Глава 16

Почти ночью в квартире Ройса раздался телефонный звонок, и звонивший определенно знал, что хозяин дома. Экарт открыл глаза и протянул руку к журнальному столику около кресла.

— Я ее не трогал, Бобби. Мы просто поговорили. — Закуривая сигарету, ответил на обвинения Ройс. Опять будет мучить бессонница.

— Не заливай мне. На ней лица не было.

— Роберта, я клянусь.

В трубке замолчали ненадолго.

— Ройс, почему ты от нее не отстанешь? Два года прошло, а ты, не успел чемоданы в квартиру занести, как явился на обсуждение только ради нее. Она прекрасный сотрудник. Засунь свои верские вывихи самолюбия себе в зад.

— Ого, это Люк так плохо влияет? Какие выражения!

— Это ты так плохо влияешь. Не смей трогать ее.

— Иначе что? — Экарт не злился на Роберту за такой тон, но из-за упрямства подыгрывал, специально раздражая.

— Я устрою публичный скандал с исками. Испорчу тебе репутацию. Я не шучу.

— Успокойся, Бобби. Я пальцем ее больше не трону и не обижу. Ты мне лучше посоветуй, как я могу вымолить второй шанс.

И снова молчание на том конце трубки.

— Ройс, ты про что? — Роберта была удивлена.

Экарт хмыкнул — он тоже очень сильно удивился своим эмоциям сегодня вечером. Для понимания понадобилось целых два года — с самой первой встречи в аэропорту Ориент Лив Бишоп надела на него ошейник с поводком. И куда бы он не уехал, чем бы не пытался заслонить зеленые проницательные глаза, одного их взгляда было достаточно, чтобы почувствовать сжатие кожаного ремешка на шее. Только в отличие от 25-летнего Ройса, который хотел уничтожить причину в виде истинной, 27-летнему Экарту этот ошейник был нужен, как воздух. Только он давал ему чувство стабильности.

— Я хочу сделать ее своей. — И прежде, чем Роберта опять исковеркает его слова, быстро добавил: — Я хочу, чтобы она стала моей супругой.

— Ох, — в этот раз она не смогла промолчать. — Ройс, что произошло в Азии?

— Много всего, — сейчас Экарт точно не хотел ворошить неприятные воспоминания. — Спокойной ночи, Бобби. Я услышал твои предупреждения, а ты, надеюсь, услышала мои ответы.

— Услышала, но переваривать буду завтра весь день, — миролюбиво ответила его подчиненная. — Спокойной ночи.

Роберта, и правда, переваривала услышанное ночью целый день. Экарт был на встречах и пока не спешил возвращать свой пост из умелых рук ассистента. Желание Ройса ее огорошило. Лурье даже мужа набрала, пытаясь выяснить, знает ли он что-то про то, что могло случиться в Азии, но Люк перешел на французский. Грассирующая «р» добавляла нотку агрессии и так раздраженному голосу мужа.

— Прости, я знаю. Много работы в последнее время. И Ройса не узнаю. Он стал, как камень. Никаких эмоциональных вспышек. Да, еще про брак задумался.

— Давно пора. А избранница — та девочка?

— Какая девочка?

— Лив вроде. Та, на кого он кидался.

У Роберты брови заползли на лоб.

— Почему ты такое вообще запомнил? Столько лет прошло.

— Потому что наш любимый босс очень сильно напомнил меня самого со своей непомерной гордостью и ослиным упрямством. Взросление — очень болезненный процесс, мон шер.

— Знаю. — Потом хмыкнула и добавила: — Помню. И теперь…

— Теперь ты не знаешь: влезать в ситуацию или нет?

— Да, — она облегченно выдохнула. Этот выбор действительно разрывал мозг Роберте. Ситуацию усложнял еще тот факт, что она знала про ребенка. Она даже представить не могла, что произойдет, узнай о сыне Экарт. Нет, сейчас он примет это иначе. Но с радостью ли? Ройс ненавидел ложь, а это тянуло на тайну века.

— Мон ами, благими намерениями… — спокойно сказал Люк, а потом прикрикнул своему су-шефу, чтобы тот поторапливался.

Роберта поблагодарила за совет и распрощалась с мужем. Работа есть работа, нечего на личное отвлекаться. Но разговор помог — она осознала, что вмешиваться нельзя. Если им суждено быть вместе — они будут.