17. Друзья

Тея сидела в кафе госпиталя и ждала Алекс – целителя-невролога, а кроме того – одноклассницу. Они встречались нечасто, как правило – когда Тея проходила какой-нибудь очередной плановый осмотр. На встречи одноклассников обе они почти не ходили – Тея не всегда оказывалась в столице, Алекс в последнем классе попала в нехорошую ситуацию, и не горела желанием встречаться с теми, кто мог её помнить. Алекс представляла для Теи совсем другой мир, и послушать об этом мире и о ней самой всегда было очень хорошо.

Виза от Алекс Тее тоже была нужна, и стоило ей только зайти в кабинет, как у подруги глаза на лоб полезли. Ну да, ну да. Гады-целители, всё различают с первого взгляда.

- Тейка, так тебя поздравлять? – это было первое, что сказала Алекс.

- И тебе привет, - кивнула Тея, плюхаясь на стул. – Не знаю пока. Не привыкла ещё.

- Дело наживное, все привыкают, - подмигнула Алекс. – Так, я очень хочу тебя расспросить. Но если мы засядем вот прямо сейчас, то оставшиеся в коридоре люди меня не поймут. Поэтому… ты ведь потом ещё к Жаклин?

- Да.

- Вот и отлично. А я как раз закончу приём. Встретимся в кафе. Годится?

Тее годилось, она не торопилась совершенно. И есть хотелось зверски, с утра нужно было прибыть натощак, а сейчас уже обед. Организм боевого мага есть организм боевого мага. А если – уже двух боевых магов? В смысле, логично, если ребёнок унаследует силу от обоих родителей? Ладно, это непредсказуемо. Пол через некоторое время определят, а сила не у всех от рождения, и никто не знает, какой она будет. До сих пор нет методик, позволяющих знать это заранее. Ну и ладно, какая разница?

В ситуации Теи абсолютно не важно, мальчик родится или девочка. И каким будет магом. И будет ли. Лучше б был, конечно, но – как выйдет.

Пока пришла Алекс, Тея съела тарелку супа и кусок мяса с тарелкой овощного салата, и теперь хищно разглядывала ассортимент пирожных. Алекс тоже взяла себе еды, села и пристально взглянула на Тею.

- Рассказывай.

Вообще, конечно, Тея накануне уже пережила один рассказ, и ничего с ней не случилось. Потому что папа не на шутку встревожился, увидев её такой, какая она нынче есть. Он пришёл с ней в её комнату, сел рядом, выслушал, держа за руку, а потом сказал:

- Вот и хорошо. Жизнь продолжается, у меня будет ещё один внук, и это прекрасно. Я думаю, что все сложности мы как-нибудь решим. Кстати, они есть, сложности?

- Нет пока.

Кроме того, что она не понимает, что теперь будет с ней и её жизнью.

- Но если вдруг появятся – не молчи, хорошо? Ты уже решила, что будешь делать в ближайшие месяцы?

- Нет. Вообще не понимаю, - мотала головой Тея.

- Значит, дождись маму и обсуди с ней. Она должна подсказать лучше меня. Я-то с удовольствием приобщу тебя к моим занятиям, ты же понимаешь, - усмехнулся он. – Дам почитать разного и послушаю твоё мнение – это как минимум, а как максимум могу предложить и работу какую-нибудь написать. Скажем, обобщить твои впечатления о храмах Ар-Таара. Даже если сразу не выйдет текста – я буду рад плану выступления. Тут подходящая конференция через пару недель, правда, в университете, не в Академии, но – ты ещё успеешь подготовиться. Так что если почувствуешь себя в силах – приходи.

К счастью, он не стал спрашивать о том, кто отец ребёнка. Но Алекс не обладала подобной деликатностью, да и вообще где вы видели деликатного целителя? После того, как человек забирается в ваши внутренности, рассчитывать на что-то подобное не приходится совсем.

- Так, дорогая, а почему же я не вижу радости на лице? И где счастливый отец?

- Не спрашивай, - Тея мрачно сверкнула на подругу глазами.

- Съела, что ли? – Алекс откровенно ржала. – Кто там ест самцов? Паучихи? Скорпионши?

- Побью, - выдохнула Тея.

- Не побьёшь, - продолжала ржать Алекс. – Я тебе ещё пригожусь. И твоим детям, полагаю, тоже, они ж стопудово будут боевыми магами! И будут получать по голове, и ты будешь приводить их ко мне, чтоб я им ставила ту голову на место.

- Почему стопудово? Сама знаешь, вариантов куча.

- Это я так, выдаю самый простой. Я глянула твою карту – ты здорова, совершенно здорова, что при твоём образе жизни, прямо скажем, дивно. И я совершенно не понимаю твоей печали.

- Да я просто ничего про себя не понимаю теперь. Я вроде как-то жила и что-то делала. Полезное. А теперь всё это не про меня. Помимо моей воли.

- О, бесит утраченный контроль? Дальше будет только хуже, привыкай. Контролировать ребёнка будет всё сложнее с каждым годом. Он будет хотеть быть отдельным и самостоятельным. И разом с тем – хотеть внимания и любви. И это даже хорошо, понимаешь?

Алекс знала, о чём говорила – её дочери Тине шёл пятнадцатый год.

- Пока нет. Как Тина, кстати?

- Неплохо. Устойчивая целительская сила, небольшая стихийная. Что-то понимает в бытовой магии, больше меня.

- А в школе как?

- Мы ж в магическом классе. Сдали экзамены три года назад, и довольны обе – и я, и она. Там дети, конечно, тоже друг друга колупают, но – классный наставник маг, и понимает особенности. Всё в порядке, в общем. Изучает основы целительства, ходит на экскурсии в госпиталь. Подруги есть, тоже маги. Всё хорошо.

Ну да, старший сын Жанно тоже учится в навороченном магическом классе.

Когда Тея и Алекс учились в школе, считалось, что отдельные магические классы – это неправильно, маги и простецы должны учиться вместе. По крайней мере – изучать общеобразовательные предметы, заниматься какими-нибудь общими проектами и всё такое. И учиться сосуществовать. А обучение магии – отдельно. И в том классе, где училась Тея и куда в последний год в школе пришла Алекс, простецов хватало, причём простецов наглых. Тея оттачивала на них кое-какие умения – потому что иначе было просто невозможно. К ней не привязывались – именно потому, что умела за себя постоять, да так, как им не снилось, и ещё потому, что старший брат – военный, служит в Легионе, мама служила там же, и папа-некромант. Пойди, обидь такую, не оберёшься потом. А у Алекс была мама и три младших братика, и всё. А, и бабушка ещё. И вдруг открывшиеся способности – в пятнадцать лет. В школе были места для бедных, но одарённых детей, и она прошла на такое место. Темнокожая, бедная, маг. Очень красивая, если на вкус Теи, сама Тея была в то время тощим встрёпанным утёнком с торчащими во всех местах костями и совсем коротко стрижеными волосами. И один из зажравшихся мальчишек-простецов сначала предложил Алекс встречаться, а потом, переспав с ней, принялся гнобить, да не один, а всей командой. И тут Тея не стерпела, да так, что потом пришлось подключать и маму, и папу. И добрейший и тишайший профессор Саваж, тогда ещё не герцог, тихо и ласково говорил отцам обидчиков оптом, что умные люди не станут связываться с некромантами, и знаете, почему? Потому, что могут случайно не пережить этой встречи. В итоге малолетние придурки завершали обучение в другой школе, а Алекс за неделю до выпускных экзаменов родила дочку Тину. Экзамены были сданы, в академию Алекс поступила сразу же, и стала крутым целителем, а Тина уже совсем большая. Правда, мужчин в жизни Алекс не особо, так и живут вдвоём с дочкой. Но может быть – так оно и лучше, нет мужчин, нет проблем?

- В общем, ты не грузи себя раньше времени, хорошо? Ты же не рвёшь на себе волосы от того, что на задании что-то может пойти не так? – спрашивала Алекс.

- Не рву, - и вправду, что там рвать-то?

Делай, что должна, и правильно реагируй на то, что происходит, да и всё.

-  Вот и здесь реагируй на то, что есть сейчас. Я так понимаю, ты уже отреагировала. А дальше – ну, по мере того, как оно пойдёт. Но я думаю – нормально пойдёт. Тебе что Жаклин говорит?

- Что всё в порядке.

- Значит, так и есть. Всё в порядке. Такой нынче порядок, и только. Зная тебя, я уверена – у твоего ребёнка будет отличная мать. И вернёшься на свою службу – просто ещё не прямо сейчас, а чуть позже.

Слова Алекс безусловно успокаивали – наверное, так и есть, она знает, о чём говорит. Тея добралась домой, а из дома вызвала магической связью Пазетт – ей тоже надо рассказать, что у Теи теперь внезапно совсем другая жизнь.

- Ну ты даёшь, - сверкнула глазами Пазетт. – Так, момент, я сейчас гляну мою подопечную, и велю ей не покидать помещения, пока я не договорю, и ты всё расскажешь.

Дальше Тея услышала эмоциональное «Ванесса, ждёшь меня здесь четверть часа. Это важно. Я сказала, важно, у моей подруги пожар. Вот я и выясняю, какой. А потом пойдём».

- Кому это ты командуешь?

- Да я ж тут охраняю девчонку-адвоката, - отмахнулась Пазетт.

- Угрожают те, кого она раскатала?

- Тут вообще непонятно пока. Но скорее всего – так. Но мы сейчас не про неё, а про тебя! Это он, да?

И Пазетт глянула так, что Тея захотела провалиться куда-нибудь.

- Какая разница?

- Как это? Большая. Он знает?

- Нет. Он сбежал.

- Ты тоже от него сбегала.

- Потому что он меня посылал.

- Вы стоите друг друга, честное слово! Где ты его раскопала?

- Он пришёл к нам на рождественский приём. Его Жанно где-то выкопал и пригласил.

- А Жанно в курсе?

- Никто не в курсе! Ты просто немного видела, и поэтому догадалась.

- А все другие не видели, и не в курсе, да, конечно. Скажи, а что это у тебя на шее?

А на шее Тея носила пластинку из храма – как надела в вечер праздника, так и не снимала до сих пор, только если помыться.

- Да что-то… вот, надела и ношу.

- Это ж та штука, которую ты из древнего храма утащила? Расхитительница гробниц ты наша, - ржала Пазетт. – Напомни-ка, что там написано, на той штуке?

Тея засопела.

- Что тебе предназначено, то тебя не минует.

- Вот и не миновало, не находишь? – подмигнула подруга. - Ладно, Тея, считай это вызовом. Ты же не отказываешься от вызовов? Кто б ни вызвал?

- Ну… нет.

- Вот и чудненько. Я думаю, всё как-то сложится, уже скоро. А Легион без тебя не пропадёт. И ты без него тоже не пропадёшь. Поскучаешь немного, да и то, если дела себе не найдёшь, а ты не из тех, кто любит просто так сидеть. И если надумаешь побить своего мужика – зови, помогу!

- Ты ж там привязана? – усмехнулась Тея.

- С собой привязку притащу, - усмехнулась Пазетт в ответ. – Ладно, пока. А то у меня тут леди без обеда сидит, ждёт, пока мы договорим, неправильно это.

Пазетт такая и есть – её позвали охранять, а она всех вокруг построила и навела свои порядки. Так чёрт же возьми, почему бы Тее тоже не навести порядок в своей жизни?

* * *

С Терезой Рик учился в магической академии Монте-Реале – ну как учился, были совместные предметы для всего потока стихийников, там и пересекались первые два года. Потом остались только спецпредметы, и там уже боевые маги занимались отдельно, а все другие тоже как-то, Рик не интересовался никогда, как именно. Тереза вроде бы была воздушницей, что она делает в библиотеке? С другой стороны, а что он, Рик, вообще знает о том, как устраиваются в жизни воздушники?

- Как я рада тебя видеть!

Глаза Терезы сияли, и Рик видел, что она и вправду рада.

- Да, я тоже, - знакомое лицо здесь – это хорошо, конечно же. – Как ты здесь оказалась?

- Повезло, - улыбнулась Тереза. – Свекровь… бывшая свекровь помогла.

- Бывшая? – не понял Рик.

- С мужем я рассталась, а с его матерью общаюсь. У меня сыновья, она замечательно помогает с ними. А ты как здесь оказался?

Рик показал на свою хромую ногу.

- Пока мне не разрешили вернуться в строй, пытаюсь понять, пригоден ли я ещё к чему-нибудь.

- А, отделение переподготовки! Поняла. Давай, я сделаю, что нужно.

Тереза взяла телефон Рика, загрузила туда и настроила нужное приложение.

- Вот, смотри. Можно выбрать из каталога и загрузить книгу, вот здесь будет показано, на какое время у тебя доступ.

- Спасибо, - улыбнулся Рик. – Может быть, посидим в кафе, поболтаем? Расскажешь, как живёшь.

- Лучше я тебя послушаю, - покачала головой Тереза.

Они договорились встретиться после окончания её рабочего дня, а у него как раз должна была закончиться следующая лекция – в кафе неподалёку. Тереза рассказала, что была замужем пятнадцать лет, бывший муж – здешний, а встретились они, когда он приезжал в отпуск в Монте-Реале. Но год назад он попросил развод и ушёл. Он не был магом, а она и дети – маги, он всё время говорил, что ему с ними некомфортно. К счастью, для магов есть разные образовательные программы и квоты, поэтому со школами для сыновей проблем нет, а в остальном бывший муж и его родители помогают. Ну и она сама в академии неплохо зарабатывает – для женщины, просидевшей дома пятнадцать лет, и использовавшей магию только в быту.

Дальше Тереза хотела слушать про Рика и его жизнь, но он впал в ступор – а о чём вообще ей рассказывать? Про службу? Но она человек настолько далёкий, насколько только можно. Про нынешнюю жизнь? Ещё не хватало обсуждать с ней собственные немощи. Поэтому отговорился общими словами – про дом, про деда, про то, что сейчас пытается понять, что вообще умеет. Потому что не знает, как дальше сложится.

- Но ты ведь всегда сможешь вернуться домой? – спросила она. – Там же у тебя вроде была какая-то земля.

- Я и земля – это очень слабо совместимо.

- Но твой дед не вечен?

- Увы. Но пока я об этом даже и не думаю. Дойдёт дело – там будет видно.

Рик и в самом деле не представлял себя землевладельцем – и не представлял, что будет делать, когда унаследует обширные владения на острове Устика. Ничего, как-нибудь разберёмся.

Она кивала сочувственно и пригласила прийти к ней на обед – например, в субботу. Она живёт в маленьком домике в квартале Сент-Эньян – это её наследство, то есть она унаследовала от тётушки деньги, и на эти деньги был куплен домик. Да, небольшой, обслуживать большой ей пока не по силам. Но ничего, сейчас главное – выучить мальчиков.

Рик согласился прийти как-то бездумно, и ни на что не рассчитывая. На обед – так на обед. Вообще, ему тут в последнее время и на свидания доводилось ходить… до того памятного приёма у Саважей, потом-то как отрезало. И до обеда субботы он говорил себе – ничего особенного, это просто приглашение в гости, не более. Потому что… зачем ему более?

В субботу он приехал в квартал Сент-Эньян из госпиталя – некоторые физиопроцедуры проводились каждый день. Домик и впрямь был мал – кухня и гостиная в первом этаже, три крохотные спальни во втором – но хозяйка очень обрадовалась его приходу, и приготовила пасту с рыбой – трогательный привет с родины, так и сказала – здесь это никто не ест, а я люблю, и ты, наверное, тоже.

Паста и впрямь напомнила о доме, и готовила Тереза вкусно. Правда, увивавшийся вокруг матери младший сын, мальчик семи лет, морщил нос, что это невозможно есть, но Рик спросил его – знает ли он, откуда происходит эта еда. Конечно же, юный Тонино – или Антуан – ничего такого не знал. Пришлось рассказывать ему про лазурное море, в котором ловят рыбу, и про большой вулкан, который видно с крыши самого главного собора Монте-Реале, и про золотые стены и потолки в том соборе, и ещё про звёзды, видные с морского берега, по которым можно ориентироваться в море. Мальчишка слушал, разинув рот, а потом несмело предложил показать крепость, которую построил вот только с утра. Рик согласился, крепость – дело хорошее, но сначала-то нужно поесть! И что же, он даже не попробует эту еду? А вдруг ему больше никогда не выпадет такого шанса? А вдруг его спросят, что едят на родине его матери, и что он ответит? А ответ – вот он, на тарелке лежит. Пришлось мальчишке съесть всё, что мать ему положила, и потом только пойти показывать ту самую крепость.

Крепость была выстроена из нескольких видов конструктора, её обороняли фигурки рыцарей, а осаждали дивные зелёные пластиковые чудища, Рик таких и не видел никогда. Но Тони пояснил – это из мультика. Что бы Рик знал о современных мультиках! Пришлось выяснять характеристики монстров, оказалось, что великий полководец не очень-то задумывается о том, каковы они. Разобрались, кто сильнее, рыцари или монстры, и в какой ситуации, и кто что умеет, и уже дошли было до боя, когда появился ещё один мальчик – Паскаль, старший сын Терезы. Тому на вид было лет пятнадцать, и он с удивлением уставился на то, как его младший брат ползает по полу с неизвестным материным гостем и строит дополнительную стену крепости. Правда, потом его заинтересовало, как загорелись крохотные магические огоньки на стенах, точнее – как сделать это настолько точно… и понеслось.

Из домика в квартале Сент-Эньян Рик ушёл уже под вечер, с отчётливым ощущением, что с Терезой ему и вполовину не так интересно, как с её детьми. И когда он пообещал, что постарается ещё как-нибудь заглянуть – то имел в виду в первую очередь как раз детей. Они с мальчишками обсудили вопросы обороны и осады крепостей, выяснили, кто знает больше исторических примеров, а когда заглянувшая Тереза обмолвилась, что Рик – настоящий генерал, его очки взлетели до небес. Парни искренне не понимали, откуда у их матери взялся такой знакомый.

А ему оказалось очень интересно разговаривать с детьми. Раньше Рик, прямо сказать, не особенно обращал на детей внимания – скажем, у Адриано Гвиччарди трое детей, и Рику доводилось бывать у него в гостях, но дети существовали как-то отдельно. И Саваж в ночь праздника рассказывала, что дети её брата и некоторых гостей получили полную свободу и почти весь третий этаж во владение, но – никому из гостей не пришло в голову общаться с теми детьми.

Давным-давно бабушка то и дело говорила маленькому Рику, что от него, и от других детей, одни проблемы, и он это отлично усвоил. Тут же вдруг нашёлся какой-то новый интересный опыт.

И что же, люди, у которых есть дети, находят этот опыт постоянно?