Глава 13. Он узнал?

Вода забирает нас с головой, но при этом ректор даже не думает меня отпускать. Тянет наверх спасительным движением, не забывая покрепче прижать к своему раскаленному телу. Вот только мне не нужно это спасение. Мне нельзя, чтобы он увидел меня.

Моя иллюзия…. Клаем глаза замечаю на руке вязь. Значит, я больше не прислуга. Иллюзия тает.... Артефакт!

Где артефакт.

Чудом нащупываю его у себя на груди в этой суматохе и молюсь, чтобы он сработал, вопреки словам Вирга.

Нас с ректором ослепляет вспышка, я пытаюсь освободиться от него, чтобы он не угодил со мной в другое место. Мне чудом это удается, но следующий щелчок я делаю уже порознь от него.

Мокрая запыхавшаяся падаю на холодную траву и пытаюсь дышать.

– Вивьен?! – выкатывает глаза Вирг.

Тут же прячу руку с вязью за спину, и ничего не отвечая плетусь в том.

Внутри бурлят такие чувства, что кажется, что я взорвусь.

Запираюсь в ванной старого дома, стягиваю с себя мокрое платье и тут же надеваю сухое. Сушить вещи времени нет. Оставляю, как есть. Бинтую руку, и спешу на выход с сумкой.

– Не хочешь объяснить, что происходит? – требует напарник, а девушка, мирно спящая на старом диване, та самая прислуга, начинает возить головой по подушке и стонать.

– Уходим. Ректор может здесь нас найти, – спешу к двери, и в этот раз Вирг не спорит, идет за мной, успев накинуть на несчастную плед.

Надеюсь, она не сильно испугается, когда отчет. Вирг хоть пару монет компенсации ей оставил?

Уверена, ректор девушку не обидит. Хотя, допросит. Нужно будет убедиться, что она не пострадает вследствие наших нечестных игр.

– Вив! Да остановись же ты! – рычит Вирг, когда мы добираемся до центральной улицы. – Куда ты идешь на ночь глядя? Где флейта?! Почему ты вернулась мокрой?!

Он вдруг застывает, когда соотносит одно с другим.

– Иллюзия! Он раскрыл тебя?! – в шоке спрашивает Вирг.

Хотела бы я знать, как много он увидел. Хотела бы уповать, что успела скрыться до того, но….

– Я не знаю, – шепчу ему, а внутри все разрывается. – Он поймал меня, и мы слетели в купель. В суматохе сложно было что-то понять, я сразу схватилась за артефакт перемещений.

– Но он ведь не должен был сработать внутри дома. Там повсюду маячки, я своими глазами видел! – заверяет Вирг и я верю, что он не ошибается, но ответить мне нечего.

Сама не знаю, как спаслась. И спаслась ли вообще?

“Он узнал меня?” – этот вопрос оглушает и сводит с ума. Такое чувство, будто я потеряла нечто ценное, будто допустила самую роковую ошибку в жизни.

Но ошиблась я не в том, что попалась (если попалась), а вот, что вообще на это пошла.

Я могу повторять себе сотни раз, что выбора у меня не было, и так оно и есть, но от этого ни разу не легче. Я чувствую себя так гадко, что тошнит.

– Иди за мной, – командует Вирг, и спустя пятнадцать минут ходьбы по темным пугающим улицам, мы оказываемся во дворе другого неприметного дома. Сколько же у Хозяина таких тайников по всему континенту? Сколько таких девочек на побегушках вроде меня он прячет?

– Дай артефакт перемещения, – командует Вирг, когда мы входим в дом. Отдаю, что просят, и мне велят присесть на один из диванов.

Тут не пыльно, как ни странно. И даже лучше, чем в нашем прежнем убежище.

Вирг крутит в руках подвеску, хмурится. Не понимает, почему она сработала, когда не могла. Мне бы тоже стоило об этом подумать, но мои мысли витают где-то далеко. Там с ректором. И почему-то мне сейчас очень хочется плакать.

Касаюсь губ, едва опаленных поцелуем, и внутри все рвется.

Он поцеловал меня или воришку? Он догадался или просто не чужд вкусить любую красавицу, что попадается под руку.

Какая разница? Больше я его не увижу ведь так?

– Вирг, – зову приятеля, и он, раздраженный тем, что не может решить загадку, переводит взгляд на меня. – Я больше к нему не сунусь. Слышишь?

– Вив, приказы не я отдаю. А условия Хозяина ты знаешь. Не выполнишь это задание, еще год будешь на побегушках. И никто не гарантирует, что твои миссии будут такими же простыми, как раньше.

То же мне простыми. Сделали из меня воришку-лазутчика. Проще некуда!

– Ты должна быть благодарна, что Хозяин не отправляет тебя на миссии вроде тех, что доставались нам с Альтой.

Ох, об этом я наслышана. Да уж. Действительно, повезло. Изображать из себя работницу борделя, чтобы погреть уши во время разговоров важных людей точно не по мне.

– У нас с Хозяином обусловлено в договоре: никакого тела, – напоминаю Виргу, а он только фыркает.

– Не знаю, как ты умудрилась его на такое уломать, но помни, что в любом документе есть лазейка. Так что не зли и делай, что велено.

– Что ты предлагаешь, Вирг? Явиться к ректору и спросить, а не узнал ли он меня случаем? Так?!

– Именно, – даже бровью не ведет. Бессердечный истукан.

– Вив, в чем дело? Почему тебя так пугает этот ректор. Есть что-то, что мне нужно знать?

Есть что-то, что от него нужно скрывать.

– Нет, – лгу я, и отворачиваюсь, потому что нос щиплет, а в глазах копится влага. – Я просто смертельно устала от всего этого.

– Не переживай. Не долго осталось, – голос напарника звучит непривычно мягко, и от этого я чувствую себя еще более слабой. А мне нельзя. И так из последних сил держусь. – Иди отдохни. Завтра вернешь в академию и найдешь способ разузнать, гле ректор прячет флейту.

– Что в ней такого?

– Много вопросов, Вив, – отсекает Вирг, и я понимаю, что лимит доброты исчерпан.

Молча киваю и плетусь в спальню. К счастью, здесь все комнаты расположены точно так же, как в старом убежище. Это больше преимущество. Меньше времени на освоение.

Запираю за спиной дверь, а затем добредаю до кровати и падаю лицом в подушку. Больше не сдерживаю слезы, разрешаю им выступить из глаз и топить лицо. За ночь практически не смыкаю глаз, и ненавижу тот рассвет, что предвещает мне судный день.

– Вив! – доносится из-за двери голос Вирга.

Да знаю я, что никуда не деться. Нехотя привожу себя в порядок, от еды отказываюсь. Не хочу. В горле до сих пор ком стоит.

– А если он меня узнает? – спрашиваю у напарника перед самым выходом.

– Сделай так, чтобы не узнал. Поняла? А если провалишься…. Ты знаешь, как Хозяин не любит тех, кто попался, – говорит Вирг, и все внутри застывает.

Наслышана….

– Возьми артефакт и травы. – нарекает Вирг. – Первый скроет твои метки, но сил его хватит лишь на сутки. Этого хватит, чтобы сделать нужный отвар.

Молча киваю, беру, что дали, и переступаю порог.

Едва подвеска опускается в декольте, запястье перестает гореть. Снимаю бинт – кожа чистая. Хоть это радует…. Но этой радости лишь капля в бескрайнем море опасений и тревог.

Несколько дней назад я на крыльях счастья летела к академии, теперь же иду как на казнь, не зная чего ожидать. Ректор. Та девушка, оставшаяся в старом доме. Надеюсь, она в порядке. Вот бы увидеть ее и убедиться, что все хорошо….

Но сначала – ректор.

А вот и он….

Сжимаю пальцами юбку, не зная, куда себя деть.

– Вы вернулись, – говорит ректор, глядя на меня так пристально, что внутри все сжимается.

Мне страшно, потому что я не знаю, чего от него ждать. Пут и допроса?

Он ведь узнал….

– Решили остаться в академии? – продолжает, будто не знает. Или он играет со мной?

Хорошо, тогда я тоже постараюсь спастись и буду играть так, будто от этого зависит моя жизнь. Хотя словосочетание “как будто” тут лишнее.

– Я заходила к секретарю и сообщила, что тётушка разрешила остаться, – сообщаю ему и пытаюсь улыбнуться, но это не так-то просто сделать, когда он смотрит так пристально, что я чувствую себя обнаженной и физически и душевно.

– Да? – голос звучит спокойно, но я чувствую каждой клеточкой тела недоверие ректора.

А глаза так испытывают, что невольно в голове проносятся события прошлой ночи.

Вивьен, не забывай, что на кону. Соберись!

– Вы ведь говорили, что там что-то серьезное, – напоминает ректор, а затем спускает взгляд ниже, будто сканируя каждый сантиметр моего тела. Хорошо, что я прячу обе руки за спиной, держа там сумку. Не нужно еще раз святить повязкой на запястье и напоминать ему о неразгаданных загадках.

– Отчисление нашим планам не поможет. К тому же, все наладилось, – заверяю я.

– Как зовут тетушку? – у мужчины находится новый вопрос.

Вот не ректор, а инквизитор настоящий!

– Изольда.

– Не слышал о такой.

– Так хорошо знаете наш род? – не выдерживаю я.

Вот к чему эти вопросы? Если в чем-то подозревает, то почему не вызовет на допрос. А если нет…. Ничего не понимаю и путаюсь еще больше.

– Вивьен, мне можно доверять, – вдруг говорит он, и я вся покрываюсь мурашками от головы до пят. Смотрю в его темные, прищуренные глаза, обещающие не то защиту, не то спасение, и чуть ли не верю по глупости.

О боги! Это очень опасно.

– Я ничего не скрываю. – стою на своем и даже голосу не позволяю дрогнуть в эту секунду. Нельзя давать слабину!

– Что ж, тогда поспешите на занятия. Там и увидимся, – нарекает он, и твердой поступью уходит прочь.

Я пару секунд хлопаю глазами, а потом хмурюсь. Где увидимся? На занятиях? Он еще и преподавать будет?

Смотрю на перемотанную руку и сокрушаюсь. Долго так ходить не получится. Вирг ведь обещал ингредиенты для зелья. Надеюсь, раздобудет их быстрее, чем меня сцапают.

– Вы слышали? – хихикают девчонки, занявшие один из последних рядов в аудитории.

Я предпочла бы сесть ближе, но от ректора правильнее держаться подальше.

Мда. Похвалил бы меня Вирг за такой энтузиазм. Невольно вспоминаю его слова о том, что мне нужно будет стать чуть ли не тенью этого грозного и опасно притягательного мужчины, чтобы вынюхать, где он прячет злосчастную флейту. Вот только как это сделать, мне пока непонятно.

Да и вообще, имею полное право держаться подальше, пока Вирг не поможет остановить метку. Вот!

– Ректор невесту отшил, – меж тем продолжают девицы. – Теперь у нас есть шанс!

– А что случилось то между ними? – шепчет брюнетка, и я невольно навостряю уши.

А что? Мне ведь теперь все нужно знать, что касается объекта моего наблюдения. Я не для себя….

Угу, попытка самообмана не удалась.

Ну давайте, девочки, не томите. Может быть, хотя бы вы знаете причину.

– Не знаю, – жмет плечами. Эх, а я то уже понадеялась. – Но свято место долго пустовать не будет.

К собственному сожалению, с последним вынуждена согласиться. Меня всю встряхивает от воспоминаний тех объятий, и падения в купель. И тут же становится горько.

Если он меня не узнал, то значит, любую так зажимает. На всякуютаксмотрит….

Нечего киснуть, Вив. Наоборот радуйся, что тебя не поймали. А ведь ты на волоске висела.

– Добрый день, адепты, – раздается строгий голос ректора, и девчонки тут же выпрямляет спину, чтобы быть заметнее.

Я же наоборот сутулюсь, но даже сейчас взгляд ректора находит меня за высокими головами парней. Становится жутко неудобно, и я прячу взгляд.

Решаю смотреть только в листы и писать, все, что он скажет. А лекция, как назло, не предусматривает толстого конспекта. Ректор решает вести ее в форме диалога, и адепты, причем уже не только женского пола, но и мужского заглядывают ему в рот.

Смотрю на все это восхищение и понимаю, что если бы не наши сложные отношения, то с удовольствием бы пересела сейчас в первый ряд, где уже сидят по двое на одном месте, и обсуждала с ним законы равновесия энергии. Не только дознаватель от богов, грозный ректор, но и оратор искусный.

– Что ж. На этом все. К следующему занятию жду от вас еще большей активности, – выдает глава академии, умело игнорируя овации и сердечки в глазах женской половины.

Не забывает бросить взгляд в мою сторону, и я тут же краснею. Он уходит, и все принимаются в голос обмениваться впечатлениями, а я спешу собрать вещи.

– Привет, – подсаживается ко мне та самая брюнетка, что недавно интересовалась личной его личной жизнью вместе с подругами. К слову, подруги в этот момент делают вид, что заняты чем-то своим, когда на самом деле слушают нас.

– Мы ведь вместе учимся, а до сих пор не познакомились. Как тебя зовут?

Она общается приветливо, но я нутром чую, что это не простой интерес.

– Вив. А тебя? – спрашиваю тоже не из вежливости. Нужно уже хоть кого-то из окружения знать.

– Ада, – улыбается девушка, и я чувствую, что она уже готова задать тот вопрос, ради которого это все начала. – Слушай, а вы с ректором знакомы, да?

Был бы у меня сейчас сок, я бы подавилась. А так пришлось захлопать открытым ртом, как рыбка.

Хочу сказать, что нет, но понимаю, что танец на балу видели сотни глаз. Ой… И сейчас все больше взглядов обращаются в мою сторону. Чего это они?

– А почему ты спрашиваешь? – решаю сменить оборону на мягенькое нападение. Хлопаю глазами в точности, как и она, и улыбаюсь, согласно правилам ее же игры.

– Просто… эм. Вы танцевали вместе, – жмет плечами, но говорит не все, что хотела сказать.

– Традиция светлячков, – развожу руками. Пытаюсь держать улыбку, а взгляды нервируют все больше.

– И на лекции он смотрел на тебя…, – тянет она и обрывается на самом интересном месте. Как?

– Он на всех смотрел, к тому же со многими даже говорил, а со мной нет, – отвечаю мягко, а сама думаю, что не так уж он и часто на меня смотрел, на самом деле. Странный интерес у девочек. Или это я чего-то не заметила?

– То есть вы не знакомы?

– Нет, – качаю я головой и мне окончательно перестает нравится этот разговор. Еще адепты первогодки меня не допрашивали для полного счастья. Надо уходить.

– А с Коллином у тебя что? – вырисовывается вторая сплетница из компании.

Ого! Это когда они решили, что меня можно тут кучкой прессовать?

– Любовь до гроба и четверо детей, – отвечаю дамочке таким же вызывающим тоном, каким она задала вопрос.

– Что?! – охает девушка, явно, не ожидавшая такого ответа.

Так, кажется, зря я пошутила. Сейчас еще придумают сплетню, а мне и посерьезней проблем хватает.

– С Коллином мы друзья, как и с Лейлой, Беатрис и Стефаном, – решаю крыть этой картой, и девушки, кажется, немного унимаются.

– А мне нравился первый вариант, – раздается голос в дверях, и поначалу растерявшиеся девчонки тут же выпрямляют спинки и спешат улыбнуться адепту Беркли.

– Тот что с любовью до гроба, – подначивает Коллин.

Что его горгулья за пятую точку укусила! Шутник недоделанный!

– Это как-нибудь без меня, – шиплю на него, и взглядом даю понять, что его слова мне еще ого-го как аукнутся.

– Без тебя никак. Девчонки там переживают, что пока ты возишься в столовой все эклеры расхватают. Так что давай поднажмем, – смеется Коллин, а затем смотрит на девчонок. – Слушайте. Мою даму тут же никто не обижает? Вы мне, если что, шепните, ладно?

– Хорошо, – растерянно гудят они, а я понимаю, что после такого ситуацию уже сложно спасти.

– Он пошутил, – заверяю девушек, и пока Беркли не ляпнул чего-нибудь еще, выталкиваю его в двери.

Хочу отчитать, но тут целая компания голодных друзей. Только и успеваю пригрозить, чтобы он больше так не делал, как в наступление переходит Лейла с вопросами о том, куда я вчера пропала и почему объявилась только сейчас.

– И ночью пропадала? – выхватывает Коллин.

О боги! Он, что, в самом деле считает, что я ему каким-то боком принадлежу? Так, кажется, придется побеседовать по душам, но не сейчас. А сейчас… я застываю, когда вижу среди толпы знакомое лицо, которого никак не должно быть на территории академии.

– Я вас догоню, – только и говорю ребятам, и тут же ухожу в другую сторону, подавая Виргу сигнал взглядом.

Напарник догоняет в считанные секунды и сует мне маленький мешок.

– Тут все, что ты просила для зелья. Вари его и приступай к миссии, – велит он и радость от мысли, что смогу избавиться от меток тут же сменяется печалью….

Миссия – это подобраться к ректору.

– Вив, не глупи. Не время думать и пасовать. Твоя свобода на кону, – напоминает он. – Я попрошу Хозяина дать отсрочку, но не тяни. Нужно все сделать быстро.

– Что сделать? – раздается голос за спиной.