Глава 20

— Экипаж! Экипаж за невестой! — кричали на улице.

Во дворе особняка Валлона было людно: приехали дальние родственники барона, пришли соседи, собралась вся прислуга от кухарки до мальчишек с конюшни. Невысокая, но плотно сложённая женщина, хозяйка имения и мать Нинетт, напряжённо разглядывала меня со всех сторон. Она резкими движениями поправляла то оборки платья, то прикрывающую лицо тонкую вуаль, всё время недовольно морщась и цокая языком. Служанка подала ей накидку из лебяжьего пуха, чтобы набросить мне на плечи: утро выдалось прохладным.

— Прочь отсюда, — приказала девушке госпожа Валлон, и та бесшумно шмыгнула за дверь.

— Похожа? — спросила я, когда мы с матерью Нинетт остались наедине.

— Похожа, — вынуждена была признать она, а после тихо прорычала: — Но смотри, не опозорь мою дочь! Если оплошаешь, удушу тебя собственными руками!

Да уж, глядя на неё, нетрудно было в это поверить. Баронесса, а на изнеженную роскошью даму совсем не смахивает! Ручищи сильные, как у прачки. Лишь по золотым перстням и дорогущему парчовому платью и можно догадаться, что она аристократка. Какое счастье, что эта злобная бабища — не моя мать. От такой хочется cбежать на край света!

Мы всё продумали заранее: рано поутру явились помощницы от графа Сторланда. Они искупали Нинетт в ароматной ванне, нарядили в свадебное платье, сделали причёску. Жених прислал невесте в подарок украшения — длинные серьги из розового жемчуга и колье. Когда всё было готово и помощницы вместе с гостями удалились к воротам ждать экипаж из графского замка, пришло моё время. Господин Валлон провёл меня в поместье через заднюю дверь, проводил в комнату дочери, где мне нужно было быстро переодеться и точь-в-точь скопировать лицо и причёску Нинетт.

Мы с Нинетт не имели возможности и парой слов перекинуться: всё происходило под пристальным взором суровых родителей. Я успела заметить, что у бедной девушки трясутся руки, а на щеках, несмотря на румяна и пудру, проступают светловатые дорожки от слёз. Что теперь будет? Что она решила? Сумеет ли она встретиться с Яном, пока я буду заменять её на свадьбе?

— Удачи! — успела шепнуть мне Нинетт, когда отец уже схватил её за локоть, чтобы увести и вновь запереть.

— Всё будет хорошо! — пообещала я ей.

Мне было неспокойно. Я оказалась в окружении чужих людей, каждый из которых мог разоблачить меня внезапным вопросом. Конечно, Нинетт во время наших репетиций в Орхилле вкратце рассказала мне, кто есть кто, но времени у нас было слишком мало. С большим трудом я припоминала, что необъятный дядька с рыжеватой бородой — это дядюшка Родж, тощая как жердь девица с соломенными кудрями — кузина Джеси, а согнувшаяся в три погибели старушка в ярко-жёлтой шляпе и со страшенной кривой клюкой в руке — бабушка Ирма.

— Ну, ну, не дрожи как тощая собачонка! — подбодрила меня бабушка, цепко ухватив за руку и заставив наклониться к ней. — Это совсем не страшно. Пять минут позора — и ты жена молодого графа!

— Спасибо, бабушка, — пробормотала я онемевшими губами. — Пять минут я, пожалуй, потерплю.

Старуха довольно рассмеялась и выпустила меня из костяной хватки. Кузина Джеси мокро расцеловала меня в обе щёки, а после призналась, что ужасно завидует мне. От неё пахло чем-то кислым, хоть нос зажимай. Я мысленно сплюнула и про себя пожелала ей навсегда остаться старой девой. Противная девица.

Прежде чем я забралась в экипаж, мне пришлось обниматься с десятком болтливых родственников и выслушивать их глупые, а часто и пошлые напутствия. Большинство из них отправится на свадьбу в замок вслед за моим экипажем, и за этот долгий день нам ещё не раз придётся разговаривать. Добрые боги! Хоть бы жених оказался нормальным парнем и спас меня от этой жуткой толпы!

В дороге меня замутило от волнения. Похоже, я позаимствовала у Нинетт не только приятное личико и округлые девичьи формы, но и ощущения, которыми сопровождаются ранние сроки беременности. Я нащупала на шее амулет Арио, пульсирующий жизненной силой целителя. Нет, не может быть, чтобы Ян Хейг оказался законченным негодяем. Барон заблуждается или нарочно сгущает краски. А я верю, верю в порядочность Яна… сама не знаю почему. Может быть, потому, что ему верит Нинетт, а я сейчас — её копия?

За окнами медленно проплывали унылые пейзажи Сторланда. Солнце поднималось над лесом неохотно, с трудом пробивая лучами извечный туман. В придорожных канавах стояла вода. Лягушки за ночь устали квакать и к утру угомонились. В зарослях камышей кружились стрекозы. Кое-где тучами висели мошкара и комарьё. Я закусила губы и отсчитывала минуты. Скорей бы приехать, только бы кончилась поскорее эта качка!

* * *

— Согласен ли ты, Кенрик Лоуэлл Сторланд, взять в жёны Нинетт из рода Валлон, любить, хранить и оберегать её, защищать ваш семейный очаг…

Кажется, только теперь я окончательно очнулась после утомительной дороги. Наконец-то наступила тишина, которую нарушал лишь монотонный голос священника, зачитывающего строки из свадебного обряда, неизменные на протяжении сотен лет. Молодой граф взял меня за руки, и я, вздрогнув, подняла глаза. Моё лицо скрывала вуаль, но Кенрик смотрел на меня так, словно никакой преграды не было. Отличное зрение или… Я прислушалась к ощущениям, пытаясь уловить признаки магии. Ничего. Просто я переволновалась и, как всегда, боюсь провалить задание.

— Да! — с готовностью ответил будущий правитель Сторланда и стиснул мои пальцы.

Чёрт возьми, а он оказался хорош! Высокий, широкоплечий, кареглазый. Густые волосы отливают на солнце тёмным янтарём, на губах сдержанная аристократическая улыбка. Не знаю, как выглядит пресловутый разбойник Ян, но конкурент у него явно достойный. Нинетт стоило бы получше присмотреться к Сторланду, прежде чем прыгать со своим солдатиком в стог сена. Я незаметно вздохнула, отгоняя непрошеные воспоминания. Это теперь я рассуждаю, словно умудрённая жизнью старушенция. А сама в семнадцать лет разве не теряла голову?..

— Согласна ли ты, Нинетт Присцила Валлон… — Я снова опустила ресницы и ждала, когда наступит моя очередь отвечать «да».

Сторланд продолжал сверлить меня пристальным взглядом, от которого по спине забегали мурашки. Я не могла понять, что происходит. При мысли о том, что мне предстоит остаться с ним на ночь, становилось не по себе. И это не была влюблённость или страсть с первого взгляда. Мне казалось, Кенрик что-то подозревает и выжидает момент, когда можно будет сдёрнуть с меня вуаль и во всеуслышание объявить о невесте-самозванке.

«Спокойно, спокойно», — сказала я себе, когда, дрожа от волнения, надевала кольцо на его палец. Не выронить бы тяжёлый перстень из бесчувственных рук. Ритуал продолжался, и вскоре пришло время для поцелуя. Граф приподнял вуаль, и кончики его губ дрогнули. Господи, не может же быть, чтобы иллюзия развеялась без моего ведома и он увидел мой истинный облик? Разве с моим лицом что-то не так? Почему он так странно смотрит, почему медлит? Я закрыла глаза, когда он наклонился к моим губам и осторожно поцеловал их.

— Не бойся, всё пройдёт отлично, — шепнул он мне на ухо.

Это он о чём, интересно? Я с трудом справилась с подступающей паникой и вопросительно взглянула на Кенрика. Он весело подмигнул мне, но уже через мгновение его лицо выражало лишь серьёзную сосредоточенность. Как всё это странно. Может, он имеет в виду брачную ночь? Так до неё ещё дожить надо…

Я взволнованно оглядела толпу гостей, собравшуюся в летнем саду у графского замка. Попыток покушения на жизнь Нинетт до сих пор не случилось. Означало ли это, что всё идёт по задуманному сценарию и сейчас моя подопечная находится в объятиях возлюбленного? И где, чёрт его возьми, Арио? Он должен был подготовить телепорт, а после явиться на торжество под видом дальнего родственника барона Валлона.

Новоявленный «муж» всё время держал меня за руки, как будто боялся, что я убегу. Нас поздравляли, обсыпали розовыми лепестками и золотистым рисом, подносили цветы и подарки. Я едва успевала счастливо улыбаться, благодарить и кланяться старшим, а сама украдкой разыскивала моего зеленоглазого подельника да следила за охраной замка. Одетые в тёмно-зелёные камзолы и серые брюки воины спокойно прогуливались по садовым дорожкам.

Мне было так неуютно, что я, пожалуй, обрадовалась бы сейчас даже инквизитору Корру! Пусть бы явился сюда с проверкой и отобрал меня у этого странного Сторланда. Кто знает, что на уме у молодого графа? Быть может, он на людях добродетельный мужчина, а сам увлекается какими-нибудь извращениями! А что, всякое бывает. Я была хорошо наслышана о развлечениях влиятельных персон… Большие деньги и потенциальная безнаказанность дают им возможность потакать своим самым низменным желаниям.

— Почему ты ничего не ешь? — спросил меня «муж» через час после начала пиршества.

Изысканные яства, разложенные на блюдах передо мной, остались нетронутыми.

— Я не голодна, ваше сиятельство, — пробормотала я.

— Так не пойдёт, — заявил Кенрик и пододвинул ко мне тарелку. — Ночью тебе понадобятся силы!

— Но…

Прежде чем я успела возразить, он схватил вилку, наколол на неё кусочек белого мяса и сунул мне в рот. Ладно, придётся что-нибудь пожевать для вида. Я сдалась и позволила «супругу» немного покормить меня, что вызвало у гостей искренний восторг.

— Какие холодные губы, — заметил он после очередного поцелуя. — У тебя малокровие, дорогая?

Конечно же, вот о чём он думает! О том, что у жёнушки должно быть крепкое здоровье и отменный аппетит, иначе она не сможет вынашивать и рожать для него наследников.

— Я просто очень… очень волнуюсь, — призналась я.

Это была правда, хотя, если уж начистоту, дело выходило легче некуда. Сиди себе, красней и бледней, мямли всякую ерунду — никто ни в чём не заподозрит невинную девушку, которая обмирает в ожидании первой ночи. Всё спишут на нервное беспокойство. Вот если бы ещё «муж» не рассматривал меня со страстью завзятого натуралиста, было бы совсем хорошо. А он рассматривал. И это внушало мне тревогу.

— Признаться, я и сам волнуюсь, — как бы между прочим проронил он, когда был уверен, что никто не услышит.

Вот тебе на, а он-то чего? Уж не девственник же он, в самом деле!

Когда объявили танцы, я даже обрадовалась: тяжело всё время сидеть, когда минуты кажутся бесконечными. Музыка увлекла меня, помогла сбросить накопившееся напряжение. Я доверилась молодому графу и порхала с ним по площадке, уже не страшась наступления вечера. Арио был здесь, я заметила его возле беседки из плетистых роз, где он нещадно флиртовал с юными гостьями. «Всё по плану», — утешила я себя и успокоилась. Может быть, из-за этого время полетело стремительно и быстро наступили летние сумерки?..

Кенрик Сторланд подхватил меня на руки и закружил. Мелькнуло обеспокоенное лицо моей «матери» и раскрасневшееся — барона Валлона. По обычаю я должна была попрощаться с родителями и получить последние напутствия от матери, но что если граф не захочет соблюсти традиции и прямиком потащит меня в спальню? Никто не посмеет возразить ему.

— Ваше сиятельство… — Я умоляюще заглянула ему в глаза. — Дайте мне пару минут.

— Хочешь оттянуть неизбежное? — прищурился он. — Иди.

Какие странные глаза! На первый взгляд, карие, но изнутри будто сияют синеватыми искрами. Никогда не видела таких у людей. И мой дар, как назло, молчит. То ли вся энергия уходит на поддержание образа Нинетт, то ли моего магического опыта недостаёт, чтобы распознать, в чём причина этого необычного явления. Человек ли этот Кенрик? Ох, был бы здесь Лекс Корр, он бы всё проконтролировал!

«Мать» затащила меня в шатёр, где мне надлежало выслушать, как вести себя в первую ночь с мужем. Барон Валлон ввалился следом и притиснул меня к туго натянутой матерчатой стене.

— Нинетт пропала! Этот негодяй Хейг похитил её! — без предисловий выдохнул он мне в лицо.

Я изобразила крайнее удивление и испуг, а сама готова была в ладоши захлопать от радости. Похитил, как же, держи карман шире, барон. Твоя дочурка наконец-то удрала из дома. И я знала, чувствовала, что так оно и будет! Жаль, мы так и не поговорили с Нинетт…

— Тебе придётся… придётся выручить нас ещё раз. Я отправил лучших всадников в погоню за Хейгом, но времени уже нет. Отвлеки Сторланда этой ночью. Подсыпь ему снотворного, околдуй, заморочь голову, но не вреди ему всерьёз! Как только мы вернём Нинетт, вы поменяетесь.

«То есть — никогда», — подумала я, а сама смиренно кивнула. Через несколько минут Кенрик Сторланд уже поднимался по ступеням уютного замка Сторландов со мной на руках.