10. Прогулки

Прежде, чем уйти с Алексом гулять, я сбегала и отыскала Ковалёва. Тот напомнил, что обязательным сбор состоится у озера ровно в шесть, что опаздывать на него нельзя и попросил не потеряться, когда узнал, что я иду гулять. Заверив его, что всё будет отлично, я радостно упорхала обратно.

Настроение было преотличное. Я, Алекс и природа вокруг — что может быть лучше? Ничто не испортит этого дня!

— Сказал Ритке и Ваньку, — приветствовал меня под одним из первых деревьев в негустом лесочке на территории лагеря Алекс, — они просили не заблудиться.

— Егор просил о том же, — кивнула ему, — куда мы денемся, если тут забор кругом?

— Вот и я о том же, — согласился со мной Корнилов, становясь рядом.

И мы пошли вглубь лесочка по песочной извилистой дорожке.

Солнце, по прежнему высокое, просачивалось сквозь листву и стволы деревьев, наполняя лес разнообразными красками. Под ногами поблескивали камушки и смола в редких сосенках, проступившая на стволе и похожая на капельки застывшего золота. Прохладный ветерок игрался с листвой, наполняя пространство легким шелестом, ласкал оголенную кожу, даря ей облегчение от жары, и улетал дальше играться с травой. Высоко на ветках трещали птички. Они были всякими разными и песни их звучали тоже по-разному, некоторые длиннее и выше, а некоторые короче и грубее. Я даже слышала дятла, искавшего жучком в стволе какого-то дерева, но сколько не крутила головой, так и не смогла его разглядеть.

И вообще здесь было хорошо. Правда, от переизбытка свежего воздуха слегка кружилась голова, но мне это даже нравилось. Тишина и только естественные звуки природы. И Алекс рядом.

Мы с ним шли неспешно и молча. В первые мгновения это молчание казалось мне напряженным, тягостным, но потом я отвлеклась на показавшиеся вдалеке большие синие цветы и больше меня уже ничего не смущало. Даже наоборот.

Будь я тут одна, мне было бы страшно и одиноко, а так все было в порядке. Так, как и должно быть. Идеально.

— О чём ты думаешь? — первым нарушил молчание Корнилов.

Его голос был негромок и мягок, как и все вокруг. Он был естественным. Наверно, поэтому я и ответила честно, не смутившись:

— О том, что с тобой хорошо молчать.

— В каком смысле? — нахмурился Алекс, поворачивая голову ко мне.

От его непонимания мне стало немного смешно. Улыбнувшись тепло, я вежливо пояснила, глядя вперед:

— С Ритой хорошо смеяться и шутить. С Марком хорошо разговаривать по душам. А с тобой хорошо молчать. Мне нравится это молчание, оно легкое и непринужденное.

Алекс ничего не ответил, задумавшись. Он молчал ещё десяток шагов, а я всё ждала ответ, но в конце концов спросила сама:

— А о чем думаешь ты?

Ответил он не сразу. Еще шагов пять молчал, задумчиво глядя в сторону, прищурив глаза от солнца, а потом все же произнес негромко:

— С тобой тоже хорошо молчать.

Я улыбнулась. Не безумно, как обычно, напоминая себе влюбленную дуру, которой сказали комплимент, а просто тепло и не очень широко — непринужденно.

И мы продолжили в высшей степени странную прогулку, устраивающую нас обоих.

Мы дошли до самого забора. Он был из железной сетки, прочно тянувшейся от столба к столбу.

— Можем перелезть, — предложил Алекс, задумчиво глядя на верхушку забора, края которого были острыми: сетку будто просто отрезали.

Можем? Не думаю. Это Корнилову забор был по глаза, а я на него смотрела сверху вниз. Да и как мы это сделаем? Колючий же. К тому же, не зачем, нужно уже идти обратно, скоро шесть.

— Давай в другой раз, — предложила я, — пошли обратно, а то не успеем.

Он не стал спорить, просто развернулся и мы пошли назад, так ни разу и не обернувшись на забор. По дороге обратно я вновь выхватила взглядом те большие синие цветы, привлекшие в самом начале мое внимание. Сейчас они были куда ближе, в десяти шагах от тропинки. Я уже собиралась просить Алекса остановиться и подождать меня, но он опередил, сказав:

— Погоди тут, я сейчас, — и убежал в сторону как раз тех цветов, на которые я смотрела.

До последнего мгновения я не верила. Отказывалась верить. Неужели за цветами идет? Да нет, наверно, в туалет захотел… Но нет, Алекс Корнилов подошёл к моим цветам, посмотрел на них, а потом ловкими движениями аккуратно сорвал пять больших цветков. Их он и держал перед собой, возвращаясь ко мне с широченной лыбой во все лицо.

Как реагировать, я не знала. Вдруг это не мне? Может, он это Ритке или какой девушке сорвал. И что мне делать, я так и не поняла. Закончилось все тем, что Алекс, подойдя, гордо всучил мне букетик, цветы в котором размерами напоминали пионы. И внешне они тоже похожи были, так же много лепестков и так же вкусно пахнут.

— Это мне? — усомнилась я.

Да мне никто и никогда цветов не дарил! А тут… мой любимый Алекс…

— Конечно тебе, — заверил парень, продолжая улыбаться широко и радостно, — бери давай, они вкусно пахнут.

Я отсюда чувствую это. С благоговением глядя то на Алекса, то на букет, я нерешительно протянула руку и приняла его. При этом наши пальцы на короткое мгновение соприкоснулись и все мое тело пронзило, как от удара молнией.

— Спасибо, — восторженно поблагодарила я, широко распахнутыми от восторга глазами рассматривая преподнесенный мне букет.

Один из первых в жизни. До этого мне их только папа несколько раз на восьмое марта дарил и на дни рождения родственники, но чтобы парень?..

Так мы и вернулись, в молчании, наслаждаясь природой. Я, глупо улыбалась, с трепетом удерживая в руке цветы и не в силах отвести от них взгляд, упиваясь сладостно-кисловатым ароматом. И Алекс, поглядывая то на меня с улыбкой чуточку снисходительной и насмешливой, то на природу вокруг, и тогда его улыбка становилась немного меньше, но более мечтательной.

— У нас ещё пятнадцать минут, — сверившись с часами на руке, доложил Корнилов.

— Пошли домой, — решила я, первой двинувшись прочь из леса, на залитое уже менее ярким солнцем пространство.

— Постой! — окликнул сзади Корнилов и побежал следом.

Именно такое фото появилось пару минут спустя в одной из сетей Интернета: я, чуть впереди, с глуповатой улыбкой счастливой дурочки, удерживающая в руках прекрасные насыщенно синие цветы, и идущий следом за мной Алекс, тоже также радостно улыбающийся. И приписка у всего этого была весьма и весьма впечатляющая: «Несколько минут назад Алекс Корнилов был запримечен со своей новой девушкой, выходящими из леса. Неизвестно, чем они занимались, но их лица говорят сами за себя».

У меня ощутимо заалели щеки, стоило дочитать последнюю строчку. Да и вообще все наше с Алексом положение выглядело стыдно. Мы сидели рядом, на двух стульях с кухни. У меня в руках до сих пор были чуть подвявшие цветы, которые срочно надо было поставить в прохладную воду. А сверху, нависнув над нами грозными изваяниями, замерли разгневанные Рита и Ваня. Подруга тыкала нам в лица своим телефоном с открытой там статьей, не забывая при этом гневно шипеть, подобно ядовитой змее:

— Просто погулять, вашу мать! Погулять они сходили! Вы там чем занимались?

Ничем, в том-то и дело. Даже обидно.

— Просто гуляли, — Алекс, в отличии от меня, себя виноватым нисколько не считал, — мне плевать, что они там пишут. Пусть выдумывают себе всё, что хотят, я-то знаю, как всё было на самом деле. И вообще, это моя личная жизнь, какое им до неё дело?

Вот тут уже роль гневного родителя взял в руки Ваня:

— А такое, что ты звезда практически мировая, кретин! Раньше думать надо было. Тебя знают все, на тебе делают деньги, естественно, их будет интересовать каждая деталь твоей жизни. Им за это платят!

Он был прав. Совершенно прав! И из-за того, что Алекса знает весь мир, мне теперь придется ой как несладко.

— Это был кто-то из нашего института, — совершенно безэмоционально произнес Алекс, глядя Ване прямо в глаза, — ему никто за это не заплатил, он просто выставил фото в сеть, еще и напридумывал неизвестно чего себе.

— Кстати, кто это был? — поинтересовалась я.

Просто действительно интересно было, кто ж нас так любит.

— Кристина, — ответил Ваня.

А, ну, теперь понятно. Как это лучшая подруженька Миланы могла не сделать мне гадости?

— Она ответит, — уверенно и грозно пообещала Рита, подтвердив свои слова кивком головы.

— Ладно, время, идти надо, — приказал Ваня, глянув на часы.

Возражать никто не стал.

— Идите, — велела им Маргарита, — мы цветы поставим и придем.

— Ага, чтобы вас по дороге кто-нибудь в кустах придушил? — возмутился Иван, — Ну уж нет, вместе пойдем. Нашему мистеру Мировая Популярность же плевать, что о нем думают.