Глава 15 · Искры

Я ахаю и резко открываю глаза, словно выныриваю из кипящей лавы. Моё лицо пылает таким всепоглощающим жаром, что, кажется, можно поджечь воздух вокруг. Губы онемели, в ушах — высокий звон.

Джаред сидит напротив с закрытыми глазами, но на его губах играет торжествующая, хищная ухмылка. Полная и самодовольная.

Он знает. Чёрт возьми, он всё это делает намеренно! Это не случайный «пси-выброс», это нападение. Вторжение.

— Всё в порядке, Давыдова? — голос профессора Сильвертона раздаётся где-то сбоку, будто доносясь из другого измерения.

Он звучит слишком спокойно, слишком… понимающе. Будто он догадывался, что что-то пошло не так, но не вмешивался. Или может быть… ожидал этого. И теперь просто наблюдает, блин! За моим полнейшим, сокрушительным позором наблюдает, как какой-то бесстрастный учёный за стеклом!

Я не отвечаю профессору, хотя, конечно, надо бы. Но у меня такая буря внутри, что я вообще едва соображаю, что происходит.

Ярость, стыд и то самое запретное, унизительное возбуждение, которое Джаред так легко, нагло во мне разжёг, сливаются в один взрывной коктейль, бурлящий в каждой клетке. От этого коктейля темнеет в глазах и дрожат пальцы.

— Ты… ты чёртов извращенец! — шиплю я сквозь сжатые зубы.

Больше я не думаю. Инстинкт побеждает. Я, не помня себя, бросаюсь на Вальтерра.

Он открывает глаза как раз в тот момент, когда мои руки впиваются ему в плечи, пытаясь повалить его на маты. В его взгляде мелькает секундное удивление, мгновенно сменяющееся тем же диким азартом, что бурлит во мне. Мы с глухим стуком падаем на пол, и в этот раз это не девчачья потасовка с Агнесс — это настоящая, животная схватка. Я бью его кулаками по груди, по упругим плечам, осыпая его самой отборной, грязной бранью, которую только могу выудить из своей перегретой памяти.

Уверена, что половину земных ругательств он вообще не понимает, но мне всё равно. Важен сам акт, физический выброс этой отравы, что он влил в меня. Я выпускаю на волю всю накопленную ненависть, страх, одиночество и эту чудовищную, непрошеную тягу к нему.

— Как ты посмел⁈ — каждый выкрик сопровождается ударом. — Показать мне это! В мою голову! Ты больной!

Джаред сначала лишь смеётся, прикрываясь руками, но потом его смех обрывается, сменяясь низким рыком. Его тело напрягается, и он переворачивает меня одним мощным движением, прижимая спиной к жёстким матам. Его тяжёлое, раскалённое тело наваливается на меня, сковывая движения, лишая пространства для манёвра.

И, чёрт побери, в голову, против воли, лезут обрывки тех самых образов. Наша поза — он сверху, я снизу, его вес, пригвождающий меня, — слишком уж способствует воскрешению тех пошлых, натуралистичных картин.

— А что, не понравилось? — хрипит он мне прямо в губы, его дыхание горячее и сбитое после нашей яростной борьбы. Его глаза горят прямо перед моими, в них нет ни капли раскаяния, только голодное любопытство и вызов. — А мне показалось, ты очень даже… вовлеклась. Твоё поле рвануло навстречу, крошка. Горячо и безрассудно.

— Я убью тебя! — выкрикиваю я, пытаясь вырваться, но его тело ни на миллиметр не сдвигается, настоящая каменная глыба.

В этот момент над нами возникает тень, перекрывая свет ламп. И со всем леденящим душу ужасом я вдруг осознаю… профессор. Он ведь всё ещё здесь. Он стоял и смотрел. Он видел весь этот дикий, непристойный спектакль! Только не это! Он… он ведь не отправит нас прямиком к ректору с рекомендацией на отчисление за такие вольности? Моя карьера, моё жалкое убежище — всё рухнет из-за этого невыносимого…

— Вот и отличный способ выпустить энергию, — раздаётся сухой голос Сильвертона. Он стоит над нами, заложив руки за спину, и глядит на нашу борьбу с тем же усталым видом, что и в оранжерее. — Поздравляю. Вы только что установили неофициальный рекорд академии по самой быстрой деградации учебного упражнения в первобытную драку. Встать. Оба. Немедленно.

Мы разлепляемся, как по команде, с внезапной, почти комической синхронностью. Я поднимаюсь, отряхивая комбинезон, вся красная, взъерошенная, с разгоревшимися щеками и диким блеском в глазах. Джаред встаёт рядом, всё ещё слегка запыхавшийся, но его глаза сияют победно, будто он только что завоевал трофей, а не был атакован дикой кошкой.

— На сегодня достаточно, — заключает Сильвертон, его взгляд скользит с меня на самодовольное лицо Джареда и обратно. — Вы оба — ходячий генератор проблем. Но, что любопытно… в этом хаосе есть своя пагубная эффективность. Можете идти. И… Вальтерра?

— Да, сэр?

Джаред вытягивается в струнку, изображая образцовую почтительность, но уголки его губ всё равно ползут вверх.

— В следующий раз, когда ты решишь «поэкспериментировать» с непроизвольной пси-связью в моём зале, постарайся сделай это менее… наглядно. Для всех присутствующих. Или следующий наряд вне очереди ты получишь не от меня, а прямиком из канцелярии ректора, с пометкой «за развращение младшекурсниц». Ясно?

Ухмылка Джареда становится чуть менее уверенной.

— Абсолютно ясно, профессор.

— Прекрасно. Идите, — качает головой Сильвертон и машет нам рукой, будто скорее хочет избавиться от недоразумения в виде двух ненормальных курсантов.

Мы выходим из зала в гробовой, давящей тишине, нарушаемой лишь гулким эхом наших шагов по полу. Едва массивная дверь с гидравлическим шипением закрывается за нами, отрезая нас от зала, я разворачиваюсь к Джареду. Вся ярость, придавленная присутствием профессора, вырывается наружу с новой силой.

— Никогда больше! — мой шёпот хриплый, полный обещаний расправы. — Ты меня понял, Вальтерра? Никогда. Не. Лезь. Ко. Мне. В. Голову. Со своим грязным, извращённым…

Он резко наклоняется и закрывает мой рот своим. Коротко, властно целует, лишая меня мгновенно дыхания и мыслей. Его губы жаркие, твёрдые, они диктуют свою волю, а моё тело, предательское до мозга костей, на секунду отвечает, прежде чем разум успевает вставить слово.

— Ладно, — выдыхает он, отстраняясь чтобы встретить мой гневный взгляд. Ну по крайней мере, я пытаюсь его таким сделать. — Тогда лезь в мою сама. Посмотрим, кто кого переиграет, дикарка.

— У меня ты такого не увидишь, — шиплю я, краснея. — Скорее получишь подробную, иллюстрированную инструкцию по ста способам уничтожения Джареда Вальтерры, начиная с самых мучительных.

— Занятно будет посмотреть, — он усмехается, и в этой усмешке снова появляется тот самый, неистребимый азарт. — Покажешь на следующей тренировке. А пока… пойдёшь со мной на свидание? Настоящее. Без драк. Без пси-атак. Ну… почти.

Чёрт побери, он совершенно невозможный. Непобедимый.

Я смотрю ему прямо в глаза, моё сердце колотится как сумасшедшее, а губы ещё горят от его поцелуя.

— Да. Пойду.