина осознавала сейчас очень хорошо. Мало того, что её тошнило, так она еще и несла какую-то чушь. Не понимала, зачем имя ему сказала? Какая ему разница: Настя, Алина, Полина, Маша, Ира… Всё одно…

Алинка вытерла разбитую губу и поморщилась от боли. Прилетело ей сегодня, можно сказать, по её же вине. Всё это время она сторонилась конфликтов, не нарывалась, а тут не сдержалась. На улице было холодно, и она зашла-таки в подъезд какого-то многоэтажного дома. Вначале всё, вроде бы, было хорошо, а потом с улицы зашёл пожилой мужчина. Окинул её неприязненным взглядом, что-то пробурчал себе под нос и направился к лифтам. Но в кабинку так и не зашёл. Потоптался на месте и, вернувшись, крякнул, чтобы она убиралась. Но Алина не сдвинулась с места. Надоели… Как же все они ей надоели! Она надеялась, что дедуля побурчит и отстанет, только вот дедуля не отстал. Ушёл и вернулся с мужчиной помоложе, а тот, не церемонясь, вытолкал её из подъезда, толкнув при этом так, что она вписалась в косяк. Вот такой «автограф» на память…

Внезапно она почувствовала, как на её плечо опустилась ладонь, и вздрогнула. Несмело обернулась. Сзади, прожигая её взглядом синих глаз, стоял Ян.

— Куда собралась? — В его голосе снова слышались стальные нотки. — Настя…

— Меня Алиной зовут, — повторила она своё настоящее имя. — Я не Настя.

— Ты пьяная. — Ян убрал руку с её плеча.

— Я тебе наврала. — Алина склонила голову на бок. — Просто мне имя Настя очень нравится.

— Хм… — Харитонов впился взглядом в её лицо, прищурился. — Тебе Алина больше идёт.

— Конечно, больше, — поморщилась она. — Хреновое имя для хреновой жизни.

— Красивое имя, — возразил Ян.

Его негромкий, спокойный голос звучал ровно, и Алина не могла понять, говорит он это серьёзно или просто чтобы что-то сказать. Впрочем, он не очень-то походил на человека, который говорит что-либо лишь для того, чтобы что-то сказать.

— Да мне, в принципе, всё равно, — посмотрела Алина в сторону. — Хотите Настей зовите, хотите Алиной, а хотите — Глашей.

— Куда ты идёшь? — поинтересовался Харитонов.

— У тебя мобильный есть? — Алина достала из кармана бумажку с номером Олега. — Мне позвонить вначале, наверное, надо. Ну… прежде чем идти туда.

— Так ты… — Он замолчал. Как-то резко поджал губы, и на скулах его выступили желваки.

— В притон собираюсь? — продолжила за него Алина.

Ян так и стоял. Смотрел на неё холодно, колючим, пронизывающим взглядом. Ей казалось, словно в глазах его льдинка находит на льдинку, словно бы лёд этот становится острым и впивается прямо в неё. Стало ещё холоднее… Несколько секунд он над чем-то размышлял, подобранный, напряжённый, и молчал. Алина же грустно качнула головой и снова пошла вперед. Какая разница, что он там себе надумывает?.. Ей от этого легче не станет.

Но снова испариться Ян ей не позволил. Догнал и сдавил локоть.

— Не сегодня, — сказал он. — И не туда.

— А когда? — грустно улыбнулась она. — И куда? Мне больше некуда идти…

— Сегодня переночуешь у меня, — внезапно отрезал он. — Вымоешься, вещи в порядок приведёшь.

— А завтра снова на улицу? — усмехнулась Ерёмина, не обратив внимания на то, что слова его прозвучали подобно приказу. — Ты меня, конечно, извини, но это не вариант.

— А завтра будет завтра, — ответил он.

— Зачем тебе это? — Алина заглянула ему в глаза. Синие, колючие, непроницаемые. — Зачем тебе дома уличная девка? Что твоя семья скажет?

— Семьи у меня нет, — коротко сказал Харитонов. — Родители живут отдельно. А тебя мне просто жалко. Попадёшь на панель — там и останешься. Жалко…

— Никогда не думала, что буду благодарна за жалость, — обреченно вздохнула Алина.

Ян стоял и ждал, когда закончатся её внутренние метания. Ждать пришлось не долго. Не прошло и десяти секунд, как она выдохнула:

— Идём. Надеюсь, ты меня не замочишь.

— Не волнуйся, — успокоил её он. — Только держи язык за зубами — поганый он у тебя.

— Нормальный у меня язык, — вяло огрызнулась Алина и пошагала за Яном в сторону его дома.

В квартиру Ян вошел первым. Алина же встала сразу у двери, не решаясь пройти в коридор. Её мокрые кеды оставляли грязные следы, а квартира была чистой, и с первого взгляда становилось понятно, что здесь недавно сделали ремонт.

— Раздевайся тут, — приказал Ян тоном, не терпящим возражений. — Джинсы у тебя по колено в грязи, да и куртка не лучше.

Алина даже не противилась. Лишь кивнула и принялась стаскивать с тела вещи, аккуратно складывая их возле себя. Кеды, куртка, мокрые джинсы и выношенная футболка… На ней остались только трусы. Прикрыла руками измученное тело и исподлобья посмотрела на Яна.

Он окинул её взглядом — быстрым, не задерживаясь ни на чём конкретном, но ей всё равно показалось, будто он ощупал её, забрался под кожу, достал до внутренностей.

— Трусы тоже снимай.

— Обязательно? — Алина прижала руки ещё плотнее.

— Снимай, — приказал он, глянув на неё снова. Конечно же, это было не обязательно, но почему-то у него возникло сильное желание увидеть её голой. — Вряд ли ты меня чем-то удивишь.

Алина покорно стянула трусики. Чёрт его знает, зачем ему это было нужно, но раздумывать ей не хотелось. Да будь оно, что будет! Не убьёт её, — уже хорошо!.. Она оставила попытки прикрыться и опустила руки. Теперь Ян смотрел на неё более пристально, и она понимала, что он откровенно разглядывает её — грудь, бёдра, живот, ноги.

Он действительно разглядывал. Без одежды она была куда красивее, и в другой ситуации он бы, наверное, даже заинтересовался ею, но не сейчас. Поблёкшая, словно прозрачная кожа, выпирающие кости, не до конца зажившие ранки…

— Где ты так? — Ян провёл пальцами по глубокому порезу на её плече.

— Не важно, — вздрогнув от его прикосновения, уклонилась она от ответа, не собираясь посвящать его в тайны своего прошлого. По большей степени она опасалась того, что если он узнает, что у неё есть какой-никакой, но дом, то вернёт её туда.

— Тебя били? — хладнокровно спросил он.

— Можно я в душ? — умоляюще посмотрела Алина. — Холодно, да и пахну я не очень здорово…

— До того, чтобы не очень здорово пахнуть, ты ещё не докатилась, — усмехнулся Ян. — Но душ тебе действительно нужен. — Он подвёл её к одной из дверей и открыл ванную. — Иди. Там всё есть. Полотенце на крючке. Я найду одежду.

— Спасибо, — кивнула Алина и, дождавшись, пока он скроется за дверью, метнулась к душевой кабинке, с сожалением взглянув на большую ванную с джакузи. Очевидно, хозяин квартиры не привык отказывать себе в удовольствиях… Встав под горячую воду, Алина забыла обо всём на свете. И пусть весь мир подождёт…