7. Новые члены семьи. Нападение

Прошла неделя в нашей размеренной, с плотным графиком, жизни. Ольгер и Радим, водрузив на себя организационные работы по подготовке спартакиады, мотались из Терема по столицам, договаривались с сокурсниками, а те в свою очередь с друзьями. Разворошили мы муравейник.

У меня возникла идея построить гостиничный комплекс. Терем увеличивать не хочу. Это мой дом, а не общежитие. Здесь могут жить только самые доверенные лица — мои подруги и друзья, ставшие сёстрами и братьями. Те, кого я безоговорочно принимаю в своё сердце.

Определились с местом для строительства терема-гостинницы. Составили проект терема, столовой, трактира.

Завертелась, закружилась подготовительная кутерьма!

И опять мы принимаем нового члена семьи.

Многодетная мамаша, блин! Чтоб им икалось, Оракулу вместе с Триединым! Вот зачем мне всё это надо? «Поспеши! Поспеши собирать друзей». Спешу! Скоро упаду. Упасть не дадут, поймают, поддержат. Вот чего ною? Чего жалуюсь? Всё же хорошо. Войны нет. Хлеба вволю. Небо чистое. Вода целебная.

Иди, принимай пополнение.

Они пришли после второго завтрака. Точнее их привёл Елисей. Посмотрел на меня жалобно, развёл руками ….

Они стояли в прихожей. Седой старик, почти чернокожий, с большими карими глазами. Во всём чёрном. И молоденькая, худенькая, почти девочка, с шоколадной кожей и испуганными лиловыми, эльфийскими, глазами. Иссиня-чёрные волосы, заплетенные во множество косичек, спускаются ниже пояса. Такого же цвета брови вразлёт и густые длинные ресницы. Высокие скулы, прямой аккуратный нос и, совсем детские, губы. Тоже в чёрном — туника, штаны, сапожки. Жмётся к деду.

Пригласила войти в столовую. Позвала мысленно Таню. Елисей прошёл вместе со мной. Следует накормить гостей. Заглянула в кухню. Злата и Снежа тренируются наводить стерильную чистоту. Попросила девочек подать завтрак на двоих: гречневая каша с мясом, по паре котлет с тушеными овощами, горячий сбитень, хлеб. Выставила на стол, пригласила потрапезничать гостей и сама села. Рядом сел Елисей с двумя кружками сбитеня, себе и мне.

Дала возможность гостям насытиться, наблюдая за ними и прихлёбывая сбитень.

— Извините, что я вас так разглядываю, но уж вид у вас больно несчастный. Что привело вас ко мне? Какая беда? — спросила.

Вошла Таня. Произнесла традиционное приветствие и присела за стол напротив меня, с интересом разглядывая гостей.

Девочка сидела, сложив руки на коленях и опустив глаза, но спину держала прямо. Поблагодарив за обед, старик рассказал причину их появления здесь.

Это его правнучка Таина. Месяц назад ей исполнилось четырнадцать лет. Живут они очень бедно. Местный джюбай потребовал выставить Таину на призовой бой. В ночь перед боями Баграт помог им уйти на наш Пляж. Вызвал Елисея и тот привёл их сюда.

Я объяснила старику с девочкой уклад нашей жизни, который разительно отличается от их уклада. Предложила старику осмотреться и выбрать, чем он будет заниматься с пользой для нас. Тогда он сможет остаться в Тереме, присматривать за правнучкой или уйти жить в деревню. Торег согласился на наши условия. Терем принял клятвы старика с правнучкой. Торега поселили на третьем этаже в служебном крыле.

Таину поселили с Зариной, под её опеку. У Зарины должно проснуться чувство ответственности за младшую сестру. Слишком уж она, будучи единственной девочкой в большой семье Великого Князя, избалована заботой и вниманием. Пусть и сама научится заботиться о других.

***

Прошло три дня.

Страшная беда пришла неожиданно.

— Девочки, ребята из Махоток говорят, что в березняках уже появились подберёзовики и ситные. — Сообщила после медитации Майя.

— Давайте, сходим, — предложила Рина.

— Это где? Меж холмами? Это же далеко, — засомневалась Лана.

— Ха! А мальчики у нас на что? — воскликнула Таня.

— Хочешь сказать, довезут? — со смехом спросила Сима.

Все засмеялись.

— Ну, зачем уж так? — просмеявшись, сказала Зарина. — Порталы на что?

На том и порешили. После обеда отправляемся за грибами. Но не все. Слишком много народу. Такими толпами за грибами не ходят. Решили бросить жребий. Половина девушек сегодня отправляются за грибами, половина — завтра.

Пообедав, взяв по ведёрной корзине, мы отправились на холмы в березняки. Мы — это я, Таня, Лада, Сима, Лена, Майя. И ребята — Ольх, Борис, Волес и Радим.

Остальные остались дома. Тут тоже работы хватает. Ребята под руководством и с помощью махоткинских плотников и Кудесника Атиллы, специалиста по трансмутации древесины, занялись строительством гостевого терема. Терем строили из натуральной древесины. Трансмутацией пользовались при отделочных работах.

Елисей по делам вотчины ушёл в Бодин к Княжичу Велеславу.

Вышли из портала на опушке берёзового леса. Грибов, действительно, много. Углубляясь в березняк, набрали по половине корзины отборных ядрёных подберёзовиков и ситных.

Вдруг кто-то из девочек вскрикнул. Это оказалась Майя. Мы оторвались от поиска грибов, поспешили к Майе и увидели ужасную картину.

На полянке лежала девушка. Рубашка на груди разорвана, грудь и лицо исцарапаны, подол задран выше колен. Глаза закрыты. Девушка тяжело дышала.

Ребята, не подпуская нас к пострадавшей, медленно, настороженно приглядываясь, приближались к девушке.

Таня кинулась к ней. А у меня внезапно возникло чувство опасности. Это были мгновения. Я рванулась к Тане, отшвырнула её так, что она отлетела в сторону. Борис едва успел её подхватить. А со мной произошла странная метаморфоза. Раскрылись лебединые крылья, а на руках выступила чешуя. Да и вместо рук образовались драконьи лапы с огромными когтями.

Девушка покрылась шерстью, из тела вскинулись щупальца. Меня кто-то пытался отдёрнуть. Я инстинктивно выдохнула пламя и чудовище, съёжившись, загорелось. Запахло палёной шерстью, горелым мясом и серой. От чудовища не осталось даже пепла.

Меня пронзила ужасная боль и скрутила в клубок. Я не могла убрать крылья. Не могла вернуться в нормальное состояние. Не могла кричать от боли, а только стонала.

Кто-то что-то говорил. Звуки сливались в неразборчивый гул. Меня подняли на руки.

Очнулась я возле Грааля. Перед глазами кровавый туман. Сквозь туман разглядела всех своих, стоящих вокруг Грааля и меня. Надо мной, стоя на коленях, склонился Елисей.

— Потерпи, Анюта, сейчас всё закончится.

Он поднялся и встал со всеми в круг. Все взялись за руки. Зазвучал размеренный речитатив на очень древнем языке. Молитву читали ребята. Девушки только в нужных местах подхватывали: «ОУМ!».

Боль отступала. Тело само стало распрямляться. Я вытянулась на животе во весь рост, раскинув руки в стороны. Крылья убрались, начали прятаться когти, чешуя. На скуле и на тыльной стороне правой ладони появилась жгуче-щиплющая точечная боль. Из глаз непроизвольно текли слёзы.

Ребята закончили читать молитву. Девочки окружили меня. Я медленно стала подниматься на колени. Передо мной на полу лежала блестящая чешуйка с ноготь моего мизинца. Немного в стороне ещё одна, крупнее. Я подняла их и зажала в кулаке.

Ко мне подошёл Елисей, присел на корточки.

— Покажи.

Я разжала кулак и в этот момент слеза упала на чешуйки. У меня на ладони образовались два прозрачных кристаллика, как горный хрусталь.

Пронёсся вздох восхищения. Я сжала кулак.

Елисей осмотрел моё лицо и руку. На скуле и на тыльной стороне ладони образовалось по одной язвочке.

— Эта тварь задела тебя, но спасла чешуя, — сказал Елисей, помогая мне встать.

Ребята шёпотом переговаривались, а девочки тихонько всхлипывали. О чём это они?

— Пойдёмте отсюда, — позвал Ольгер. — Анну нужно показать лекарю. Самим не стоит браться за лечение

Мы вышли из зала Грааля. Елисей поддерживал меня, помогая подниматься по каменным ступеням.

Я предложила пройти в столовую. Все стали уговаривать меня лечь в постель. Но я стояла на своём.

— Мне уже лучше. И надо разобраться в сложившейся ситуации.

— Мы разберёмся без тебя, — категорично заявил Радим.

— Без меня не получится, — я посмотрела в глаза Радиму.

Он удивлённо глядел на меня. Ольгер тоже как-то странно посмотрел и предложил остаться в кабинете. Елисей заглянул мне в лицо и хмыкнул.

— Гхм, с такими глазами нельзя появляться на люди.

— А что с глазами? — забеспокоились девчата, стали разглядывать мои глаза.

— Ой, Аня! У тебя глаза, как у сиамской кошки, — сообщила Лада. — Голубые, и зрачки вертикальные.

— Лебедь с драконьими глазами, — хохотнул Вернуэль.

Стали рассаживаться на диваны, я прошла за стол. За дверью кабинета послышался детский смех и топот.

— Что происходит? — спросила я, ни к кому не обращаясь.

Гороват стал объяснять.

— Пришли все махоткинские с Бусом во главе и Хранитель. Крайне встревоженные. Терем сам пропустил всех детей внутрь. Во дворе остались только взрослые и молодёжь от шестнадцати лет.

Оказалось, что прибежали в страхе ребятишки, ходившие в ближайший березняк за грибами. Наткнулись, как и мы, на девушку, но подходить не стали. А девушка начала обращаться в чудовище. Они и пустились наутёк, побросав там корзины. Благо все вернулись невредимыми.

Тогда люди и собрались под защиту Терема. Взрослые ждут тебя. Они ещё ничего не знают. Мы были с ними, когда нас позвал Елисей.

В кабинет вбежали Ярунок, Горат, Брагат и Таина.

— Живая, — облегчённо выдохнул Горат. — Мы с Брагатом сразу почувствовали, что с Анной случилось что-то неладное, когда все наши умчались со двора. А нас не позвали. Почему?

— Вам ещё рано принимать участие в наших моленьях, — объяснил Имир. — Вы ещё не готовы.

Я посмотрела на вошедших.

— Ого! — воскликнул Брагат. — А разве бывают лебеди со змеиными глазами?

Все рассмеялись.

— Анна, твои глаза постепенно приближаются к истинному определению, — смеясь, сказал Олев. — Сначала кошачьи, теперь змеиные. Кто ещё выскажет определение?

— Это ладоньи глаза, — уверенно высказался Ярунок.

— А что, только глаза ладоньи и всё? — спросил Горат.

— Пока этого хватит, — сказала я смеясь.

— Что? — с тревогой в голосе спросил входящий в кабинет Бус. — Красавица, — выдохнул, взглянув на меня.

— Через несколько минут всё войдет в норму, и мы выйдем к людям. — Сообщил ему Елисей. — Нужен лекарь.

Бус, сказав, что пойдет, успокоит людей, и они подождут во дворе, вышел.

Через несколько минут в кабинет вошла Веренея. Она осмотрела мои ранки, покачала головой. Пробурчав, что вовремя её позвали, могли бы опоздать, достала из сумки два восковых шарика. Потребовала принести кружку с водой. Ярун метнулся в кухню и быстро вернулся с кружкой воды. Веренея сыпнула в неё зелёный порошок, обронила туда же шёпоток.

Ведунья зашла мне за спину, попросила откинуть голову назад. Придерживая рукой за подбородок, прижала шарик к ранке на скуле, прошептала несколько слов. Отвела шарик в сторону и начала его катать вокруг ранки, шепча и сужая круги.

Я почувствовала, как что-то под кожей шевелится, выползает через ранку. Распахнула в страхе глаза.

— Чшшш, — прошептала ведунья, — уже почти всё.

В кружку что-то плюхнулось. Все, затаив дыхание, наблюдали за действиями ведуньи.

Веренея поставила кружку на стол, сжала шарик, прилепила к ранке и занялась рукой. Теперь я могла наблюдать, что происходит.

Вот, шарик, катаясь по руке, сужает круг. В стороне от ранки, внутри круга, образовался бугорок. Почувствовалось шевеление, и в сторону ранки под кожей, дёргаясь, начало продвигаться нечто, вроде червя. Ещё немного и из ранки появилась чёрная червеобразная сущность и выпала в кружку.

— Нужно пламя ладона, — посмотрев на ребят, сказала Веренея.

Радим взял кружку.

— Что нужно делать?

— Просто сжечь на задворках, где нет пути. И кружку закопать.

Радим с Вернуэлем вышли.

Я так и сидела всё это время, зажав в кулаке кристаллики.

— Дай-ка сюда, — протянул открытую ладонь Елисей. — Я тебе оберег сделаю. Это что же за веста мне досталась? Из огня да в полымя. — Ворчит, а у самого глаза ласковые, успокаивают.

— «Ой, кажется, сейчас крылья выпущу!»

— «Не вздумай! Что за лебедь со змеиными глазами!» — мысленно хохотнул.

— «А мы, что, можем мысленно разговаривать?»

— «Можем». — Усмехнулся. — «Когда щиты сняты». — Подмигнул.

У меня задвоилось в глазах и успокоилось.

— Ань, у тебя твои глаза вернулись, — сообщила Таня. — Только они голубыми стали, как небо.

— Ну, раз вернулись, — сказала я, — значит, можем идти к людям.

Веренея сняла с ранок пластыри. О, уже затянулись розовой кожицей! Быстро! Пластыри, со словами — «Потом почищу» — ведунья завернула в тряпочку и положила в сумку.

Все вышли из кабинета. Елисей придержал меня, прижав к стене.

— Что же ты со мной делаешь, девочка моя? Я же чуть за Грань не ушёл. Мы с Княжичем сидели, обсуждали вашу затею со спортивными соревнованиями. Вдруг сердце рвануло так, что в глазах потемнело. Я только и услышал, как Княжич спросил: «Что случилось?» — и оказался возле тебя, искорёженной.

Елисей поцеловал затянувшуюся ранку на руке, затем на скуле. Замер, вглядываясь в мои глаза и, что-то в них разглядев, начал их целовать. Потом всё лицо и припал к губам. Я ответила ему, обняв и прижавшись всем телом. У меня по телу прошёл огненный шквал. Я начала задыхаться. Елисей отступил, удивлённо посмотрел на меня.

— У тебя странная реакция. Ты начинаешь гореть.

— Это пламя любви, пламя Леля, — засмеялась я. — Если долго сдерживаться, можно перегореть.

Елисей обнял меня, провёл ладонью вдоль спины, начал целовать. Внутри разгоралось пламя. Оно вырвалось наружу, не обжигая и не сжигая, охватив нас обоих. Елисей очнулся первым.

— Стоп! Что ж ты творишь?! Так нельзя! Прости, это я виноват, не сдержался.

— Я тоже виновата. Потеряла контроль, не сдержала пламя. Но я так тебя люблю!

— Я тоже тебя очень люблю. Но, давай будем сдерживаться.

— Но мне, изредка, нужно его немного выпускать, иначе я перегорю.

Елисей засмеялся.

— Раз надо, значит, будем помаленьку выпускать твое пламя.

Оба рассмеявшись, взялись за руки и отправились на встречу с людьми.

Во дворе перед крыльцом на каменных лавках, выращенных Теремом, сидели махоткинцы. Наши все были на крыльце.

Когда мы вышли, все разговоры стихли.

— Что произошло? — спросила я.

Бус подошёл к нам.

— Они явились из-за холмов. Принимают облик пострадавших девушек, детей и нападают на людей.

— Они не принимают обличия, — возразила я, поняв, как это происходит. — Они вживаются в человека и убивают, зарождаясь в нём и питаясь его телом.

По двору и крыльцу прошёл гул голосов.

— Нужно узнать, чьи девушки погибли. В каких деревнях пропали люди, — обратился к жителям Елисей.

Бус стоял, к чему-то прислушиваясь.

— Из Смородиновки сообщают, что за холмами слышны звуки сражения, — проговорил он.

Братья хазраты тоже прислушивались.

_ Это отец, — сообщил Горат. — Они бьются с тварями уже более двух часов. Нужна помощь.

— Я лечу, — сказал Радим.

— Я с тобой. — Елисей слегка пожал мне руку. — «Не волнуйся, всё будет в порядке».

— И я. — Ольгер встал рядом с друзьями.

— И я…

— И я — раздались ещё два голоса.

Гороват и Олев. Так они тоже Ладоны? У них по две ипостаси?

Олев и Гороват с понимающими улыбками посмотрели друг на друга.

— Гороват, когда это ты успел? — удивился Радим. — И молчал!

Друзья, встав в кружок, обнялись.

— Наконец-то! — довольно проговорил Елисей. — А я всё ждал, когда они раскроются. От родителей скрывают, — пояснил он нам.

Девчата с удивлением и восхищением смотрели на парней, спешащих к ангару.

Через несколько минут над Теремом поднялись пять Ладонов. К уже знакомым добавились тёмно-зелёный с чёрным подбрюшьем и фиолетовый с чёрным отливом. Цвета начали меняться на чёрный.

— Боевой окрас, — пояснил Бус.

Томительно потянулось время. Тревожно. Что там и как?

— «Анна, готовьтесь принимать пострадавших во дворе», — услышала я голос Елисея.

— «Выполняем!», — ответила и обратилась к эльфу:

— Вернуэль, нужны лежаки для приёма пострадавших. Сколько, не знаю.

Вернуэль подозвал Лину и Атиллу, переговорил с ними. Атилла вытянул из кулака прутик. Вернуэль осмотрел и одобрительно кивнул. И началось. Атилла вытаскивал из кулака прутики, Вернуэль выращивал из них матрасы. Лина, понаблюдав некоторое время за действиями Вернуэля, включилась в работу.

Люди подхватывали лежаки и раскладывали по двору.

Появился Ладон с человеком в передних лапах, и ещё двое сидели на спине. Осторожно приземлился на задних лапах, опустил человека на землю. Того сразу унесли на лежак. Ладон, опустившись на все четыре лапы, присел и спустил двоих со спины. Это были хазраты.

Ладон покрутил головой, увидел меня, подмигнул и взлетел. «Радим».

Прилетел ещё один с двумя пострадавшими. Эти соскочили и побежали к Веренее

Ага! У них только подсажены сущности.

За воротами открылся портал, из которого вышли пять человек. Ярунок помчался открывать ворота. Прибыли пять лекарей из Бодина. Это Бус связался с Княжичем и сообщил о происходящем.

Ладоны доставляли раненых.

— «Всё, мы их уничтожили. Проверяем окрестности», — сообщил Елисей.

Пострадавших было более тридцати человек. Кроме подсадки сущностей, были и физические повреждения. Среди них оказался Баграт. Из него выкатали пять сущностей, и была обширная рана на спине.

Сыновья суетились возле отца, помогали лекарям.

Пострадавших спасли всех.

Вернулись Ладоны. Их встречали как героев. Девчата пытались обнимать за могучие шеи, целовать в щёки.

Первым из ангара появился Олев. Девчата кинулись к нему с обнимашками. Так и стояли у ангара, встречая каждого героя и одаривая поцелуями.

Ольгера девчата тискали больше всех. К вышедшему из ангара Горовату бросилась Заринка, повисла на шее. Он обнял её и что-то зашептал на ухо. Она счастливо засмеялась и согласно закивала.

Подошли Имир, Борис и остальные наши ребята. Встречали друзей, пожимая руки, хлопая по спинам, обнимали.

Ольгер подошёл ко мне.

— Как ты? — спросил.

— Спасибо. Всё нормально, — обняла и поцеловала в щёку.

Подбежал Радим. Сам обнял меня и попытался поцеловать в губы, но я подставила щеку.

Наконец вышел, прихрамывая, Елисей. Девчата и его пообнимали. Он, смеясь, отбился от них и направился ко мне. Я поспешила ему навстречу

— Что случилось? Ты ранен? — спросила, обнимая.

— Ерунда. Камнем придавило, — ответил, целуя меня в нос. — Как тут у вас?

— Лекари прибыли из Бодина. Пять человек. Справляются.

— Пойдём к Баграту. Как он?

— Сущностей пять штук выкатали. Спина сильно разодрана. Сыновья с ним.

Мы подошли к Баграту, лежащему на животе. Спина была накрыта тканью, пропитанной целебным средством. Рядом сидел Горат. Баграт спал. Горат сообщил, что отцу со спины сняли лоскутами почти всю кожу. На лоскутах чёрными пиявками висели сущности. Это кроме тех, что выкатали из ног и рук. Его усыпили. Велели сыновьям сидеть рядом, наблюдать, не зашевелится ли полотно. Вдруг ещё не всех вытянули. Когда проснётся, наложат целебный пластырь. Кожа долго будет нарастать, несколько дней. Брагат ушёл в кухню за целебным питьём.

Подошла Лада. Черные волнистые волосы подняты в высокий хвост, стянутый коричневой лентой, и заплетены в косу, закреплённую серебряной заколкой. Высокий открытый лоб, черные брови вразлёт, тёмно-карие с лёгкой раскосинкой глаза, прямой изящный нос, губки бантиком, аккуратный подбородок.

— Горат, можно, я рядом посижу?

Горат поднял на неё глаза, на губах чуть дрогнула улыбка.

— Садись.

Лада присела рядом с Горатом, положила ему на плечо руку.

— Мы все с вами, — произнесла ободряюще. — Ваш отец — герой. И мы вам поможем.

— Спасибо, Лада, мы вас не подведём.

Подошёл Брагат с питьём для отца. Присел рядом с Ладой.

— Елисей, нам надо будет Баграта оставить в Тереме. Здесь он получит должный уход, — предложила я.

— Так и сделаем, но позже. Нужно дождаться действия наложенного средства. Если всё будет хорошо, тогда и перенесём.

— Лада, а где остальные? — спросила я у подруги.

— Детей помогают кормить. Потом деревенские все поедят. А уж тогда и мы.

— Но в столовой мало места. Это ж когда они поедят?

В это время подошёл Радим. Услышав наш разговор, объяснил:

— В малом зале установили ещё столы и лавки. Таня с Борисом сходили в казну, принесли ложки с вилками, чарки, подносы. Ольх с Бусом вино достали. Хазратов уже на постой определили. Вот только Баграт остался. Его в Терем надо поселить.

— Мы тоже об этом говорили, — Елисей посмотрел на Радима. — Ну, ты, брат, силён. За раз троих притащил.

— Это случайно получилось. Двоих я посадил, взлетел, смотрю, в кустах лежит, корчится. Ну, сел и подобрал. Подумал, что, может ещё не поздно, — рассказывал Радим.

— Как видишь, не поздно. Вовремя успел. Анют, — Елисей приобнял меня за плечи, — давай мы тут ещё посидим с Багратом.

— Конечно, сидите, — поддержал его Радим. — Там такая колготня. Лада, а ты что такая тихая? Девчата тебя потеряли.

— Не могли они меня потерять, — тихо проговорила Лада. — Я Варе сказала, куда пошла.

У меня, вдруг, перед глазами возникла картинка: «Лада в ярко-синем облегающем длинном платье, с вышивкой серебряными нитями, в накидке тоном темнее, с короной из заплетённых в косы волос, украшенной бриллиантами, идёт, об руку с Багратом через большой зал мне навстречу, счастливо улыбаясь». Видение исчезло. Елисей хмыкнул.

— «Ты это тоже видел?».

— «Видела ты, а я подглядел».

— «Что это было?».

— «Это называется ясновидение».

— «Значит, это произойдёт в действительности?».

— «Может, если Баграт не дурак и её дождётся».

— «Ему сыновья помогут. Они у него замечательные. Видишь, как её приняли».

— «Они же очень сильные эмпаты и почувствовали её».

Баграт зашевелился, прервав наш мысленный разговор.

Брагат встал и заспешил в Терем за лекарем. Горат склонился над отцом. Тот повернул голову, посмотреть на сына, но встретился взглядом с Ладой. Лада вспыхнула и отвела глаза. Баграт посмотрел на сына и опять на Ладу. Улыбнулся. Горат помог отцу выпить целебный отвар.

Пришла Веренея с двумя лекарями. Сняли ткань с Баграта. Я резко повернулась лицом к Елисею и уткнулась ему в грудь, заметив краем глаза, как побледнела Лада. Елисей прижал меня к себе, поглаживая по спине.

На это нельзя спокойно смотреть. Я и не смотрела, смотрела на Ладу. Лада сидела прямо, бледная как мел, но глаз не отводила, наблюдая за действиями лекарей.

Я заметила, что напряжение Лады ослабилось, и повернулась. Лекари наложили пластырь во всю спину Баграта и разрешили нести в Терем.

Горат, Брагат, Ольгер и Радим взялись за лежак и понесли. Веренея пошла с нами.

В Тереме стояло многоголосие, было очень многолюдно.

Мы направились в кабинет. Кто-то из девушек, увидев нашу процессию, собрала всех своих. Пригласили Буса, Хранителя махоткинского Храма, Атиллу. Старик Торег тоже присоединился к нам.

Спустились к Граалю.

Веренея, Бус, Хранитель и Атилла благоговейно замерли перед Сердцем Терема.

Лежак с Багратом расположили подле Грааля. Встали в круг. Горат и Брагат встали вместе с нами, замкнув между собой Ладу.

Хранитель завёл речитатив на древнем языке. Остальные, кроме меня с девчатами, подхватили. Голоса Гората и Брагата влились в общий хор. Это была молитва Триединому и его детям об исцелении. Молитву прочли трижды.

Закончив чтение молитвы, поклонились Граалю.

Веренея, склонившись к Баграту, прочитала заклинание, и все пошли на выход. Ребята подняли лежак с Багратом и понесли наверх.

Людей в Тереме уже не было. Стояла тишина.

Баграта подняли на второй этаж и расположили в покоях напротив сыновних.

***

Утром следующего дня мы с Елисеем пришли навестить Баграта. Он не спал. С ним находился Горат, сидевший на стуле рядом с кроватью. При нашем появлении Горат вышел, чтобы вернуться с ещё одним стулом и вышел совсем.

— Рассказывай, — присаживаясь на стул, велел Елисей.

— Чёрные шаманы. Потомки хазреттов. Они всегда одобряли действия мужчин в отношении женщин.

— Хазретты — это коренные жители Айзваны, — объяснил мне Елисей.

Баграт продолжил.

— Давно уже зрело среди мужчин нашего народа решение, возродить былую Силу женщин. Это благодаря дриадам так земля покрывается растительностью. Всем известно, как дриады помогают выращивать сады, парки. Это дриады вырастили заново леса, погубленные во время Большой Битвы. А Айзвана бедна растительностью. У нас нет богатых лесов. Для строительства лодий мы выращиваем специальные деревья.

Теперь, когда противостояние усилилось, наши противники обратились за помощью к чёрным шаманам. Они поклоняются Чёрному Змею, считают его своим прародителем. Да так оно и есть. У них вторая ипостась — Чёрный Змей. Наши предки, постепенно смешавшись с ними, получили тёмную кожу, чёрные волосы и вторую ипостась — Чёрный Змей. Эльфийская кровь оказалась слабее. Строение тела, черепа осталось эльфийским. Отрекаясь от эльфийской сущности, наши предки лишили своих потомков Единорога. А затем лишили нас дриад. Более ста лет мы ведём борьбу за возрождение. Чёрные шаманы вызвали из владений Чёрного Змея его мелких сущностей, которые впиваясь в тело человека, развиваются в нём, питаясь этим телом, и вырастают в монстров, получеловека-полузверя.

Этих сущностей шаманы вызвали на ваш пляж. В это время там были рыбаки. Потом монстры напали на рыбацкую деревню. Когда нам стало известно о вызове шаманами сущностей, начали искать место, куда их вызвали. Но на Айзване ничего не нашли. Я подумал, что если я связан с вами, то могли вызвать сюда. Через портал с двумя воинами мы пришли на ваш пляж. Когда стало понятно, что происходит, я по два человека переносил друзей на пляж, пока нас не набралось достаточное количество. Мы пошли в рыбацкую деревню и там вступили в бой. Но сил оказалось недостаточно, потому что сущности размножались, и монстров становилось больше. Тогда я позвал на помощь вас.

— Баграт, а вы могли спастись? — спросила я.

— Мы спасались, пока это было возможно. Если обернуться Змеем, то становишься не уязвимым для порождений Чёрного Змея. Но тогда очень трудно сражаться. Если подселялась только одна сущность, то при обороте она погибала и выходила из тела. Я несколько раз оборачивался. Но когда их несколько, то уже оборот не спасает.

Елисей, нужно проверить холмы и горы. Если остался в живых хотя бы один монстр, то это беда.

— Ладоны и Кудесники проверяют всю береговую линию, доступные горные места и холмы, людские поселения. Старосты проверяют наличие жителей, — объяснил Елисей.

Мы ещё немного посидели с Багратом и ушли.

Лада стала помогать братьям, ухаживать за Багратом. Они приняли её помощь, как должную.

Отцу представили, как свою названную сестру, не выделяя её из общей группы девчат. Но сами относились к ней как-то по-особому, ненавязчиво оберегая, и, по возможности, находясь всегда рядом.

Девчата шутили, что у Лады появились телохранители.

В столовой братья пересели к Ладе с двух сторон.

После обеда Елисей, взяв с собой Ольгера и Радима, порталом ушёл в Загорье. Нужно было выявить количество семей, лишившихся кормильцев, детей, оставшихся без родителей и взрослых родственников, нанесённый ущерб, путём разрушений в ходе сражения. Так как я являюсь владелицей Княжеской вотчины, а следовательно и пострадавших рыбацких деревень, обязана оказать материальную помощь. Разрушенные жилища, рыбацкие лодии будут восстановлены за счёт казны. Осиротевших детей нужно определить в семьи и выделить некоторые суммы на их содержание. Всем этим и занялся Елисей.