21. До Нового года осталось полчаса

Дарк, до Нового года осталось полчаса.

Елка сияла великолепием! Она была на столько изыскана, утончена и по-королевски изящна, что со всех сторон только и слышались охи и ахи, которые чрезмерно кружили голову зеленой красавице.

– Какая царица, – шептал дед бабушке и качал головой, удивленно присматриваясь к игрушкам на нижних ветках. – Ты помнишь, милая, этого щелкунчика мы купили на год нашей совместной жизни.

– Да, не могу поверить, что он нашелся. Смотри, а этого снеговика смастерил Дарк, когда ему было…сколько тебе было, внук?

– Пять, ба, – Дарк сжал челюсть, чтобы улыбка не выглядела как оскал хищника, готового растерзать всех нежеланных в этом году гостей.

– Милый, а что мы не видим среди гостей эту девушку, дизайнера? – старая драконица поднесла к глазам лорнет, в котором ни разу не нуждалась, но считала, что в кругу семьи выглядит весомо с подобными окулярами. Женщина оглядела гостей и недоуменно посмотрела на внука, который в этот момент пытался вспомнить, как дышать. – Вы поссорились?

– Милая, не стоит вмешиваться, – дед говорил тихо, осторожно, хотя еще час назад Дарк слышал, как он грозно выговаривал трем непоседливым правнукам, решившим раньше времени отведать мороженного, пока взрослые отвлеклись на приветствия и встречу вновь прибывших, – мальчик уже давно взрослый и сам разберется с девочкой. Кстати, после ее появления, особняк встряхнулся, словно помолодел. Девочка очень милая.

– Она человек, дед, – проговорил Дарк, решив разом завершить все возможные разговоры, но натолкнулся на два недоуменных взгляда.

– А что, в наше время быть человеком стало зазорным? – удивилась бабушка, обратной стороной ручки от лорнета почесав макушку.

– Она меня забыла, стоило только выйти из особняка, – Дарк давал себе зарок, что никому из родственников не расскажет о постигшем его несчастье – виданное ли дело: безответно полюбить человека, – но родные как-то ненавязчиво умудрились развязать ему язык.

– О, сколько раз я забывал тебя, дорогая, не вспомнишь? – дед поцеловал сухую руку и тепло улыбнулся, а бабушка наморщила лоб. – Пять раз? Шесть? Неужели, десять?

– Три, милый, но в последний раз я так рассердилась, что приложила тебя сковородкой.

– Это когда было? Не помню, – дед сделал озадаченное лицо, но при этом активно подмигивал внуку, обозначая, что все-то он помнит. Вот и Дарк вспомнил все семейные шутки этих двоих, которые однозначно обозначали, что в семье кое-кто не совсем чистокровный дракон и память имеет вполне человеческую.

– Когда я была беременна нашим третьим ребенком, дорогой, – пожилая драконица преувеличенно тщательно смахнула пылинки с черного смокинга супруга, при этом вполне ощутимо похлопав того по плечу.

– Знаешь, милый, – бабушка вновь взглянула на елку сквозь лорнет, – у людей есть эффект обратного отката. Это когда они резко все забывают, а потом под действием импульса к ним возвращается память. Ты не пробовал сойтись с ней снова? Вдруг ты не прав?

– Она хотела полной уверенности, что на утро будет помнить все, что с ней происходило, – признался Дарк, неожиданно осознав, что он, в общем-то, полный лопух, отчего-то опустивший руки после первой же неудачи. И как он не вспомнил все те семейные хроники, что любили рассказывать бабушка с дедушкой, троюродный дядя и сводный брат мужа сестры – там на десятитомник любовный хватит.

– Да? – бабушка вновь начала чесать макушку ручкой лорнета, при этом озадаченно хмурясь. – Так для этого достаточно не дать ей заснуть под утро. Кстати, милый, ты уже достаточно большой, поэтому мы в этот раз под елку положили одну познавательную книжицу – у людей есть очень интересный трактат, как не спать несколько ночей подряд. Правда там есть такие замысловатые позы, что мы с твоим дедом даже в драконьей ипостась не осилили.

Дарк ко многому привык на многочисленных встречах родственников, но вот это знание для него оказалось лишним – уши загорелись, словно на них раскаленные угли насыпали. Стоит ли говорить, что он поспешил покинуть деда с бабкой, а затем незаметно для себя оказался на парадной лестнице, а следом уже и в небе – темной стихией ветра несся в одном направлении, куда весь год тянула его драконья ипостась.