Глава 42

Создавая образ Виктории Эллер, я постаралась сделать её абсолютно непохожей на настоящую меня. Я составляла иллюзорную Вики, используя качества и черты характера, которые были чужды Нальси Фогель: горделивая осанка, надменный взгляд девушки из высшего общества, кокетливая улыбка, появляющаяся на губах тогда, когда выяснялось, что собеседник её заслуживает. Простой горожанин или бедный студент тысячу раз подумал бы, прежде чем приблизиться к Виктории и попытаться завести с ней знакомство. Этот вымышленный облик хорошо защищал меня от ненужного внимания и людской навязчивости. Я сама выбирала, как и с кем общаться. Вот только Лекс Корр был не из тех, от кого можно легко отвертеться.

— Мы с вами давно не встречались, — заметил инквизитор, изучая меня внимательным взглядом.

— Да, в самом деле, — негромко сказала я. — Кажется, единственный раз мы виделись на приёме у губернатора в городской ратуше.

— Вам не кажется, именно так и есть, — заявил он.

Мне стоило огромного труда выдерживать его пристальный взгляд и делать вид, будто всё в порядке. Вопросы роились в моей голове словно растревоженные пчёлы. Кто сообщил ему о кончине Нальси Фогель? Что написали в официальных документах? Когда Лекс узнал обо всём этом? Почему пришёл на мою могилу — решил удостовериться в том, что всё правда? А ещё, кажется, он совсем не расстроен смертью Нальси, он ведь улыбнулся Виктории… Он сделал это потому, что ему наплевать на настоящую меня, или же — о ужас — он давно уже догадался, кто такая Виктория? Вздохнув, я в последний раз взглянула на могильный камень и медленно пошла по тропинке с холма. Инквизитор, разумеется, направился следом.

— Вы знали её, Виктория?

Ну началось! Я изо всех сил старалась сдерживать дрожь. Как же легко было быть Викторией в прежние времена! Где мой тягучий, томный голос, где уверенность в себе? Теперь на всё это требовалось куда больше концентрации и магической энергии.

— Да, немного, — пожала плечами я. — Она была мистиком и оказывала косметические услуги.

— Выходит, вы обращались к ней за чарами? — вкрадчиво спросил Лекс.

— Пару раз.

— Трудно поверить, что у вас есть нужда в маскировке морщин, — заметил Корр.

Я рассмеялась, постаравшись, чтобы это не выглядело истерично.

— Что вы, инспектор Корр, любой женщине есть что скрывать при помощи магии!

— Бедные мужчины! Не всем повезло выучиться на инквизитора в Цитадели Священного огня.

У меня замерло сердце: всё-таки догадался? Что же сейчас будет? Он выхватит селестиновую палочку и на деле покажет мне, что не стоит водить его за нос? Но я ведь вправду хотела умереть в тот день! Сейчас мне самой трудно поверить в это, но я думала, что расстанусь с жизнью — и всем сразу станет легче, в первую очередь мне и Лексу. Он не будет терзаться от чувства вины перед любящей его названой сестрой, не будет переживать, что ему понравилась преступница и он никогда не сможет связать с ней судьбу. Я думала, что мы оба освободимся, но в итоге всё запуталось куда хуже прежнего.

— А вы, — спросила я после недолгого молчания, — вы тоже знали Нальси Фогель?

Он грустно усмехнулся.

— Я знаю всех магов в Орхилле. А Нальси, пожалуй, знал лучше остальных.

— Вы были с ней близки? — уточнила я.

Сдержаться не получилось, но вопрос был в духе Виктории. Простое светское любопытство.

— Пожалуй, — согласился Корр. — Не так близок, как хотелось бы, но да. Она осталась для меня загадкой.

— Мне жаль. Вы знаете, что с ней произошло?

— Я узнаю. Вы наверняка слышали, что инквизиторов готовят из чистокровных магов, убивая их природный дар. К счастью, у этой неприятной процедуры есть очень полезный побочный эффект.

— Какой же? — приостановившись, спросила я.

Лекс снова заглянул мне в лицо. Теперь я видела то, что не открылось мне поначалу: в глубине его глаз таилась скрытая тревога, губы были бледными, а волосы — растрёпанными.

— Маги полагаются на дар, Виктория, — тихо ответил он. — К этому привыкаешь с детства, и потом, когда дар выгорает, ты словно лишаешься зрения или слуха. Становишься недоверчивым и начинаешь везде подозревать обман. Каждый факт, даже кажущийся очевидным, подвергаешь сомнениям. Анализируешь. Препарируешь.

— За это вас не любят, — заметила я.

— Ясное дело. Мы любители докопаться до истины. И в данном случае, можете даже не сомневаться, — Лекс махнул рукой в сторону пригорка с могильным камнем, — я найду ответы на все вопросы.

— Каким же образом?

— Для начала — осмотрю тело, — твёрдо проговорил он.

Сказать, что я обмерла от ужаса, это ничего не сказать!

— А разве… разве так можно? — промямлила я.

Всё в порядке, в порядке, твердила я про себя. Если бы он был уверен, что я и есть Нальси, то не стал бы разыгрывать весь этот фарс. Но, чёрт возьми, что же будет дальше?

— Инквизиции можно. Так вот, я достану её тело, а дальше буду действовать исходя из результатов осмотра.

— Для чего вы всё это мне рассказываете? — испуганно спросила я.

— А чтобы вы знали, что я не просто так занимаю свою должность. Если имело место убийство, то я найду и накажу преступника, не сомневайтесь. Это в том случае, если тело несчастной Нальси вообще есть в могиле.

Чтоб его демоны сожрали! Своими репликами он доведёт меня до сердечного приступа! Я ускорила шаг, чтобы поскорее миновать кладбищенскую ограду и выйти на окраину города. Лекс, конечно же, не отставал. Я чувствовала на затылке его упрямый взгляд, и от этого по спине бегали мурашки. Остановиться бы сейчас, броситься ему на шею, попросить прощения, а потом целовать, целовать, пока он растает и не простит меня за все сотворённые глупости. Никакого кольца у него на пальце я не заметила, значит, про помолвку Люси всё выдумала… как обычно. А я ведь поверила ей тогда, поддалась сиюминутным чувствам, позволила обиде и ревности затмить разум.

— Что ж, удачи вам в расследовании, — запыхавшись, выдохнула я.

— Благодарю вас. — Лекс поклонился мне на прощание. — Надеюсь, вскоре мы увидимся вновь.

— Всё возможно, — уклончиво ответила я.

— Совсем забыл, леди Виктория…

Инквизитор сунул руку за отворот воротника и вытащил мою булавку с зелёным камешком, так похожим на изумруд.

— Ой, — только и сказала я.

— Это ведь ваше? Я видел её на вашем платье, когда мы танцевали.

— Где же вы её нашли?

— Неважно, — чуть улыбнулся он.

Я так и знала: Лекс ни за что на свете не признается, что подобрал её в покоях графа Ланнера. Он не хотел ставить меня в неловкое положение.

— Что ж, благодарю вас, господин Корр, — и я аккуратно приколола булавку к отвороту платья.

— Леди Виктория, могу ли я пригласить вас в свой кабинет в Академии? Сегодня я открою дело о смерти Нальси Фогель. Мне нужны будут показания тех, кто когда-либо общался с ней. Это не отнимет много времени.

Замечательно! Скоро я вновь пожалею о том, что Лекс Корр не отправил меня на казнь. Жизнь на воле оказалась клеткой похуже тюремной. Всё это твердил мне разум, а сердце, разумеется, говорило обратное:

— Конечно, я приду. Обязательно приду.