Глава 17

— Не вижу радости на твоем лице, Диана. Разве ты не счастлива, что я забрал от тебя от этих варваров? — усмехается Мулцибер, запихивая меня в свою каюту.

Падаю на жёсткую кровать и лихорадочно оглядываюсь: огромное толстое стекло во всю стену, откуда на меня смотрит бесконечность космоса, подсвеченная звездами, белая кровать и того же цвета стены с мягкой обивкой. Такие всегда делают на бортах звездолетов, чтобы в случае столкновений с астероидом тебя не размазало по жёстким стенам. В углу прячется его рабочее место с какими-то бумагами и звёздными картами. Еще одна белая дверь — должно быть, вход в ванную комнату.

— Эти варвары хотя бы не издевались на надо мной! — шиплю я, заглядывая в его смеющееся лицо.

Внутри меня блуждает какая-то полубезумная радость от того, что он здесь, рядом. Я, должно быть, окончательно свихнулась, раз радуюсь похоронному маршу в образе голоса Мулцибера.

— Да, они просто посадили тебя в клетку, — Мулцибер подходит к шкафу, сдирая с себя жилет, расписанный языками пламени, а у меня мурашки ползут по вискам в область живота, сжимаясь жгутом от того, что вновь вижу его татуированное тело с идеально прорисованными мышцами. — Ты только скажи, если это именно то, что тебе нужно, Диана. Я сооружу специально для тебя в подвале симпатичную клеть с прутьями пожестче. Ты же знаешь, все для тебя, принцесса.

Мой голодный взгляд не укрывается от демона, и он бросает на пол футболку, которую было достал из шкафа. Медленно поворачивается, словно давая мне полностью задохнуться собственным падением, давая рассмотреть всю мощь своего тела. Мускулистая грудь тяжело вздымается от его дыхания, и татуировки, оплетающие тело, словно оживают. А я просто не могу пошевелиться, продолжая опускать глаза на каменный пресс, и ниже, еще ниже… Туда, где темная дорожка волос пропадает за линией брюк.

— Бл***… - шепчет, кривя лицо, словно чувствует меня и то, о чем я думаю. Словно я и правда касаюсь его, Эм вдруг вздрагивает всем телом. Он прикрывает глаза, тяжело, по-звериному выдыхая, а потом начинает неотвратимо надвигаться на меня.

Вскакиваю, как ошпаренная, разрывая этот гипноз, и отбегая к стеклу, вижу внизу разверзнувшуюся бездну космоса и удаляющуюся красную Харваду.

Отсюда нет выхода. Отсюда нет выхода!

Прижимаюсь лбом к холодному стеклу и впиваюсь в него пальцами, словно и правда могу проломить. Будто это поможет мне избавиться от огня, полыхающего в груди.

Сначала вижу силуэт Мулцибера, накрывающий мой в отражении, а потом чувствую знакомый, опаляющий жар тела. Стоит сзади, и его дыхание сбившееся и тяжелое. Я вижу, как его мощная грудь ходит ходуном, и он сдерживается прямо сейчас, чтобы не набросится, не раскрошить меня своей яростью.

Он адски зол. Не показывает этого, но я уже знаю, как быстро меняются его настроения. Как он резок и переменчив. И как опасен в своем безумии.

Тяжелая рука опускается на шею, смыкаясь на ней железом. Силой вжимает меня в стекло, утыкая в него лицом.

Ужас накрывает меня от неизбежности того, что сейчас произойдет. Я махаю руками, стараясь вцепиться в него, но он резко уворачивается, полностью контролируя мое тело.

— Не делай этого! Прошу тебя!

Мулцибер хрипит, продолжая удерживать меня одной рукой, а второй возится с застежкой на брюках. Я словно переместилась назад во времени. Словно опять стала той беззащитной девочкой в самолете перед монстром, бравшим меня силой.

— Стой! — кричу, пытаясь вырваться, но он все так же держит меня за шею. Стекло запотело от нашей борьбы и оставляет на себе отпечатки моих пальцев.

— Заткнись! — орет так, что у меня уши закладывает. — Я возьму тебя, Диана. Хочешь ты того, или нет. Слишком дорого ты мне обошлась. Из-за тебя мертвы мои люди! Лучше не сопротивляйся. Иначе тебе будет больно. Ты уже знаешь, как это бывает, — усмехается, но мне почему-то слышится горечь в его голосе.

— Я не буду!.. Не буду сопротивляться!.. — хриплю, молясь, чтобы до него дошел смысл моих слов. — Пожалуйста, Эм! Я хочу быть твоей! Но не так! Только не так!

Он перестает возиться с молнией и замирает. Рука на моей шее ослабляет хватку, и я выворачиваюсь, обрадованная этой секундной победой.

Поворачиваюсь к нему лицом и сталкиваюсь с тяжелым взглядом, пригвождающим меня к полу, словно гранитной плитой.

Встаю вплотную, и сама не верю в то, что делаю потом.

Кладу ладонь на то место, где у людей располагается сердце. Он вздрагивает всем телом, но руку мою не убирает. И тогда, набравшись смелости, я поднимаю на него глаза. И там плещется ад. Никаких изменений.

Вся моя решимость тут же умирает.

— Чего ты б***ь от меня хочешь?! Чтобы я бабочками срать начал? — рычит он, хватая меня за запястья. — Я тебе не Константин, детка.

— Я и не хочу… — губы пересохли и не слушаются меня. — Не хочу, чтобы ты им был…

— А кем ты хочешь, чтобы я был тогда? — безумная улыбка и огонь в глазах. — Расскажешь мне о своих фантазиях, Диана?

— Хочу… — пальцы скользят по его каменным мышцам выше, неуверенно оплетая шею. — Хочу, чтобы ты был собой. Не демоном. Собой. Я хочу тебя…

Сталкиваюсь с ним взглядом и кажется, мы оба перестаем дышать. Тишина звенит гулом в ушах, и я словно оглохла, онемела и не вижу ничего, кроме этого демона, кроме его каменного лица и неоново-зеленых глаз, выворачивающих мою душу наизнанку. Жесткая складка между его бровей чуть разглаживается, и тогда я делаю рывок вперед, накрывая его губы своими и повисая на его шее.

Одна секунда… Две… Три…

А он все такой же каменный, такой же раскалено-горячий и неподатливый.

Отчаяние и стыд начинают разливаться по моему телу, а в груди нарастают рыдания.

И о чем я только думала?! Дура несчастная! На что рассчитывала?! Что этот демон вдруг станет ко мне нежным?! Что мужчина, не знающий жалости, вдруг начнет мне поддаваться?!..

И тут происходит невозможное. По телу Мулцибера проходит дрожь, и я хочу было отстраниться, но он перехватывает меня за талию, привлекая обратно на себя, а вторая рука ложится на мой затылок. Мои ноги отрываются от земли и просто не верю в происходящее, сильнее сжимая его шею и делая рваный вдох. Он дарит мне в губы точно такой же, а потом сам накрывает мои губы своими, очень медленно изучая их, касаясь языком и заставляя впустить его глубже.

Я не понимаю, как остаюсь жива от раздирающих на части эмоций. Слезы наворачиваются на глаза от того, как он целует меня: чувственно, дразня, вызывая слабость во всем теле.

— Так?… — хрипит тяжело дыша, чуть отстраняясь. — Так тебе нравится?

— Да… — мой голос едва слышно из-за гулкого биения сердца. Образ его хмурого лица расплывается. Он словно сам не понимает, какого дьявола делает, и тогда, чтобы не дать ему прийти в себя, я обхватываю ногами его талию, запуская руки в черные волосы и вновь прижимаясь губами к его губам. На этот раз жестче, настойчивее.

Мулцибер стонет мне в губы, подхватывая под ягодицы и делает несколько пьяных шагов к кровати. Мы падаем на нее, крепко переплетясь телами, и он судорожно начинает рвать на мне одежду.

— Подожди… — пытаюсь остановить его, но он рычит, скидывая мои пальцы со своих запястий. — Прошу тебя!.. Побудь со мной таким!..

Замирает, недовольно глядя мне в глаза:

— Каким? — хмурится, еле сдерживаясь, чтобы не разорвать на мне одежду.

— Нежным… — на выдохе отвечаю я.

Рука, задравшая было свитер, вздрагивает, а потом медленно опускается на кожу живота, вызывая болезненный спазм. Напирает на меня пахом, и я задыхаюсь, закидывая голову вверх. Меня с ума сводит само ощущение его возбуждения.

— Так?… — хрипит мне в губы, соприкасая нас кончиками носов. — Так нежно?

— Да… — выдыхаю, притягивая его за голову к своей шее, и чувствуя, как горячие губы смыкаются на коже, вскрикиваю от удовольствия.

— Диана… — рычит, продолжая медленно опускаться губами ниже. — Что ты со мной делаешь?.. Я хочу тебя, как безумец… Как одержимый…

Выгибаюсь струной в руках, когда его губы захватывают вершинку груди. Вот теперь я на самом деле горю. Плавлюсь металлом, растекаясь под его касаниями. Становлюсь водой в руках, которые то гладят, то жадно сжимают каждый уголок моей плоти.

— Сейчас… — осоловело заглядываю в глаза, понимая, что низ живота свело болью. Я просто с ума сойду, если не почувствую его в себе. — Хочу тебя сейчас…

Взгляд Мулцибера стал таким же темным, как и космос за нашим окном. Он стягивает с меня одежду, продолжая покрывать поцелуями запястья, бедра и щиколотки, оставляя ожоги в тех местах, где меня касаются его губы.

— Так?… — спрашивают каждый раз касаясь меня. Осторожно, словно боясь причинить боль. — Так нежно?

— Да… — шепчу пересохшими губами, пребывая в тягучей неге. — Так нежно…

Стягивает с себя брюки, ложась на меня и ожигая наготой тела. Сминает в ладони грудь, жадно обхватывая губами затвердевший сосок, а я перестаю хоть что-то соображать, находясь в каком-то другом измерении. Он не дает мне прийти в себя, накрывая губы своими, кладя руки по обе стороны моего лица, и я сама выгибаюсь, направляя его внутрь.

Эм делает мощный толчок бедрами, и я широко распахиваю глаза, цепляясь за его плечи. Я переполнена им, натянута изнутри, но не чувствую ни единого неприятного ощущения. Он не двигается, а только пульсирует внутри меня, наполняя невыносимым желанием большего.

Делает легкий толчок внутри и меня всю парализует мурашками, унося на другой край вселенной. Мы стонем друг другу в губы, встречаясь затуманенными страстью взглядами. Тела покрываются бусинами пота, и я задыхаюсь в его стальных объятиях, без возможности даже пошевелиться.

— Дьявол… — хрипит он, сдерживаясь и сжимая в руках простынь до треска. — Какая же ты узкая… — новый легкий толчок, и я содрогаюсь всем телом, заходясь в немом крике.

— Пожалуйста… — шепчу пересохшими губами, но он продолжает двигаться невыносимо медленно, с каждым толчком поднимая из глубины моего тела какие-то сумасшедшие вибрации, заставляя вздрагивать до кончиков пальцев. Покрывает поцелуями лицо и шею, вжимая собой в простыни.

— Ты сама этого хотела, — тихонько смеется шепотом на ухо, обнимая меня за голову и вновь делает мощное движение бедрами, заставляя уже громко вскрикнуть. — Какая же ты влажная… Какая горячая… Дианааа… — в полубреду шепчет он. — Не могу… Не могу больше сдерживаться…

И по мне электрический ток проходит от нарастающей волны внизу живота. Эм ускоряется, а я до боли в пальцах и бедрах обхватываю его, словно от этих движений зависит моя жизнь. Прикусываю его плечо в этом неистовом темпе, чувствуя, как меня накрывает мощная волна оргазма.

— Дианааа… — хрипит и сам начинает дрожать, чувствуя мои сокращения и изливаясь горячим потоком в самую глубину.

Мы тяжело дышим, и наши мокрые тела все еще соединены, когда я начинаю понемногу приходить в себя.

— Тебе понравилось? — он улыбается совсем незнакомо, пьяно заглядывая мне в глаза, гладя горячими ладонями по влажным волосам.

— Со мной никогда… — мысли путаются в голове, и я обнимаю его, целуя в губы. — Никогда не было ничего подобного.

И в этот момент космической близости с ним, больше всего на свете я боюсь, что эта магия закончится, и он вновь превратится в чудовище, как только встанет с этой постели.