20

Мы молчали остаток пути, думая каждый о своём. Экипаж двигался намного быстрее — видимо, повозчик сильно испугался и пытался унести ноги как можно скорее. Когда мы вернулись в башню, дверь открыл Бальтазар.

— Что случилось? — спросил Бон. — Вы бледны, ваше высочество.

— Мы не доехали, — сказала я.

— Августин мёртв, — сказал Вил. — Это ещё не всё. Наша Элли — его дочь. Как я раньше не заметил…

— Дочь? — удивился гном. — А у неё есть семья?

— Нет, — отрицательно покачал головой дракон. — Я был настолько занят своими проблемами, что совершенно его не слушал. Он рассказывал, что у него здесь была дочь — после мимолётного романа со служанкой таверны. Она сгорела в горячке три года назад, именно поэтому он прибыл сюда и согласился на мою работу. За девочкой смотрела соседка, которой он доплачивал. Но у той и самой много ртов.

— Почему ты не рассказал мне об этом раньше? — спросила я, чувствуя обиду на дракона.

— Тут такое, — перебил нас Бальтазар, — важный гость.

— Гость? — хором переспросили мы.

Гном кивнул, и мы вошли внутрь. В башне нас ждал сюрприз. В холле, за столом, сидел мужчина. Высокий, худой, с седыми висками. Рядом — Морисс, который выглядел необычно серьёзным.

— Ваше высочество, — встал мужчина и поклонился. — Я — лорд Армин, бывший советник королевы Марго.

— Бывший? — я приподняла бровь.

— Я больше не служу ей, — горько усмехнулся он. — Я предал её. Точнее, я перестал ей лгать.

— Что вы здесь делаете? И почему мы должны вам верить? — уточнил Вил. — Это вы утром принесли нам письмо?

Он кивнул.

— Я знал, что утром намечается покушение на вашего человека. Подделал почерк королевы и передал вам письмо. Надеялся, что вы отгадаете мою загадку.

— Почему вы «переобулись»? — спросила я, ловя недоуменные взгляды присутствующих. — Зачем вы тут?

— Я принёс вам доказательства, — он достал свиток. — О том, что кронпринц — не сын вашего отца. Помогаю вам, потому что больше не могу. Она убила мою… — он запнулся, — жену. Она знает, что вы вернулись. У неё сработал артефакт, и она готовит ритуал, чтобы забрать вашу силу.

Я посмотрела на Морисса.

— Он говорит правду, — кивнул кот. — Я проверил.

— Как? — спросила я у кота, ловя недоуменные взгляды присутствующих.

— Я принц, — невозмутимо ответил Морисс. — У меня есть связи.

Я потрясла головой, пытаясь разобраться в нелепице, о которой говорит кот.

— Я знаю, как снять проклятие, — начал советник. — Проклятие можно снять, только если принцесса — то есть вы — выйдет замуж за своего истинного возлюбленного. И тогда все проклятия падут.

Я посмотрела на Вильгельма. Он смотрел на меня. И в его глазах было столько всего… Когда-то я бежала к нему, пытаясь найти в нём спасение; сейчас, прожив с ним под одной крышей несколько недель, я стала осознавать, что он стал для меня не чужим человеком. Но что чувствует он?

— Почему королева убила вашу жену? — спросила я, не готовая говорить о любви.

— Моя Прими боролась за права женщин. Королеве не нравилось, что могут смениться порядки в её системе ценностей, поэтому она подстроила этот несчастный случай. Экипаж с моей Прими слетел с обрыва.

— Какой ужас! — воскликнула я. — Но почему вы уверены, что это королева?

— В момент аварии я почувствовал её ауру. Видимо, она узнала правду.

— А вы не боитесь сейчас идти против королевы? — осторожно спросила я.

Он отрицательно покачал головой.

— Мне больше нечего терять. Она отняла у меня единственного любимого человека, — он тяжело вздохнул, собрался и продолжил: — Королева Марго готовит ритуал. Она хочет забрать вашу силу, чтобы стать бессмертной. Ритуал должен состояться в день весеннего равноденствия. Через три дня.

— Мою силу? — не поняла я. — Но я не обладаю магией.

— Видимо, это не так, — пожал плечами советник. — Я говорю то, что слышал сам.

— И что нам делать? — спросил Вильгельм.

— Нам нужно опередить её, — сказал Армин. — Нужно собрать всех, кто пострадал от неё, выступить публично. Рассказать правду всему королевству.

— Публично? — я приподняла бровь. — Вы хотите, чтобы мы устроили… митинг?

— Я хочу, чтобы вы устроили фестиваль, — улыбнулся он. — Королева Марго любит публичные мероприятия. Она не сможет отказаться от приглашения на «Фестиваль яблок».

— «Фестиваль яблок»? — Вильгельм посмотрел на меня. — Розалия, не надо.

— Надо, — я упрямо подняла подбородок. — Это гениально. Мы пригласим всех женщин королевства. Расскажем им правду. А королева… она придёт. Потому что она не сможет устоять перед возможностью унизить меня публично.

— Это самоубийство, — вздохнул Вильгельм.

Немного сопротивлявшийся дракон сдался. Следующие три дня прошли в лихорадочной подготовке.

Гномы ковали сковородки. Много сковородок.

— Ваше высочество, — сказал Бальтазар, вытирая пот со лба. — Мы выковали двести штук. Хватит?

— Хватит, — кивнула я. — Но на всякий случай сделайте ещё пятьдесят.

— Пятьдесят?! — воскликнул Гром. — Ваше высочество, мы же не армия!

— Вы — моя армия, — улыбнулась я. — И у вас есть преимущество.

— Какое?

— Сковородки, — я подняла свою. — Чугун заземляет магию. Я это точно знаю.

— Откуда вы знаете? — удивился Мельтихор.

— Потому что я — попаданка, — подмигнула я. — В моём мире есть такая штука — физика. К тому же половина сковородок уйдёт на варенье.

На второй день нашей подготовки Бальтазар познакомил меня со своей семьёй. Я увидела гномиху, которая продавала мне отвар из мухоморов, и двоих мальчишек лет десяти (хотя у гномов сложно определить возраст).

— Это Хильда, — представил её Бальтазар. — Моя жена. И лучший алхимик в королевстве.

— Бывший лучший, — поправила Хильда, не поднимая глаз от ступки. — С тех пор как королева превратила мою лабораторию в свинарник, я работаю на коленке. Буквально. Ты же видела условия лавочки.