Глава 9
Сэндер оглядел замок Кон’Ронг недовольным взглядом. Это строение не отвечало его представлениям о прекрасном или даже комфортном. То ли дело его дом — большой, с двумя десятками спален на все вкусы, с громадным бальным залом, уютный и увитый плющом и виноградом. А главное — в столице. Не где-то в захолустном медвежьем углу, в котором все волки от тоски подохли…
Не могла эта стерва где поближе спрятаться. Или надеялась, что он ее не достанет? Наивно…
Что ж, если Аликс здесь — главное, чтобы Люсьен не помешал. Хотя нет. Этот — не помешает. Слишком туп, глуп и безволен, за время путешествия Сэндер не раз в этом убеждался.
Не пнешь — не полетит. Даже не шевельнется. Резеда, в своем стремлении воспитать идеальных детей, попросту лишила их самостоятельности. Почти лишила… с Аликс у нее вышла промашка. Ничего, Сэндер это исправит, и очень скоро.
Интересно, с кем приехала его супруга. Накажет он ее в любом случае, но если это мужчина…
Впрочем, какая разница?
Все равно ей не жить. Во всяком случае — не жить долго.
Сэндер взвесил в руке старинный бронзовый молоток и постучал в ворота Кон’Ронга.
* * *
Аликс сидела на башне. У нее зуб на зуб не попадал, но не от холода, а от страха. Попытки успокоиться результата не давали. Ее ведь начнут искать. И найдут, слуги хорошо знают Кон’Ронг, а у нее и денег с собой нет, чтобы подкупить их…
Что же делать, что делать?
Ей надо просто продержаться несколько часов, а там вернется с похорон Лесс, окажутся рядом тетя Клари, Джин и леди Нэйра… ее никто и пальцем не тронет, иначе…
Что эта компания сделает с Сэндером Пирленом, Аликс не знала, но подозревала, что развод ей уже не понадобится. Только траурное платье.
Аликс огляделась.
Можно ли где-то спрятаться?
Или тут нет никакого укрытия?
Она медленно обошла площадку башни, стараясь, чтобы ее не было заметно снизу, выглянула за зубец — и обомлела.
Такого она увидеть никак не ожидала.
* * *
Сэндер вошел в холл замка спокойно, огляделся по сторонам.
Да, дыра. Небогатое дворянство, даже бедноватое, прямо скажем. Что ж, тем лучше. Навстречу ему спешили слуги, кланялись, особенно усердствовал один, одетый побогаче. Его-то Сэндер и поманил пальцем.
— Ты кто?
— Сирс, господин. Дворецкий, с вашего позволения.
— Я, виконт Пирлен, желаю увидеться с хозяином замка.
— Граф Кон’Ронг сейчас на похоронах, у него зять умер.
— Возможно, в замке остался кто-то из хозяев?
— Госпожа Лоусон не поехала, — задумался Сирс.
— Кто-кто?
— Госпожа Аликс Лоусон.
Сэндер переглянулся с Люсьеном и расплылся в довольной улыбке.
— Доложите госпоже, что приехали ее брат и ее супруг. И мы ждем ее внизу.
Дворецкий поклонился, но в глазах его металось изумление. Впрочем, выучка не подвела.
— Прошу вас присесть, я прикажу подать вина и закусок с дороги и доложу госпоже…
Мужчины одобрили план. А спустя десять минут весь замок буквально встал на уши.
Комната госпожи Лоусон была пуста, и ее никак не могли найти. Сэндер злился, раздражался, нервничал… что происходит? Куда делась эта стерва?
* * *
Отговорили красивые речи, засыпали цветами маленький холмик, и все собрались обратно. Тут-то Джин и ждал первый сюрприз.
У кареты ждала Аликс. Бледная, словно мел.
— Джин!
Женщина кинулась Джинджер на шею, прижалась и разревелась от всей души. Лесс дернулся было, но его остановила рука леди Дженет на запястье. Да и не нужен он там был, Аликс тут же окружили Кларисса и леди Нэйра, затеребили, приобняли и вытащили несколько слов, которые повергли всех в шок.
— Сэндер… он в Кон’Ронге.
— Чтоб ему! — прошипела Джин.
— Интересно, как он нас нашел? — задумалась Кларисса.
— А как ты смогла выбраться незамеченной? — это уже леди Нэйра.
Аликс, всхлипывая, рассказывала простую историю. Она увидела Сэндера из окна комнаты. Испугалась, но поняла, что прятаться в замке не выйдет, там ее быстро найдут, а защитить некому. И она прокралась к выходу. Пока ее искали в замке, она выбралась через ворота и бросилась вниз.
Женщины переглянулись, не поверили — ага, вниз! В розовых шелковых туфельках, которые даже не запылились! Да пройди она в них хоть десять метров по земле, ноги в грязи и пыли до колен были бы. Тут что-то другое, но расспрашивать женщину никто не стал. Самое главное и так сказано.
Сэндер Пирлен в Кон’Ронге.
Женщины переглянулись.
Отлично. Значит, здесь все и решится. И труп здесь удобно спрятать, если что…
* * *
В карете Джинджер вцепилась в подругу.
— Аликс, рассказывай!
— Что рассказывать?
— Как ты выбралась из замка?
Аликс смотрела в окно. Лицо ее стало непривычно жестким.
— Джин… ты можешь на меня обидеться, сильно обидеться…
— То есть?
— Я слово дала. Я ничего не могу рассказать.
— Ну, хоть в двух словах. Тебе показали, как выбраться из замка? Кто?
— Джинджер Брайс, — леди Нэйра погрозила девушке пальцем, — вы же понимаете, что ваша подруга не может нарушить слово. Это нечестно и непорядочно, вы не можете ее подталкивать к подобным поступкам ради удовлетворения своего любопытства. Аликс, я правильно понимаю, что вы пообещали своему спасителю никому ничего не говорить?
— Да.
— А подтвердить мои догадки вы можете?
Аликс прикусила губу, но леди Нэйра не стала долго ждать.
— Я полагаю, что кто-то из слуг показал вам потайной выход из замка и даже проводил по нему? А рассказать вы не можете, чтобы не подставлять этого человека под удар?
Аликс усердно закивала. Леди Нэйра поглядела на Джинджер.
— Вы довольны, Джин?
— Я бы сразу и не догадалась, — честно призналась Джинджер.
— Сейчас у нас есть дела поважнее. Подумайте, что будем говорить и как действовать?
— Леди Дженет с семейством я беру на себя, — решила Джин. — Мам, леди Нэйра…
— Можете называть меня тетушкой, Джин. Думаю, наши отношения уже позволяют подобную степень близости.
Джинджер расплылась в широкой улыбке.
— Спасибо, тетя. Я думаю, вы справитесь с Пирленом?
— С ним еще и мой брат, — подала голос Аликс.
Две дамы насмешливо переглянулись. Люсьена Лоусона они не считали ни за противника, ни за человека. Тоже мне фигура…
Леди Нэйра выглянула в окно и поманила к себе Лесса, который ехал неподалеку на лошади.
— Лорд Кон’Ронг, вы не составите нам ненадолго компанию?
Лесс спешился, бросил поводья Ивару Ривену и послушно пересел в карету, постаравшись оказаться поближе к Аликс.
— Не волнуйся, родная. Никто тебя у меня не отберет. Не позволю.
Аликс хлюпнула носом и уткнулась в плечо любимому. Лесли погладил ее по волосам. Джинджер довольно кивнула. Влюбленность там или любовь — будем надеяться, этого святого чувства хватит и до развода, и немного сверху — чтобы ребенок Аликс не родился ублюдком.
— Это, конечно, хорошо, но надо решить, что мы сейчас будем делать.
— Выгоню я их, вот и все.
— А потом Аликс будет ждать удара из-за каждого куста?
Лесли расправил плечи.
— Я смогу ее защитить.
— В первую очередь от своих родных? — коварно напомнила леди Нэйра.
И бедняга стушевался.
— Что вы предлагаете?
— Выгонять никого не будем, — уверенно вступила Кларисса. — Наоборот, вы счастливы видеть супруга милой Аликс, но отпустить ее никак не можете — свадьба.
— Какая?
— Разумеется, с Джин.
— Ни за что!
— Никогда!
Лесли и Джинджер проявили редкостное единодушие, взглянули друг на друга, на сидящих напротив почтенных дам и рассмеялись.
— Джин, ты извини…
— Думаю, что на свадьбе произойдет подмена невесты, так? — Джинджер времени на извинения не тратила.
— Конечно. Лесли сегодня же отправит гонца в столицу, лучше с деньгами, чтобы поторопить развод, а мы чуть затянем предсвадебную подготовку. Получим документы и обвенчаем вас, — Кларисса небрежным жестом заключила в круг Аликс и Лесли, отчего влюбленные одинаково глупо заулыбались. — А Сэндера выставим с полным правом. И с Люсьеном, кстати, потому что, даже если Аликс разведется, она должна вернуться в семью, под нежное крылышко Резеды и Люсьена, а это нам ни к чему. Убить — и то милосерднее.
Аликс кивнула.
— Мама не поймет…
На этот раз кивнули все, кто был в карете.
Да, не поймет. И мужу вернет. А что в итоге лишится дочери… так еще две останутся и сын.
— Еще раз предупреждаю всех присутствующих. Джин, милая, ты ведешь себя откровенно гадко, Лесли влюблен в тебя до безумия, Аликс не отлепляется от меня или Клариссы, и все дружно ждем решения о разводе.
Все еще раз кивнули, и Лесса выставили обратно на улицу. Ни к чему привлекать лишнее внимание.
* * *
Всю дорогу до Кон’Ронга Аликс дрожала так, что карета тряслась. По счастью, у леди Нэйры оказалось хорошее успокоительное, и к моменту приезда в замок Аликс больше всего напоминала сонную куклу. Во всяком случае, глазами она хлопала примерно так же.
Их уже ждали.
Сэндер Пирлен с воинственным видом стоял в холле, за его плечом с ноги на ногу переминался Люсьен, в отдалении несколько слуг были ужасно заняты вытиранием пыли и подогреванием ушей… все были при деле. Даже дворецкий, который с неподобающей возрасту прытью (вот что любопытство животворящее делает!) открыл двери и принялся так ожесточенно кланяться, что Джинджер даже испугалась. Так заклинит — не разогнешь.
Несколько голосов слились в один.
— Что здесь происходит? — леди Дженет.
— Добрый день! — это Лесли.
— Вы? — Аликс, предусмотрительно задвинутая так, чтобы добраться до нее можно было только через вооруженную тростью леди Нэйру, неудачно изобразила удивление.
— Ага, вот ты где! — Сэндер Пирлен.
— Не ожидал я от тебя такого, — Люсьен решил вставить свои три медяка.
Джинджер подумала, что стоило выйти за него замуж и быстренько овдоветь. Поносила бы пару лет черное, зато какая польза для мира!
Несколько минут в холле царил бардак. Или бордель. Или базар, что тоже равновероятно. Все перечисленные лица шумели, галдели, потом Сэндеру надоело орать, и он сделал шаг к Аликс. И тут же на его пути вырос Лесли.
На минуту все замерло, и этим воспользовалась Джинджер, давно примерявшаяся к большой и на редкость уродливой вазе — белой, в каких-то золоченых финтифлюшках. Грохнуло так, что Колин подхватил сестру и предусмотрительно спасся из зоны боевых действий.
— Позвольте прояснить ситуацию, — Джинджер ненавидела повышать голос, он становился противным, визгливым и пронзительным, но сейчас лучше и не придумаешь. — Это виконт Пирлен — скотина, которая избивала свою жену. Это брат жены — приехал, чтобы вернуть ее «любящему» мужу. Аликс — собственно, супруга, которая подала на развод. А поскольку все стороны находятся сейчас на территории моего жениха, графа Кон’Ронга, предлагаю вести себя цивилизованно, иначе кто-то полетит головой вниз с ближайшей скалы. И это буду не я.
Заинтересованные стороны переглянулись. Сэндер вдруг подумал, что он здесь и правда один. Люсьен не в счет, кого эта слякоть остановит? И если Аликс решит стать вдовой…
Сама она не осмелится, но подруга у нее решительная, может и поспособствовать. Судя по рассказам старика дворецкого, девчонка Брайс была настоящей оторвой и сейчас не изменилась.
А жить хотелось долго и счастливо. Поэтому Сэндер поднял руки в миролюбивом жесте.
— Согласен.
— Вот и чудно, — Джин и не думала понижать голос.
— В моем доме горе! — как нельзя более кстати вмешалась леди Дженет.
— Да. Сейчас у нас поминальный обед, и я приглашаю вас разделить с нами трапезу, — нашелся Лесли. — Вы не знали Ивара Линоса, но все же он был хорошим человеком.
— Замечательная идея, — вовремя поддержала Кларисса Брайс, уверенно перебивая леди Дженет, которая было открыла рот, но решила не позориться. Голос у Клариссы был ничуть не тише, чем у дочери. — Не стоит выгонять гостей, даже не накормив.
Сэндер бросил гневный взгляд на баронессу, получил в ответ куда как более невинный и решил ненадолго отступить. Никуда от него Аликс не денется, и не все время рядом с ней будут эти стервы…
* * *
Стол радовал разнообразием.
К говядине-сломай-зуб прибавилась курица, умершая от старости, и утка-падальщица. Судя по запаху, при жизни она ела то, что другие птицы облетали. Но все мужественно жевали, не зная, о чем беседовать. Сказать что-то плохое о покойном было нельзя, а хорошее не получалось. Не изобреталось…
А когда все долго молчат, рот первым открывает либо самый смелый, либо самый наглый. Джин решила, что здесь — это ее роль.
— Лесли, солнышко, зайчик, а мы скоро поженимся?
— Да, дорогая…
Сахара в улыбках хватило бы на полгода всем жителям Кон’Ронга.
— В доме горе! — возмутилась леди Дженет.
Джинджер одарила ее наглой улыбкой:
— Разумеется, леди Дженет! Мы все горячо сочувствуем вашей утрате! Хотите, мы с Лессом назовем первенца Иваром, в честь дядюшки? Я уверена, он будет таким же красивым, умным и добрым, как покинувший нас сквайр…
Леди Дженет застыла на месте статуей благородного негодования. Кейт поперхнулась соком, и сидящий рядом Люсьен осторожно постучал ее по спине, получив в ответ благодарную улыбку.
— Вы…
— Жизнь продолжается, не так ли? Не стоит сердиться на молодежь, им хочется всего и поскорее, — Кларисса мило улыбнулась.
— Вы беременны? — прокашлялась леди Дженет.
— Нет. Но очень хочется, — призналась Джинджер.
Ивар Ривен уронил салфетку и полез доставать ее из-под стола. Оттуда раздалось подозрительное хрюканье, и Тиана пнула наугад ногой. Сидящий напротив Сэндер подскочил на стуле, и Тиа разразилась извинениями. Бывает же…
Простите…
Не хотела…
Сэндер размяк и простил.
— Я готов постараться на благо Кон’Ронга, — Лесс выпятил грудь. Ивар уронил еще и вилку в дополнение к салфетке — так оно будет надежнее искаться.
— Сначала свадьба, потом старания, — погрозила пальцем Джинджер. — Я девушка честная!
Кажется, леди Дженет в этом весьма сомневалась.
— В нашей семье не принято так откровенно говорить о…
— Честности? — с невинным видом заткнула ее Джинджер. — Ничего страшного, привыкнете.
— Я рад за вас, — Сэндер бросил салфетку на стол. — Полагаю, мы с супругой можем уезжать?
— Вы — можете, — согласилась Джинджер. — Не задерживаю. А Аликс остается.
— Что значит — остается?
— Что без Аликс свадьбы не будет. У меня тут подруг нет, — припечатала Джинджер. — Поэтому она мне нужна.
— Если ты так хочешь, дорогая, — Лесс выглядел абсолютным влюбленным идиотом.
— Конечно, сестричка, — Аликс выглядела самой невинностью.
— Сестричка? — взорвался Люсьен. — Мама всегда говорила, что общение с этой Брайс не доведет до добра.
— И начала она говорить так сразу же, как Джинджер отказала вам, — припечатала Кларисса.
Люсьен побагровел и бросил вилку.
— Я уезжаю. Немедленно! Аликс, ты едешь со мной!
— Вынужден вам отказать, — Лесс покачал головой. — Я готов на все ради счастья своей невесты, поэтому Аликс никуда не едет. А вас я не задерживаю. Хотя мне жаль, что вас не будет на свадьбе.
— Аликс едет со мной, — надавил Люсьен.
— Не еду, — Аликс подняла глаза от тарелки и смотрела прямо и жестко. — Я подала на развод и собираюсь начать новую жизнь. И в ней вам места нет. Поэтому, братец, я вас не задерживаю. Ни тебя, ни бывшего мужа…
— Аликс… — Сэндер понял, что сейчас его выставят из замка, и решил сыграть по-крупному. — Девочка, не надо решать сгоряча! Дай нам шанс… Я признаю, что между нами были определенные трения, но ведь всем в браке бывает сложно! Мы не стали исключением! Если ты пойдешь мне навстречу, все наладится, я верю в это…
— Что наладится? Ты перестанешь меня бить?
Сначала Аликс было безумно стыдно говорить об этом, но Кларисса промывала ей мозги всю дорогу до Кон’Ронга.
Ах, тебе стыдно! Ему тебя бить не стыдно, а ты должна, стыдиться, что тебя выдали замуж за зверя! Ты хочешь, чтобы тебя убили! Или твоего ребенка! Нет! Тогда изволь вести себя как взрослая женщина! Ты сейчас за двоих отвечаешь!
Ради себя Аликс не стала бы так бороться. Но за ребенка…
— Ты же знаешь, что я случайно… и я не хотел причинить тебе боль.
Поверили почти все присутствующие. Аликс призналась себе, что тоже поверила бы. Если бы не было плети, опускающейся на ее спину. И мольбы о пощаде. И крови на простынях…
И маленького комочка внутри нее…
— Сэндер, ты же хочешь для нас счастья?
— Да, любимая…
— Тогда давай разведемся.
— Я никогда не дам тебе развода!
— Не то папенька лишит содержания, — Кларисса и не думала сдерживаться.
— Вы не могли бы не вмешиваться не в свое дело? — Сэндер сверкнул голубыми глазами.
— Аликс — мое дело, — не уступила Кларисса. — А если вы считаете, что выяснять отношения с бывшей, женой нужно при свидетелях, не обессудьте.
Сэндер сверкнул глазами еще раз, но быстро понял, что Кларисса права. Обаяние тратилось явно не по адресу, вот Тиана растеклась почти в лужицу и бросает призывные взгляды из-под крашеных ресниц, а Аликс по-прежнему не хочет его видеть.
— Да, я слегка погорячился. Скажите, лорд Кон’Ронг, могу ли я ненадолго воспользоваться вашим гостеприимством? Мы с дороги и устали…
— Разумеется, — Лесс кивнул дворецкому. — Приготовьте покои в Южной башне.
— Да, милорд.
— Но гости в Северной башне, — невинно вставила Кейт, за что удостоилась сразу четырех «добрых» взглядов, и поняла, что лучше молчать. А то кое-кого из гостей там быстро уберут.
— Да, — кивнул Лесли. — Леди Кларисса, Джинджер и леди Лоусон переселятся в хозяйское крыло, а в их покои мы поселим новоприбывших. Все равно Джин уже почти моя семья, и урона ее чести не будет.
Сэндер бросил быстрый взгляд на Аликс, и поднял брови.
— А моя супруга…
— Разводится с вами, — напомнила Джинджер.
— Никогда не думал, что скажу это леди, — Сэндер решил попробовать иную тактику, — но леди Лоусон была права.
— И с этим никто никогда не решится поспорить, — парировала Джин.
Сэндер скривился. На тайные шпильки Джин не отреагировала, а явных он подпустить не мог — выкинут еще. Пришлось положить салфетку и попросить проводить его в отведенные покои. Люсьен последовал примеру спутника. Оставшись за столом в семейном кругу, Кон’Ронги какое-то время молчали. Потом слово взяла леди Дженет:
— Сынок, мне надо поговорить с тобой.
— Разумеется, мама, — Лесс приподнялся из-за стола, но Джинджер тут же вцепилась ему в руку и дернула назад.
— Какие могут быть тайны в семье? Говорите при всех!
Леди Дженет стянула губы в куриную гузку.
— Вы еще не часть нашей семьи, милочка.
— Так буду, — Джинджер широко улыбнулась. — А вы будете любящей бабушкой для наших детей, правда же?
Леди Дженет перекосило. Лесли уселся обратно и приобнял невесту.
— Да, мама. Я думаю, что мы все здесь одна крепкая семья…
— И эта девушка тоже? — леди Дженет скосила глаза на Аликс, которая в этот момент расчленяла лист салата на тарелке.
— Она сестра Джин.
— Разве?
— Вы правы, леди Дженет. Аликс мне ближе чем сестра, — Джинджер улыбалась. — Так тоже бывает.
— И поэтому вы лезете в чужую жизнь?
— Я?!
— Почему вы мешаете супругам разобраться в их отношениях?
— Потому что не хочу отвечать в суде за убийство, — честно призналась Джинджер. — Аликс ли убьет любящего супруга, защищая свою жизнь, Сэндер ли прибьет ее во время одного из своих припадков ярости, меня не устроят оба варианта. Проще подать на развод сейчас, чем защищать подругу в суде потом.
— Вы… — леди Дженет комкала в руках платочек, не находя достаточно крепких слов.
Джинджер нежно улыбалась.
— О, леди Кон’Ронг, я понимаю, как вам тяжело. Может быть, Лесли, мы выпишем лекаря для мамы? Она ведь не слишком хорошо себя чувствовала…
Это оказалось последней каплей в чаше терпения леди Дженет. Издав нечто среднее между воплем кошки с отдавленным хвостом и шипением, леди вылетела из столовой. Кейт последовала за ней.
Джинджер улыбнулась подруге.
Говорите — не справимся? Не говорите так больше, не надо.
* * *
Леди Дженет расхаживала по комнате. Благородную леди трясло от возмущения, и какой там Ивар Линос, какие похороны, какое горе? Помер и помер, туда ему и дорога, между нами говоря, препустой был человечишка, глупый и ничтожный, с какой стороны ни посмотри. А вот эта наглая тварь…
Свое будущее леди Дженет представляла очень точно, глядя в наглые серые глаза.
Сначала ее выживут из дома.
Потом из поместья.
А потом и из сердца и жизни сына! Ее Лесли! Ее самого лучшего, самого замечательного и дорогого мальчика!
Не бывать!
Никогда не бывать такому! Один раз она уже…
Мысли оборвал стук двери, леди обернулась, надеясь увидеть сына, и привычно скривилась при виде Кейт.
— Ты?
— Мама, ты не волнуйся, пожалуйста…
Леди Дженет тут же изменила решение и не выставила дочку за дверь. Авось пригодится.
Она закатила глаза и осела на диван.
— Да, мне плохо.
— Я позову Лесса! Лекаря! Слуг!
— Посиди со мной. Просто посиди. Это пройдет, это бывает…
Из-под ресниц леди Дженет наблюдала за бледной дочерью. Кейт она не любила, считая самой неудачной из своих отпрысков, но пользоваться ею умела. Сейчас дочь попрыгает вокруг нее, потом разнесет по замку вести о том, как стало плохо маме, они дойдут до Лесли, а дальше можно будет изображать благородное страдание…
Мы еще посмотрим, кто кого!
Лесли не должен жениться на этой наглой, отвратительной хамке! Он заслуживает лучшей жены, а леди Дженет, как его мама, лучшей невестки!
* * *
Поздно ночью Сэндер Пирлен прогуливался по замку Кон’Ронг.
Где разместили его супругу, он уже разузнал и собирался наведаться к ней в гости. А там…
Оглушить и увезти. Пусть протестует, когда они окажутся где-нибудь подальше от людей. Уж он найдет, как объяснить Аликс всю глубину ее заблуждений и ошибочность поступков.
Вот и нужная дверь.
Сэндер даже и не подумал постучать, к чему? Вместо этого он достал из потайного кармана специальным образом изогнутую проволоку и принялся копаться в замке.
Поворот, другой, и раздается тихий щелчок. Сэндер оглянулся, нет ли кого рядом, но коридор был пуст. Фух!
Теперь осторожно толкнуть дверь. Засова нет?
Есть, но не задвинутый. Аликс всегда была идиоткой.
Гостиная, теперь спальня, кровать, на которой под покрывалом уютно устроилось чье-то тело… шаг, другой…
И по ушам аристократа ударил истошный дикий визг.
Над кроватью медленно воздвигалось нечто жуткое.
Зеленое лицо, чудовищные рога, жуткие когти на черных пальцах рук…
Нервы у Сэндера были и так натянуты, словно корабельные канаты, каждый шорох казался громом, а тут такое…
Мужчина дернулся вперед, назад, попытался бежать, опрометью вылетел из комнаты, запнулся о какую-то мебель и с ужасающим грохотом полетел по коридору.
* * *
Спустя десять минут в гостиной было очень шумно и людно. Не хватало только Кейт с детьми и леди Дженет, а все остальные присутствовали. Лесс, пытающийся удержаться от хохота, дамы Брайс, которые и не пытались, а открыто посмеивались, Аликс с ужасом на хорошеньком лице, негодующая леди Нэйра, ошарашенный Люсьен и Ивар с Тианой — зрителями.
— Потрясающе! — наконец подвел итог Лесли. — Виконт, вы сразу решили приглядеть себе новую супругу? Так сначала хоть развелись бы…
Сэндер злобно сверкал глазами.
— Я думал, что здесь поселили Аликс.
— Вы ошиблись, любезнейший. И мне хотелось бы привести себя в порядок без посторонних глаз.
Леди Нэйра выглядела очаровательно. Зеленое лицо (питательная маска), накрученные на папильотки волосы, специальные ночные перчатки, чтобы кожа рук была гладкой, на ночь наносится крем, а потом натягиваются перчатки… да, черные. И что? Лесс вполне понимал Пирлена, встреться он с этим дивной красоты видением в темном коридоре, летел бы не разбирая дороги.
— Леди Нэйра, я боюсь, что нам придется еще задержаться, — извиняющимся тоном попросил Лесли.
— Да?
— Мне кажется, что виконт сломал ногу, и лучше его не переносить до прихода лекаря. Пусть шину наложит, или что делают в подобных случаях…
— Добивают, — шепнула Джинджер матери, и две дамы вновь залились совершенно безжалостным смехом. Сэндер смотрел на них со злобой, но сказать ничего не решался. Выручила Тиана.
— Разве хорошо смеяться над пострадавшим человеком?
— Не знаю, — бессердечно призналась Джинджер. — Наверное, смотря от чего он пострадал. Кстати, Пирлен, вы теперь обязаны жениться, как честный человек.
Сэндер побледнел.
— Я? Замуж за виконта? — леди Нэйра возмутилась совершенно искренне. — Джинджер, вы слишком низко меня цените. Я еще займусь вашим воспитанием.
Она развернулась и удалилась в спальню, печатая каждый шаг.
— Леди Нэйра, вы не запирали дверь? — вслед ей поинтересовалась Кларисса.
— Запирала. И виконта к себе не приглашала.
Кларисса расплылась в улыбке.
— Джин, я просто обязана написать Мариссе. И леди Эльтон… Представляешь, обуреваемый любовью виконт ночью, грабительски взломав замок, лезет в комнату к гувернантке… пятидесяти лет от роду.
— Пятидесяти пяти, — слух у леди Нэйры был отличный, даже в другой комнате.
— Это, конечно, меняет дело, — согласилась Кларисса.
Сэндер представил себе, что его ждет впереди, и застонал от боли. Душевной.
Какая там нога?
Хотя голень, кажется, и впрямь была сломана. Опухала она прямо на глазах…
А вот каким посмешищем его сделают… Судя по глазам женщин, к его появлению в столице свет будет знать и что было, и чего не было…
И сколько еще придумают? Да отец его… из двух зол надо было срочно выбирать меньшее.
— Я согласен на развод.
Кларисса переглянулась с Джинджер. Джин — с Аликс.
— Я так рада, что мы пришли к согласию, — храбро заявила леди Лоусон. Этой ночью, кстати, две спальни из трех оставались пустыми, а Аликс ночевала у Клариссы Брайс, равно как и Джинджер. Женщины справедливо считали, что Сэндер не удержится, а справиться с тремя сильными и агрессивно настроенными женщинами сразу не сможет никто. Шум они точно поднять успеют.
Сэндер показал бы ей согласие. Но…
— Документы прибудут в течение пяти дней, — Кларисса нежно улыбнулась. — Как раз определимся с вашей ногой, все подпишем, и расстанемся, сохранив друг о друге наилучшие воспоминания.
Новый стон был ей ответом.
— Думаю, нам надо оставить пострадавшего, — приняла решение Джин. — Аликс, пойдем…
Сэндер злился, но понимал, что сила не на его стороне, и от ненужных реплик воздержался. Зато не смолчал Люсьен.
— Нельзя же его оставлять просто так лежать здесь!
Джинджер уже прищурила глаза, собираясь сказать, что инициатива наказуема исполнением и пусть он тогда сидит с Пирленом, раз такой благородный, но помощь пришла, откуда не ждали.
— Думаю, я посижу с виконтом, пока не приедет лекарь. Лесли, ты пошлешь за ним?
Тиана говорила мягко, но настойчиво. Аликс поглядела на нее с благодарностью, да и все остальные тоже. От Люсьена было бы мало толку, а все остальные… стоит ли подвергать свою бессмертную душу такой опасности? Ведь можно и не сдержаться!
— Спасибо, сестричка, — Лесли поцеловал Тиа в щеку и вытащил Джинджер из комнаты. Та потянула за собой Аликс, и вся компания, оставив за дверью Люсьена и Ивара, нырнула в комнату к Клариссе. Там Лесли отпустил Джинджер, повернулся к Аликс и обнял ее.
— Я так испугался, малышка…
— Нам тоже стало страшно. Шаги, потом этот крик и грохот, — Аликс таяла в объятиях любимого, Джин даже немного позавидовала. Вот у нее такого нет, и будет ли?
— Ты себя хорошо чувствуешь? — леди Кларисса смотрела серьезно и пристально. — Все же сроки…
— Да, вполне.
— Тогда иди в спальню, полежи, попробуй уснуть. Лесли, я надеюсь, если ты посидишь с девочкой, пока она будет засыпать, о вас никто плохого не подумает?
— Спасибо, леди Брайс…
— Тетя Клари.
— Спасибо, тетя Клари. Заинька?
Аликс оперлась на руку храброго рыцаря и направилась в спальню. Кларисса еще раз поглядела на Джинджер.
— Не жалеешь?
— Нет.
— И не завидуешь?
— Нет.
— Вот и правильно. У тебя еще все впереди.
Джинджер так и не рассказала матери о загадочном незнакомце с праздника. А Кларисса не знала, о чем спросить.
* * *
Завтрак ознаменовался неприятной новостью.
— Виконт останется у нас примерно на десять дней, — проговорил Лесли, намазывая хлеб медом. — У него неприятный перелом, ему бы полежать месяц, но у нас скоро будет свадьба, а потом и свадебное путешествие. Не думаю, что он будет здесь уместен…
— Почему бы не отправить его домой прямо сейчас? — Джин надула губки, показывая всем видом, что да, совершенно неуместен!
— Потому что лекарь задержался. Нога сильно опухла, и виконт ближайшие три дня даже встать не сможет, не то что в карету сесть.
— Его можно туда погрузить?
— Тогда есть опасность, что он останется без ноги. Да и пусть подпишет документы на развод, а уж потом…
— А потом пусть хоть шею себе ломает, — жестко проговорила Кларисса.
— Леди Брайс! — возмутился Люсьен. — Это жестоко!
— Жестоко — отдавать ему в руки беззащитного человека. А вдовой быть все же лучше, чем разведенной женщиной, и репутация семьи не пострадала бы, — намекнула Кларисса.
Леди Дженет швырнула салфетку на стол. До ее хворей и горестей никому не было дела. А раз так…
— Лесли, я хочу после обеда съездить в храм, помолиться. Ты составишь мне компанию.
Это прозвучало приказом, но Лесс не отказался.
— Как хочешь, мама… Джинджер?
— Да, я бы тоже съездила. Не в храм, конечно, прогулялась бы. Мама, Аликс?
— С удовольствием, — согласилась Клари. Аликс тоже кивнула.
— Замечательно. Я велю заложить карету.
— Мы не поместимся! — скрежетнула леди Дженет.
— Не волнуйся, мама, я поеду верхом.
Судя по лицу леди, она собиралась ехать вместе с сыном и наставлять его на путь истинный. Но у мальчика были другие планы.
* * *
Ивар Ривен коснулся плеча жены. Тиа недовольно дернула рукой, но не повернулась.
— Малыш, вставай. Солнышко встало…
— Я спать хочу.
— Все уже позавтракали.
— И что? Дай мне выспаться…
— Охота тебе было всю ночь сидеть с этим гаденышем, — Ивар скрипнул зубами, но спорить с женой не стал. Проще разрешить ей поиграть в милосердие, все равно скоро надоест. Для длительных и последовательных действий Тиа была слишком поверхностной. В этом они с Иваром разнились, как день и ночь. Тиа напоминала горную реку, весело прыгающую по камням, много шума, много брызг, но для чего-то вроде судоходства или сплавления леса просто непригодна. А Ивар иногда чувствовал себя скалой. Уверенной, спокойной, которая встречает брызги воды и стоически терпит. Что ж поделаешь… вода.
Это не мешало им жить душа в душу, но иногда утомляло.
Сходить, что ли, погулять по берегу? Взять с собой что-нибудь перекусить, книжку и посидеть где-нибудь. Почитать, поглядеть на море…
Тиана так не могла, ей это было недоступно, а вот Ивару требовалось уединение с собой и природой. Он давно приглядел пару уютных мест и, когда они гостили в Кон’Ронге, удирал туда от любящей родни. Вот и сейчас…
Скалы чувствуют напряжение земли, очень хорошо чувствуют, и Ивар не желал оказаться там, где извергнется вулкан. А рано или поздно это случится, кто бы сомневался. Леди Дженет просто еще не вступила в сражение по-настоящему.
Сказано — сделано. Ивар взял на кухне несколько кусков мяса с хлебом и отправился гулять. Сборник легенд Торадора оттягивал сумку, мужчина осторожно спускался по уступам к морю… если сейчас пройти по полосе песчаного пляжа, пока отлив, можно попасть в замечательную бухту. Можно пройти и поверху, но там дорога куда как хуже, там он пойдет обратно. А можно по обнажившейся полосе песка…
Ивар шагал, довольный собой и жизнью, и не сразу заметил следы на песке. А когда заметил…
— Ох ты…
На песке отчетливо выделялись следы. И они были…
Странные?
Да, несомненно. И явно не человеческие.
Ивар не был охотником, не был он и следопытом, но чуть-чуть в следах разбирался. И это был след не человека.
Или человека?
Ивар наклонился к следу, пригляделся, поставил рядом свою ногу, вдавил в песок.
М-да.
Он мужчина немаленький, под два метра ростом, да и весит соответственно, но если посмотреть, как вдавлен след… тот, кто прошел здесь, весил в два раза больше.
А еще сам след.
Как выглядит след человека?
Пятка, подушечка с пятью пальцами, если у человека болезнь, то след совсем плоский. Здесь явно была эта болезнь. След был плоским, отчетливо отпечатанным, но на пальцах…
Ивар готов был поклясться, что так в песке могут увязнуть только когти. И длинные…
Он погрузил пальцы в песок, выдернул их, пригляделся.
Да, нечто подобное.
И оно шло на двух ногах, потому что следы четвероногих — другие. Есть следы передних лап, есть задних, это видно…
Ивар тревожно огляделся вокруг.
Берег вдруг показался ему неуютным и опасным, море — холодным и подозрительным.
Где-то здесь ходило существо, о котором было известно, что оно весит в два раза больше самого Ивара и обладает когтями. А может, еще и скверным характером. И человеколюбием — не в смысле радости при встрече, а в смысле обеда.
Как-то мужчине расхотелось сидеть на берегу.
Ивар развернулся и направился обратно. Куда бы ни шло это самое, оно шло от Кон’Ронга. Он бы и не заметил ничего, вскоре все следы смыло бы приливом… то есть оно еще и маскируется.
Разумное?
Ивар предпочел не выяснять этот вопрос. Он-то уж точно разумный и старается пользоваться тем, что ему дал Создатель. А потому сейчас он отправится домой.
А вот стоит ли кого-то предупреждать?
Если только Лесса, и тихо. Остальные по берегу все равно не гуляют.
Ах ты ж!
Колин!
Обязательно надо поговорить с Лессом, как только он вернется.
* * *
Леди Дженет провела в храме около четырех часов.
Сначала она заказала молебен, потом пожелала его прослушать, потом долго разговаривала со жрецом, потом пожелала, чтобы Лесли тоже исповедался, раз уж они здесь, потом принялась давить на Джинджер, а когда девушка решительно отказалась, изобразила приступ слабости. Джинджер не сомневалась, что это только первый этап атаки.
Дамы успели нагуляться по деревне, выпить по кружечке эля в таверне, проголодаться и даже перекусить. Увы, из храма леди вышла с таким видом, что стало ясно — спокойной жизни не предвидится. Лесли предусмотрительно отгородился от матери двумя заслонами из леди Клариссы и Джинджер, а Аликс спрятал за себя.
— Мама?
— Лесли, у меня так тяжело на душе. Эта смерть в нашем доме, горе Кейт…
С точки зрения Клариссы, если Кейт и горевала, так только от потери заработков мужа.
— Да, я с тобой согласен, — неосмотрительно ляпнул Лесли.
— Вот. И я тоже думаю, что надо устроить молебен в замке и обязательно поститься дня три.
Джинджер переглянулась с матерью. Лично им это было не страшно, спать они могли и под молебен, и под звуки отцовской гулянки, а пару дней попоститься…
Когда денег не было, у них и такое бывало, даром что леди.
Но Аликс это вредно. Она-то ждет ребенка!
— Замечательная идея! — горячо поддержала Джин. — Лесли, мне так жалко, что мы еще не женаты, я бы тоже молилась и постилась.
Леди Дженет открыла рот. Джинджер развела руками.
— Я же пока не Кон’Ронг… Но я предупрежу на кухне, пусть готовят для нас троих отдельно.
Судя по всему, и то и другое было задумано специально для изведения гостей и должно было что-то показать… Что? Джинджер даже не собиралась задумываться.
Голодать она тоже не собиралась. Или пусть готовят для них отдельно, или закажут еду из трактира, или, в крайнем случае, они сами себе все приготовят. Леди без денег белоручкой быть не может по определению.
* * *
По возвращении леди Дженет отправилась в свои покои. И спустя минуту оттуда донесся такой дикий крик, что все, не сговариваясь, бросились вверх по лестнице.
Комнаты леди были…
Бардак?
Нет, это не то слово.
— Твою воблу! — протянула Джинджер, разглядывая обстановку.
Кларисса энергично поддакнула неподобающими леди выражениями. Впрочем, все равно ее никто не слышал. Все прибежавшие на крик были заняты — пытались закрыть рты и прийти в себя.
В комнате было переломано почти все. Вот просто все, до чего дошла рука. И не только в гостиной и молельне, но и в спальне. Медленно, очень медленно, Джинджер решила сделать шаг внутрь. Пригляделась.
Гостиная леди была обставлена мебелью, обитой бледно-розовым шелком. Наверное, юная Дженни Фрумс потрясающе смотрелась на фоне этого цвета, но сейчас, в возрасте, леди Дженет казалась похожей на ворону на розовом кусте.
Стол был перевернут, и у него отломана витая ножка. Кресла распороты, обивка приведена в негодность, и пух из них летал по всей комнате.
У шкафа отодраны дверцы.
Ковры содраны со стен и зияют дырами, шторы валяются в углу вместе с карнизами, одно из кресел просто застряло в буфете с посудой…
В спальне балдахин валялся на кровати, а когда Лесс осторожно приподнял его, оттуда вылетели клочья пуха — кровать тоже была разодрана.
В молельне неизвестный вандал изуродовал все иконы, сорвал со стен драпировки, изломал скамеечку для колен и алтарь…
В комнатах не осталось ни одного целого предмета. Даже обивка на стенах была сорвана и изодрана в клочья.
Ивар Ривен, который оказался ближе всех, на руках вытащил тещу и уложил внизу на диване. Леди Дженет не приходила в себя.
Прибежала Кейт и принялась хлопотать вокруг матери, а Лесли опять отправился наверх. Джинджер последовала за ним, леди Кларисса тоже решила пройтись и поглядеть. Аликс они единогласно оставили внизу, пусть посидит, а им там делать нечего. Ахать и охать дамы Брайс умели, лицемерить тоже, только не та компания внизу собралась, чтобы ради нее наступать себе на горло. Намного интереснее побывать наверху и внимательно все осмотреть. Обмороки — явление стандартное, а вот такие разоры — нет.
— М-да…
— Картина бездумного разрушения, — прокомментировала Кларисса.
— Вандализм ради чего? — Джинджер терялась в догадках.
— Сложно сказать. Лесли, многих твоя мать пытается… воспитывать? — Кларисса предусмотрительно проглотила крутящееся на языке слово.
Лесли развел руками.
— Мама бывает жестковата, но…
— Выйдите, пожалуйста, и закройте дверь, — попросила Джинджер, все это время глядящая куда-то в угол.
— Зачем?
— Хочу кое-что проверить.
Лесли переглянулся с леди Клариссой, и они послушались.
Спустя пару секунд из-за двери донесся слабый, едва слышный звон, и дверь распахнулась. На пороге стояла очень довольная Джин. У ее ног валялись осколки чудом уцелевшей вазы.
— Слышно?
— Да…
Лесли ухватил мысль почти сразу.
— Ты хочешь сказать…
— Почему этот погром не обнаружили раньше? Здесь сокрушили столько всего, и ничего не грохотало?
Лесли обвел разгром вдумчивым взглядом. А ведь верно, не беззвучно же все это проделано? И не мгновенно…
— Кто-то должен был знать, что мы уехали. И он знал, что мы быстро не вернемся.
— Мать и сама этого не знала.
— Она когда-нибудь быстро возвращается из храма?
— Нет.
— Сами комнаты, — подхватила мысль Кларисса. — Уж очень они удобно расположены, в самом конце коридора.
Лесли выглянул в коридор.
Ну да, мама облюбовала именно эти покои, и каждый раз проходит мимо всех дверей. А вот мимо нее никто не ходит, она говорит, что это действует ей на нервы.
— Теперь ей придется переехать, здесь пока жить нельзя, — Джин задумчиво повертела в руках лоскут розового шелка, приложила его к стене. — Мам?
— Да?
— Посмотри…
— Куда? — Лесли бараном уставился на стену.
Джин приложила лоскут, а потом кивнула маме.
— Придержишь?
— Сверху?
— Да, давай…
Кларисса послушно придержала лоскут обивки, а Джинджер растопырила пальцы и попробовала его оторвать.
Не получилось. Такой большой кусок она захватить не могла.
У того, кто рвал обивку, рука была больше раза в два.
— И это еще не все.
— А что еще?
— Посмотри сюда! — Джинджер показала на стену. Вполне отчетливо там виднелись несколько неглубоких следов. Царапины?
— Джин, это же…
— Мореный дуб, который твоя мама затянула розовым шелком. Кстати, почему?
— Тут раньше были отцовские покои, ее рядом. Но когда папа умер, она переехала сюда, сказала, что чувствует себя ближе к нему.
Кларисса с Джин обменялись понимающими взглядами.
— И изменила все до неузнаваемости?
— Не знаю, к чему она хотела быть ближе, но уж точно не к покойному мужу.
Вслух не было сказано ни слова, но женщины друг друга поняли.
— Лесли, а тут есть какие-нибудь тайники?
— Вряд ли. Есть в… в другом месте.
— Они нетронуты? Может, проверишь? А мы тебя здесь подождем.
— Ты думаешь, здесь что-то искали?
— Не нашли и принялись громить комнаты, — подтвердила Джинджер.
— Но я не вижу тайника…
— Это не значит, что его нет, не было и не заделали, — пожала плечами Кларисса. — Так мы ждем?
Лесли кивнул и быстро вышел из комнаты. Джин прошлась по гостиной леди Дженет, постукивая каблучками.
— В доме были Ивар, Тиана, Кейт с детьми, Сэндер, Люсьен и слуги.
— Кейт с детьми и Люсьена не считаем — они в другом крыле.
— Согласна. Кого еще убираем?
— Сэндера вычеркни.
— Люсьена, думаю, тоже. Был он слизняком, им и остался, впустить сюда кого бы то ни было он побоится. Тем более… когти.
— Думаешь, это был не человек?
— Абсолютно не представляю, что думать, — призналась Джин. — Надо выяснить, где были оставшиеся личности, ну, детей не считаем, слуг… не знаю. Допустим, горничная, которая здесь убиралась, или кто-то, кого эта карга вконец замучила своими молитвами…
— Возможно. Это ж надо быть такой ханжой и стервой!
— Мам, а что нового ты в этом увидела?
— Концентрацию и того и другого. Раньше мне таких не попадалось…
— Неужели неприятно увидеть нечто новое?
Кларисса фыркнула, что могло означать только одно. Век бы не видеть и радоваться.
— А мне вот, интересно. Погляди сюда…
В молельне Джин подняла с пола икону. Подумала и потащила к окну.
— Джин?
— Посмотри, мам…
Икону, видимо, сорвали неаккуратно. И отпечатки когтей на ней были видны отчетливо. Длинных, изогнутых…
— Это не человек, — решительно проговорила Кларисса.
— Не знаю, — Джин пожала плечами. — А если перчатки?
— И в перчатках один человек столько наделал? А как он сюда прошел?
— Леди Нэйра говорила про потайные ходы.
Дамы переглянулись. А ведь и верно, леди Нэйра…
Ладно, ее они потом расспросят, а сейчас…
Джин прицелилась, и икона вылетела в окно. Благо оно выходило на скалы и море.
— Вот так. И не было такого. — Девушка высунулась из окна, глотнула воздуха и поспешно спряталась обратно.
Она не сказала маме о том, что увидела. На камнях стены были заметны свежие борозды… но это уж точно не от когтей? Правда же? Это ж какие когти и какая сила должны быть, чтобы мореный дуб процарапать? С которым не каждый топор справится.
Бред…
* * *
Лесли вернулся очень быстро.
— Тайники нетронуты.
— Значит, просто хотели досадить твоей матери. Знать бы, кто и где был в это время…
— Сейчас расспрошу, — сверкнул глазами Лесс и отправился вниз.
Там было шумно и интересно. В суматохе не принимала участия одна Аликс, забившаяся в угол, остальные старались в меру своих актерских способностей.
Леди Дженет хваталась то за голову, то за сердце, она еще не решила, что у нее страдает больше. Кейт хлопотала рядом, то крича на слуг, то поднося матушке капли, от которых та отмахивалась с видом «уйдите-дайте-умереть-спокойно», то растирая леди Дженет кисти рук…
Рядом с мокрым полотенцем стояла Тиана, от которой сейчас также отмахивались. Темные глаза женщины горели нешуточным любопытством. Ивар Ривен удобно устроился неподалеку от Аликс и наблюдал за происходящим. Люсьена не было, видимо, он сейчас был с Сэндером. Джин заметила себе зайти к нему, расспросить.
Откуда-то взялась леди Нэйра, которая присела рядом с Аликс, обняла женщину и принялась шептать нечто успокаивающее. Лесли благодарно взглянул на нее и направился к Ивару.
— Поговорим?
— Выйдем? — иронично откликнулся мужчина.
Шутку Лесли не принял.
— Ты где был, когда все это устроили?
— Гулял, — честно признался Ивар. — Дошел до рыбацкого поселка, выпил кружку пива, вернулся обратно. Можешь расспросить, я скажу, с кем пил.
— Долго ты гулял?
— Почти шесть часов, — честно сознался Ивар.
— Удрал из дома? — Лесли посмотрел с подозрением, но крыть было нечем.
— Я сначала дал круг по берегу, потом прошел в поселок, — Ивар вздохнул. — Мне тоже надо бы с тобой поговорить.
— О чем?
— Я сегодня видел на песке следы. Странные…
— То есть? — насторожился Лесли. Если в Кон’Ронге какой-нибудь хищник, надо его быстро выловить, а то еще наворотит дел, не хватало, чтоб кто-нибудь пострадал…
— С когтями. Только след почти человеческий…
Лесли прикусил губу.
Ивар ведь не знал о том, что сказала Джин. Никак не знал. Но тогда…
— Где ты их видел?
— Завтра покажу.
— Хорошо. Спасибо.
— Не за что.
— Оставь меня в покое, ты… неудачница! Никогда от тебя ни пользы не было, ни добра! Дура! — взвился под потолок голос леди Дженет. Кейт всхлипнула, бросила стаканчик с микстурой и опрометью вылетела из комнаты. Лесли покачал головой.
Зря мама, конечно…
— Тиа…
Сестра кивнула и хотела было выйти за Кейт, но леди Дженет вцепилась мертвой хваткой.
— Останься! Мне плохо! Подай воды!
Тиана бросила взгляд на дверь, но повиновалась. Джинджер вздохнула и вышла вон. Еде там покои Пирлена?
Как она и ожидала, Люсьен был там.
— Добрый вечер, Люс.
— Джин…
Мужчина стоял в дверях, но ему ли было загораживать путь Джинджер. Девушка просто смела его в сторону, словно веник — паутину.
— Сегодня у леди Дженет украли колье с бриллиантами. Еде вы были после обеда?
Люсьен аж задохнулся от возмущения.
— Ты намекаешь…
— Что ты мог видеть вора. А ты намекаешь на что-то другое? Пирлен, — Джинджер улыбнулась прямо в лицо опешившему от такой наглости виконту, — где вы были после обеда?
— Здесь.
— Один?
— С Тиа… леди Ривен! А по какому праву… — опомнился аристократ. Увы, тщетно. Джинджер уже повернулась к нему спиной.
— Люсьен?
— Сидел в библиотеке, — честно сознался парень. — Один.
— А пожевать тебе туда ничего не приносили? — Джинджер отлично знала привычки Лоусона, и ее безумно коробило, когда тот жевал пирожки, не отрываясь от книги, а иногда еще и жирные отпечатки на страницах оставлял. Читать Люсьен любил, видимо, прячась в книгах от слишком властной матушки, а вот уважать книгу не научился.
— Ну да…
— Значит, слуги тебя там видели, — кивнула Джинджер. — Отлично, сейчас спрошу у Тианы, была ли она здесь, и вы все трое вне подозрений. Плохо, я надеялась, хоть кто-то вора видел…
Джинджер повернулась и выплыла из комнаты прежде, чем мужчины успели опомниться и поинтересоваться, по какому праву она ходит, спрашивает и интересуется.
Хлопнула дверь.
Сэндер поглядел на Люсьена.
— И это на ней ты хотел жениться?
— Мама хотела…
Люсьен передернулся. Да уж, радостная бы его ждала жизнь, даже думать не хочется.
Сэндер тоже смотрел и думал, что развод — не худшая идея. Аликс всегда была податливой, мягкой и уступчивой, но кто знает, чего она нахватается от этой стервы? Уж точно ничего, подобающего хорошей жене…
* * *
К Тиане Джинджер не пошла, вот еще не хватало. Вместо этого она тихонько подошла к леди Нэйре.
— Леди, а вы…
— Где я была после обеда?
— Ну да…
— Джин, мне нечем похвастаться. Я просто уснула. Возраст у меня уже не детский, вот я и воспользовалась моментом, чтобы отдохнуть после ночных приключений.
Джинджер кивнула.
— Спасибо.
— Да не за что, все в порядке. Думаешь, вы найдете, кто это?..
— Уверена, что не найдем. Но хоть голову поломать, — честно призналась Джин. — Знаете, там такие лапищи… представить страшно.
— Не знаю. Давай отведем Аликс наверх, она устала.
— А ужин?
— Я принесу что-нибудь с кухни, — махнула рукой леди. — Разберемся.
— Спасибо, — Аликс поглядела с искренней благодарностью.
Джин погладила ее по блестящим волосам.
— Я должна была сама подумать. Пойдем, сестричка…
— Пойдем…
* * *
Кейт ворвалась в комнату ураганом и прислонилась горящим лицом к стене. Жестокие слова матери горели в мозгу огненными символами.
Дура!
Неудачница…
Мама, за что?!
Больше всего на свете Кейт хотела, чтобы мама ее любила. Просто любила, как Лесса, потому что тот — есть. Или как Тиа… только вот отец хотел, чтобы она родилась мальчиком, и мама хотела, а Кейт всех разочаровала с самого рождения. И хоть бы она была красивой, так нет же! Невыразительное лицо, мальчишеская фигура…
Кейт рано поняла, что ее не любят, и так же рано начала битву за родительскую любовь. Напрасную битву, проигранную еще до ее начала…
Леди Дженет было неважно, жива ее дочь или нет, что там какая-то любовь? Без ответа оставались и принесенные девочкой цветы, и криво вышитые платочки, и даже скандалы, истерики, крики…
Когда Тиана сбежала с Иваром, было все. Вплоть до хватаний за сердце и стонов о смерти матери.
Когда то же самое сделала Кейт…
Что еще можно от тебя ожидать? Нашла ж себе идиота…
Тиана все передала, как было.
Вот и сейчас… ее выгнали, Тиана осталась.
Ну почему, за что так?!
За что?!
— Мам? — Колин коснулся плеча Кейт.
Женщина резко развернулась к сыну.
— Уйди от меня!
— Мама?
— Уйди! Глаза б мои тебя не видели! Ненавижу тебя! И отца твоего ненавижу!!! — Кейт просто орала в истерике, выплескивая все то, что не досталось матери. Неустроенность, зависть, злобу, сломанную жизнь, все проблемы, которые создавал Ивар, а решала она…
Колин попятился, не сводя глаз с лица матери.
— Уйди!!!
Голос Кейт взвился до визга. За стеной заплакала Эллина, и Колин нырнул к малявке. А Кейт с размаху швырнула в стену вазу, с мстительным удовольствием проследила, как та осыпается золотистыми осколками, и выскочила за дверь. Пожалуй, ей надо посидеть на башне. Одной. А то она кого-нибудь убьет.
* * *
Колин гладил малявку по голове и тоже смотрел на дверь.
Так-то. Никому он не нужен.
Мать его ненавидит, отец умер, Эллина… этой все равно, что он жив, что нет его… о ней мать заботится, кормит ее, купает, платья шьет. А он…
Его мать ненавидит.
Единственный, кто его любил, это отец. А отец умер.
А если бы Колин тоже умер, мама бы плакала?
Она не хочет его больше видеть. Она не плакала бы…
Ну, раз так! И не увидит!
Решения Колин принимал быстро. Раз уж мать так хочет… он избавит ее от лишнего и ненужного сына, пусть не беспокоится. Вот только соберет все, что ему понадобится. Но сначала успокоит малявку. Она ж не виновата, что его никто не любит…
Его любил только папа, а папа умер. Вот Колин к нему и отправится, почему нет? В храме говорят, что смерть — это миг, а потом будет жизнь вечная. А миг он потерпит, это не страшно.
Никто не объяснил мальчишке, что смерть, может, и миг, а вот насчет вечной жизни — вопрос сложный. Никто ведь оттуда не возвращался, никто не знает точно, как там…
Колину такое даже в голову не приходило. Мальчику было просто очень-очень больно, и как унять эту боль, он не знал. А что делать — тоже.
Перерезать себе вены?
Это было больно, Колин несколько раз резался. И не хотелось — спасти могут, если найдут не вовремя.
Травиться? Тоже надо знать чем, а то стошнит еще, и все труды напрасно.
Броситься с башни?
Можно. Но высоту Колин не любил и побаивался. Так что же остается?
Море.
Можно прийти с утра на берег и с отливом войти в море. А дальше — оно понесет тебя вдаль, оно легкое, теплое, уютное, и плавать Колину нравилось… почему нет?
Пусть будет море.
Колин прищурился на небо.
Эллина наконец замолчала. И до отлива немного осталось, он начнется около трех часов ночи, прилив около девяти утра… к тому времени все будет кончено.