55

У Марка сегодня был хороший день. По-крайней мере, ему очень хотелось в это верить. С утра он поругался с отцом, к обеду повздорил с матерью, затем весь день проторчал в мастерской в своём доме, из-за чего к вечеру опять разругался с разведёнными родителями. Оба они считали сына никчемным, ничего в жизни не добившегося. Парня это изрядно раздражало и бесило, он решительно не понимал, как можно думать о нём такое после того, как он, Марк Градов, прославился на весь мир гениальным инженером.

В итоге он ужасно хотел напиться, но не стал. Сам не понимал, почему отказался от алкоголя, но переубеждать себя не стал. Вместо этого молодой гений проторчал в своей любимой мастерской до самой ночи, пока окончательно не устал, работая над машинкой одного своего друга, заплатившего приличную сумму за то, чтобы внедрить в своё авто искусственный разум. «Только нормальный, — придирчиво пожелал тот, что был известен миру под именем Романа Лебедева, успешного предпринимателя, — чтоб не тупил, как заводские».

Марк, уставший, но довольный, завалился спать, наслаждаясь прохладой и мягкостью простыней. Он уже был почти в мире сновидений, где надеялся встретить девушку, покорившую его сердце и разум, как судьба подкинула ему шанс повидаться с ней в реальности.

— Слушаю, — устало ответил парень на входящий звонок, развалившись на постели в темноте в форме морской звезды, широко расставив руки и ноги.

— М-м… господин Градов? — осторожно и любезно спросил немного взволнованный мужской голос на том конце провода.

— Ага, — отозвался Марк, ухмыльнувшись от забавного обращения и с трудом подавляя сладкий зевок, — с кем имею честь?

— Э-э, это Филипп Литвинов, мы с вами не знакомы, но… Я из ночного клуба «Люцифер»…

— Знаю такой, — лениво отозвался Марк, не совсем понимая, что от него хотят, но довольно терпеливо ожидая более понятливых объяснений.

— У меня записано, что нужно позвонить вам, если… Если…

— Если что? — уже надоело Градову болтать с неадекватным мужчиной, так толком ничего и не сказавшего.

— Если я увижу Марию Калинину, — выдал, наконец, он и замолчал.

Марк резко перехотел спать. Сонливость и усталость с него как рукой сняло. Он резко сел прямо в кровати, невидящим взглядом уставившись в тёмную стену.

— И где? — после секундного молчания, прямо спросил он, — Что с ней?

— О, не волнуйтесь! Всё в порядке! Она в одной из наших вип-комнат и…

— Сейчас буду, — перебил Марк, мгновенно приняв решение и отключившись.

На сборы ему понадобилось совсем немного времени. Уже через пять минут он вылетал на одном из своих автомобилей на пустое шоссе, устремив авто в сторону города.

***

Маша, совершенно ни о чём не подозревая, потягивала уже четвертый коктейль. Если с первыми двумя она чувствовала необычный прилив сил и бодрости, то последние, что называется, были лишними. Она почувствовала себя совершенно несчастной и даже никому не нужной. Ей стало грустно и одиноко. Веселая музыка больше не бодрила и не зажигала огонь в крови, она только раздражала и от нее начала болеть голова.

От выпитых напитков и съеденной на ночь пищи заболел живот и немного подташнивало. Алкоголь неприятной горечью остался на горле.

Идея напиться, совсем как взрослые делают, больше не казалась ей соблазнительной и разумной. Она казалась бредовой и отвратной. А ей теперь было не хорошо и весело, как обещают в фильмах и книгах, а плохо и больно.

Голова с каждой минутой болела все сильнее, тошнота усиливалась, ещё и так некстати блондинку начало клонить в сон. Часы показывали уже приличную ночь, если не раннее утро, и организм требовал своего законного отдыха.

Маша, не в силах больше ему сопротивляться, прилегла на диванчик, думая о том, что сейчас полежит немножко совсем и поедет домой. Её надо всего пара минут, чтобы успокоить свой организм.

За этими мыслями она и уснула, да так крепко, что не услышала, как дверь в её комнату открылась.

Марк прилетел в клуб минут двадцать после звонка. Выскочив из своего дорогого авто, он ломанулся прямо к двери. Его без проблем пропустил предупрежденный заранее охранник, сразу повёдший парня на второй этаж, где также ожидал звонивший ему Филипп.

— Там, уважаемый, она в третьей комнате, там не заперто. Только…

— Что «только»? — как-то совсем нехорошо прищурился мужчина.

Администратор невольно сглотнул. По телефону этот человек ему понравился куда больше, чем сейчас, при личной встрече.

— Она немного пьяна, — пролепетал он, хорошо понимая, что смолчать не удастся.

— Пьяна? — всё тем же совершенно нехорошим голосом переспросил Градов, каким-то хищным движением вскинув темную бровь.

Филипп вновь сглотнул, растерянно кивнув. Указаний насчет того, что гостье нельзя алкоголь, он не получал, а теперь искренне недоумевал, в чём же дело.

Марк и сам понял, что не всё здесь так просто. Он не стал устраивать скандалов, хотя мог бы. При желании он мог даже сравнять этот клуб с землей, но ему это было просто незачем. Вздохнув, он только рукой на администратора махнул, направляясь к нужной двери.

При одном-единственном взгляде на своего ненаглядного рогатого ангелочка Марку захотелось широко и радостно улыбнуться. Она лежала, свернувшись калачиком и прикрыв свои ясные очи, забавно причмокивая губками, от которых у Градова до сих пор продолжала кружиться голова от желания. Ему очень сильно, временами почти нестерпимо хотелось прикоснуться к ним губами, чтобы ощутить и впитать их тепло, мягкость, податливость…

Вместе с тем молодой гений отлично понимал, что ни в приве принуждать к чему-либо девушку. К тому же, такой немало важный факт, она была несовершеннолетней.

Но иногда так хотелось…

А иногда в этом мужчине просыпались совершенно иные чувства. Прямо сейчас, глядя на такую очаровательную и совершенно беззащитную красавицу, ему хотелось бросить всё и всех, чтобы закрыть её от окружающего мира, чтобы защитить даже ценой собственной жизни, чтобы всегда быть рядом и оберегать.

Сейчас, в объятиях сна, такая милая и очаровательная, она стала нравится ему в сотню раз сильнее. Марк здраво испугался, что стал одержимым и совершенно ничего не собирался с этим делать. Ему нравилась эта одержимость.

Закрыв за собой дверь, он неспешно прошел вперёд. Рука его коснулась пульта, лежащего на столе, выключая звук из динамиков и погружая комнату в приятную тишину. Затем длинные пальцы подхватили со столика фирменную вип-карту клуба, по которой, как Марк полагал, его Машку и вычислили. Ему, если честно, не сильно хотелось знать, как её узнали и догадались позвонить ему. Главное, что это случилось.

Карточку он запихал в карман своих темных штанов, как и мобильный девушки. Затем, едва ощутимо проведя кончиками пальцев по её лбу, убирая светлые мягкие прядки. Он с огромным, физически болезненным трудом заставил себя не сделать ещё что-нибудь. Маша была бы очень недовольна.

Затолкав пинками все свои чувства к ней подальше, он ловко подхватил миниатюрное тело на руки, выходя вместе с ним сначала из комнаты, а затем и из клуба. Филипп пытался что-то ему говорить, но Марк не пожелал его слушать, просто и красноречиво покачав головой.

На улице поежившуюся от прохладного ночного воздуха Машу он прижал к себе покрепче, пока шел с ней на руках до машины, а затем осторожно уложил на заднее сидение, не выдержав всё же и погладив ещё раз её удивительно мягкие густые волосы.

— Глупая девчонка, — выдохнул он и покачал головой, закрывая дверь.

Сам же, прежде, чем сесть за руль и увести эту непутевую к себе, достал из кармана пачку сигарет, вытащил одну из них и прикурил ярким огоньком зажигалки.

Марк курил редко, но со вкусом. Обычно только на сильных эмоциях, кои испытывал именно сейчас. Желание защищать в нем смешалось с желанием обладать. Глупо, как думал сам мужчина, но поделать с собой ничего не мог. Он не мог держать ситуацию под контролем, его это нервировало.

С наслаждением выпустив пару струек дыма в ночную мглу, Марк откинул так и недокуренную сигарету в сторону и ловко запрыгнул в своё авто, чтобы пару мгновений спустя лихо вылететь с переполненной автомобилями стоянки, устремив автомобиль в сторону своего дома.

Они мчались по практически пустой дороге, быстро покинув пределы города. Марк, любящий скорость и адреналин, ползающий по венам, с сожалением подумал о том, что, не спи Маша, они бы открыли все окна и погнали навстречу ветру, ловя его касания. Быть может, когда-нибудь Марку удастся усадить Марию на свой любимый байк и покатать по точно таким же ночным дорогам.

Они доехали быстро и без приключений. Родной дом встретил Градова тишиной и пустотой, что в данный момент его полностью устраивало. Загнав машину в гараж, он заглушил мотор и пару минут сидел в тишине, откинувшись на сиденье. Дыхание спящей девушки было его музыкой.

Достав свой новороченный телефон последней популярной модели, Марк пару секунд ползал по меню, пока не нашел номер одной своей знакомой, которой мгновенно и отправил вызов.

Гудок, второй, третий…

— Да? — раздался женский голос, звоном разнесшийся в тишине.

В нём сейчас смешалось столько чувств, которые Регина не смогла сразу спрятать. Марк удивленно вскинул брови, подмечая в её интонации удивление, недоумение, капельку страха, привычное ехидство, а также непривычную грусть и, кажется, боль, сожаление, непонимание, печаль…

— Что случилось, Марк? — уже просто устало спросила она, не дождавшись ответа от слегка шокированного молодого человека.

Он заготовил заранее пару колких фраз относительно того, что могло случиться, но отчего-то не стал их озвучивать. Ему её стало жаль.

— Твоя сестра у меня, — просто сказал он без каких-либо намеков.

Но Регина восприняла это совершенно иначе.

— Ха-ха, как смешно, кретин, — едко отозвалась она.

Впрочем негромко, а за ней слышалась только звенящая тишина.

— Я серьезно, — зачем-то настоял на своей правоте Градов, — она пьяная, спит в моей машине…

— Ты обкурился? — вздохнула Калинина, которой сейчас было совершенно не до шуток.

Марк понял это сразу.

— Нет.

— Напился?

— Нет, — так же спокойно сказал он, умолчав о том, что, как бы, собирался напиться.

— Не проснулся? — уже как-то снисходительно спросила она вновь.

— Да нормально со мной всё. Я тебе правду говорю. Мне позвонили из клуба и сказали забрать Машку.

Регина вновь вздохнула, оглянувшись через плечо, чего, конечно же, не мог видеть её собеседник. Проблем с сестрой девушке совершенно не хотелось, но и верить просто так Градову она отчего-то не хотела, хотя тот ни разу не был пойман на обмане.

Регина чувствовала себя так, будто весь мир сговорился против неё и теперь подкидывал разной сложности проблемы, проверяя девушку на прочность. Она держалась, но сколько ещё сможет это продолжаться?

— А Папа римский тебе не позвонил? — ехидно хмыкнула она, стараясь говорить не очень громко.

— Нет, — обиделся, наконец, её лучший друг, — но я могу спросить для тебя номерок.

— Себе спроси, — буркнула та, потирая лоб разболевшейся головы, — так что там с Машей?

— Говорю же. Напилась и спит.

— Да быть не может, — свела темные брови у переносицы Регина, — Она же не пьет.

— Ты это ей сама скажи. Завтра, когда она проснётся, — посоветовал Градов со сквозившим в голосе ехидством.

— Та-а-ак, — выдохнула Калинина, решительно не зная, что делать, — я не могу приехать, Марк.

— Я и не прошу, — вставил тот.

— Правда, не могу, — с сожалением повторила девушка, — утром, хорошо? Я заеду за ней утром.

— Можешь не утруждаться, я сам её привезу.

— Ну-у, — неуверенно протянула Регина в нерешительности. Марку она всегда доверяла, но всё равно колебалась, — не знаю, Марк, правда. Ты же не будешь ничего…

— Регина! — громко оборвал парень девушку, — Я по-твоему совсем идиот и подонок?

— Нет, конечно нет, — торопливо заверила она, чувствуя себя если не дурой, то кем-то похожим.

— Не хочу даже слушать об этих твоих безумных мыслях, — жестко осадил Градов её, — не думал, что ты такого плохого мнения обо мне.

— Я не…

— Да я знаю. Успокойся и иди спать, утром завезу её тебе. Ты в студии?

Регина нисколько не удивилась тому факту, что Марк знал и о студии, и о её местонахождении.

— Да, — замялась она слегка, — только Маша не знает, что я…

— Ой ли? — опять перебил он её, хмыкнул и отключился, оставив девушку в полном недоумении.

Он сейчас только что сказал ей, что Маша знает о её двойной жизни? Быть не может. Младшая сестра Регины была фанаткой этой группы, и знай она, что живет в одной квартире с солисткой «Горящего облака», то не давала бы ей покоя.