Глава 69

«Я отлично выгляжу! Отлично! Я не лахудра! Я его не опозорю!»

Настал день «Х» и Лена от волнения сходила с ума.

Макаров должен был заехать за ней к восьми часам вечера.

Но ее грандиозные сборы начались уже практически с обеда.

Маникюр. Педикюр. Макияж. Прическа.

Да, она убила на себя кучу времени, но результатом осталась вполне довольна. Темно-коричневые матовые тени, черные стрелки и тушь на ресницах делали взгляд выразительным. Стойкая помада на губах в оттенке «пыльная роза» придавала образу легкости. Даже невинности. Волосы Лена собрала в элегантную улитку, оставив несколько прядей свободно спадающими на лицо. Вишенкой на торте оказались золотые мамины серьги.

Крупные. Массивные. Но идеально дополняющие ее сегодняшний образ.

Ей хотелось быть красивой для него. Очень красивой. Облачившись в платье, девушка повертелась у зеркала, придирчиво разглядывая себя со всех сторон.

«Даже если не произведу фурор… незамеченной точно не останусь!»

К моменту, когда раздался звонок в дверь, Лена была уже полностью готова.

Искренне радуясь тому факту, что родители уехали в гости к родственникам, и вернутся не раньше двадцати двух часов, она впустила Виктора в квартиру.

— Привет! — выдохнула взволнованно.

Они не виделись целые сутки. Долгие. Бесконечные.

Макаров так и замер на пороге, скользя по ней оценивающим взглядом.

Секунда. Вторая. Третья.

Его зрачки расширились. Дыхание участилось.

Стремительно сократив разделяющее их расстояние, мужчина припечатал Белову к ближайшей стене и жадно набросился на ее губы.

— Детка! — шептал он в перерывах, целуя свою студентку, точно одержимый. — До чего же ты хороша! Разве можно быть такой красивой?

— А кто мне запретит? — самозабвенно вторила ему девушка, прижимаясь к его жесткой груди все сильнее. — Ты что ли?

— Я? Нет! Кто я такой, чтобы запрещать тебе сводить меня с ума?

— Действительно! Лучше бы помог!

— Чем? — вкрадчивый хрип. — Задрать подол платья и чуть сдвинуть в сторону трусы, чтобы облегчить мне задачу, ты можешь и сама!

По телу прошлась нервная дрожь. Кожа запылала огнем.

А низ живота будто всполохами пламени лизнуло.

Чувствуя, что становится влажной, Лена жалобно захныкала:

— Вик… ты что? Серьезно?

— Да!

— Сейчас?

— Давай! Сделай так, как я прошу! Покажи мне себя!

— Мы же опоздаем!

— Не спорь, Лена!

— Ты все испортишь! Я столько времени потратила на сборы!

— Черт! — ударив кулаком в стену, Виктор прижался своим лбом к ее. — Ты права, малышка! Права. Дай мне секунду. Сейчас я… возьму себя в руки.

В надежде хоть немного раскрепостить атмосферу и помочь ему остановиться, Белова аккуратно погладила лацкан его пиджака.

— Знаешь, у тебя изумительный костюм!

Макаров покачал головой и сокрушенно изрек:

— Нет! У меня изумительная девочка!

Неожиданно смутившись, Лена потупила взор.

Замирая от волнения, глухо произнесла:

— Если хочешь, сегодня я могу… остаться у тебя…

— А вот это даже и не обсуждается! — встрепенувшись, практически прогромыхал мужчина. — Идем, нам пора!

— Хорошо.

— И еще момент, Белова!

— Да?

— Чтобы ни на шаг от меня не отходила! Я понятно объясняю?

* * *

Примерно через сорок минут они припарковались у ворот огромного трехэтажного особняка, расположенного в элитном районе их города. И в каждом окне ярко горел свет. Машин снаружи и во дворе дома было так много, что глаза разбегались. Чувствуя, что от волнения у нее немеют пальцы, Лена стиснула ладони в кулаки. Заметив это, Виктор поспешил ее заверить:

— Расслабься! Все будет хорошо! Обычный банкет. Ничего сверхъестественного.

— Для тебя — возможно! А у меня это впервые!

«Я никого там не знаю! Там полный дом незнакомых мне состоятельных людей! Но… так, хватит! Я — умница. Я — красавица. Мне все по плечу!»

— Уж кто-кто, а ты справишься! — словно прочитав ее мысли, произнес Макаров. — Просто улыбайся и ничего не бойся. А я буду рядом. Хорошо?

На том они и порешали. А через пару минут, крепко держась за руки, вошли внутрь. Набрав воздуха в грудь, Лена мертвой хваткой вцепилась в локоть преподавателя. Волнение никуда не делось, но она прилагала максимум усилий, чтобы хотя бы внешне казаться спокойной, собранной и равнодушной ко всему происходящему. Вскоре даже притворятся не пришлось.

Окинув скучающим взглядом присутствующих, и убедившись, что никому ни до кого нет дела, Белова окончательно расслабилась. Почувствовав это, Макаров одобрительно кивнул и сдержанно улыбнулся. Явно хотел что-то сказать, но не успел. К ним подошел хозяин дома со своей супругой — представительный статный мужчина среднего роста, в компании эффектной женщины-брюнетки типичной восточной наружности.

— Чтоб мне сдохнуть, Витя! — добродушно загоготал здоровяк, раскрывая объятия. — Хорошо, что пришел! Ты в числе немногих, кого я действительно рад видеть!

— Тоха! — Виктор искренне улыбнулся. — С юбилеем, старик! Как поживаешь?

Мужчины обменялись рукопожатием и крепкими объятиями.

— Добро пожаловать! — не осталась в стороне и хозяйка дома. — Правда мы думали, ты будешь один, но… хотя бы представь нас своей спутнице!

Его не пришлось просить дважды.

— Антон! Азалия! Лена!

Не спуская с Беловой любопытного взгляда, женщина уточнила:

— Лена твоя… девушка?

— А что тебя смущает? — парировал Макаров.

— Нет-нет! Ничего. Красотка невероятная! Просто… такая юная…

Лена напряглась. Необъяснимая тревога занозой засела в груди.

— Заля, прекращай! — беззлобно одернул ее супруг. — Любви все возрасты покорны! Ладно, ребята. Нам пора. Сами понимаете, гостей много. Нужно уделить внимание всем. А вы чувствуйте себя, как дома. Развлекайтесь. Позже поболтаем!

Лишь когда они удалились, девушка смогла вздохнуть спокойно.

Только тогда и поняла, что почти не дышала все это время.

— Они считают меня…

— Нет! — строго. — Не думай об этом. Идем!

Мужчина повел ее дальше. В самую гущу людей.

Большинство присутствующих скучковались небольшими группками по пять-семь человек и о чем-то оживленно беседовали, периодически подзывая к себе снующих туда-сюда официантов, разносящих выпивку, закуски и прочие угощения. Заприметив одного из них, Виктор поинтересовался:

— Я сегодня трезвенник. За рулем. А ты… выпьешь чего-нибудь?

Она отрицательно покачала головой.

— Нет, спасибо!

— Расстроилась?

— Немного…

— Тебе нужно расслабиться. Потанцуй со мной.

Не дожидаясь ответа, Макаров увлек девушку в ту часть помещения, где непринужденно двигались другие парочки, и закружил в медленном танце.

— Этот банкет очень важен для тебя, да? — тихо уточнила Лена. — Ты говорил, что хочешь встретиться здесь с кем-то из своих партнеров. Что за партнеры?

— Скажем так: на тот момент, когда приглашал тебя сюда, я действительно хотел сотрудничать кое с кем из них. Теперь передумал. Все просчитал и понял, что обойдусь собственными силами. Так что наше присутствие здесь носит чисто развлекательный характер!

«Ага! Хорошенькое развлечение! Ничего не скажешь!»

Белова проникновенно заглянула в его каре-зеленые глаза.

— Если увезешь меня отсюда, развлеку гораздо лучше!

— Уже мечтаешь сбежать?

— Мечтаю станцевать для тебя, в чем мать родила!

Виктор плотоядно оскалился:

— Ах ты, чертовка! И возразить-то нечего! Весомый аргуме…

Он замолчал резко. На середине фразы. И помрачнел в одну секунду.

Недоуменно нахмурился. Его брови сошлись на переносице.

На лбу залегла глубокая морщинка.

Выцепив кого-то взглядом из толпы (яростным и взбешенным до крайности), преподаватель стиснул зубы. Сильно. До противного скрежета.

Скрежета, от которого по спине у Лены промчался холодок.

— Вик?

Но мужчина ее уже не слышал. Схватив за руку, поволок куда-то за собой.

Вскоре они остановились у небольшой кучки мирно беседующих дам.

Одну из них, стоящую к ним спиной, он грубо схватил за локоть и развернул к себе лицом. Остальным, заохавшим в изумлении, коротко бросил:

— Разбежались!

Секунда, и всех лишних людей, точно ветром сдуло.

Миниатюрная шатенка (элегантная, лощеная, будто бы сбежавшая с обложки глянцевого журнала) надменно вскинула подбородок и гневно зашипела, избавляясь от хватки Виктора:

— Полегче, Макаров! Ты что творишь-то? Совсем одичал?

— Святую невинность из себя не строй! Ты что здесь забыла?

— Нет! Мне это нравится! Антон, конечно, твой приятель. Но Азалия — все еще моя подруга! И вообще, разве я обязана перед тобой…

Женщина умолкла на полуслове, как только заметила Лену.

Скользя по ней цепким внимательным взглядом, она ехидно произнесла:

— Оу! Какая миленькая! Твоя?

— Моя!

— Да, Макаров! Ты меня удивляешь! Ей восемнадцать-то хоть есть?

Девушка взбесилась просто по щелчку пальцев.

Виктор собирался что-то ответить, но Белова его опередила.

Лучезарно улыбаясь, ядовито пропела:

— А это не важно! Главное, что… не тридцать!

Женщина отшатнулась, явно удивленная ее дерзостью.

Захлебываясь собственным возмущением, она фыркнула:

— Хамка!

Лена скучающе зевнула:

— С языка сняла!

— Ах ты…

— Уймись! — тихо велел ей Макаров. — Я повторяю свой вопрос: какого черта ты здесь делаешь?

— Наши общие друзья пригласили меня на торжество так же, как и тебя!

— Ты прилетела одна?

— А вот это уже точно не твое…

Мужчина припечатал незнакомку таким осатаневшим взглядом, что дурно стало даже Беловой. Секунду спустя, он процедил сквозь стиснутые зубы:

— Ксеня, если ты додумалась оставить моего сына одного в чужой стране, с чужими людьми, я придушу тебя собственными руками! Прямо здесь!

Лена почувствовала себя так, будто угодила в прорубь с ледяной водой.

Она вдруг осознала с предельной четкостью, кто перед ней стоит.

«Ксеня? Сын? Господи, это же она! Его бывшая жена!»

Ревность острым жалом пронзила сердце. Точно ядом отравила разум. Кровь.

Девушка пыталась глубже дышать, но воздуха все равно не хватало.

«Успокоиться! Мне нужно успокоиться!»

Заметив проходящего мимо официанта, она схватила с его подноса бокал шампанского, и залпом опрокинула напиток в себя. После чего ему же всучила пустой фужер. Во рту стало очень горько.

Ксения тем временем, глядя на Виктора в упор, триумфально улыбнулась:

— Не говори ерунды! Конечно же я взяла «плод нашей любви» с собой!

Макаров шумно сглотнул.

— Тимка здесь?

— Да!

— Как давно вы прилетели?

— Вчера!

— Почему ты меня не предупредила?

— А я что, обязана? Я в секретари тебе не нанималась!

— Какая же ты дрянь!

— Ох, Витя! — захохотала женщина. — Не разбивай мне сердце!

— Где он сейчас?

— Кто?

— Где сейчас мой сын?

— Гостит у моих родителей! Ты еще помнишь, где они живут?

Очевидно, помнил. Потому что сорвался с места и скрылся в толпе так быстро, что Лена даже сообразить не успела, что произошло.

А когда до нее все же дошло, в глазах предательски защипало.

«И что делать? Что мне теперь делать?»

Ксения смотрела на нее свысока, но сочувствующе.

— Надо же! — надменно проворковала она. — Стоило про сына услышать, тотчас же о твоем существовании забыл!

— Не радуйся так, будто он полетел к тебе! — парировала Белова, чудом сохраняя спокойствие. — Он полетел к ребенку…

— К моему ребенку. К моим родителям. Ко мне домой. Не к тебе. Знаешь, что это значит?

— Нет! Но полагаю, ты объяснишь!

— Если я захочу, смогу вернуть его… вот так…

Женщина демонстративно щелкнула пальцами.

Лена же истерически расхохоталась.

— Ага! Мечтай!

— Почему нет? Он — потрясающий мужчина!

— Что ж ты предала его, раз он такой потрясающий?

Ксения нахмурилась. Маска стервозности испарилась с ее лица.

С грустью в голосе она произнесла:

— Да просто… не любила никогда. Но он казался мне перспективным. Однако с годами я поняла, что вокруг полно гораздо более перспективных мужиков. А я достойна лучшего! Вот и все!

— Почему ты не позволяешь ему видеться с ребенком? Что в этом плохого?

— Не суй свой прелестный носик не в свое дело, юная барышня!

— Это глупо! Однажды твой собственный сын тебя возненавидит!

— Что за бред ты несешь? Мой малыш никогда…

— Я знаю, о чем говорю! — солгала Лена, не моргнув и глазом. — Мои родители развелись, когда мне было пять. Отец ушел к другой женщине, а мама мстила ему за это, запрещая нам общаться. И я ненавидела ее всем сердцем! Я воспринимала ее, как препятствие между мной и папой. Особенно, когда у него появились другие дети, а я осталась за бортом его жизни. Я вынуждена была мириться с мыслью, что по вине матери не нужна отцу. Что он окружает любовью и заботой всех, кроме меня. Думаешь, это прошло с годами? Нет! Умом я понимаю, что нашу семью разрушил отец. Но все равно, виню во всем только мать! Я могла видеться с ним. Могла расти вместе со сводными братьями. Быть частью их жизни. Получать свою долю любви. Если бы не она. Если бы не ее эгоизм и чертова гордость. Готовься! И тебя скоро ждет тоже самое! А может, и хуже в разы! Ведь мальчики своих отцов вообще боготво…

Внезапно кто-то схватил ее за руку, вынуждая вскрикнуть от неожиданности.

Рядом с ней, тяжело дыша и сверкая безумным взглядом материализовался Макаров. Мужчина потянул Лену за собой, раздраженно буркнув:

— Я кому сказал, не отходить от меня ни на шаг?!

В груди что-то сладко заныло. От облегчения на глазах выступили слезы.

«Вернулся! Он за мной вернулся!»

* * *

До машины они добирались очень быстро. Практически бегом.

Было видно, что Виктор страшно волновался, хоть и старался контролировать свои эмоции. Когда они преодолели уже пару километров, он внезапно съехал на обочину, откинулся на спинку кресла и крепко зажмурился.

Пальцы, которыми мужчина продолжал стискивать руль, заметно дрожали.

Не выдержав напряжения, Лена мягко поинтересовалась:

— Что случилось? Тебе плохо?

— Я в порядке!

— Ложь!

Макаров распахнул веки и уставился на нее пустым взглядом.

И ей стало не по себе. Ведь таким подавленным она видела его впервые.

— Так странно, — отозвался он глухо, — я не знаю даже, чем он теперь интересуется! Что любит? Чем увлекается?

— Ну… мне кажется, он будет рад любой мелочи! Главное, что эту мелочь ему подаришь ты!

Виктор сдержанно улыбнулся.

— Может быть! Отличная идея!

— А какой у нас маршрут? Далеко ехать?

Мужчина тронулся с места, выезжая на проезжую часть и набирая скорость.

— Первым делом доставлю тебя домой в целости и сохранности. Потом заеду в ближайший торговый центр. А уже после, рвану к Ксюхиным родителям.

«Домой? То есть… значит с собой он меня не возьмет? Один к ним поедет? И ночевка у него отменяется? Выходит, Ксеня права? Я для него далеко не на первом месте? Господи! А что, если она правда задумала его вернуть? Что если… если уже вызвала такси и тоже… направляется к родителям?»

Горло сдавил болезненный спазм. А внутренности будто густым кипятком прополоскали. Ей хотелось кричать. Но она глупо улыбалась, таращась в окно невидящим взглядом и прокручивая в памяти слова его бывшей жены:

«К моему ребенку. К моим родителям. Ко мне домой. Не к тебе…»

Они молчали всю оставшуюся дорогу, не перекинувшись более и парой фраз.

А едва Виктор притормозил у подъезда, Лена выбралась наружу, не дожидаясь, когда он распахнет ей дверь. Сдерживаясь из последних сил и избегая его прямого взгляда, девушка сбивчиво пробормотала:

— Приятного вечера! Доброй ночи!

— Все хорошо? — прозвучало настороженно.

— Да! Пусть встреча с сыном пройдет… гладко!

На последнем слове ее голос предательски дрогнул. Надломился.

Чувствуя, что вот-вот разревется, Белова со всех ног ломанулась в подъезд.

Она не помнила, как вызвала лифт. И как в квартиру попала, тоже не помнила. Все было, точно в тумане. Оказавшись в прихожей, Лена скинула туфли, куртку. Швырнула на комод сумочку. Обессиленно прислонилась к стене, и медленно сползла на пол. Там-то ее и прорвало окончательно.

Умом понимала, что должна быть сильной, ведь конкурировать с ребенком нереально, неправильно. Но сердце оставалось глухо к доводам разума.

Ее душа разрывалась на куски. Стонала. Кровоточила. Девушка рыдала так громко и отчаянно, что не сразу услышала настойчивый стук в дверь.

Каким-то чудом поднявшись на ноги, шатающейся походкой Лена доковыляла до двери и распахнула ту, не удосужившись даже посмотреть в глазок.

И тут же застыла истуканом, будучи не в силах поверить своим глазам.

«Не может быть! Что он здесь делает?»

На пороге возвышался Макаров.

Хмурый. Злой. Взволнованный.

Он тяжело дышал и остервенело стискивал кулаки.

Казалось, будто его трясет сейчас ничуть не меньше.

Увидев ее в таком жалком состоянии — потерянную и зареванную до ужаса, Виктор решительно шагнул внутрь. А спустя секунду, крошечный миг, схватил Лену в охапку и буквально припечатал к своей груди.

— Ш-ш-ш! — пророкотал, сильно севшим голосом. — Не нужно, малышка!

Его нежность спровоцировала лишь новый поток слез.

— Прости! — продолжал успокаивать ее Макаров. — Я только сейчас понял, как прозвучали мои слова! Самому тошно стало! Мне жаль, Лена! Мне очень жаль! Я и представить не мог, что ты захочешь поехать со мной! И не надеялся даже, что захочешь познакомиться с ним!

Шмыгнув забитым носом, Белова проблеяла:

— Разве могло быть иначе? Он твой сын! Он — часть тебя!

— Нет! Конечно, нет!

— А почему ты сам не поехал к нему?

— Не смог! Я же видел, что с тобой что-то не так!

— Вик…

— Завтра вместе поедем! Обещаю! Ну, все! Все! Успокойся, пожалуйста! Не рви мне душу! Я не могу видеть твои слезы! Меня наизнанку выворачивает от этого зрелища!

— Почему?

— А ты сама-то как думаешь?

Лена стыдливо растерла слезы по щекам.

— Я не хочу думать! Я хочу знать!

— Знать что?

— Сможешь ли ты… когда-нибудь… полюбить меня?

Макаров будто сорвался с цепи. Пленив ладонями ее лицо, он принялся целовать девушку, точно конченый безумец. Точно сумасшедший.

— Дурочка! Какая же ты дурочка!

— Сам такой!

— Ты — моя! Моя, понимаешь? Моя малышка. Моя девочка. Мое наваждение. Я убью за тебя! И сдохну, если придется!

Сердце замерло в груди и заколотилось с чудовищной скоростью.

— Как и я! — прошептала Лена, пытаясь избавить мужчину от пиджака.

Но пальцы дрожали. Не слушались.

Да и Виктор задачу ей не облегчал, шаря по телу своими ручищами.

— Молодые люди! — где-то поблизости раздался голос ее отца. — Мы, конечно, все понимаем, но… лучше прервитесь, пока ваши трогательные откровения не переросли в сеанс порнографии! Этого зрелища мы с матерью точно не переживем!

В распахнутых дверях (которые они с Макаровым благополучно забыли закрыть) стояли ее родители. Мама грустно улыбалась и рыдала в три ручья.

Отец с явным одобрением взирал на «гостя».

«Боже! Выходит, они все слышали… с самого начала!»

Смутившись, Лена попыталась отстраниться.

Но эта идея крайне не понравилась Виктору.

Предостерегающе рыкнув, он еще крепче прижал ее к себе.

— Да расслабься уже! — покачал головой папа. — Не отбираем!

— Вот и славно! — сурово отчеканил Макаров. — Детка, прощайся с родителями! Мы уезжаем!

— Как уезжаем? Куда?

— Домой!

— Но…

Скрестив руки на груди, отец ответил не менее строго:

— Встречаться встречайтесь! Но жить вместе без свадьбы мы вам не разрешим!

Виктор загадочно улыбнулся и коротко ответил:

— Сами разберемся!