Глава 3

Утром я встаю раньше всех и опять ношусь лисой по опушке, стараясь подготовить для вечера столько булочек, чтобы хватило всем. Жаль, что приходится отодвинуть в сторону опробование нового рецепта для сладких булочек. Обсудить обсудили, но надо выделить время, чтобы заняться им. А со временем как раз и проблемы…

То и дело я поглядываю на часы, чтобы не пропустить назначенное Чжань Дачэном время. И всё равно приходит в себя тогда, когда остается всего ничего.

Я выбегаю из пекарни, на ходу срывая с себя фартук, потому что извозчик уже ждет у порога.

— Сюлань! — слышится звонкий оклик Мэйлин.

— Потом! — успеваю крикнуть я и забираюсь в повозку.

Так всё равно быстрее. А ослика лучше не трогать. Мало ли кто придет и даст заказ. Тут лучше быть готовыми. Поэтому извозчик — лучший вариант. Всё же район, в который нужно ехать, я знаю плохо, поэтому так, скорее всего, не потеряю время и не создам проблемы оставшимся Мэйлин и Вэнь-Вэнь.

Сверток с приведенными в порядок ханьфу Дачэна лежит рядом на сидении. Я стараюсь на него не смотреть, будто тот живой и может в чем-то укорить.

Мне кажется, что мы едем жутко медленно. И это не дает покоя просто. Я делаю глубокий вдох, стараясь избавиться от давящих со всех сторон мыслей. В какой-то момент перед глазами все плывет, и я зажмуриваюсь.

— Всё в порядке? — интересуется извозчик.

— Да, — резче, чем стоило, отвечаю я.

Когда я ела? Сегодня точно нет. А вчера… Работы было немало. Но как-то не хотелось есть, а потом позабылось. Я сжимаю переносицу пальцами. Так, сосредоточиться. Отдать это диюево ханьфу, а потом уже можно заехать и нагрести какой-то вкуснятины на соседней улице. Там прекрасно делают лапшу с мясом и овощами. Или морепродуктами. И взять чего-нибудь, от чего обязательно всё слипнется, но это будет потом.

Когда мы подъезжаем, я выхожу и некоторое время просто стою на месте, не решаясь идти дальше.

Это… ничего себе! Впечатляет своими размерами и внешним видом. Это маленький дворец, что ли?

Вход в дом украшен величественной аркой, напоминающей всё величие чонгонгской империи. Стены облицованы светлым камнем, создавая впечатление роскоши и изыска.

— Это вообще законно? — бормочу я.

Я сообщаю птичкой, что приехала, хоть хочется позорно кинуть сверток за ворота и снова прыгнуть в повозку. Но поздно, потому что через некоторое время выходит седовласый сухонький мужчина в синей одежде и сообщает, что проводит меня к хозяину.

«У него тут ещё и прислуга отлично одета», — мрачно думаю я и шагаю следом.

Краем глаза я рассматриваю гостиную с потолком высотой до нескольких метров, обставленные дорогой мебелью и произведениями искусства. При этом ни капли не сомневаюсь, что здесь служат духи, что отвечают за освещение, тепло и безопасность.

Я с любопытством изучаю ковры с драконами, расписанные вазы и уникальные произведения каллиграфического искусства.

Пока я жду Дачэна, то успеваю заметить сад за окном. Неожиданно небольшой и очень уютный. А ещё пруд, через который перекинут изящный мостик.

«Возможно, здесь живет большая семья? — приходит догадка. — Тогда неудивительно, что столько места».

— Сянь Сюлань?

Я пропускаю момент, когда оказываюсь в комнате не одна. Поэтому тихое покашливание заставляет вздрогнуть и вцепиться в сверток.

Передо мной стоит сам Чжань Дачэн. И опять всё повторяется, как и в первый раз. Я смотрю на него и понимаю, что опять онемела и не могу пошевелиться. Это неправильно. Нельзя так бессовестно пялиться, но отвести взгляд не получается.

Что интересно, сам Дачэн тоже стоит в нескольких шагах и не пытается ничего предпринять. В этот раз на нем ханьфу цвета весеннего ливня в горах.

«Сегодня не работает? — почему-то возникает в голове мысль. И тут же сменяются следующей: — С чего такие выводы? Совсем уже того? Почему ты об этом думаешь?»

Меня злит собственное поведение. Ну что такое? Да, я давно признала себе, что люблю мужчин такого типажа. Но ведь это же не причина залипать так на стоящего перед тобой мужика, будто никогда не видела никого подобного.

— Здравствуйте, — коротко выдаю я и сую в руки Дачэна сверток. — Примите мои извинения. Если нужна компенсация, то я…

— Сюлань.

Это звучит неожиданно мягко. Спокойно. А ещё почему-то получается выдохнуть, будто разжимаются сковывающие грудь тиски, и я медленно поднимаю взгляд.

И это ошибка.

Потому что я тону, с головой ухожу в пронизанный солнцем янтарь, который вплавляется под кожу.

Интересно, как он смотрит на близких людей? На любимого человека?

Это мелькает быстро. Заполошно. Тут же становится жарко и стыдно. Нельзя о таком думать. Совсем не его дело.

— Да? — отзываюсь я, осознав, что снова пауза затянулась.

— Не переживайте, вы и так сделали много, — отвечает Дачэн.

Звучит, как совершеннейшая чушь, но возражать не хочется.

— Это ведь моя вина. Я вас коснулся.

— Глупости, — ворчу я и кошусь в окно.

Небо затягивают тучи. Сегодня обещали сильный ливень и ветер чуть ли не ураганный. Нужно сворачиваться тут и возвращаться.

— Сюлань, я понимаю, что сейчас не совсем время, но я хотел бы попросить вас об одолжении.

Я замираю, смотрю с подозрением. Всё же инцидент не исчерпан? Или же это никак не связано? Может быть, не надо всех рассматривать, как потенциальных врагов? Но… что может хотеть такой человек?

— Да, — киваю я.

— Тогда пройдемте во внутренний двор. — Дачэн делает жест к выходу из гостиной.

Я озадаченно моргаю. Это уж точно не входило в накиданные мною варианты. Хотя… сейчас в голове вообще очаровательно пусто. Наверное, стоило все же перекусить перед поездкой.

— Как специалист вы увидите точно больше, чем я, — быстро уточняет Дачэн, будто пытаясь прояснить ситуацию, но я запутываюсь ещё больше.

После чего понимаю, лучше просто пойти за хозяином дома и увидеть своими глазами. Что именно от него могло понадобиться — загадка.

Я иду на достаточно почтительном расстоянии. Невольно отмечаю осанку Дачэна, сильные руки, узкую талию и…

Я резко выдыхаю. Это ханьфу какое-то неправильное. Сзади почему-то оно подчеркивает всё так, что кровь приливает совсем к не тем местам. Местам, о которых не принято говорить в приличном обществе.

«Хорошо, что он не умеет читать мысли, — мрачно думаю я. — Иначе бы решил, что я развратница какая».

Хотя далеко не на всё. И эта реакция только делает хуже.

Мы выходим во внутренний двор.

С неба уже срывается дождь.

— Это здесь, — говорит Дачэн.

Я резко поворачиваю голову. Перед глазами темнеет. Издав сдавленный выдох, я теряю сознание.