Залимхан

Залимхан

Я вернулся в свою квартиру, резко захлопнул дверь и прошёл на кухню, раздражённо сбросив ключи на стол. Каждая клетка моего тела была напряжена, мысли метались от злости к раздражению, не позволяя успокоиться.

Сегодня всё пошло не так, как я планировал. Я совершенно не ожидал, что Тася выставит меня из своей квартиры. В моей голове был совершенно иной сценарий: я собирался провести с ней вечер, спокойно поужинать, а затем остаться у неё на ночь. Чёрт возьми, я собирался заняться с ней сексом. Один единственный раз, который был между нами, явно оказался недостаточным, и мысль о её теле, об её жарких и нежных объятиях не давала мне покоя. Да, она была беременна, и её сегодня тошнило, но это нисколько не охладило моё желание. С любой другой девушкой на её месте меня бы оттолкнула даже сама мысль об интимной близости в подобной ситуации, но не с ней. Тася сводила меня с ума, заставляла хотеть её ещё сильнее, чем раньше.

Её глаза, полные вызова и негодования, её злость и презрение – всё это почему-то возбуждало меня и одновременно раздражало. Я привык, что женщины без вопросов соглашались на мои условия, не спорили, не перечили. Но с Тасей всё было иначе. Она сопротивлялась, противостояла мне, как будто именно этим и намеревалась привлечь моё внимание.

Раздражение смешивалось с неопределённостью и какой-то странной тревогой. Что, если она действительно решит окончательно отказаться от меня? Мысль о том, что рядом с ней может появиться другой мужчина, внезапно больно пронзила меня. Я едва сдержал гнев, представив, как чужие руки касаются её, как кто-то другой заботится о ней, защищает и поддерживает, заменяя собой моё место рядом с ней. Кто-то другой, возможно, сможет дать ей больше, чем я.

Ревность накатывала волнами, заставляя меня крепче сжимать кулаки. Я не мог вынести даже мысли о том, что Тася может полюбить другого, позволить другому быть отцом моего ребёнка. Это было немыслимо, абсолютно неприемлемо для меня.

Я резко выдохнул и опёрся руками о столешницу, стараясь подавить эти мысли, но они продолжали мучить меня, словно навязчивая боль. Я не мог понять, как эта женщина сумела так глубоко проникнуть в моё сознание, как смогла задеть меня настолько сильно, что я не в состоянии выбросить её из своей головы.

Мне нужно было срочно найти способ вернуть контроль над ситуацией, убедить её в том, что её сопротивление бессмысленно. Но внутренне я понимал, что это не так просто. Тася не из тех, кого можно сломить или подчинить силой. Её нужно было убедить, доказать, что она должна остаться со мной, что я – единственный мужчина, который может и должен быть рядом с ней.

Я раздражённо оттолкнулся от стола и отправился в душ, пытаясь смыть с себя весь этот хаос, царивший внутри меня. Но даже ледяная вода не помогала заглушить мысли о Тасе, о том, как сильно я хотел её снова, как мучительно было сознавать, что она не хочет видеть меня рядом с собой. Эта борьба с самим собой изматывала меня сильнее любой физической усталости, и я впервые почувствовал себя по-настоящему бессильным перед женщиной, которая не хотела принимать мои условия.