Глава 9

Спустя неделю…

Последний чемодан был закрыт и вынесен слугами из комнаты. Салли стояла у двери и потирала платочком глаза, словно я покидала замок не на месяц, а навсегда. В какой-то миг она и вовсе разрыдалась и убежала прочь. Мы с изумрудным комком наконец-то остались наедине.

– Веди себя там пр-рилично, – поучительно начала Лапка, и я усмехнулась. Так раз за разом говорил отчим, отправляя меня в новый пансион. Теперь любимица взяла на себя его роль. – На мужчин не глазей, голову не тер-ряй. И не волнуйся, я пр-рисмотр-рю за хозяйством.

Мои брови взлетели вверх от удивления.

– Будешь сторожить кур от лап диких зверей или помогать пастуху пасти овец с коровами?

– Зачем? – фыркнула она. – Пусть ими занимается скотник, а я займусь пр-роглотом и платяной молью. За ними нужен глаз да глаз.

Я не сдержалась и захихикала, но вскоре по щекам потекли слезы. Как мне будет ее не хватать!

– Не р-разводи здесь болото. Его на улице полно. Да и чего ты? Вон сколько всего вытор-рговала у его светлости: особые условия пр-роживания, экипаж, новый фолиант по пор-рталам. Я слышала, он обошелся гер-рцогу в две сотни талер-ров.

– Ничего себе! – ахнула я. – Хотя чему удивляться? Эта книга уникальна. Она стоит выложенных денег.

Раздался предупредительный стук, и в комнату вошел дворецкий.

– Леди Алексия, карета готова и дожидается вас у входа.

– Спасибо, Хант! Скоро спущусь, – я дала понять ему, что хочу попрощаться с изумрудным комком.

Как только он вышел, я подхватила любимицу на руки и прижала к груди. Она льнула ко мне, терлась мордочкой о подбородок, о щеку. Даже по истечении пяти минут объятий, я не смогла ими насытиться. Тем не менее настало время отправляться в путь. Поставив Лапку на пол, я легонько потрепала ее по голове, накинула на плечи плащ, взяла ридикюль и покинула комнату.

В холле оказалось на удивление людно. Помимо Салли и дворецкого, пожелать мне удачной дороги спустились Джастина и лорд Эткинсон. Его светлость выглядел сегодня хмурым и чем-то крайне обеспокоенным. Хотя, возможно, не только сегодня. Мы не виделись с ним с того самого дня, когда я ответила согласием на предложение, внеся еще два пункта в соглашение. Получив желаемое, он не проявлял ко мне больше интереса. Даже книгу герцог передал через Ханта.

Я тоже решила не испытывать судьбу и ни разу за неделю носа не высунула из спальни. Занималась сборами, изучением нового фолианта, чем угодно, только бы не думать о брюнете, не вспоминать, как он страстно целовал меня…

Платяная моль настолько была рада моему отъезду, что не могла скрыть своей радости. Впрочем, даже не пыталась. Она улыбалась во все тридцать два зуба и чуть ли не пританцовывала от нетерпения помахать мне ручкой.

– В пансионе вас ждут завтра вечером. В противном случае, леди Барбара поднимет тревогу. Надеюсь, вы сдержите свою часть уговора и мне не придется искать вас по всей империи, – лорд Эткинсон держался со мной подчеркнуто холодно и несколько отстраненно.

Я прижала ридикюль к животу и сделала глубокий вдох.

– На этот раз проблем не возникнет, ваша светлость. Я намерена выполнить обещание, – мне стоило больших усилий выдержать его прямой взгляд и не опустить глаза.

– Рад слышать, леди Алексия. В империи сейчас довольно спокойная обстановка, и я уверен, что по пути не случится ничего плохого, тем не менее с вами в качестве сопровождающего отправится стражник.

– В этом нет необходимости, – попыталась я возразить, но брюнет был непреклонен.

– Излишняя осторожность не помешает. К тому же ему поручено позаботиться о вашем ночлеге.

«Как же, охранник! – фыркнула я в мыслях. – Самый что ни на есть надсмотрщик!»

Под видом заботы и внимания герцога скрывалось желание держать ситуацию и в частности меня под контролем. Сказал бы сразу, что не доверяет мне и намерен перестраховаться.

Собственные умозаключения породили волну негодования, которая со скоростью цунами пронеслась по телу. На щеках выступил румянец. В глазах цвета расплавленного золота тут же вспыхнул вопрос, на который отвечать я не собиралась. Да и вообще, находиться рядом с лордом Эткинсоном с каждым мгновением становилось все сложнее. Его холодность убивала меня, разрывала сердце, злила еще больше. И этой пытке пора было положить конец.

Я натянула повыше перчатки, давая всем понять, что ни секундой дольше не намерена здесь оставаться, и задиристо произнесла:

– Кучер наверняка уже заждался меня, не стану больше испытывать его терпение. Всего доброго, ваша светлость, леди Джастина! – Салли и Ханту я просто кивнула в знак прощания.

Ответа не последовало. Прошла секунда, другая, третья… но герцог продолжал молчать, словно хотел оттянуть момент прощания. Время летело, и лед таял в его глазах. Или мне показалось?

Спустя целую вечность лорд Эткинсон все-таки вымолвил:

– Желаю и вам того же, леди Алексия, – его тон заметно смягчился. – Надеюсь, месяц в пансионе пойдет на пользу вам и вашим исследованиям. Если что-то понадобится или пойдет вразрез с договоренностью, пишите, постараюсь тотчас все уладить. К исполнению основного пункта соглашения я приступлю, как только получу известие от леди Барбары о вашем успешном приезде. О результатах сообщу в письме.

– Благодарю, – холодно отозвалась я и поправила полы плаща.

– Удачного пути, – елейным голоском пожелала платяная моль и ехидно улыбнулась.

Очевидно, в «Высшем свете» меня ждал особый прием, по индивидуальной программе… Ничего, справлюсь! Высоко вскинув голову, я устремилась к выходу и до самого крыльца ни разу не оглянулась. Хотя неустанно чувствовала на себе пронзительный взгляд его светлости.

Едва забралась в экипаж, наклонилась вперед, чтобы задернуть занавески. Я не хотела видеть, как исчезает вдали «Черный дракон», который многие годы считала своим домом. Подобная картина каждый раз разрывала мне сердце, заставляла плакать. Но стоило заметить статную фигуру герцога у парадных дверей, рука так и зависла в воздухе. Как у хозяина замка, у него было немало важных дел, тем не менее он предпочел выйти на улицу и провести карету взглядом, нежели вернуться к ним. Зачем?

Раздался свист кучера, и лошади тронулись с места. Я тотчас расслабленно откинулась на мягкое велюровое сиденье. Во владении лорда Эткинсона имелось несколько карет, и он не поскупился предоставить мне для путешествия самую новую, что было крайне любезно с его стороны. Помимо того, на полу стояла корзина, полная еды и напитков, на скамейке лежали теплый плед, несколько мягких подушек, книга. К моему удивлению, детектив. Вряд ли подобное пришло в голову Салли или дворецкому. Очевидно, за заботу следовало благодарить опекуна.

Еще я обнаружила среди вещей… грелку! На первый взгляд, самый обычный кожаный бурдюк, который при надобности заполнялся горячей водой. Однако покрутив его в руках и обнаружив коротенькую записку с заклинанием, пришла к выводу – это артефакт. Находка настолько сильно удивила меня, что я впала в ступор.

В чувства привел топот копыт и скрип рессор приближающейся кареты. Она пронеслась так быстро, что мне чудом удалось различить герб на лакированной черной дверце. Экипаж принадлежал отцу лорда Эткинсона. Похоже, не у одной меня не задался сегодня день. Герцога ждал неприятный разговор, меня же ждала дорога. Долгая и нудная. А когда из серого марева, заменявшего последние дни небо, начал накрапывать холодный дождь, я поняла, что путешествие будет отвратительным. Старинная кладка давно вросла в землю, быстро образовалось болото. Кони переставляли ноги с характерным чавкающим звуком. Скорость передвижения сильно снизилась, к тому же карета то и дело подвергалась ужасной тряске.

Настроение стремительно портилось, однако в какой-то миг я сделала глубокий вдох, накинула на плечи плед и активировала артефакт. Приятное тепло без промедления обволокло все тело. С моих губ слетел довольный стон, а глаза закрылись сами собой от наслаждения. Просидев так какое-то время, я достала из корзины круассан с малиновым джемом, открыла предложенную герцогом книгу и погрузилась в мир загадок.

⁂

Один час размеренно сменялся другим. На улице начало смеркаться, когда неожиданно заржали лошади, а карету тряхнуло так сильно, что я с криком ударилась затылком о заднюю стенку. Стоило потереть ушибленное место и поднять слетевшую с колен книгу, экипаж замер как вкопанный. Видимо, кучер слишком резко натянул вожжи, что и привело к резкому торможению.

– Что там у тебя? – прокричал Робин – мой надсмотрщик и охранник в этом путешествии – и сдержанной рысцой прогарцевал вперед, к возничему.

Желая понять, что происходит, я выглянула в окно и ощутила, как по спине пробежал озноб. По обе стороны дороги и далеко вдали чернел лес, густой и непроглядный. В душе шевельнулись нехорошие предчувствия.

Заметив меня, стражник тотчас развернул коня, на котором проделал многочасовой путь от Бринфилда, и устремился ко мне.

– Почему мы остановились? – спросила я, едва он приблизился.

– Возникла заминка. Упавшее дерево перегородило путь. Но волноваться не о чем. Уверен, это следствие бури, – Робин был спокоен и не выказывал ни тени беспокойства.

– Не знаю, не знаю, – покачал головой кучер, ставший свидетелем нашего разговора. – Слишком ровно оно лежит. Лучше скорее сдвинуть его в сторону и убраться отсюда. Один я не управлюсь. Поможете мне?

– Тебе повезло, старик, что я молод и силен. Еще и воздушник второго уровня! – горделиво выпалил охранник, желая вызвать у меня восхищение, только я не оценила хвастовства. – Потерпите немного, мисс. Сейчас освободим дорогу и продолжим путь. Ройвуд уже совсем близко, а оттуда до гостиницы рукой подать.

Несмотря на заверения охранника, что бояться нечего, я была другого мнения. Об этом без устали верещала интуиция. Стоило мужчинам отойти от кареты, сама не знаю зачем, я начала укладывать в ридикюль бутерброды, а под платье запихивать грелку. Расстаться с ней в такую погоду, значит, заболеть. Возможно, я просто запаниковала, но кто знал, чем закончится сегодняшний день.

– Готово! – прозвучал голос Робина, и с моих губ слетел облегченный выдох.

Я снова выглянула в окно и… со стороны леса раздался громкий треск.

– Что это? – встревоженно прохрипел возничий.

– Без понятия. В любом случае, нам стоит немедленно убраться отсюда, – прокричал охранник, взбираясь на вороного жеребца.

Не успел кучер и шага ступить, как послышался низкий гул. Сложно было разобрать, откуда доносился звук, однако он нарастал с устрашающей скоростью.

Внезапно все стихло, но уже в следующий миг рядом с экипажем в небо взвился огненный столб искр, раздался оглушительный хлопок. Схватившись за руку, Робин вскрикнул. Сквозь пальцы проступала кровь, которая в сумраке казалась почти черной. Охранник побледнел, а затем… развернул коня и поскакал прочь.

– Трус! Подлец! – крикнула я вдогонку, только моя гневная тирада нисколько его не остановила, а гул тем временем возобновился.

«Нужно немедленно бежать! – пришла в голову мысль. – Вдруг удастся найти спасение в чащобе леса?»

Я схватилась за ручку, как дверь слетела с петель, и моим глазам предстал здоровенный гризли. Приглядевшись получше, я поняла, что никакой это не гризли. Или все же существуют медведи с парой зеленых глаз и закрученными в спираль бараньими рогами на лохматой башке? Ужас холодными пальцами вцепился в сердце. Я едва чувств не лишилась, увидев эту тварь. Казалось, ожил худший мой кошмар.

– Она там? – послышался внезапно голос, напоминающий блеяние овцы.

– Где же ей еще быть? Гы-гы-гы! – захрюкало исчадие ада и протянуло ко мне когтистую лапу.

Вероятно, у меня помутился разум, раз я схватила ридикюль, хорошенько отвесила им по волосатой морде и воинственно прокричала:

– Тронешь – сделаю из тебя отбивную! Бери золото и убирайся!

«Гризли» помотал головой и оторопело уставился на меня. По всей видимости, он не ожидал подобного сопротивления, которое, собственно, и привело его в замешательство.

– Чего так долго?

С этими словами за плечами лохматого исчадия ада появился еще один «красавчик» с парой горящих оранжево-красных глаз. Растительность на сморщенном лице практически отсутствовала, виднелся четко выраженный лоб, подбородок. Его запросто можно было бы принять за человека, если бы не заостренные уши и пятачок.

– Хватай ее и пошли! – проблеял он, но «гризли» лишь гулко сглотнул. – Что на тебя нашло? Девицы испугался? Да она сама сейчас в обморок грохнется. Смотри!

Внезапно глаза свинорыла загорелись красным огнем, щеки покрылись белой шерстью, а в пасти синей слизью заблестели два ряда акульих зубов.

– Забирайте ценности и уходите прочь! – повторила я на удивление спокойно, хотя внутри все дрожало от страха.

– Не грохнулась, – разочарованно заключил тот, что с пятаком. – Что ж, придется поработать над ее сознанием.

Я не успела пошевелиться, как он схватил меня за запястье и рывком выдернул из кареты. Упав на землю, я проехала животом по скользкой грязи и уже в следующий миг оказалась в когтистых лапах «гризли», затем и вовсе болтающейся у него на плече. Свинорыл незамедлительно коснулся моего лба двумя шершавыми пальцами, и перед глазами замелькали алые и черные сполохи. Я сражалась с ними, как могла: крутила головой, крепко зажмуривалась, но они не исчезали. Еще одно неприятное прикосновение «красавчика» – и на меня лавиной обрушилась тишина, которая укрыла сознание, как купол, заставив отключиться.