Глава 35

Секунду спустя раздались шаги императора.

Элларион неторопливо приблизился. Я искоса наблюдала, как он бросил взгляд на две половинки расколотого Ока Зла, так и лежащие на полу. Затем посмотрел на меня – прижатую к груди Арриона.

– Восхитительно, – произнес он без тени насмешки, с холодным любопытством ученого. – Она не уничтожила его. Она… разделила его и поглотила. Сделала вас обоих сосудом.

Лохан, стоявший позади, молча кивнул. На его лице не отразилось ни малейшего удивления. Будто он заранее знал, как я поступлю.

Знал. И сделал все, чтобы мы с Аррионом не отклонились от предначертанного пути.

Кажется, Аррион это тоже понял. Потому что внезапно его плечи напряглись, а потом он поднялся со мной на руках и глянул в лицо императору.

А я ощутила накатившую дрожь.

Это вовсе не зрачки у него расширились! Это сами глаза стали черными! Он поглотил темную сторону силы. Она пробудила ту его часть, что досталась от матери.

Полудракон-полуведьмак? Нет, и дракон, и ведьмак в одном теле!

– Объяснитесь, Владыка, – его голос был тихим, но пробирающим до костей. – Сейчас. Или я…

Договорить Аррион не успел. Покачнулся, будто враз утратив все силы. А затем грузно упал на одно колено, продолжая меня удерживать.

Его лицо быстро серело. На щеках и губах появились синеватые пятна.

– Аррион! – трепыхнулась я.

– Помогите ему! – приказал император.

В тот же миг меня буквально вырвали из рук Арриона и отодвинули в сторону.

Мои пальцы, скользнув по его мундиру, судорожно сжали воздух. Я хотела броситься к нему, но один из ньордов загородил дорогу мечом.

– Пусти! – я пыталась прорваться. – Сейчас же!

– Не стоит, – мне на плечо легла рука Первомага.

– Не трогайте меня, – прошипела я, сбрасывая его ладонь. – Не смейте меня касаться! Иначе я разнесу эту комнату в пыль!

– Боюсь, ты не в том положении, чтобы угрожать, ведьмочка, – вмешался Элларион. – Советую быть послушной, и тогда твоя дальнейшая жизнь будет гораздо приятнее, чем вся предыдущая.

– Не понимаю, о чем вы.

– Скоро поймешь.

За спиной императора ньорды уже погрузили Арриона на неизвестно откуда взявшиеся носилки и понесли к выходу. Когда они проходили мимо меня, я дернулась вслед за ними. И снова Лохан удержал меня на месте. Я смогла лишь проводить Арриона глазами.

Одна рука генерала безвольно свесилась вниз, лицо было застывшим и серым, как камень. Мне показалось, что он не дышит.

– Что с ним? – взмолилась я, наплевав на гордость, и развернулась к Лохану. Схватила его за рукав. – Скажите мне. Вы же знаете!

По глазам было видно, что знает. Но Первомаг вдруг качнул головой:

– Не сейчас.

Мне даже возмутиться не дали. Один взгляд императора – и меня окружили ньорды.

– Думаю, нам стоит обсудить создавшееся положение в более гостеприимной обстановке, – произнес он, с досадой оглядывая разрушенную опочивальню. – Вы согласны, светлейшая льера?

Льера…

Вопрос был явно риторический. Но значит ли это обращение, что император драконов считает наш брак с Аррионом все еще действительным? После всего, что я здесь устроила…

Я была так ошеломлена, что молча двинулась следом за ним. Лохан замыкал процессию.

– Куда его понесли? – спросила я тихо, глядя, как за углом галереи исчезли носилки с Аррионом.

– Всего лишь в его покои, – так же тихо ответил старик.

В его покои…

В сердце кольнуло.

Там же Элеста! Она будет рядом с ним. Почему мне от этого так неспокойно? Неужели глупая ревность…

– Я хочу быть с ним…

– Позже. Сначала вам нужно выслушать Владыку. Это важнее ваших желаний, поверьте.

Я бы поспорила с ним, но не стала. Потому что уже сделала выбор. В тот миг, когда я осознала, что ношу дитя Арриона, во мне что-то сдвинулось. Будто шевельнулись стрелки часов, простоявшие в одном положении целую вечность, и время моей жизни начало новый отсчет.

Я еще не знала, как относиться к своему положению. Еще не смирилась с ним. Но уже инстинктивно прислушивалась к себе, пытаясь уловить хотя бы намек на новую жизнь. Почувствовать ее внутри себя. Ощутить…

Месть отошла на задний план, страх перед Змеебогиней померк. Я просто пыталась представить, что будет дальше.

У меня вырастет живот? А как быстро? И насколько большим он будет? Я стану толстой? А рожать – это очень больно?

Наверное, очень.

Женщины иногда так страшно кричат…

Но мне почему-то было не страшно. Скорее любопытно.

***

Я чувствовала себя способной в любой момент уйти из дворца. Ни один дарг, даже император, не смог бы меня остановить. Никто из них не в силах противостоять заключенной во мне двойной силе Света и Хаоса – ослепительной и неистовой. Но вместо этого я вслед за Элларионом переступила порог соседнего помещения и замерла, оглядывая обстановку.

Похоже, это был рабочий кабинет императора. Он оказался полной противоположностью его спальни. Здесь не было ни намека на уже знакомую мне первобытную, аскетичную мощь. Пространство дышало холодной, отточенной роскошью, призванной подавлять и внушать трепет.

Стены были отделаны черным деревом, в которое вплетались жилки чистого серебра, повторяющие узор драконьей чешуи. Вместо окон – огромные панорамные витражи из затемненного стекла, сквозь которые проникал оранжево-алый свет праздничных костров, разожженных на площади, и виднелась полоска заката.

В центре стоял монолитный стол, высеченный из цельной глыбы обсидиана. На его поверхности, отполированной до зеркального блеска, лежали несколько свитков, перо из темного металла и карта известной нам части мира, придавленная бронзовыми статуэтками по краям.

Элларион первым прошел к столу и жестом указал на массивное кресло с высокой спинкой, стоявшее напротив. Не приглашение – приказ.

Черная кожа кресла оказалась холодной. Я ощутила ее сквозь тонкую ткань платья Нилеи и невольно выпрямилась. Да так и замерла с прямой спиной, чувствуя, как по-звериному обострилось мое восприятие.

Император занял свое место и сложил длинные пальцы перед собой. Его холодные глаза изучали меня с тем же безразличным выражением, с каким он, вероятно, изучал новый экспонат в своей коллекции редкостей.

– Теперь мы можем говорить без… лишних эмоций, светлейшая льера, – начал он. Его голос был ровным, без укора, но каждое слово ложилось на плечи незримой тяжестью. – Вы обладаете силой, способной изменить ландшафт этого мира. Я обладаю властью над этим миром. Полагаю, нам стоит найти точки соприкосновения.

Я заставила себя встретить его взгляд. Спазм сжал горло, но я проглотила его.

Владыка драконов говорил со мной не как с ведьмой, а как с законной льерой Железного клана. Значит, я должна соответствовать.

– Мой генерал, – продолжал Элларион, – заплатил высокую цену за ваш союз. Теперь он платит цену за вашу общую победу. Сила Тьмы, которую он поглотил, нестабильна. Она пробуждает в нем наследие матери-ведьмы способами, которые мы не в силах предсказать.

– Он… выживет? – вырвалось у меня, прежде чем я успела скрыть тревогу. – Вы же знали, что эта встреча и этот разговор состоятся. Так скажите, он выживет?

Император перевел взгляд на Лохана.

Тот не стал садиться в кресло. А подошел к окну и замер там, будто безмолвный страж. Его лицо оставалось непроницаемым.

– К сожалению, даже мне боги не все открывают, – признал Первомаг, слегка склонив голову. – Они показывают вехи пути, но каждая веха – это лишь точка, где путь может измениться или вовсе закончиться. Сейчас все зависит от воли самого Арриона. От того, что удерживает его в этом мире, и… от вас, светлейшая льера.

Воцарилась тишина, звенящая и тяжелая.

– Я не понимаю, – наконец выдохнула я. – Вы получили то, к чему стремились. Ковен ведьм и Око Зла больше не угрожают вашей империи. Их больше не существует.

Элларион покачал головой:

– Ковен существует, пока жива хоть одна ведьма. Разве не так сказано в ваших правилах? И сила Ока никуда не делась, она всего лишь сменила форму. Причем с моего молчаливого разрешения.

Это был тонкий намек. Напоминание, что мне позволили войти в эти двери, а вот выйти…

Да, я могу покинуть дворец, использовав силу Ока. Но вне этих стен меня будет ждать разъяренная Змеебогиня. Я заключила с ней соглашение, которое больше не хочу выполнять. Так что же мне делать?

Я бросила взгляд на Лохана, словно искала поддержки. У дарга! Еще час назад это казалось немыслимым. Но сейчас, когда наши взгляды скрестились, в моей памяти всплыли слова:

«В союзе с врагом нет ничего постыдного, если это единственный путь к миру для всех».

Его взгляд говорил то же самое.

Союз. Они готовы заключить со мной союз, но ждут, что я сделаю первый шаг.

– Что же вам нужно?

– Гарантии, – тонко улыбнулся император. – Всего лишь гарантии. Я хочу быть уверен, что поглощенная вами сила Света и Хаоса не будет обращена против моих подданных. Как даргов, так и людей. Что сила Тьмы в теле генерала д'Рейтарра не уничтожит его самого. И что никто из оставшихся ведьм не придет в Ламаррию, чтобы мстить.

Я слушала его, но не понимала. Казалось, это какая-то шутка.

– Гарантии? – переспросила я, нахмурившись, когда он замолк. – Вы хотите письменный договор, магическую клятву или вам хватит моего честного слова?

В этот раз император не улыбнулся.

– Вы создадите препону. Стену из магии Света, Тьмы и Хаоса, которая отделит наши земли от всех человеческих королевств. И сами останетесь здесь, вместе с вашим будущим сыном, как залог безопасности.

– А если у меня будет дочь?

– Сын. Можете мне поверить.

«Он знает и это», – пронеслось в голове, наполняя меня досадой.

Проклятый Лохан Тиралион! Ни одной ведьме боги не дали права заглядывать в завтра. А этому старому даргу позволено знать даже такое!

Но его дар тоже имеет границы, – внезапно вспомнила я. Он не знает, выживет Аррион или нет. Он видит лишь варианты!

– Значит, вам не ведомо каким будет исход нашей встречи? – уточнила я, чтобы проверить свою теорию. – Верно?

Элларион развел руками:

– Ее исход в ваших руках.

– Тогда что мне мешает уйти?

– Ничего. Может быть, кроме… вашего мужа? Вы ведь чувствуете его, не так ли? Чувствуете, как сейчас он тонет в небытие?

Ледяная волна прокатилась по моей коже. Потому что Владыка драконов был прав.

– Вы связаны с ним, – продолжил он, следя за моим лицом. – Не только цепью судьбы, но теперь и вашим ребенком. Вы хотели избавить свой мир от таких чудовищ, как мы? Я даю вам эту возможность. Просто отделите Ламаррию от других государств, у вас для этого достаточно сил. Вы хотели вернуть к жизни свою мать? Я позволю ее возродить и дарую ей высочайшее прощение. Вы мечтали жить не скрываясь? Я дам вам и это.

– Все дело в ребенке, да? – прошептала я. – Он важен для вас…

– Да. Видите, я с вами честен. Скажите, чего вы еще хотите. Все что угодно. Я выполню ваше желание.

Он смотрел мне прямо в глаза. Уверенный и бесстрастный, как вечный снег на пиках гор за окном. Я не смогла отказать себе в удовольствии разбить эту маску бесстрастия.

– Что угодно? – постучала себя пальцами по губам. – Что ж, у меня есть одно небольшое желание. Женитесь на мне. Сделайте своей королевой.

Это был самый нелепый, самый дерзкий способ дать отпор ледяному спокойствию Владыки драконов.

Но, к моему глубокому разочарованию, ни один мускул на лице Эллариона не дрогнул. Он даже не моргнул, глаза остались спокойными, как море в мертвый штиль. Казалось, император даже не услышал меня.

Я хотела уже повторить, как он вдруг откинулся на спинку кресла и произнес:

– Боюсь, тогда мне придется убить Арриона д'Рейтарра.

– Убить? – эхом откликнулась я.

Сердце застучало с утроенной силой. Желудок сжался в тугой, болезненный узел.

Глупая шутка! Зачем я вообще это сказала? Хотела задеть Владыку драконов, узнать, как далеко он готов зайти, уговаривая меня…

– Разумеется. Иначе как я женюсь на женщине, которая уже замужем?

Я тут же нашлась:

– Можно расторгнуть брак! У даргов ведь существуют разводы!

И мысленно надавала себе по щекам: ох, что я несу? Наверное, это Мать Тьмы меня покусала!

– Вряд ли ваш супруг согласится, – мягко улыбнулся Элларион. Он явно заметил мой заметавшийся взгляд и горящие щеки. – У дарга есть лишь один повод отпустить мать своего ребенка к другому мужчине. Если он…

– …встретил свою шиа-ми, – вспомнила я и встрепенулась. – Аррион ее встретил! Леди Элеста Браух – его истинная пара, его шиа-ми!

– Верно, – император склонил голову набок. В его спокойных глазах наконец-то что-то мелькнуло. – Что ж, тогда идите к нему. Потребуйте развод. И, когда будете свободны от прежних обязательств, мы обвенчаемся. Только сначала вам придется вернуть вашего мужа из небытия.

Он сделал паузу, наслаждаясь моим растерянным видом. И с циничным наслаждением добавил:

– Или подождать, пока он умрет и сделает вас вдовой.