Глава 25

Наташа Завтра обязательно надо поговорить с Соней. В ней слишком много добра к тем, кто творит зло. Да, возможно, она еще не приняла конкретную сторону, но, когда человек познает все прелести жизни без ограничений, он уже не может вклиниться в рамки, которые диктует ему общество. Только захочет ли она меня слушать? В ней живет дух максимализма, плюс желание защитить ту, что близка ей по способностям. Но ведь мы не собираемся ей делать больно, ранить. Просто заблокируем магию. Да, это сравнимо с потерей зверя, но все же отличается. – Все будет хорошо. Все, что не делается, делается к лучшему. Даже наше проклятье. Если бы не оно, столько всего прошло бы мимо нас. Крепкие чувства, умение находить выход из сложных ситуаций, возврат к памяти предков. Давай не спешить. Если Богине не угодно, чтобы мы забрали ее силу, она найдет способ помешать нам. Не сомневайся. Вспомни, я нашел кинжал лишь придя на место смерти родителей. Не пришел бы, так бы и держались друг от друга на расстоянии. Пытается утешить Николас, но мне это не помогает. Отрицательно машу головой, потому что он как прав, так и не прав. – Только, если бы не заговор, тебе бы не пришлось туда ехать. На любое «за», могу привести минимум одно «против». Правда, верить, что все закончится хорошо, очень хочется. Тяжело выдыхаю и чувствую, как его ладонь гладит коленку. От тепла чужого тела становится приятно. Сейчас бы остановиться, забраться к истинному на коленки и просто отдохнуть. Не время. Меня тянет в одно место, там можно восполнить внутренний резерв. Как раз то, что нужно перед тяжелым днем. Кто знает, когда еще выпадет такая возможность. – Всегда можно окрасить светлое в темный и наоборот. Вопрос лишь во взгляде. Просто прими случившееся как данность. Судьба всегда преподносит уроки. Не всегда они приходятся по вкусу. Соня – умная девушка, – спокойно говорит Николас, а я понимаю, не хочу сейчас говорить о проблемах. – Давай поговорим обо всем завтра. Я опустошена и морально, и физически, – посылаю ему извиняющуюся улыбку и сворачиваю к нужной тропинке. Пара ничего не говорит, просто продолжает держать руку на коленке. Искренне благодарна ему за безмолвную поддержку. Чувствую, как с каждой секундой меня все сильнее окутывает его энергетикой, заряжая на безумство. Мне очень понадобятся силы и храбрость, чтобы предложить ему одну вещь. Источник, неподалеку от которого мама защищала старших братьев и сестру, скрыт в нескольких сотнях метров от нас, но пройти к нему можно дальше лишь пешком, поэтому паркую машину и кивком головы зову Ника на выход. Парень молча следует за мной, то и дело поглядывая на попку в узких джинсах. Чувствую, как незримо касается, от этого становится очень приятно. Не представляю, чего ему стоит безропотно следовать за мной, не говоря ни слова. Но так хорошо, что не говорил, иначе не смогла бы объяснить куда и зачем мы идем. Подойдя к пещере, отодвигаю лианы и захожу первой. Он скептически приподнимает бровь, мол, куда ты ведешь меня, сумасшедшая. Я лишь пожимаю плечами и скрываюсь в глубине. Буквально три поворота, десяток метров и мы оказываемся в голубом сиянии пещеры. Здесь все пропитано спокойствием и любовью, а нежное голубое сияние убаюкивает, а луна, что просвечивает сквозь небольшую щель в верху, создает тот самый эффект мерцания в водной глади маленького «озера» в самом центре. – Зачем мы здесь? – видя, как я присаживаюсь у края воды, и мочу руки, спрашивает Ник. – Я хочу искупаться. И это мое любимое место на всей планете. Хотела показать тебе его, – скромно улыбаюсь, готовясь к совместному купанию. – Что скажешь? – Нат, я не железный. Давай не будем? Можешь ножки окунуть, это я переживу, наверное, – не понижая интонаций, говорит каждое слово. К чему переходить на шепот, если второй все равно услышит? Правильно, ни к чему. Ладно, не хочет по-хорошему, буду действовать по-плохому. Я хочу искупаться вместе с ним. Нам обоим нужна подзарядка, но для начала отвлеку его. – Почему ты не спрашивал куда мы идем? – небрежно бросаю в его сторону, а сама подхожу к кромке воды, скидывая обувь. В пещере всегда тепло, и камни, которые по всем законам должны обжигать холодом, согревают приятным теплом, даже зимой. Потрясающее место. Волшебное. По напряженной позе истинного понимаю, подозревает неладное. Умничка какой. – Я тебе доверяю. Ты моя луна. Я пойду за тобой, чтобы не случилось, – оказавшись за спиной, нежно рычит в основание шеи. – Что ты задумала? – щекоча носом кожу, спрашивает напрямую. – Искупаться. Ты не хочешь, я хочу. Можешь упустить шанс подкрепиться силой по собственной глупости. Отхожу в сторону, скидывая всю одежду, кроме белья. На пляже мы ходим в купальниках? Ходим. Здесь почти то же самое. Тем более, рядом только один волк, тот, с которым мне предстоит разделить всю жизнь. Стыдиться абсолютно нечего. Слышу обреченный вздох и шуршание, но не одежды, а шагов. Не поймает, не заставит одеться, не дамся, поэтому быстрее бегу в воду. Ник не успевает совсем немного. Чувствовала, как его пальцы скользнули по лопаткам. Да, вот такая коварная. Мама всегда говорит папе, что его если не заставить, сам никогда не отдохнет. Воспользуюсь мудростью старших. Все же столько лет брака за спиной. Не буду отказываться. – Вода приятная, иди ко мне, – маню истинного, скрывшись в воде по плечи. Как же здесь прекрасно. Чувствую, как вода ласкает тело, успокаивая каждую клеточку. Есть что-то особенное в этом месте. Не знаю почему стая не любит сюда ходить. Некоторые даже говорят, что здесь всегда холодно. Чудаки. Когда в первый раз услышала подобную ересь, помчалась к источнику проверять правдивы ли слухи. Оказалось, нет. Выдохнула тогда знатно. – Нат, вылезь. Я не полезу к тебе в воду, пока ты там в чем мать родила. О тебе ведь беспокоюсь, Златовласка, – бурчит, как неразумному ребенку, садясь на корточки у самого края. Ну, держись, сейчас ты у меня получишь. Наташа Белозарова всегда добивается поставленной цели. Сейчас – отдых моего мужчины. Мое возвращение подкосило его внутренние резервы. Без источника будет долго восстанавливать. Так что ничего не знаю, он будет купаться! Подплываю к краю, состроив печальную моську, мол, согласна на все. Ага, сто раз. Протягиваю руку, прося о помощи. – Молодец. Сейчас оденешься и поедем. Прости, но очень хочу поспать. Вымотан. Тяжело вздыхает, и ужасная тень ложиться на его лицо. Бедный мой. При мне не держит маску, позволяет себе быть слабым. Нет, не позволю отказаться. Поэтому, стоило нашей коже соприкоснуться, резко дергаю на себя волка, опережая его на доли секунды. Оба уходим под воду. Но вожак, он всегда вожак. Поэтому быстро обхватывает меня за талию и выныривает на поверхность. Сказала же, окуну. – Ната, – зло рычит, недовольный выходкой. – Сказал же, нет. Ты вообще слушать умеешь? Ты хоть немного понимаешь, чем все может закончится? У меня же от тебя крышу рвет. Совмести это с усталостью, при которой правят лишь инстинкты, чтобы выжить, и скажи, что нас ждет? Крепче прижимает, чтобы поняла наверняка. О да. Весело может быть. Если всегда так бояться, можно сойти с ума. Мы в природной святыне, здесь мне ничего не страшно. Если чему-то суждено случится, оно все равно случится. Причем тогда, когда должно. Его страхи беспочвенны. Пора жить. – Долго и счастливо, – отвечаю и сама целую мужчину, обвивая его шею руками. Проходит несколько секунд, и Ник сдается. Поцелуй резко получает взрослые обороты, мы оказываемся около бортика, где природой предусмотрены площадки на подобии ступеней. Обреченный вздох становится последним рубежом нашего безумства. Становится плевать, чем закончится сегодняшняя ночь, главное – мы вместе, делаем то, что хотим, а по венам, вместо крови, течет чистая энергия, которая покалывает все тело. Источник творит с нами нечто вообразимое. Все оковы рушатся, волк сдается на милость инстинктов и скидывает с себя мокрую одежду. Мне бы уговорить его все снять до погружения, но сейчас уже поздно об этом думать, что сделано, то сделано. Выкрутимся перед родителями. Да и кто сказал, что мы обязаны вернуться ночевать к ним? Оторвавшись от манящих губ, заглядываю глаза, в которых нет больше нежности и сдержанности, и страшно становится, но не настолько, чтобы я отступила. Если нам суждено стать одним целым сегодня, так тому и быть. Однако немного отплываю от него, чтобы увеличить шанс на мирное разрешение моей шалости. Губы болят от поцелуя вперемешку с укусами. Держась на поверхности одной рукой, все же прикасаюсь к страдалицам губами и понимаю, что кайфую от этого ощущения. – Куда уплыла? Сама меня в воду закинула и на попятную? – посмеиваясь, подплывает за секунду, припечатывая меня к другому краю. – Нет, – хрипло отвечаю, дрожа от сладкого предвкушения. Так непривычно ловить полный похоти и восхищения горящий взгляд. Если бы увидела подобное с другим мужчиной, уже задохнулась бы от страха, а с истинным чувствую себя самой красивой и желанной. Так и должно быть. Главное, чтобы тобой восхищался один единственный, твой, остальное неважно. Мне бы смутиться от откровенной позы, в какую он меня загнал, заставив обвить его талию ногами, но не могу. Мне нравится, хочу узнать, что скрывается за сдержанностью и выдержкой Николаса. Раз мы можем касаться друг друга, что нам может помешать зайти дальше? Ничего. А метка, чуть раньше, чуть позже, не так уж и важно. Все итак знают кто мы друг другу. – Если бы только знала, как устал держать себя в руках, как хочу сделать тебя своей, забрать из отчего дома, забирая все заботы на свои плечи, – потираясь носом о мой, шепчет, заставляя бабочек в животе порхать. Не то чтобы они спали все это время, но после услышанного, срываются в еще более дикий скач. Кажется, что еще немного, и меня разорвет от переполняющей радости. – И не надо. Мы пара, это наша жизнь, – говорю совершенно спокойно, словно о совместной прогулке по парку. – Ты не понимаешь, – касаюсь теплых губ своими вечно холодными пальцами, рождая табун мурашек по его коже. – Т-ш. Это ты не понимаешь. С тобой я готова на все. Здесь мое место, мой кусочек рая, так почему я не могу познать новый кусочек счастья здесь, потому что хочу, с тем, с кем мне предстоит прожить счастливую семейную жизнь? – хочет что-то ответить, не даю. Сама припадаю к его губам, сегодня явно мой день, раз приходится уговаривать сорваться. Не знаю, как объяснить, чувствую, что так надо, только сейчас правильно. Не завтра, не дома, а здесь и сейчас. – Сумасшедшая, – в перерывах, параллельно хватая воздух, говорит, вызывая сладкую дрожь внутри. – И это заразно. Пошло все, не могу оторваться. Прости меня, если что, моя выдержка закончилась. За люблю прямо здесь. И теперь уже он накидывается на меня с поцелуями. Только после его захвата поняла, что до этого мы до этого лишь разминались. Сердце забилось в груди настолько сильно, что стало страшно, но останавливаться не хотелось. Боль на грани удовольствия. Счастье с привкусом экстрима. И все это приправлено целительной силой источника, который заряжает нас изнутри, позволяя выдержать все виражи чувств. Мне настолько хорошо с Ником, что упускаю момент нашего сближения. Но пауза не долгая. Мы привыкаем друг друга, получая новое удовольствие. Правильное, полное. – Как же это круто, – довольно улыбается волк, заправляя мокрые волосы за ушко. – Больше ты домой не вернешься. Одной ночи мне будет мало, – покусывает мочку уха, заполняя паузу приятными эмоциями. – А кто сказал, что я хочу возвращаться к родным? – улыбаюсь сквозь легкое смущение, и начинаю намекать, что пора продолжать. – Чертовка, никогда не пытайся стать главной. Я всегда впереди, кроме нашего дома, там готов подчиняться. И то, – намекает, что так же остается за ним. – Держись крепче, полетаем. Новый поцелуй и жаркие касания. Как же мне хорошо. Надеюсь, ему не менее приятно. Да, о чем я? Мы истинные, идеальные друг для друга. По-другому и быть не может. Богиня, почему у нас все так сложно? Почему нам нельзя познать полное счастье? Не хочу ждать неизвестное «когда-то», мне нужен мой мужчина. Хочу чувствовать его полностью. Не только физически, но и духовно. Так должно быть с первого дня, а, вместо этого, мы каждый день страдаем вдали друг от друга. Хватит. Он мой! Только мой! И когда. Казалось бы, приятнее быть не может, меня накрывает новая волна удовольствия. Такая сильная, что хочется плакать, и клыки непроизвольно вонзаются в основание шеи истинного, начиная привязку. Мгновение, и по телу проходится его принятие. Кажется, что чувства почти одни на двоих. А потом и его клыки в моей шейке. Вот теперь все идеально. Все на двоих. Каждая эмоция смешалась, заставляя мозг плавиться от потока сознания, подстраивающегося под новый режим. Стоит чувствам утихнуть, ослабляем хватки и смотрим друг другу в глаза. – Это… – Метки. Моя, – крепче прижимая, рокочет, зализывая раны, что сами стягивая, оставляя едва заметные шрамы. – Больше никогда так не делай. Я чуть с ума не сошел, когда понял, что происходит, но и отказаться не мог, что-то толкнуло на риск. Хотела ответить, не дал. Оставил легкий поцелуй и сел на ступени, отдыхая вместе со мной. А в моей голове пробились слова набатом, что говорила бабушка про мое место.