18. Покушение

— Что?! — вскакивая с места, воскликнули мы с Корвином.

Что-то зарычав, вскочил на все четыре лапы и Альдус.

— Зефирка, ты зеленая! — в ужасе воскликнула я.

Прямо на глазах ее мордочка приобретала оттенок весенней травы.

— А, ерунда, — махнула она лапкой. — Зато было вкусно.

— Ничего не понимаю, — пробормотал Корвин.

— Тебя пытались отравить, — подсказала я.

— Нет, это-то я как раз таки очень хорошо понимаю. Альдус сладости не ест, а среди коллег у нас не принято делиться просто потому…

— Что у каждого ящик набит своими собственными сладостями, — поняла я.

— Да.

Альдус выглядел донельзя сконфуженным. И теперь до меня дошла причина растерянности Корвина. Cкар’рин не почувствовал яд, несмотря на все свои обостренные чувства. Но как такое возможно?

— Кто мог тебя отравить? — тихо спросила я.

— Увы, желающих найдется немало. Многие воспринимают меня напарником Альдуса, несмотря на то, что я лишь его переводчик. А значит, дела, которые я расследовал вместе с ним…

— Записывают на твой счет. — Я покусала губы. — И люди, которых Альдус отправляет за решетку, становятся твоими врагами.

— Да, потому что о том, что они отправятся за решетку, сообщаю им я, — спокойно сказал Корвин.

Это, конечно, похвально, что, несмотря на явное желание кого-то его отравить, он держал себя в руках. А вот меня слегка потрясывало от тревоги и за него, и за Зефирку.

К той же постепенно возвращался естественный белый цвет… и, судя по всему, такой же естественный голод.

— А ты не развернешь еще один сверточек? — мурлыкнула она мне. — Надо же удостовериться, что там нет яда.

Корвин только покачал головой. Я недоверчиво уставилась на нее.

— А ты хорошо себя чувствуешь? Ну то есть я понимаю, что ты…

Зефирка смотрела на меня своими большими и прекрасными золотистыми глазами, и я просто не смогла произнести “не настоящая кошка”.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — не придумав ничего лучше, повторила я.

— О, прекрасно! Дурман в голове, легкость в теле. — Зефирка глупо хихикнула. Потом уставилась на Альдуса. — У тебя такие красивые кристаллы вместо шерсти. Ты знаешь, что они похожи на леденцы? Можно я попробую?..

— Так, все, с тебя хватит, — объявила я, подхватывая Зефирку на руки. Как раз в тот момент, когда она высунула розовый язычок и потянулась им к кристаллу на загривке Альдуса. — И заигрываний со стражами порядка, и отравленных сладостей.

— Спасибо, прелестная леди, — искренне сказал Корвин. — Кажется, вы только что спасли мне жизнь.

Зефирка оглушительно замурчала и начала тереться о мой подборок, кажется, перепутав меня с ним.

— Что ты будешь теперь делать? — тихо спросила я.

— Попытаюсь выяснить, что именно содержалось в пастиле… если от нее осталась хотя бы крошка.

— Не осталась, — мурлыкнула Зефирка.

Корвин мимолетно улыбнулся, однако его взгляд оставался задумчив.

— Тогда дам скар’ринам пергамент. На нем есть след. И проверю другие сладости.

— Другим скар’ринам? — вырвалось у меня.

Пока я возилась с Зефиркой, Альдус изучал оберточную бумагу. Но теперь он отошел в сторону, сел напротив окна, спиной к нам, и застыл. Вероятно, размышлял.

— Он лишь сейчас почувствовал след яда на бумаге. Он мне о нем и сказал.

— Это значит, его способности…

— Притупились, да. — Корвин нахмурился. — Не думаю, что это простое совпадение.

— Думаешь, пытались… устранить вас обоих? — Не дав ему даже шанса ответить, помчалась за мыслью: — С Альдусом что-то сделали, возможно, наслали некие чары или, может быть, даже проклятие, чтобы он не сумел распознать в пастиле яд. А значит, не смог защитить тебя. Причем случилось это примерно тогда, когда мы с тобой встретились, а Альдус… не разглядел во мне магическую силу. Если бы изменения в нем произошли намного раньше, думаю, ты бы уже успел заметить неладное.

Во взгляде Корвина промелькнуло уважение. А я что? Просто одно время запоем смотрела детективные сериалы. В жизни, видимо, не хватало остроты.

И вот тебе пожалуйста.

— Надо все выяснять, — снова уходя в себя, отрешенно сказал Корвин.

— Я тогда пойду. Подумаю над новым рецептом печенья для Тилли и… над всем этим. А Зефирке хорошо бы поспать.

Это не пустое предположение — она уже самозабвенно похрапывала у меня на руках.

Корвин кивнул, глядя перед собой. Я тихонько выскользнула из его кабинета.

Вот это денек. Страшно даже представить, что приготовит мне следующий. Очень надеюсь, что, по крайней мере, не стану свидетельницей нового покушения на убийства.

Однако передо мной сейчас встала серьезная задача — понять, какими именно способностями я обладаю.

Осознать их. Принять. И приручить.