Глава 20

– Рив, – позвал владыка, даже не пытаясь сдвинуться с места.

Понимал, что дракон может вести себя непредсказуемо. Друзья рванули к моему суженому и практически сразу впечатались в стену от примененной им магии. Ривлад даже головы не повернул, когда они дружно застонали, проклиная все на свете. И, по всей видимости, в первую очередь – знакомство со мной.

А я оценила настрой суженого. Решила не дожидаться, пока Ривлад окажется рядом, и бросилась в сторону. Зря тренировалась бегать, что ли?

Меня догнали до обидного быстро. Одной рукой перехватили, вжали в стену и зло полыхнули аметистовым огнем во взгляде.

– Что ты творишь? Что ты со мной творишь? – Рив не кричал, а спрашивал до безумия спокойно и тихо. И этим, признаться, пугал еще больше.

А потом вторую руку сжал в кулак и как в стену ударит!

Замок задрожал, но выстоял. Видимо, был рассчитан на подобные вспышки гнева драконов. Интересно, а они у Ривлада раньше случались? Или вместе со мной появились? Надо поинтересоваться у Леля. Если выживу.

– Рив, – просипела я, все-таки решив его успокоить.

– Что ты делаешь? Зачем ты так? Зачем?

Его голос все же сорвался, почти перешел на крик, в котором было столько отчаяния и боли, что я почувствовала себя виноватой.

Еще один удар. И от него все вокруг дрожит, включая меня.

– Как ты могла? Как ты могла?

С потолка от этих ударов сыпалась крошка, но трещин не возникло. Пока что.

– Я с ума сходил. Я ни есть, ни спать, ни дышать не мог. Да я тысячу раз умер! – прорычал Ривлад.

– Думаешь, мне было легче? Пророчество же не изменить. Можно только использовать хитрость. И тебя спасти…

– Ты…

– Совсем не радовалась, когда после зелья огненной богини лишилась зрения! И когда стала невидимкой…

– Что? – тихо поинтересовался бледный как привидение Ривлад. – Той невидимкой была ты?

Это я зря сболтнула. Ой как зря!

Ма-амочки!

Несчастная стена, которую Ривлад крушит, не выдержит. И звон выпавшего из окон разбитого стекла сводит с ума.

– Ты опять мне солгала, Эва, – прорычал Ривлад, пугая меня яркими и по-кошачьи суженными зрачками.

– Рив…

Вжал в несчастную стену уже обеими руками, приподнял меня так, что его глаза оказались напротив моих, испуганных, а ноги перестали чувствовать пол, болтаясь в воздухе.

Я пропала. Ривлад… никогда не простит. Прогонит… И глаза у него стали уже не аметистовыми, а цвета грозового неба. Почти почернели. Я жалобно пискнула и зажмурилась, ожидая расправы и готовая к чему угодно, но не к тому, что он сделал.

Рив нашел мои губы и нежно поцеловал.

Распахнула глаза, выдохнула и снова зажмурилась, не в силах проверить в происходящее.

Ривлад меня целовал!

Это была единственная мысль, которая билась в сознании, позволяя существовать здесь и сейчас. Она все определяла и решала. И перестали иметь значение время, место, причина, из-за которой состоялся скандал. Где-то там остались друзья, которые приходили в себя. Тронный зал, усыпанный стеклянными осколками. А здесь… был Рив. Его сильные руки и жадные губы. Ураган золотых бабочек. Жар, сводящий с ума. Его имя в моем хриплом стоне.

Кажется, прошла вечность, прежде чем мы оторвались друг от друга, тяжело дыша.

– Внешность верни, – прохрипел Ривлад, снова целуя и не давая опомниться.

Сообразить, о чем идет речь, удалось с третьей попытки. И пока исчезало меняющее внешность заклинание, а боль разрывала на части, Ривлад держал меня в своих объятиях. Сильных, крепких, надежных. И очередным поцелуем свел с ума, заставив бессильно прислониться к могучему плечу, обхватить его колени ногами и замереть.

Я чувствовала жар, который исходил от Ривлада и окутывал меня. Он перемешивался с дикой усталостью. А когда ощущения немного схлынули, вздрогнула от холодной каменной стены, к которой была прижата.

Ривлад гладил мое лицо, смотря на меня голодным взглядом. Словно он не ящер, а волк, которого ну очень долго не кормили.

– Буря миновала? – поинтересовался Гилл, с довольной улыбкой подходя к нам. – Можно мне теперь Эву обнять?

– Обойдешься, – спокойно заметил мой суженый, не прекращая своего увлекательного занятия.

– Теперь он от нее не отойдет, – вздохнул Датерей. – Так что я бы, сын, пару лет подождал.

И весело хмыкнул.

– Не переживай, на тебя, хитрого лиса, время найду, – ухмыльнулся Рив, не поворачивая головы и поражая моментальной сменой настроения.

– Датерей мне помогал, – сочла я нужным напомнить.

– Скорее, прикрывал, – припечатал дракон, в голосе которого послышались стальные нотки. – Что-то, Эва, я снова начинаю злиться, – сообщил, прищурившись. – И до безумия надоела твоя ложь.

И что теперь?

– Я намерен прямо сейчас решить этот вопрос.

Ривлад не дал мне опомниться, подхватил на руки, повернулся к друзьям:

– Гилл, открой, пожалуйста, портал.

Надо же! Вежливость решил проявить. Не к добру… в такой-то момент.

– Рей, захвати платье и ожерелье. Лель, найди Сеню. Не хочу, чтобы он потом на меня обиделся, – закончил отдавать распоряжения мой суженый.

Понять бы еще, что к чему. Но я просто прижалась к Ривладу. О боги, как же мой дракон пах! Терпкий, с легкой ноткой ирисов и камня аромат, который ни с чем не спутаю!

Я довольно замурлыкала и потерлась о плечо Ривлада.

– Вообще-то я на тебя еще злюсь, – счел нужным напомнить Рив. – И нам придется о многом поговорить, моя индария.

Обязательно. Только сейчас думать об этом не хочется. Хорошо-то как! Правильно…

– Эва, – прорычал Ривлад, осознавая, что я не боюсь его гнева и наслаждаюсь тем, что могу дышать… им.

Ривлад сжал в объятиях сильнее, прикусил мочку моего уха.

Я вздрогнула, с трудом оторвалась от его удобного плеча и увидела, что мы переместились. Ривлад как-то неохотно поставил меня на ноги, но не отпустил, прижал, целуя волосы.

– А откуда на тебе черный костюм? И куда делась корона? – поинтересовалась я, пытаясь отвлечь его от поцелуев и выяснить, где мы оказались. Темные своды пещеры, покрытые мелкими кристаллами, не внушали доверия. А темно-фиолетовые колонны настораживали.

– Добро пожаловать, – раздался голос совсем рядом.

Ривлад прервался, обнял крепче, давая рассмотреть невысокого мужчину средних лет в темно-фиолетовом балахоне.

– Здравствуй, Лин. Я пришел, как договаривались, – сказал Ривлад.

– Вижу. – Мужчина по-доброму улыбнулся, с любопытством посмотрел на меня и откинул за спину длинную косу, перевитую темными лентами.

Жрец, что ли? Очень уж похож. Но спросить не успела, потому что в пещере появился Датерей.

– Все готово, Ривлад.

– Эва!

Передо мной показалась взволнованная мордашка Сеньки.

– Я так соскучилась, – прошептала я, даже не пытаясь освободить руки, которыми завладел дракон, чтобы погладить своего кота.

Все равно ведь не выпустит, так зачем зря силы тратить?

– Приступаем или еще кто-то будет? – поинтересовался Лин.

– А…

Спросить мне не дали, подарив сладкий поцелуй, после которого я смогла рассмотреть странно-торжественное выражение лица суженого.

– Приступаем, – твердо ответил мой дракон.

К чему? Пьяная от любви Ривлада, я отказывалась воспринимать происходящее.

– Ваша суженая должна переодеться, вожак, – вежливо заметил жрец, взмахивая рукой и зажигая невидимые свечи.

Тут же дракон сунул мне в руки платье.

– Надевай.

– Зачем?

– Хочешь, чтобы я помог? – вкрадчиво поинтересовался Ривлад, наклонился и чмокнул меня в нос. – Пожалуйста, Эва.

Я посмотрела на платье, поморщилась. Оно было на моем двойнике в склепе. И надеть это… не могу.

– Что не так? – ласково спросил Ривлад.

Подозрительно ласково.

– Оно… Оно…

– Другого нет, – заметил суженый, явно прочитав все по моему растерянному взгляду. – А ты должна быть именно в сиреневом платье.

– Зачем? Что происходит?

Вместо ответа Ривлад снова меня поцеловал, заставляя терять нить с реальностью, а потом кивком показал на платье.

Покачала головой, стараясь не расплакаться. Суженый обеспокоенно уставился на меня и явно запаниковал.

– Ривлад, я решу этот вопрос. У Эвы есть похожее, – предложил выход из ситуации Датерей.

Владыка эльфов прошептал заклинание и протянул мне мое бальное платье. Глаза Ривлада нехорошо сверкнули, но суженый сдержался и промолчал. Друзья дружно отвернулись, пока я переодевалась. Правда, обуви подходящей не было.

– А туфли можно?

– Нет, – ответил дракон и снова поцеловал, не дав возразить.

Пока я соображала, что происходит, пытаясь хотя бы начать мыслить трезво, Рив тоже зачем-то разулся.

Ничего не понимаю.

– Корону, вождь, – с улыбкой напомнил Лин.

Ривлад кивнул и зажмурился. На голове вспыхнул обруч с драгоценным камнем, а на плечи лег темно-фиолетовый плащ с серебряными узорами. Я зачарованно уставилась на него и нервно сглотнула. Принц из сказки, не иначе. И за таким… да я снова готова отправиться спасать его в те проклятые пещеры, если нужно! А слова любви к этому удивительному мужчине сами собой рвутся с губ.

– Так и смотри на меня, индария, и ни на что больше не отвлекайся, – прошептал Рив в мои опухшие от поцелуев губы. – Приступайте, – уже жрецу.

Лин начал что-то шептать на странном, шипящем языке. Я же смотрела на Ривлада, не понимая происходящего и не решаясь остановить непонятный обряд. И когда пыталась что-то сказать, Ривлад окутывал меня сумасшедшим влюбленным взглядом, а потом нежно и страстно целовал. Какие уж после подобного мысли!

– Кольцо вашей суженой, пожалуйста, – с трудом скрывая улыбку, попросил Лин.

Ривлад кивнул и выполнил требуемое. Жрец тихо запел, словно что-то призывал. Кольцо охватило пламя, и оно превратилось… в обруч. Остались переплетенные листики, в центре которых лежал красный камень, уже не просто напоминающий сердечко, а им являющийся. Но кольца не было. Был королевский венец, очень похожий на тот, что находился на моем суженом.

Ривлад взял обруч, повернулся ко мне:

– Отдаю тебе свое сердце, Эва.

И надел мне на голову венец.

– Оно принадлежит тебе до последнего моего вздоха. Отныне и навеки.

– Отныне и навеки, – сказал жрец.

– Отныне и навеки, – хором повторили друзья, словно свидетельствуя.

Я занервничала, но Рив прекратил мою панику привычным способом – поцелуем. Страстным, долгим. А когда остановился, я перевела взгляд на пол и… завизжала. Мы находились под потолком пещеры.

– Тише, ненаглядная. Все хорошо.

– Рив, – прошептала я, чувствуя, как дрожу от макушки до пяток, – что происходит?

– Не бойся. Ничего сейчас не бойся, – тихо попросил он, по-прежнему прижимая меня к себе.

Зачем-то рванул платье на спине, прижался губами к оголенному плечу, когда я запаниковала.

– Рив, я понимаю, ты злишься. И даже есть за что. Но давай спустимся, – попросила, дрожа.

Суженый поймал мой взгляд, ласково поцеловал в губы.

– Доверься мне, пожалуйста.

– Я высоты боюсь, – жалобно прошептала я, надеясь, что этот безумный и непонятный обряд закончится.

– Мы совсем скоро спустимся, ненаглядная. А теперь просто смотри мне в глаза, хорошо? – попросил он так, что я не смогла отказать.

Я уставилась на него. Глаза Ривлада заполнились фиолетовым пламенем. И в какой-то момент я просто потерялась, растворилась в этом огне. И уже не было Ривлада. Лишь Вселенная, наполненная звездами и нитями путей и судеб.

Я засмеялась, полетела в это пространство. Мир перевернулся, закружился. И мое фиолетовое небо с разбросанными звездами снова запылало огнем, рождающим… дракона.

Я стояла в пустоте и темноте, смотря на это маленькое чудо. Дракончик казался беззащитным, одиноким и потерянным. Протянула к нему руки, и зверек бросился ко мне, становясь полупрозрачным. Вскрикнула, когда он превратился в огонь, обжигая в своих объятиях и растворяясь во мне. И стало так больно… Пламя ползло по позвоночнику, скатывалось раскаленными углями, лишало воли.

Я закричала, и мир вернулся. А вместе с ним и Ривлад, который накрыл мои губы в очередном жадном поцелуе, стараясь забрать боль. Создалось ощущение, что мы кружимся в вихре бабочек, а прикосновения становятся сильнее того жара, что мучает. Я выдохнула, утыкаясь лицом в плечо суженого. Рив что-то прошептал, и мы медленно стали спускаться.

– Объявляю вас мужем и женой и от всей души поздравляю, – улыбаясь, сказал Лин.

Мужем и женой? Это он про что?

– А…

Жрец покачал головой и скрылся в пещере. Рив наклонился ниже, явно намереваясь не отвечать ни на один мой вопрос.

– Это что сейчас было? – сипло спросила я, с трудом уворачиваясь от желанных губ.

– Свадьба, – невозмутимо ответил Рив. – А разве непонятно?

Волна жара, а потом холода поползла по спине, заставляя коленки дрожать.

– Свадьба? Какая свадьба? Я не давала своего согласия даже на этом странном ритуале, – жалобно прошептала я.

– Ты приняла мое кольцо, и, значит, сразу же его дала.

Я моргнула и попятилась от Ривлада.

– Эва! – спокойно позвал он, не сводя с меня сверкающих глаз.

Покачала головой, сползла вдоль колонны, к которой успела прижаться спиной, и снова попыталась прийти в себя. Хоть чуть-чуть.

Свадьба? Я вышла замуж? Что за ерунда? Хоть бы сказали, ироды!

– Лель, – в тревоге позвал Ривлад.

– Эва сейчас осознала, что вышла замуж, – ответил домовой.

За Ривлада Аратонского. За дракона. За вожака.

– Лель…

– А теперь осознала, что за тебя, – ухмыльнулся он. – Правда, о последствиях не подозревает.

И что же происходило под самыми сводами храма? Я отказывалась искать этому объяснение, просто посмотрела на Ривлада.

– Эва интересуется… – Лель указал головой на потолок, – что было там? Не предупредил, да?

Ривлад посмотрел мне прямо в глаза и спокойно так заявил:

– Ты теперь дракон, Эва.

Что?

– У тебя на позвоночнике чешуйки. Исчезнут через несколько минут. Не волнуйся.

Я дотянулась до спины, нащупала упомянутое, взвизгнула и уставилась на Ривлада. Бледного. Растерянного.

А-а-а! Не волноваться? Да я теперь… чешуйчатая.

Разум упрямо не желал принимать данный факт и возвращаться. В этот дурдом-то? А оно ему надо?

– Переживает из-за чешуи, – прокомментировал Лель.

– Сейчас исчезнет, – мягко повторил Рив.

А если нет? Что будет, если я останусь такой? Или превращусь в ящера? Одним словом, ужас!

– Лель, – прорычал мой суженый, явно начиная нервничать.

– Не понимает. Объясни. Она думает, что будет только полоска чешуек.

Ривлад озадаченно уставился на меня. Подойти не попытался, только присел на корточки и поймал мой испуганный взгляд.

– Ты теперь дракон, Эва, – повторил мой… муж. – В ближайшее полнолуние превратишься в ящерицу.

Небесные феечки! В ящерицу? Это что, у меня теперь будут когти, лапы, зубы, крылья и, о боги, хвост? Я взвизгнула. Не хочу хвост. Не хочу хвост. Не хочу! На крылья согласна. Пусть будут лапы, огромные зубы и даже когти. Пригодятся. Но не хвост.

– Эва, – позвал Ривлад.

– Не подходи. Она не в себе, – велел Лель, не сводя с меня глаз. – Знаешь же, что у новорожденных эмоциональное состояние нестабильно.

– Она напугана, – в отчаянии прошептал Рив. – Как я могу просто находиться в стороне?

Но с места не сдвинулся.

Правильно сделал. Я уже готова его побить.

Но…

Не хочу хвост.

– Что ее пугает? Клыки? Когти? Огонь?

Что? Еще и огонь? Ну ладно, пусть будет. Костерок там в лесу разжечь. Но хвост…

Не хочу-у-у…

– Лель! – рявкнул дракон, теряя терпение.

– Хвост. Эва не хочет хвост. Против остального не возражает, – каким-то странным голосом сказал домовой.

Минуту в пещере царила тишина, а потом эльфы, Рей и Сеня захохотали.

А может, это не насовсем и обратимо?

Лель покачал головой. Отрицательно.

И развод невозможен?

Снова тот же жест. И легкая улыбка.

Я застонала от бессилия.

Не хочу хвост.

– Она думает о разводе, лишь бы хвоста не было.

Своды храма снова огласил повторный дружный смех друзей. Но Ривлад и Лель переглянулись и остались серьезны.

– Он очень красивый будет, – совсем тихо сказал Ривлад. – Тебе понравится. Обещаю.

Мой разум категорически отказывался принимать тот факт, что я теперь дракон. Летающая ящерица. Нет, одно дело смотреть на них в полете, общаться, мечтать о крыльях, но совсем другое – стать такой. И чем я не устраиваю Ривлада? Чем? Я же фея. Магия есть. Зачем превращать меня в дракона?

– Думает, что она тебя в качестве феи не устраивала, поэтому ты решил сделать ее драконом, – убито заметил Лель.

– Эва, родная моя, – ласково сказал Ривлад, – иначе у нас не будет детей. Только дракон может выносить ребенка от дракона. Для этого ты должна обернуться. Хотя бы раз.

В том, чтобы быть драконом, нет ничего плохого. Тебе понравится, – убеждал мой муженек.

Я почему-то обратила внимание только на его слова о детях. Какой ребенок? Я не готова рожать. И пока детей не хочу. Нет, не вообще. Сейчас.

Мысли были хаотичными и противоречивыми. Я сама это понимала, но успокоиться не могла.

– Лель, – позвал Ривлад, явно испугавшись моих эмоций.

Видимо, они были не совсем теми, на какие он надеялся. Но мой суженый ведь не ожидал, что я обрадуюсь и с визгом брошусь к нему в объятия, верно?

– Она не считает себя готовой стать мамой, – пояснил домовой.

Рив заволновался, но тут же взял себя в руки. И как у него получается? Меня вот всю трясет.

– Эва, индария моя, – очень ласково пропел мой муж, – я не прошу прямо сейчас заводить детей. Но хотел бы, чтобы у нас была возможность. Не стоит ее упускать. Дети могут появиться только после твоего первого полета. Если ты захочешь. Я ни к чему и никогда не буду тебя принуждать.

О, как же мне захотелось сбежать! Далеко и надолго. Чтобы не нашли.

Дети. Вот зацепило меня что-то. Дети… Стоп! Если я дракон, мне что, придется их высиживать? Они будут в яйце, а я… Перед глазами возникла чу́дная картинка. Я огромный злой и раздраженный дракон, сидящий на скале вместе с яйцом, и летящий сквозь ветер не менее злой и огромный дракон, несущий в зубах тушу слона. Пятую за день.

Ы-ы-ы…

Лель захохотал, хватаясь за живот. Так захохотал, что лицо Ривлада приобрело паническое выражение.

– Она… она… думает… что нужно будет яйца высиживать, в которых дети, – выпалил домовой.

– Нет, Эва, нет! – быстро заметил бледный Ривлад, не обращающий внимания на громовой хохот всех остальных. – Если только сама не захочешь в такой ипостаси рожать. Тогда сделаем гнездо. И я буду носить тебе еду и оберегать кладку с нашими малышами.

Убью. Однозначно. Прямо сейчас. Не раздумывая. Гад! Ящерица летающая! Мой… дракон.

– Рив, готовься к обороне! – доконал Лель, вытирая мокрые от слез щеки.

«Ничего, я и до тебя доберусь, рыбий хвост», – злорадно подумала я.

Лель хмыкнул.

А сейчас, Рив… Вся злость на него требовала выхода.

Не сказал про этот обряд – свадьбу. Не сообщил, что собирается сделать меня ящерицей. Пусть крылатой, но с хвостом! И не поинтересовался, когда превращал. Все-таки рано я отказалась не рыть могилку. Очень рано. Пригодится. Муженька похороню, заживу спокойно.

Я медленно поднялась, сделала глубокий вдох. Ривлад моментально оказался рядом, даже не думая сбегать. Обидно, однако! Он совсем меня не боится! Ни капельки!

И стоит, смотрит, напряженно ждет, что я скажу. В глазах бьется пламя, сводит с ума. Ох, как много всего мне хотелось ему сказать! Но я смотрела на него и понимала, что, кроме как «я тебя люблю», и сказать-то нечего. Ведь и правда люблю. А остальное – мелочи. Подумаешь, хвост! Не самое же страшное! Особенно если учесть, что к нему в виде бонуса прилагаются крылья, когти, зубы, огонь и муж. Желанный, родной, любимый и единственный.

– Ты убивать меня собираешься или как? – не выдержал Ривлад, явно нервничая.

Я шагнула к нему.

– Я люблю тебя, – сказала, растворяясь в аметистовом взгляде.

За спиной суженого послышался смех.

– Я люблю тебя, – нежно ответил Рив, не сводя с меня глаз.

И уже нет меня и его. Есть мы. И сладкий безумный поцелуй, который заставляет бабочек скользить по телу, рождает жар, ласкает…

Ривлад крепко меня обнял, блаженно поцеловал в макушку и затих.

– Теперь-то Эву обнять можно? – спросил Гилл, посмеиваясь.

– Недолго, я ревнивый, – предупредил Ривлад, вызвав у меня смешок.

Друзья окружили нас со всех сторон, поздравляя и обнимая. Сенька вцепился в плечо и замурлыкал.

– Мне так вас не хватало! – выдала я, всхлипывая.

– И нам тебя, – ответили хором.

– А меня, значит, хватало? – прошептал Рив, прижимая так, что стало больно.

Похоже, правда ревнует.

– А ты сомневалась, – ответил на мои мысли Лель.

Кстати, а почему домовой знает, о чем я думаю?

– Я в течение двух часов у каждого новорожденного дракона могу читать мысли, – ответил Лель.

Сомнительное счастье. Весьма.

– Я домовой и привязан к дому, в котором служу. На данный момент – к замку Ривлада.

– И?

– Оказываю ему посильную помощь, в которой нуждается. Сейчас Ривладу необходимо знать, о чем ты думаешь, – просто ответил он. – А дракон, когда рождается, некоторое время эмоционально нестабилен, как ты уже знаешь. И может такого натворить…

Лель ухмыльнулся и подмигнул.

– И много таких, как я? – поинтересовалась, игнорируя поглаживания Ривлада в районе моей спины.

– Ты – третья и пока… единственная.

– Те двое… умерли?

– Да, – ответил Рив.

– Так и я могла…

– Нет, – мягко заметил муж. – Кто угодно, но не ты.

– Почему?

– Драконом может стать только достойный, Эва. А тебе было предназначено иметь крылья.

Но мне было так жаль тех, кто не получил дракончика!

– Они знали, на что шли, – заметил Лель.

– И вообще, мы праздновать собираемся? – уточнил Гилл, поглаживая Сеню, которого я по-прежнему обнимала и прижимала к своей груди.

Рив обреченно вздохнул.

– Все равно придется потерпеть, – ухмыльнулся Лель. – Иначе вас будет там не двое, а трое. Ты же знаешь, я и на расстоянии буду слышать мысли и эмоции Эвы. И Миле это, будь уверен, тоже не понравится. Сам тогда с моей женой объясняться будешь.

О чем это они?

Ривлад снова тяжело вздохнул, обреченно посмотрел на меня.

– Скажешь, когда моя ненаглядная станет собой?

– Разумеется.

– В замок? – спросил меня Рив.

– Да, – ответила я, понимая, что вовсе не хочу оказаться в своем дворце.

– Заодно правду расскажешь, – напомнил Рей.

– Нам очень интересно все узнать в подробностях, – добавил Гилл.

– И обсудим кое-какие вопросы, – это уже Датерей, открывая портал.

Рив подхватил меня с котом на руки, чмокнул в лоб и шагнул в воронку. Мы оказались в тронном зале с драконами на мозаичном полу.

– А кто их делал? – поинтересовалась я, указывая пальцем на ближайшего салатового дракона.

– Это особая магия, – сказал Рив, целуя мои волосы. – Каждый раз, когда рождается кто-то из моего рода, на полу появляется дракон.

– А твои родители тоже здесь есть? И они… умерли? – осторожно спросила я, замечая, что руки мужа замерли на моих плечах.

– Мои родители здесь, – показал рукой на двух драконов Рив.

Один был огромным и ярко-желтым, а второй – поменьше, светло-коричневый.

– Они были бессмертны, – тихо ответил мой суженый. – Просто однажды наступает миг, когда каждый из нас хочет уйти за грань и отправляется в свой последний полет. Он длится столько, сколько дракону хватит силы. Дракон летит к солнцу и тает в его лучах, – ответил муж, поглаживая мои волосы.

– А я?

Ривлад развернул меня к себе, внимательно всматриваясь в мое лицо.

– Что будет со мной, когда ты захочешь уйти?

И руки задрожали, коленки онемели. А дракон улыбнулся.

– Обычно пары уходят вместе, ненаглядная. Один дракон поднимается к солнцу только тогда, когда любимого человека уже нет в этом мире, – ласково ответил он, взяв мои руки и поднося их к губам.

– Ты не уйдешь без меня? – шепотом спросила я.

– Никогда, – так же шепотом ответил Рив, находя своими губами мои и поднимая ураган из золотистых бабочек.

– Совесть имейте, – проворчал Лель, оказываясь рядом. – Водой ведь окачу. Ледяной, – пригрозил, заставив меня хихикать и прятаться на плече у Рива, ласково прижимающего к себе.

– Где будем ужинать?

– Здесь.

– Хорошо. Принесете? – поинтересовался дракон.

Лель кивнул.

Когда мы уселись за стол, ребята шумно набросились на еду. Рив же снова потянулся ко мне.

– Оторвитесь уже, – взвыл Лель, – я же все ее эмоции чувствую, Рив!

Я улыбнулась, прижалась к мужу, у которого сидела на коленях.

Рей, Гилл, Лель, Датерей и Сеня вовсю ужинали. Но выражения лиц у них были… непередаваемые.

– Давай сначала поедим, а потом поговорим, – предложил мой суженый.

Затем как-то грустно вздохнул, притянул к себе первое попавшееся блюдо, нож и вилку и спросил:

– Можно тебя покормить?