Глава 9

Николас Каждый из присутствующих начал сканировать меня. Да и не только. Впервые почувствовал на собственной шкуре точечное применение Альфа силы, направленное на подавление воли. Поодиночке им со мной не справится, а вот толпой – вполне. Одно не учли. Я не сдамся до последнего. Никто не сможет заставить меня подчиниться. Пускай не стараются. – Вожаки, прошу, – рокот Мартина разнесся по помещению, сбивая общий настрой. – Повторюсь. От них нет никакой угрозы. Успокойтесь, и выслушайте меня. – Верховный, лучше поторопись с объяснениями, – поторопил один из Альф. – На территории, где ходят мои внуки, я не намерен терпеть посторонних, про Егора вообще молчу. Для нас эти волки – прямая угроза. Так вот как выглядит Александр. Дядя всегда восхищался этим волком. Острый ум, в экстренных ситуациях способен принимать верные решения, отключив чувства. Так же у него бешеный самоконтроль, который доступен далеко не каждому из нас. Надеюсь, у нас получится найти общий язык, потому что в его стае хотелось бы пожить какое-то время. Мартин был не против такого поворота. – Да, в целом, такой мощный волк вызывает опасение, – в игру включился Азиз, его я точно помню. – Сам понимаешь почему. Дело не только в том, что рождение сильнейшего раньше срока – предвестник беды, но и в том, что долгие годы информация умалчивалась. Вот это уже удар по репутации дяди. В каких бы отношениях мы ни были, в стороне стоять не собираюсь. Никто не смеет ставить под сомнение его авторитет и правильность поступков. Сами избрали, поводов не было. Он честно служит свой срок. Хочу вмешаться, но в сознание проникает Мир, не давая совершить глупость, за что благодарен. Ведь вступись я сейчас, подорву авторитет окончательно, ведь выкажу неуважение традициям и покажу буйный нрав, который приводит Вожаков к гибели вместе со стаей. Что-то со мной не так сегодня. Мы с Черным слишком нервничаем, и дело тут не в совете. Грядет что-то, и вот что, не понимаем. Мне срочно нужно взять себя в руки. Что бы ни случилось, обязан справиться. Не щенок, в конце концов. Мартин кивнул, давая знак, что стоит занять указанное место, и я подчинился. Сейчас его время. Сложное. – Повторюсь, перед вами мой племянник. В свое время я дал слово Данае сберечь ее выбор в секрете, и сдержал его. Вы все помните, что моя сестра не была Альфой, – волки кивнули. – Так вот, ее истинным оказался волк с силой на грани Альфы и беты. Они ушли, жили своей жизнью. Но в тот же год случилась волна нападения отшельников. В деревне, в которой укрылась Дая, не было тех, кто мог бы защитить. В живых остался только Ник совершенно случайно. С рождения я чувствовал в нем огромную мощь, и именно поэтому скрыл его ото всех. Воспоминания об отшельниках никому не приносят радости, это видно. Тогда пострадало много семей. Каждый помнит, как было больно терять близких. Особенно страшно сейчас стало Белозарову, Вермутову и Курту, ведь их задело в последней борьбе больше всех. – Ник жил под моим крылом, воспитывался должным образом. Известие о сильном волке могло навести больше смуты в те времена. Возможно, я рисковал, скрыв факт его рождения, но сделанного не вернуть. На тот момент я был уверен, что Николас рожден не для того, чтобы положить конец обезумевшим волкам. Значит, его необходимо было всеми правдами и неправдами уберечь. Было сложно, особенно когда совет проходил на моей территории. Сейчас же понимаю, что не ошибся. Его миссия в другом. Приближается новое зло. Страшнее отшельников. Намного. То, с чем нам не совладать так просто. Поэтому пришло его время. Возможно, не стоять у руля, но быть рядом. – Собратья, – Артур решил внести свою лепту. – Давайте не забывать о том, что каждый из нас порой оступался. Нам так казалось со стороны, что кто-то оступался. Но, Егор и Виктор, вспомните себя в свое время. Каждый из вас отказался от истинных, чтобы спасти будущее. Волков знатно передёрнуло. Вспомнили. – А ты, Азиз. Как отказался от Каролины в ее младенчестве? Хвала Богине, пара оказалась не столь стара, когда судьба раскрыла новые карты. У нас у всех были тайны, которые хранились до нужного часа. Мирное время закончено, но лишь для вас. Мы же хранили груз все эти годы, понимая, что враг приближается, ведь не зря парень родился. Но при этом мы дали каждому из вас годы передышки. Успокойтесь и подумайте, как бы вы поступили на нашем месте. Мартин и Артур смотрелись со стороны, как единый механизм. Однажды и мы с Дамиром будем такими же. Но подумать об этом лучше потом. Сейчас важно добиться расположения совета, ведь без него может начаться междоусобица, которая облегчит задачу врагу. Ну, же, вожаки, включите голову, прислушайтесь к зверям, они не обманут. Не в этот раз, когда Черный полностью открылся. Ну, же. Мы с волком ждали. Терпели прощупывания, которые выворачивали нутро наизнанку. Никто не ослабил своего воздействия. Люди отдали бразды правления волкам, а те никогда не отступят, пока не увидят должную отдачу. Нельзя закрыться, нельзя сорваться, но и быть тряпичной куклой тоже нельзя. Особенно когда в воспоминания лезут, ищут то, за что можно зацепиться. Чувствую, как они открывают каждый день моих воспоминаний. Кадры прошлого мелькают перед глазами. Черный хочет рыкнуть на них, чтобы прекращали, но сдерживается, потому что чувствует мою просьбу. Осталось потерпеть еще немного. Да, больно от кадров, как погибает отец, тошно, когда в голове слышны крики мамы. Воспоминания сменяются одни за другими. Детство, тренировки, воспитание Мартина, мой бунт, когда уехал скитаться по миру, почему осел в Альбионе, помощь Азизу. В голове стоит ужасная боль. Черный еле держится, чтобы не сорваться и не закрыть бесплатное кино. С трудом держу спину, хотя на деле хочется свернуться клубочком, начать выть от нестерпимой боли. Хочется хоть что-то сделать, чтобы заглушить давление. И тут перед глазами Ната. Златовласка. На душе сразу становится легче. Единственная, кто показал зубки и в то же время остался собой. Вспыльчивая и ранимая, веселая и грустная. Девочка-контраст. Снаружи – напускная холодность, внутри – теплое солнышко. Чувствую, как давление отступает. Что за? Вот черт. Они тоже увидели, вынули нашу встречу на всеобщее обозрение. Нет, мне бояться нечего, ничего плохого с малышкой не делал. Но кто знает, как вожаки воспримут знакомство со свободной волчицей вне графика, без свидетелей. По словам дяди, у них на всех самок график, а я влез без очереди. На мой взгляд, глупое правило, ведь девушка все равно уйдет из отчего дома. Соберитесь все вместе и пусть отец принесет ее запах. Самое простое. Но я никто, пока никто, чтобы с моим мнением считались. Как только пытка закончилась, иначе своеобразное прощупывание назвать не могу, начал различать лица вожаков. Сначала уловил укор Мартина, видимо, не доволен тем, что знакомство с Белозаровой стало для него с сюрпризом, недоумение в глазах остальных, злость у Александра, все же момент с внучкой самый щепетильный, и бешенство Егора. Вот папашу понимаю лучше всех. Видимо, о чем-то детишки умолчали. Подставил так подставил. Ничего, срок давности прошел и воспоминания клуба не всплыли, значит, есть шанс выкрутиться за счет умалчивания некоторых фактов. В конце концов, та вылазка закончилась благополучно, а Наташа сделала соответствующие выводы. – Надеюсь, на этом все? Теперь совет может начаться? – собираю остатки силы в кулак и выдавливаю стойким голом короткую речь, которая кажется неимоверно длинной. – Может, – на удивление, первым очнулся Белозаров. Волки сели за свои места и переключили внимание на Мартина, хотя и на меня посматривали. – Отлично. Раз уж знакомство состоялось, можем продолжить. Каждый из вас помнит, что однажды такое было. Новый Верховный рождался раньше срока, предвещая новую беду. По факту, кроме предчувствия скорой напасти, больше обсудить и нечего. Рождение самок, новые графики – схемы давно отработаны, и наши сборы стали, скорее, данью традиции в прошедшие годы. Но сегодня все иначе. – Мартин, прошу меня простить, – и снова Инейный вожак перехватывает слово. – Но тем для разговора две: Николас и его дальнейшая судьба – раз, два – о каком предчувствии идет речь? Мой волк не ощущает видимого беспокойства. По комнате пошли шепотки поддержки Александра. С какой-то стороны, они правы, более слабые волки не чувствуют волнений судьбы, у них притупленная интуиция. По словам дяди, только Верховные настроены на предчувствия, ведь Богиня не хотела паники, но и без помощи не могла оставить своих детей. Вот так самые сильные из нас удостаивались редких даров. Каждому даровано свое, но и одно общее было у всех. Да, обычные Альфы тоже предчувствуют, но для них это грядущие изменения, не более того, они не отличают красок, Верховные же – различают. – Понимаю ваше волнения, господа. Мы все обсудим. Начать мне бы хотелось с предчувствий, а потом переключаться на Николаса. Но раз вам так угодно, переиграем. Когда придет мой срок освободить пост, с наибольшей долей вероятности, его займет именно племянник. Лично для меня это трагедия, потому что никому не пожелаю такой доли. Из всех рожденных Альф, второй по силе – Богдан, но этого недостаточно. Вы все знаете, что я прав, но сопротивляетесь. Понимаю почему, только прошу, не бойтесь волка из-за моих ошибок. – Это не ошибка, это обман, Мартин, – заговорил Донато, если мне не изменяет память. – И понять можно, и в голове не укладывается. Ведь были удачные моменты объявить о наследнике, но ты молчал. – Простите, здесь моя вина, – все же вмешиваюсь, потому что чувствую, пора подать голос, заставить уважать. Не по обрывкам воспоминаний и представленной силе. Иначе. – Долгие годы я противился судьбе. Когда наступали подходящие моменты, мы с волком искали свое место в жизни. И дело не в территории, нет. Мы искали свой путь, своих единомышленников и нашли. Потом мне было достаточно того, что имею, и, казалось, если сделаю вид, что мы не знакомы, то все само собой уляжется, не придется занимать ненавистный пост. Возможно, и совершаю ошибку, говоря столь откровенно, но, кажется, что как раз сейчас делаю все верно. – Но в один день все изменилось. В тот день, когда я увидел Азиза. Бешеного, волнующегося за пару. Каролину, которая была на волоске от… Неважно. Да, я вернулся в город, чтобы страховать, только держался чуть дальше, не выдавал себя. Тогда я впервые увидел, как борются за свое. Во мне что-то надломилось. Каждый день смотрел на мир все новыми и новыми глазами. Мои ребята хотели где-то осесть. Мне понадобился ни один десяток лет после, чтобы встретить одну Златовласую волчицу. Вот за упоминание Наты меня полоснули таким взглядом, что захотелось поднять лапки. Отец – всегда отец. Только речь сейчас не о том. – Именно в тот день все встало на свои места. Я понял, что могу стать другим, что мое место не в стороне, а в самом центре. Кто-то рожден вести, кто-то вдохновлять, кто-то следовать. Клянусь, никого не хочу обидеть подобным сравнением, но это так. Все бы отдал, чтобы не быть ведущим, но так распорядилась Богиня. Не нам оспаривать ее выбор, но в наших силах прислушаться к ней. Давайте оставим позади все предрассудки, которые поселили отшельники в наши души и вступим в новую борьбу, до которой не так много времени. Не будем тратить его понапрасну. Стоило последним словам прозвучать, как в комнату ворвался Золотой вихрь, который спалил все предохранители к чертям. Ната. Магнолия. Моя! – Напали, на нас напали, – запыхавшись, повторяет девчонка, не сводя с меня взгляда. И лишь через мгновение до нас доходит смысл сказанного.