41. Пирожное для Альдуса

У меня не было времени на усталость, страх или отчаяние. Я должна была действовать.

И первое, что я сделала — вернулась в тот день, когда я создала то злополучное пирожное для Тилли. И в тот, когда я вместе с печью Грознака помогла появиться на свет прекраснейшему созданию — Зефирке.

Я ведь тогда не вкладывала напрямую в свои десерты ни единой эмоции или воспоминания. Но было то, о чем говорил Селвион. Намерение.

Я так хотела удивить избалованных сладостями горожан Ханиглоу своим печеньем! Итогом стали кошачьи ушки на голове Тилли. А потом я почувствовала себя ужасно одинокой, и отчаянно захотела это одиночество прогнать. Так в моей жизни появилась Зефирка.

Это — лишь одна из граней моего дара. Интуитивная, но, пожалуй, самая искренняя. И, быть может, потому и самая сильная, способная на настоящее, почти безграничное волшебство.

Прежде всего, я сосредоточилась на пирожном для Альдуса. Ему не нужны были яркие вкусы или изысканные формы. Никаких вычурных украшений, никаких сложных текстур. Никакого бисквита, только желе — кристально прозрачное, словно утренняя роса.

Я нагрела родниковую воду, добавила желатин, несколько кристаллов для легкой сладости и каплю лимонного сока. На этом все. Никаких красителей, лишь чистота и прозрачность.

Помешивая смесь, вложила в нее всю свою энергию и все, что чувствовала: чистоту  намерений, веру в Альдуса и в его дар, горячую надежду на то, что он сможет вернуть то, что потерял. Сделала из вощеной бумаги каплеобразную форму, заполнила ее пока еще жидковатым желе и оставила в леднике застывать.

Второе пирожное предназначалось Селвиону. Для бисквита я использовала взбитые яичные белки, смешанные с миндальной мукой. Получилось легкое и воздушное тесто, белое, как облако.

И если раньше я вкладывала в него воспоминание о полете, то теперь… Теперь я хотела, чтобы мой десерт наполнил Селвиона верой в свои силы. Верой в то, что он, прошедший через столько тяжелейших испытаний — потеря крыльев, расставание с близкими и родными, гнев на самого себя и принятие собственных ошибок — заслужил благословение Лириана.

И право снова научиться летать.

Пока бисквит выпекался, я готовила начинку. Взяла самые сочные ягоды черники, добавила немного сиропа и лимонного сока. Осталось только проварить ее на медленном огне до загустения и дождаться бисквита.

За окнами кухни занимался рассвет, и я валилась с ног от усталости. Но должна было во что бы то ни стало довести дело до конца. Понимала это и сидящая на столе Зефирка. Каким-то образом почувствовав мое появление в доме, она тут же спустилась вниз. Но не издавала ни звука, ни мява — лишь сосредоточенно наблюдала.

И когда я уже готовилась рассказать ей обо всем, раздался оглушительный стук в дверь.

— Открывайте! Магический дозор!

Это голос Варго… Неужели у него появились какие-то весомые доказательства? Впрочем, я бы не удивилась. Вероятно, тому, кто отчаянно пытался подставить меня, пришлось не по вкусу, что меня просто отпустили. И он сделал следующий ход.

— Зефирка… — прошептала я, бледнея. — Мне нужно еще немного времени.

— Будет сделано!

Она слетела со стола и бросилась прочь. Замолотила лапками по двери Грознака и, когда он вышел, сказала, что мне требуется помощь. Не знаю, чем я успела заслужить симпатию гнома (возможно, тем, что единственная оценила по достоинству его творения), но он буркнул:

— Я попробую их задержать.

И решительно направился к двери.

Зефирка взлетела по лестнице. Я услышала ее звонкий голосок, разносящийся по всему второму этажу. Только бы мои соседи не использовали сегодня чары тишины…

Не теряя времени даром, я приготовила начинку. Она получилась яркой, как летнее небо, и очень ароматной.

Дверь сотряс стук.

— Открывайте немедленно! — крикнул Варго. — Иначе это сделаю я!

— Ой, какие важные птицы! — раздался голос Зефирки. — Вы хоть понимаете, что нарушаете базовые принципы справедливости? Презумпция невиновности! Противозаконные действия! Прессинг невиновного гражданина!

Я фыркнула, доставая готовый бисквит из печи.

— Спасибо за скорость, — шепнула я, погладив металлического дракона на дверце по голове.

Тот сощурил глаза и, кажется, довольно заурчал.

Я не слышала, что говорил Варго Грознак, но судя по возгласам детектива, тот явно начал терять терпение. Тут со второго этажа вместе с Зефиркой спустились растрепанный, сонный Финн и обнаженный по пояс Селвион.

Еще немного…

Готовый бисквит я разрезала пополам, пропитала ягодным сиропом и смазала начинкой. Руки слегка подрагивали от волнения, но результат получился что надо. Аромат черничного пирожного наполнил всю кухню.

— Зефирка, — шепнула я.

Она стремглав бросилась ко мне. И в этот миг входная дверь, поддавшись чарам детектива Варго, распахнулась.

Финн не растерялся. Шагнув к двери, он радостно округлил глаза и воскликнул:

— Ну надо же, страж порядка! Всегда мечтал сыграть для вас! Выразить, так сказать, благодарность за то, что вы стоите на защите нашего города!

До меня донесся мрачный протест Варго, но остановить Финна было не так-то просто.

Он провел по струнам и заиграл печальную, пронзительную мелодию. Я и сама почувствовала, что плыву по ее волнам… но тут в мою руку впились коготки.

— Ай, — прошипела я, приходя в себя.

Кинулась к леднику и достала оттуда желе, напоминающее идеально гладкую, прозрачную каплю. Увидела всю братию, стеной вставшую на мою защиту… и одурманенного детектива с сидящим рядом скар’рином.

Наши взгляды с Селвионом на миг пересеклись.

— Мне нужна всего пара минут, — взмолилась я.

Он серьезно, сдержанно кивнул.

Детектив пришел в себя быстрее, чем мне хотелось бы. Бросился наперерез мне, но тут Селвион преградил ему путь.

— Не так быстро, — спокойно сказал Селвион.

И расправил крылья. Они взметнулись в воздухе, заслонив собой весь проход. Воспользовавшись тем, что они надежно закрывают меня от Варго, я схватила со стола корзинку и сунула туда пирожные.

А потом присела, чтобы мое лицо оказалось на уровне белой пушистой мордочки с очень взволнованным взглядом золотистых глаз.

— Зефирка, запомни. Когда детектив уйдет, отдай бело-синее пирожное Селвиону. А потом разыщи Корвина и скажи, что оставшееся пирожное — для Альдуса. Пожалуйста, не перепутай.

— Ни за что, — серьезная, как никогда, заверила Зефирка. — Мира, все ведь будет хорошо, правда?

Сердце сжалось.

— Я очень на это надеюсь. Когда ты вернешься, меня здесь уже не будет. Но я надеюсь…

Дыхание перехватило, заглушив слова. Подавшись вперед, я с чувством поцеловала Зефирку в нос и судорожно сунула ей корзинку с пирожными. Зажав ее в зубах, она бросилась к открытому окну и исчезла.

— Ну все, я сейчас арестую вас за создание препятствий стражу порядку! — вне себя от ярости, зарычал Варго.

— Селвион, все хорошо, — выдохнула я.

Его крылья тут же втянулись в спину. Я же, глядя на них, надеялась на то, что скоро они снова вспомнят, что такое — полет.

Детектив Варго с багровым лицом шагнул вперед. В следующий миг мои руки сковали магические путы.

И меня повели в тюрьму.