Глава 28

Занятия пролетели сами собой. Мистер Жожо, конечно, вызвал меня за кафедру, и камень, который я обругала по его требованию на своей первой в жизни лекции, упал мне на ногу. Точнее, рядом, едва зацепив. Мистер Жожо ликующе поднял булыжник с пола и заявил:

– Вот, мисс Стоули! Практика лучше всего доказывает: любое действие имеет следствие! Вам больно? Мизинец отшиб или посерьёзнее? Ничего, загляните в госпиталь.

И не дав мне и слова сказать, создал в воздухе максимально увеличенную голографию булыжника и ткнул на только ему понятные алые точки.

– Вот, господа, запись на эфирном теле камня взаимодействия с мисс Стоули! И я обещал, что будет результат? Обещал! Имейте в виду: ваше любое взаимодействие с живой и неживой природой всегда будет иметь последствия. Это ошибка – считать, что стол – кусок мёртвого дерева, а вот эта указка – всего лишь сплав металлов. Всё живое, всё имеет память и дышит, мы все – часть одного большого сознания, все им пронизано! Садитесь, мисс Стоули и запомните это!

Я сделала книксен и вернулась на место, думая о том, что если бы все камешки, которые я пинала возле приюта, когда злилась, помнили об этом, меня должно было бы уже завалить.

– А людей это тоже касается? – спросил белобрысый парень с прямыми, торчащими соломой волосами.

– Закон, в принципе, срабатывает тот же, однако с людьми несколько сложнее, – сказал профессор.

– Разумеется, иначе тех, кто лишил памяти Данку Маджоре, уже бы накрыло, – послышалось с заднего ряда.

– У неё пропала память? – шепнула я сидящей рядом Хлое.

– Никто точно не знает, но слухи есть, – ответила она тихонько.

– Чёрт! Нужно будет навестить её в госпитале, – поджала я губы.

– Ты же её совсем не знаешь…

– Мы пострадали от одних и тех же злодеев, – шикнула я. – Я должна её увидеть! Я чувствую!

Профессор Жожо мог обратить внимание на шепотки в какой угодно части зала, но снова прицепился ко мне.

– Мисс Стоули уже так активно шепчется, потому что познала закон кармы?

– Нет, мистер Жожо, простите, но очень хочу познать! – привстала я. – Расскажите, пожалуйста!

И мистера Жожо понесло. К счастью, про доклад о полтергейстах он не вспомнил, потому что я о них тоже забыла. На перемене в больницу к Данке нас так и не пустили. А на следующих лекциях преподаватели не давали нам продыху. И мне стали понятны возмущения студентов про самопишущие ручки, потому что у нас с Хлоей, как, впрочем, и у остальных, на пальцах появились вмятины от количества записей.

Но мне было приятно, наконец, влиться в учебный процесс. Я следила с раскрытым ртом за трансформациями бумаги, из которой прорастало дерево. Ахала от взрыва едкого дыма на уроке алхимии и следила, как в фиолетовом облаке зарождаются капли, оседающие серебром на стенках тиглей. Получать новые знания оказалось делом интересным.

Но больше всего меня будоражило то, что после занятий я увижу Вёлвинда! И мы будем летать вместе на вивернах! От одного этого уже можно было парить и не жаловаться на жизнь. Мне то и дело представлялся на виверне Элоис, и я мысленно била себя по мысленным пальцам: никто не сказал мне, что Вёлвинд – это он! Но почему-то очень хотелось.

Каково же было моё удивление, когда взобравшись после занятий на плато, я обнаружила там Джестера.

– Ч-что ты тут делаешь? – спросила я.

– Странный вопрос! – воскликнул Джестер, подвязывая кожаной лентой длинную чёлку. – Ты пришла, значит, получила мою записку через геккона.

Я сглотнула.

– Это была твоя записка?

– Чья же ещё? Или ты много знаешь заклинателей? Я бежал на собрание, увидел геккона, дал приказ, чтобы время не терять.

– А-а-а… – ошеломлённо протянула я.

– Кстати, о других ребятах, – добавил Джестер. – Все, наконец, собрались в академии. Одни вернулись из миссии, другие с практики. Познакомлю вас сейчас. Вместе с тобой нас как раз будет дюжина – знаковое число. Слышала, наверное, что приезжает король? Мы должны будем организовать для него показательные полёты и постановочный бой, пора начинать тренироваться.

Я всё ещё пыталась прийти в себя.

– Если боишься или если ты виверну на самом деле не особо приручила, – шутливо сморщил нос Джестер, – я поговорю с магистрами или даже с Элоисом, который ловко, конечно, занял место ректора, чтобы тебя с выступлений сняли. Никто не возразит: ты же совсем зелёная.

– Вот ещё! Я ничего не боюсь! – выпалила я. – И виверну я нормально приручила! Я гонялась на ней…

– С кем?

– Просто по воздуху. Грифов обгоняла, – опомнилась я.

– Ну что ж, тогда полетаем! – крикнул Джестер и свистнул в открытое пространство.

Из-за жёлтых скал вылетели всадники на вивернах. С хищными криками мифические существа направились к нам. А из-за скальной стены вылетело сизое чудище с чёрными крыльями.

– Мой Терриган! – гордо воскликнул Джестер.

И по его взгляду, я поняла, что мою красавицу мне ещё предстоит найти, и в том, что я справлюсь, младший Вагнер не особо уверен.

* * *

Ну что ж, я докажу. Всем постоянно приходится что-то доказывать.

– Аррхорра! – позвала я, вложив в голос всю свою силу и мысленно представив виверну.

Над нами возникла чёрная тень. Виверна с красными рожками грузно приземлилась рядом, едва не столкнув Джестера на его сизом Терригане в пропасть. Джестер удержал свою виверну и рассмеялся:

– Однозначно ты нашла виверну по себе. Такую же невоспитанную.

– В боях и полётах это только на руку! – выкрикнула я и, погладив Аррхорру по шее, быстро взобралась ей на спину.

Парни на вивернах приземлились рядом и поприветствовали меня. С ума сойти, сколько их! До сих пор мне казалось, что такая способность есть только у нас с Джестером, и у Вёлвинда. Но я ошибалась: передо мной был целый отряд. И у всех в глазах – недоверие и любопытство. В висках моих зашумел пульс.

Джестер представил меня.

– Ну что ж, ребята, та самая заклинательница драконов, первая и единственная девушка в нашем отряде, прошу любить и жаловать: Танатрея Стоули!

Я чуть привстала и кивнула всем. Джестер продолжил представлять по очереди:

– Хорхе Мендес, заклинатель, третий курс.

Смуглый, с бронзовой кожей парень взмахнул смоляным чубом и отсалютовал с зеленовато-бронзовой, цвета патины виверны.

– Риш Жико, боевик, пятый курс.

С ржавого цвета виверны махнул рукой стройный молодой человек, на его лбу красовались массивные лётные очки. Удобно, наверное, такими глаза от ветра защищать.

– Крайтон Боулз, тоже боевик, пятый курс. – Рыжий патлатый с опасным прищуром парень на такой же рыжей виверне поприветствовал меня.

– Марек Липински, заклинатель, второй курс, – представил Джестер крепкого жилистого парня с кротким белесым ёжиком волос на голове.

Он лишь кивнул.

– Александр Кох, заклинатель, пятый курс, – указал Джестер на широкоплечего красавца с заплетёнными в косу каштановыми волосами, заставляя меня присмотреться к тому повнимательнее: виверна уж больно была похожа на Ариадну. Да и по телосложению мощный и невозмутимый Александр мог бы вполне быть Вёлвиндом.

Остальных я не запомнила, хотя все парни были достойны внимания: явно не робкого десятка, со стержнем в характере и сильными мускулистыми руками. Что творилось в моей душе, не передать! Растерянность и ошеломление, как облака над горами. Теперь, когда я уже готова была встретиться с Вёлвиндом и разгадать загадку, появились новые кандидаты: красивые, взрослые, крепкие, способные управлять вивернами. А ещё все они смотрели на меня со снисходительным любопытством: мол, что покажет нам эта худая маленькая девчонка? Она вообще хоть что-то умеет?

Я сосредоточилась и внутренне всем показала язык: умею! И не боюсь ничего! Расправила плечи и сделала вид, что мне всё равно, я в порядке.

– Лучшее знакомство – это тренировка. Летим до хребтов «Рога дьявола» на скорость! Там каждый хватает по одному вымпелу и летит обратно! – скомандовал Джестер, в котором ничего сейчас не осталось от зануды-председателя студенческого сообщества: глаза его горели, волосы развевались, и каменный профиль на фоне гор смотрелся более чем гармонично.

На счёт «три» все сорвались с края скалы и рванули к едва виднеющимся в облачной дымке рогам. Я тоже. Холодный ветер ударил в лицо, растрепал косу.

– Давай, Аррхорра! Давай! – крикнула я своей виверне, прижимаясь к её шее.

В ушах свистело от скорости, мы летели так быстро, что горы под нами смазались в одно цветовое пятно. Но, увы, пришли последними. Одинокий красный вымпел болтался на остром обломке в центре хребта, покрытом ледяной коркой. Раздосадованная, я спрыгнула на камни и подошла отвязывать вымпел.

Представилось снисходительное презрение в глазах других всадников. Я, конечно, в первый раз в таком участвую, и всего второй раз на виверне, но… Как они вообще могли так быстро летать? Я смотрела только перед собой, а надо было наблюдать, что делают мои соперники. Увы!

Я дёрнула в сердцах верёвку вымпела, который болтался на ветру. Тесёмки запутались ещё сильнее.

– Не любишь проигрывать? – послышался за спиной знакомый бархатный рык.

Я резко обернулась: по моим рукам пробежали мурашки. Это был он! Вёлвинд в облаке дождя. Какой же огромный! Носа коснулся запах грозы. – Просто иногда бывает так, что от тебя не ждут ничего, а потом сразу ждут так многого… – выпалила я. – Но и в том, и другом случае получаешь презрение, потому что не готов. И его так много уже, что больше, кажется, не выдержишь ни одной лишней капли.

– Если ценишь себя, никто не сможет попрать твоё достоинство. Что бы ни делал, – сказал Вёлвинд и, легко отвязав вымпел, протянул его мне.

Когда я брала красную тряпицу, мои пальцы будто погрузились в подёрнутое изморозью облако. Прикосновение к перчатке, как разряд электричества.

– И вы тоже говорите о достоинстве… – заметила я, глядя во все глаза в дождевую маску. – Почему вы не хотите открыться мне?

– Потому что я не дам тебе ничего хорошего.

– Но вы уже дали! – воскликнула я. – Вы спасли мне жизнь, вы мне столько всего подарили! Вы…

– Ты меня не знаешь, – отрезал он, потом глянул вслед уменьшающимся с неимоверной скоростью всадникам и сказал: – С теми, кто не честно играет, стоит играть по их же правилам. Садись на виверну.

– Мне их уже не догнать, я бы лучше пообщалась с вами…

– Садись на виверну, – приказал он.

Я нехотя послушалась. Вёлвинд нарисовал жезлом искристый круг в воздухе, будто разрывая пространство. Передо мной образовался тоннель, сокращающий расстояние.

– Лети! – сказал он. – И встреть их со всем презрением, с каким только хочешь! Они это заслужили!

Он хлопнул виверну по крупу. Аррхорра возмущённо вскрикнула и зашипела, но я направила её в круг Вёлвинда. Несколько мгновений в замедленном темпе, и мы с Аррхоррой вылетели, словно из пещеры, прямо перед конечной точкой нашей гонки.

Виверна даже дёрнулась ошарашенно, я тоже, но потом направила её к краю жёлтого плато. Мы приземлились. Я задумчиво спустилась на каменистую тропу, держа в руке красный вымпел. Аррхорра вопросительно и даже с каким-то очеловеченным уважением заглянула мне в глаза, капая слюной из клыкастой пасти. Я погладила её по морде, пытаясь переварить то, что сказал Вёлвинд. Мне ещё мерещился запах грозы посреди раскалённого солнцем плато.

Он боится принести мне вред? Но как же это?!

Вдалеке сверкнуло пространство, и появился первый всадник. Затем второй. Хм, значит, Вёлвинд был прав: они не просто гнались, они использовали магию перемещения. Вот мерзавцы! Что ж…

Я торжествующе помахала красным вымпелом, а затем скрестила на груди руки.

Запыхавшийся Джестер посадил своего сизого Терригана. Почти одновременно с ним приземлились Хорхе Мендес и Александр Кох.

– Что-то вы медленно, – небрежно заметила я. – Уже устала ждать. Или вы по дороге поспать решили?

– Как ты смогла? – пробормотал Джестер.

Я одарила его снисходительным взглядом, наслаждаясь секундой триумфа от всей души:

– Я заклинательница, забыл?

Приземлились другие, тоже с удивлением в глазах, а я заявила как можно громче:

– А у вас тут вообще реально на скорость летать принято или только друг друга за нос водить?

Парни, приходя в себя, рассмеялись:

– Ну что же ты Джестер, говорил? Трея наш человек! Молодец, Трея! Ещё покатаемся?

– Только если по-честному, – заявила я.