Глава 9

В один из дней, когда до Нового года оставалось уже совсем чуть-чуть, и зима решила пошутить над людьми и посвирепствовать на славу, Зоя вышла из подъезда и задохнулась в первый момент от ледяного ветра, кидающего в лицо острые и мелкие крупинки снега. Такую зиму она не любила за слишком суровый нрав.

Затянув шарф на шее и накинув капюшон, она ступила с крыльца и уже настроилась бороться с непогодой по пути на работу, как рядом остановился серебристый форд, в котором она сразу же узнала машину Киры.

— Садись, подруга, нам по пути, — привычно опустила стекло Кира.

— Привет! Да нет, спасибо, я сама… — вежливо отозвалась Зоя.

— Садись, кому говорят! Неужто все еще дуешься? — рассмеялась Кира. — Обещаю не кусаться.

Она все равно не отстанет — правильно рассудила Зоя. Да и ей самой лучше убить двух зайцев — согреться и быстрее оказаться на работе. Ну и что-то же Кире понадобилось от нее, раз решила подвезти.

— Как живешь? Что нового? — задала Кира дежурные вопросы, на которые тут же получила такие же расплывчатые ответы.

В свою очередь Зое ни о чем не хотелось ее спрашивать, хоть Кира, по всей видимости, и ждала вопросов тоже. Не дождалась, а потому решила все рассказать сама.

— А мы с Глебом поссорились, представляешь?

Зоя не выдержала и бросила на нее быстрый взгляд. Не ожидала услышать именно это. Вообще не думала, что после последнего разговора Кира заговорит о Глебе снова.

— Из-за чего же? — на этот раз решила остаться в рамках вежливости.

— Да!.. — махнула рукой Кира. — Из-за пустяка. Уже неделю не видимся, и на звонки мои он не отвечает. Даже в офис не приезжает, а раньше в день по несколько раз заскакивал, — с досадой добавила.

Зое хотелось спросить, причем тут она, но делать этого не стала. Да и причина вскоре стала ясна.

— Я точно знаю, что он еще в городе — Стас сказал. Кстати, он рассказал, что на днях видел тебя. И кажется, ты ему нравишься, — лукаво добавила. — Не хочешь с ним замутить? Парень перспективный. А еще одинокий. У него даже девушки сейчас нет.

Замутить. От одного этого слова становилось неприятно. Ни с кем мутить Зоя точно не собиралась. И меньше всего на эту роль подходил Стас. Да и как можно вообще мутить с кем-то, к кому хорошо относишься?

— Спасибо, не хочу, — сухо отозвалась, радуясь, что они все приближаются к травмпункту.

— Ну как знаешь, — дернула плечом Кира, не преставая следить за дорогой. В условиях плохой видимости ехала она медленно и аккуратно, что радовало. — А ты Глеба случайно не видела? Не звонил он тебе?

А, ну теперь понятно, откуда ветер дует. Только, почему она решила, что Глеб вообще когда-то собирался звонить ей?

— Последний раз я видела его больше недели назад, на последнем уколе, — ровно отозвалась Зоя.

— Блин! И на мои звонки он не отвечает, — досадливо хлопнула Кира ладошками по рулю. — Я даже купила пригласительный на этот дурацкий маскарад, чтобы вернуть его. Кто бы знал, что он таким обидчивым окажется.

Они, наконец-то, добрались до нужного пункта, и Зоя даже незаметно выдохнула с облегчением. Разговор о Глебе ее напрягал. И то, что они с Кирой поссорились, ни капельки не радовало. Да и не было ей до этого дела.

— Спасибо, что подвезла! — повернулась она к Кире. — Удачи тебе с Глебом. И пока, — быстро распахнула дверцу и выскочила из машины.

— Пока… — понеслось ей задумчивое в спину, но Зоя даже не обернулась — поспешила скрыться в здании не только от промозглого ветра, но и от внимательного взгляда бывшей подруги.

* * *

Рабочий день подходил к концу, и Зоя чувствовала себя особенно измотанной сегодня. Люди сегодня словно сговорились получать страшные травмы. Одному дяденьке на работе руку едва ли не оторвало — с таким ужасным открытым переломом он к ним приехал, да еще и своим ходом, даже скорую не вызвал. Матери пятерых детей на ногу упал молоток и раздробил большой палец. Бедная, как она плакала! И не потому, что больно было, а потому, что не сможет передвигаться свободно по квартире какое-то время… И таких ужасов за день в их кабинете побывало еще несколько. Аж Зое, привычной, казалось бы, ко всему, поплохело.

До пересменки оставалось не больше получаса, когда на скорой привезли женщину, попавшую под машину. «Травма средней степени тяжести, — сообщил им врач скорой помощи, — предположительно перелом правой ноги и местами ушибы».

Рентген подтвердил перелом со смещением. Ушибы оказались не опасными для жизни. В общем, можно было считать, что женщина отделалась легко.

— Зоюшка, ты тут закончишь без меня? — заглянул в процедурную Виталий Максимович. — А то мне еще в магазин надо заехать — там вроде куры по скидке, без которых жена велела не возвращаться.

Зоя как раз готовила все для гипсования, а пострадавшая терпеливо дожидалась на кушетке. Молодец она — ни разу даже не застонала во время первичного приема.

— Конечно, Виталий Максимович, мы тут справимся, — отозвалась Зоя и улыбнулась мужественной женщине.

Хирург ушел, а Зоя вскоре приступила к гипсованию.

— Еще совсем немного нужно потерпеть, — попросила она пациентку.

— Охо-хо, — горестно покачала та головой.

— Так больно? — удивилась Зоя.

Сейчас уже не должно болеть — действует обезболивающее, да и нога зафиксирована в нужном положении.

— Да нет, деточка, совсем не больно. Руки у тебя золотые, ласковые. Все делаешь аккуратно.

— Тогда, что же вас беспокоит?

Зоя по лицу женщины видела, что та места себе не находит — все думает о чем-то, временами хмурится.

— Да проблема у меня на миллион, — в очередной раз горестно вздохнула женщина. — Не уволят, конечно, но начальник будет мною жутко не доволен.

— Ну вы же не виноваты! — тут же возмутилась Зоя.

— Не виновата, но кого это волнует…

Через пять минут Зоя знала ее историю. Оказывается, работает женщина в мэрии, сотрудники которой в полном составе идут на бал-маскарад. У каждого своя роль, и замену найти нет возможности. Мероприятие это для них добровольно-принудительное, как принято во многих организациях. Ну и нрав у ее начальника не самый покладистый. А поскольку с загипсованной ногой она уже ни на какой бал идти не может, то остается ожидать неминуемой сатисфакции.

— Надо же. Сочувствую вам, — пробормотала Зоя, накладывая последний слой гипса.

— Деточка, а может ты мне поможешь? — просительно посмотрела на нее пациентка.

— Я? Да я-то как могу пригодиться? — рассмеялась Зоя.

— Да все просто — отправишься вместо меня на этот бал. Завтра я позвоню тебе, забежишь ко мне вечерком за костюмом и инструкциями. Ты молодая — тебе положено ходить на балы, а не дамам предпенсионного возраста. Пустоту заполнишь и развлечешься. Соглашайся…

Зоя отпиралась, как могла, но женщина стояла на своем. В конце концов, вынуждена была согласиться, чтобы спор этот не затянулся до ночи. Уже пришла дежурная медсестра, да и пациентке пора было отправляться домой. Так и получилось, что они договорились о встрече завтра вечером, обменявшись предварительно телефонами. А заслуженной работнице мэрии Зоя вызвала такси.

* * *

На следующий день Зое позвонила новая знакомая, которую звали Вера Филипповна. И пришлось Зое после работы отправляться на другой конец города за маскарадным костюмом.

— Здравствуй, деточка! Как же я рада, что ты не передумала! Моя благодарность не знает границ! — такими словами встретила ее Вера Филипповна, заставив какое-то время ждать под дверью. — Ты уж извини за беспорядок. Живу я одна, а с такой ногой много не переделаешь, — с досадой посмотрела она на гипс почти во всю ногу.

Никакого беспорядка Вера не заметила — напротив, квартира новой знакомой ей показалась поистине шикарной. Просторные комнаты, дорогая мебель, ковры, на всем легкий налет мещанства, но совсем ненавязчивый и даже смотрящийся стильно. Интересно стало, зачем одному человеку такие хоромы? Но ни о чем личном Зоя предпочитала не спрашивать.

— Пойдем пить чай со вкусными кексиками и получать подробные инструкции, — улыбнулась ей Вера Филипповна.

Кухня тоже поражала размерами и современным оборудованием. Чего тут только не было, начиная от посудомоечной машинки и заканчивая разными мелкими автоматическими приспособлениями, которых Зоя раньше и в глаза не видела. На такой кухне можно запросто справлять и с двумя ногами в гипсе — заключила она с доброй иронией.

Но хозяйничать заставили ее, а заслуженная работница мэрии опустилась в кресло и положила пострадавшую ногу на обтянутый бархатом табурет.

Вскоре Зоя налила им обеим чай, достала из шкафчика кексы и приготовилась внимать наставлениям.

— Завтра ты будешь веселой и бойкой лоточницей, — торжественно сообщила ей Вера Филипповна.

— Как завтра? Бал-маскарад уже завтра? — испугалась Зоя.

А как же время на подготовку и привыкание к мысли, что отправится на такое торжественное мероприятие? А ведь там будет Глеб, предположительно, если, конечно, не передумает. Что если он ее узнает в костюме? Что она ему скажет, как будет выкручиваться?..

— Завтра, деточка, завтра уже. Начало в восемь. Закончится бал, должно быть, за полночь, — дальше она немного поворчала на тему, что в ее возрасте такие поздние мероприятия в тягость, что об этом никто не подумал, но Зоя слушала в пол-уха, думая о своем. — В твои обязанности входит предлагать всем конфеты, — вновь вернулась она к беседе. — Ну не всем, конечно, а тем, кто скучает. Не путать с обязанностями клоуна, пожалуйста. Никого веселить или смешить ты не должна — лишь не давать скучать, развлекать, так сказать…

У новой знакомой Зоя провела больше часа. Домой отправлялась с увесистым пакетом, в который поместился костюм, маска и лоток со сладостями, которые она и должна предлагать гостям, предварительно повесив лоток на шею. Больше всего радовало наличие блестящей по-новогоднему маски. В ней ее Глеб точно не узнает, даже если они случайно столкнуться в толпе гостей.

Дома Зоя старательно приучала себя к мысли, что, отработав завтрашнюю пятницу, она отправится домой, чтобы приготовиться к балу-маскараду. Наденет костюм, который пришелся ей в пору, так как комплекцией они с Верой Филипповной были примерно одинаковой, разве что Зоя была чуть повыше. Вызовет такси и отправится на бал — не развлекаться, а работать. Да! К этому нужно относиться как к работе, так проще. Внушив себе эту правильную мысль, Зоя достала из серванта заветную коробку конфет, где оставалась ровно одна конфета в фиолетовом фантике — самая симпатичная, которую раньше было жалко есть. Зоя приберегла ее для особого случая, и сегодня был как раз такой.

По фантиком уже привычно обнаружила строки и внимательно вчиталась в них:

С улыбкой чудо в жизнь впусти,

В нем скрыты перемены.

Кто не забыт, того прости,

Но разгляди подмену…

Интересно стало, почему в конце поставлена не точка, а многоточие? Словно осталась какая-то недосказанность.

Конфета привычно растаяла во рту, оставляя после себя приятное послевкусие и рождая в душе легкую эйфорию. Как жалко, что она последняя! После этих конфет в цветных фантиках Зое неизменно становилось легче. И как хорошо, что эта конфета последняя — к хорошему, увы, слишком быстро привыкаешь и перестаешь бороться.