Глава 8

Все же королеве удалось меня задеть. Настроение ползало у плинтуса, а где настроение — там и прода. Каждое предложение давалось как километр в середине марафона, когда уже нет никаких сил, только страх опозориться и злость на саму себя — неужели не смогу?!

Завтра народ будет ждать проду, а я отключусь и так и не напишу ни кусочка… мало того, что растеряю аудиторию — так еще и схлопочу кучу претензий. В онлайн-написании книг тебе не прощают пропусков, порой за нерегулярные проды меня даже грозились оштрафовать через всевозможные организации по защите потребителей. К счастью, большая часть читателей все же понимала, что иногда ты приходишь с работы (в моем случае после редактуры или чистовой вычитки рукописи) — и просто падаешь лицом в подушку. И только котик, если он есть, ложится прямо на голову, красноречиво намекая: вот оно, хозяйка, твое больное место.

Но все равно пропускать не хотелось. Хотя бы назло этой курице, которая обхамила мое творчество. Тоже мне, фанатка Агнес Фейл. Наверняка вручала ей какую-нибудь премию за самое длинное предложение в истории. Или слушала доклад “Пять сантиметров свободы: оголенные брови как символ сексуальной революции”.

Я вдруг с удивлением поняла, что бешусь даже не из-за обидных слов в адрес “Замуж можно не ходить”, и не из-за почитания королевой бездарной конкурентки, а скорее из-за близости Адриана к венценосной особе. Спас он ей жизнь! А что ж жену не спас? Позволил усвистать в другой мир, подставив меня?

Интересно, было ли между королевой и Адрианом что-то? Она, конечно, его постарше, но вполне красивая и, как мне показалась, смотрела на супруга Марго совсем не отеческим взглядом. А тот словно не замечал, но вдруг лишь потому что рядом с женой следовало блюсти приличия?

Мысли о тайной связи королевы с верным стражем настроили на нужный лад, и Андрюша, обзаведшийся внешностью, подозрительно похожей на Адрианову, как раз был застукан героиней в обнимку с любовницей в его кабинете. Из вредности любовницу сделала старше и стервознее. И даже выглядывающую резинку чулок описала, надеясь, что утром у столпа не образуется гора трупов с сердечным приступом в анамнезе.

Когда закончила писать, дом давно спал и только я, словно ужас на крыльях ночи, кралась к выходу. Помня о прошлых ошибках, действовала осторожно и бесшумно, чтобы не разбудить Эрика. А то ведь опять увяжется за мной. в целом я ничего против не имела, но мы еще с прошлого раза не помирились, да и он явно дулся на нас с Мартой за спектакль с платьем, поэтому сегодня я предпочла бы все же остаться одной. В конце концом, повесить листок с текстом на столб — это не самая сложная и опасная задача. Справлюсь без помощников.

Прокралась словно мышка, нигде ничего не задела, ничего не своротила. Видимо, не все у меня потеряно! Не выйдет писательница, подамся в домушницы. Я выскользнула на улицу и направилась в сторону своего любимого столба под тусклым светом редких фонарей.

Пока бодро шагала до места, естественно, думала над новой сценой, чтобы скоротать время и не обращать внимания на слегка пугающие причудливые тени. Это вообще нормально выпадать из реальности, размышляя над тем, какую бы каверзу организовать героям на пути к счастью.

В таком состоянии автор обычно задумчив, невнимателен и, что греха таить, уязвим. Когда на меня из подворотни выдвинулась та самая пугающая тень, я даже не заметила. Высокую, закутанную в темный плащ фигуру обнаружила только когда она появилась прямо передо мной. И сразу же сделала три вещи.

Заорала, со всей дури впечатала каблук в ботинок недоброжелателя и воткнула перо в глаз. Нет, конечно, в глаз это сильно сказано. Воткнула, до куда дотянулась, то есть ниже шеи, но выше пупка. Сломала перо, и тут же замахнулась, чтобы все-таки достать до глаза, только уже кулаком, но услышала возмущенно сдавленный рык:

— Марго! Послали же боги женушку! Ты что творишь?

Адриан отскочил и теперь смотрел обиженно, насколько я смогла рассмотреть выражение его лица в рассеянном теплом свете.

— А ты что тут ходишь?! — перешла в наступление я.

Не признаваться же собственному мужу: прости дорогой, не признала. Темно, знаешь ли, и вообще я не о том думала, да и вижу тебя… раз пятый — и это если меня арифметика не подводит, а с ней частенько случается.

— Такой же вопрос могу задать и тебе, — отозвался он и укоризненно добавил: — Благовоспитанные леди сидят дома ночами.

Адриан при этом так смотрел, будто ждал, что я устыжусь и покаюсь. Тут я, конечно, герцогу не завидовала. Ему, наверное, обещали фею с экзотическим цветом волос, а досталась писательница. Это обидно, не спорю, но я-то в чем виновата?

— Проду пошла вешать, — несколько смущенно отозвалась я и отступила, спрятав руки за спиной.

Боже, как неловко! Я побила собственного мужа и стража Ее величества. Даже Адриан такого не заслужил, он вообще в последние дни будто реабилитировался и слегка… перестал быть придурком. А если бы я все-таки воткнула перо ему в глаз?! Надеюсь хоть синяков не осталось. У меня, конечно, было оправдание — я защищалась. Но кто вообще, защищаясь, тыкает противнику в глаза острым предметом? Преподаватель по самообороне бы мной гордился.

— А почему одна? — грозно спросил Адриан и сделал шаг вперед, нависая надо мной.

Видимо, рассчитывал подавить своей мощью, раз не получилось авторитетом.

— Ну… — Я пожала плечами. — Все спят. Не лишать же людей сна ради искусства.

— Тебе нельзя вешать проду.

— И это еще почему? — Я хищно прищурилась, мигом забыв, что еще недавно ужасалась чудом не нанесенным увечьям.

Нельзя вставать между писателем и народной любовью.

— Читатели ждут!

— Королева тоже не дремлет, — ответил Адриан. — Она выставила охрану возле твоего столба.

— Это еще зачем?

— Хочет увидеть кон… — Муж споткнулся на полуслове, сильно меня заинтриговав, и добавил. — Наглую писательницу, оскорбляющую своими писульками честных граждан.

— А как же теперь быть… И что делать? — с тоской спросила я.

Адриан с надеждой предложил:

— Домой идти?

— Нет. Точно не домой. Нужно искать другое место. Ты ведь мне поможешь? — попросила я.

Для убедительности похлопала ресницами и сделала жалобное выражение лица. Моим героиням всегда помогало. И о чудо, в реальной жизни тоже сработало неплохо. Адриан вздохнул и кивнул.

— Хорошо. Помогу. Но… — он сделал паузу. — С одним условием.

— С каким?

На всякий случай я приготовилась к самому худшему. Вот только что именно в новой жизни худшее — хороший вопрос. Как-то я уже не могу ответить на него с однозначной уверенностью. Но на этот раз Адриан не стал включать властного му… жчину:

— Ты со мной завтра поужинаешь, — ошарашил меня он.

Голодает что ли? Или кухарку обидел, и она теперь готовит ему пересоленную еду?

— Да не вопрос, приходи к нам, — согласилась я. — Какие проблемы? Накормим в лучшем виде.

— Наедине, — уточнил нахал, но я была непреклонна.

— Тетушка и Марта тоже хотят кушать. Завтра в семь у нас или я сама найду столб, без всяких там стражей.

Возможно, меня на нем и повесят, зато последнее слово за мной. Ну и еще ужин наедине немного пугает. Это все-таки не мой муж. Я-то ладно, могу представить, что просто встретила интересного героя ромфанта во плоти. А вот Адриан понятия не имеет, что женщина, с которой он связал судьбу, испарилась, и вместо нее я.

— Хорошо, договорились, — не стал спорить Адриан. Даже удивительно.

— И принеси с собой еду.

— Серьезно?

— Ладно, принеси с собой вкусную еду, — сдалась я. — Обычную мы приготовим сами.

— Вкусную еду? — Адриан озадаченно приподнял бровь. — И что для тебя вкусная еда?

Пришлось, вздохнув, пояснить:

— Тортик, желательно такой… — Я мечтательно зажмурилась, представляя, что бы хотела съесть. — Шоколадный, сверху покрытый шоколадом, внутри с шоколадом и можно с вишенками. Принесешь?

Тортик перед глазами встал настолько реалистично, что захотелось рыдать, потому что сейчас его не было, а до завтра нужно еще дожить. А если Адриан перепутает и принесет не тот? Мужчины обладают удивительной способность к автозамене, причем происходит она порой без их участия, как-то сама. Говоришь “дорогой, купи шампанского и ананасов”, а он вечером — “милая, вот тебе пиво и чипсы, как просила”.

— Марго, ты не больна? — подозрительно поинтересовался Адриан, и подумала, что снова застыла, как изваяние, погрузившись в мысли и не реагирую на реплики, поэтому осторожно отозвалась.

— Я? Ну, может, немножечко, на голову…

Это я на всякий случай. Вдруг у Марго в этом мире аллергия на вишню? Или они вообще не знают, что такое шоколад? Да нет, знают, конечно. И аллергии у меня нет, мы же одинаковые!

— Ты же не ешь сладкое, так как оно может плохо сказаться на фигуре.

— Я?! На фигуре?!

Мы посмотрели друг на друга и, клянусь, подумали об одном и том же! А именно как вдвоем сожрали целую тарелку пирогов и остановились исключительно потому что они кончились.

— Гм… да, и правда, какая досада, — пробормотала я. — Ну, зато полакомятся Марта и тетушка. Так принесешь?

Я сглотнула слюну и заискивающе заглянула мужу Марго в глаза. Оказалось, на него не действовал взгляд котика из мультика “Шрек”. Подозреваю, потому что он этот мультик вообще не видел, а изобразить у меня получилось примерно так же, как если бы я вздумала повторить концерт Рианны — никак или даже, возможно, слегка страшненько.

— Хорошо. Я принесу тебе лучший шоколадный торт, который смогу найти. Но в последнее время ты меня удивляешь. И… — Он подошел ближе на шаг, заставив вздрогнуть. — Признаться, интригуешь.

Я сглотнула и замерла, не зная, что ответить, но ответа и не требовалось. Адриан сменил тему.

— Ну что? Пошли искать, куда привесить твою, как ты сказала «проду».

— Пойдем, — согласилась я. — Будем искать другой любимый столб.

Господи, я как собачка на выгуле. Почему в этом мире не придумали литературные порталы с удобными читалками, подписками, промокодами и автоматической заливкой проды прямо из ванны с душистой пеной? Я хихикнула, вспомнив, как однажды перепутала файлы и случайно залила в проду черновик. В нем читателям открылась вся моя переписка с редактором — мы имели поганую привычку общаться прямо в файле. И порой не стеснялись в выражениях.

— Столб — не вариант, — сказал Адриан. — Ее величество предвидела такой вариант. Страже в центре даны указания обращать внимание на всех, кто ночью трется у столбов с объявлениями. Не хочу провести всю ночь в тюремной камере, а потом еще и объясняться перед королевой.

— Вот ведь сссс… — прошипела я, а муж прижал палец к губам.

— Тссс… Марго, королева же!

— Ну а что? Я говорю, суровая женщина! Скажи?

— Суровая, — согласился он. — Так, где вешать будем?

— Есть у меня одна идейка, — довольно заявила я и бодрым шагом направилась по улице, позволив Адриану следовать за мной.

— Не хочешь поделиться?

— Почему бы и нет. Мой текст будет висеть, где нет и никогда не было ни одной книги Агнесс Фейл. Круто ведь?

— Заинтриговала.

— А то!

— Я надеюсь, это не ворота дворца? Там, если что, тоже есть стража.

— Нет.

— И не входная дверь моего дома?

— И кто там будет меня читать? Твоя злобная экономка с комплексом буфетчицы?

— Она не…

Он осекся, и я фыркнула. Кто-то в безвыходном положении: сам свалил вину за то, что мне не дали еды, на прислугу. Теперь или признавайся, что оклеветал бедную женщину, либо соглашайся. Я улыбнулась и свернула к книжному магазинчику с раздражающим продавцом. Просто великолепная мысль, устроить маленькую месть и порадовать читателей.

— И почему именно тут?

— Ну во-первых, место проходное, — посвятила я Адрина. — Тут не продают любовные романы, а значит, совсем нет конкуренции, но есть читатели. Ну и здесь просто до невозможности бесючий продавец. Ты даже не представляешь насколько!

— Твой текст на двери выведет его из себя?

— Ты даже не представляешь как! — довольно улыбнулась я и захихикала, предвкушая.

— И чем он тебя так достал?

— Он меня оскорбил, если не ошибаюсь, два раза. Меня, весь женский род, всю литературу, написанную женщинами. Даже саму мысль о том, что женщина может писать или читать что-то кроме советов, как приготовить кабачок восьмьюдесятью способами!

— Марго! — возмутился Адриан. — Ты — герцогиня. Тебя не имеет права безнаказанно оскорблять продавец книжного магазина. Да вообще никто не имеет права безнаказанно оскорблять. Почему ты не сказала мне?

— Ну потому что я тогда от тебя скрывалась. — Я пожала плечами, выбирая на двери место для своего текста. — И потому что ты тоже меня оскорблял.

— Я?! И в чем я еще виновен?

— В том, что торт не принес! — отрезала я.

— Так я его завтра должен!

— Вот завтра все обвинения и снимут. И вообще, поверь, я способна за себя постоять. Да и отомстить тоже!

— Не сомневаюсь, — пробормотал муж, наблюдая за тем, как я ляпаю свой листок на самое видное место, прямо на рекламный плакат очередной книжки по домоводству.

Когда клей схватился, Адриан отодвинул меня в сторону и положил ладони на листочек с продой.

— Эй! Ты что делаешь? — возмутилась я, пытаясь подпрыгнуть и заглянуть ему через плечо.

— Тише! Ты же сама сказала, что продавца выбесит твой текст.

— Ну да, на это и расчет. Он будет в ярости!

— Тогда что помешает сорвать? — резонно уточнил муж.

Неожиданный, но очевидный аргумент заставил замереть.

— Ой! — растерянно отозвалась я. — Как-то не подумала. И что делать?

— Теперь не сорвет, — довольно сообщил Адриан.

Открыв рот и стараясь делать вид, что все это мне не в новинку, я смотрела, как лист окутывает голубое сияние. Когда оно потухло, герцог отступил на пару шагов и полюбовался на семейное творчество.

— Ну что пошли, скандальное дарование? Я обещаю проследить с утра за реакцией и завтра на ужине рассказать.

— Это почему скандальное? — нахмурилась я.

— Ну… с королевой поскандалила, — пояснил Алриан и взяв меня под локоток, повел по улице в сторону дома. — Со мной поскандалила, с продавцом поругалась и пишешь ну очень скандальные тексты.

— Ты же не читал!

А он отвернулся! Как кот, увлекшийся птичкой, просто отвернулся и сделал вид, что не расслышал мою фразу!

Читал или все же не читал? Такие мысли блуждали в голове всю дорогу до дома и еще немного времени после того, как я улеглась спать. Адриан хранил загадочное молчание вплоть до момента, когда мягко, но настойчиво пропихнул меня в дом и закрыл дверь. А любопытство никуда не делось, не унялось даже после чая с печеньками, поэтому в постели я крутилась с боку на бок и никак не могла устроиться поудобнее.

Удивительно ли, что и сны после этого мне снились на редкость странные? И в них снова оказался Адриан. Кажется, темный страж не оставлял меня в покое ни на минуту. Но если его присутствие было объяснимо, то появление во сне королевы, которая бегала за мной по саду с пухлым томиком Агнес Фейл, оказалось неожиданностью.

Королева вдохновенно зачитывала мне цитаты из текста, но даже во сне я предусмотрительно закрывала уши руками, поэтому так и осталась в счастливом неведении относительно содержания бестселлера. А по пятам полз подаренный Ее величеством цветок. Подозреваю, он выполз из той же урны, в которую я его выбросила, потому что вид имел еще более кошмарный, чем когда мне его вручили. Эдакая истекающая кровью растений тварища, пытающаяся тянуть ко мне свои вялые побеги.

Я проснулась с заметным облегчением, правда тут же вспомнила, что и сегодня Адриан не оставит меня в покое, так как темному стражу приспичило пожрать за мой счет. А это значит, пора вставать и настраивать домашних на увлекательный вечер. То-то они обрадуются!

А пока друзья радуются, я надеялась, что получится урвать часик, а лучше два для работы. Раз уж у нас в гостях будет темный страж, надо написать кусок до ночи, тогда можно вручить проду ему. Пусть сам вешает. В конце концов, его точно не заподозрят в связи со скандальной писательницей, но даже если заподозрят — отобьется. Должна же быть у моего вынужденного замужества хоть какая-то польза.

Когда я спустилась на первый этаж, Эрик и Марта были в кухне, где я их и обрадовала шикарной новостью. Сразу же пожалела, что сделала это без подготовки. Я честно сказать думала, Марта уже привыкла к количеству изменений в ее жизни, но опять забыла о влюбленности подруги. Она снова потерялась и, кажется, чуть не упала в обморок. Даже Эрик почему-то сбледнул и закашлялся, спрятав лицо в огромной кружке с чаем. Ну а этот-то что? Ему настолько не нравится образ тетушки? Ну так мне кажется, это малая плата за то, чтобы нахаляву вкусно жрать в хорошей компании. А знакомство с герцогом даже старой артефакторше очень даже кстати.

— Не стоит так сильно радоваться! — пытаясь улыбаться как можно жизнерадостнее, заявила я. — Герцог теперь будет нашим частым гостем. Вы ведь не против?

Против была я, но лица друзей в этот миг — просто бесценное зрелище. Я не могла это пропустить.

— Нет, конечно, — пискнула Марта, которая, похоже, не знала, куда от волнения деть руки. Они ей явно мешали. — Но… гм… Марго, а зачем вы разъехались, если все равно каждый день проводите вместе?

— А чтобы каждый день был как праздник.

Хэллоуин, не иначе.

— О, кофе! Кофе — это прекрасно. Да не бойтесь, я буду готовить сама, так что если герцог отравится, вас не обвинят.

Судя по взгляду Марты, она мне не поверила. Хотя и знала, что в своем мире я и стирала сама, и уборку делала, и уж тем более готовила, для выросшей в реалиях этого мира девчонке было сложно представить герцогиню за готовкой. Вот за уборкой, наверное, несложно — она меня уже видела в деле. Хотя и за готовкой видела… нет, с влюбленностью Марты надо что-то делать.

Эрик задумчиво и молча удалился к себе, пробормотав, что до вечера еще надо "кое-что закончить". А подруга начала так интенсивно натирать и без того идеальную столешницу, что мне стало страшно и я решила от греха подальше отправить ее на рынок за продуктами. Самое главное определиться со списком.

Я, конечно, умела готовить, но признаться не знала, что едят герцоги в естественной среде обитания, поэтому остановилась на банальном запеченном мясе и овощах.

— Марта ты ведь поможешь мне с покупками? — спросила я. — Ты знаешь, что у кого лучше купить, поэтому всегда все приносишь самое свежее и вменяемой цене.

— Конечно. — Марта слегка нервно кивнула и бросила тряпку. — А платья? Нам ведь нужны платья! Как можно на ужин к герцогу без соответствующего платья?

— Вообще-то это герцог идет к нам на ужин, поэтому пусть он и надевает соответствующее платье, — пробурчала я, но получила такой взгляд, что стало очень стыдно. — Хорошо, я вообще не думала про наряд, если честно.

— Конечно, не думала. У тебя их два шкафа! А у меня три штуки… ну это тех, в которых не стыдно показаться на людях. И то, под «людьми» я имею в виду не герцога Стенеску!

“Он же бог!”, - повисло в воздухе нечто восторженно-влюбленное.

— Марта, ты можешь взять любое мое платье, — предложила я. — Какая проблема?

— Ты что? — Девушка сделала круглые глаза. — Нет! Они же дорогие, не могу! Ты не думай, у меня и в мыслях не было!

— Марта! — прервала я поток ее оправданий и причитаний. — Во-первых, прекрати паниковать, Адриан сам напросился на ужин, поэтому пусть стоически принимает все невзгоды и лишения. Во-вторых, помоги с продуктами, а пока ты ходишь, я добуду тебе платье. В-третьих, сможешь для меня кое-что сделать?

— Конечно, я ведь твоя личная горничная. А что?

— Пригласи кое-кого, — задумчиво ответила я. — Удачный выдался случай, я как раз ей обещала.

Эта идея пришла в голову спонтанно и сиюминутно, но тут же прочно там засела. И, как я ни пыталась убедить себя, что всего лишь выполняю данное обещание, правда была в том, что я панически боялась ужина с Адрианом и с маниакальной энергией набивала дом малознакомыми людьми. Вероятно, чтобы потеряться в этой толпе и избавить себя от размышлений, почему вдруг впервые за мою карьеру большую часть времени я думаю совсем не о любовном романе, который пишу…

— Так кого ты хочешь, чтобы я позвала? — спросила немного остывшая Марта. На тему платьев она больше не спорила, наоборот, в ее глазах засветилось предвкушение. Все правильно. Какая девочка не любит наряды?

— Помнишь Вилору? — уточнила я.

— Девушку с печеньем?

— Ага, ее. Ей тоже, насколько я помню, очень хотелось познакомиться с герцогом. Давай ее позовем, а то, что ты одна вечно в его присутствии робеешь, а так хоть какое разнообразие.

Марта вздохнула и поджала губы, как мне показалось не очень довольно.

— Что-то не так?

— Не то, чтобы не так… — начала подбирать слова Марта. — Но тебе не кажется, что ты Марго, играешь с огнем? Не боишься последствий? Не живешь с мужем вместе, подсовываешь ему других девушек. Нет, конечно, герцог никогда не разведется с тобой и не возьмёт Вилору замуж, но ведь есть и другие варианты отношений.

— Да? — протянула я. — Ну-ка просвети? А то вдруг я о чем-то не знаю, а мне еще романы писать. И Агнесс Фейл затмевать.

— Ну-у… — Марта вспыхнула и покраснела. — Покровительство. Это когда богатый господин покупает дом бедной девушке и там ее навещает…. — почти шепотом закончила подруга. — А Вилора красивая.

— А…ты об этом, — закосила под дурочку я. — Если учесть, что женился Адриан на ком-то совсем другом, а не на мне, а мне купил дом и навещает… то получается у нас с ним не брак, а покровительство!

Странное только покровительство — мужик навещает содержанку, чтобы пожрать.

— Нет! Ты его жена! — запальчиво возразила Марго и чуть менее уверенно добавила. — Ну он так считает.

— Мало ли, что он там считает. А я, прежде чем выходить замуж, предпочитаю узнать кандидата получше! А не получить сразу в комплекте чужую жизнь, кольцо, мужа и чай с королевой. Я еще надеюсь вернуться домой. Так что зови Вилору. К тому же, мы обещали пригласить ее в гости, и не позвали. Нехорошо вышло. А она очень приятная девушка.

— Нехорошо выйдет, если ты и останешься без герцога, потому что лично познакомила его с приятной девушкой. Признай Марго, тебя приятной не назовешь! Ты умная, красивая, но не знаю, кто из мужчин именно так представляет себе приличную жену.

— Ну я и не претендую на эту роль! — надулась я. — Я может, хотела, чтобы у меня было знакомство, право выбора, свадьба! А не вот это вот все.

— Выбирать и присматриваться к кандидату нужно, если есть возможность найти вариант лучше. А кто может быть лучше герцога Стенеску? — мечтательно выдохнула подруга.

— Принц? — из вредности спросила я.

— Ему десять! — припечатала Марта, и отправилась на рынок, а я осталась в задумчивости.

Что-то в словах подруги мне не давало покоя. Ведь на самом деле я знала, что ей нравится герцог, я знала что Вилора — настоящая красотка, которая мечтает о хорошем муже, и, тем не менее, позвала их на ужин, который Адриан хотел провести со мной наедине. Зачем? В надежде, что он отстанет от меня и переключится на новую пассию — логичный и очевидный ответ. Только совершенно неясно, правдивый ли.

И с каких пор меня начали мучить неудобные вопросы?

Наконец я решила, что страдать от угрызений совести — дело неблагодарное. Подумаешь, позвала гостей, ну так — это мой дом! Кого хочу, того и зову. Будет хороший повод организовать что-то типа новоселья. Мы же официально не праздновали. Идея показалась замечательной, и я отправилась отвлекать от важных Эрика, потому что для готовки продуктов все равно не было, а душа требовала активных действий.

Артефактор долго от меня отбивался, но я упорно ныла под дверью. Поэтому бедняга не выдержал и сдался. С его помощью я отыскала белую накрахмаленную скатерть, которая явно была пропитана какой-то магией, так как не пожелтела от времени и не помялась, и сервиз. Изящные кремовые тарелки с тонкой золотой каймой, такие же блюда, соусники, чашечки и блюдечки. Короче — мечта хозяйки-перфекционистки.

Я заранее сервировала стол, сходила в сад за живыми цветами, вспомнила навык из глубокой юности, когда я еще не умела зарабатывать книгами и подрабатывала в кафе и сложила красиво салфеточки (собственно это единственный навык, оставшийся с того времени). Поставила вазу, и немного подумав, сделала еще несколько цветочных композиций поменьше.

Пока устраивала красоту и уют, окончательно успокоилась и пришла в благодушно-творческое расположение духа. В результате до прихода Мары умудрилась родить аж целых две проды. Одну на сегодняшнюю ночь, а вторую прозапас.

Я как раз закончила писать, когда в окно увидела приближающуюся к дому компанию. Признаться, ожидала, что Марта вернется одна и принесет только продукты, но ее сопровождала Вилора и еще одна симпатичная девчушка лет двенадцати-тринадцати. Она была уже довольно высокой, стройной и возраст выдавало лишь по-детски наивное лицо и до конца не оформившаяся фигура. Я поняла, что это та самая сестра Вилоры, которая помогала ей печь печенье. Девушки были обе хорошенькие и походили друг на друга. Сразу понятно — сестры.

Я отложила писчие принадлежности и выбежала на крыльцо встречать гостей, которых ожидала значительно позже. Мы даже к чаю все съели, поэтому я испытывала панический ужас примерной хозяйки.

— Вот! — сияя, заявила Марта. — Я их привела.

— А-а… — протянула я.

Спрашивать “Почему сейчас?” было бы невежливо, но Вилора, наверное, увидела мой вопрос по глазам и поспешила пояснить:

— Мы решили, что готовить всем вместе будет веселее! — заявила она. — А еще мы принесли три вида нового печенья! Держи!

Она протянула мне плетеную корзинку, накрытую сверху полотенцем.

— А еще Марта сказала, что у тебя есть красивые платья на всех, — посмотрев на меня с обожанием, добавила ее сестра.

— Это Ксания. Извини ее. Марго, ты ведь не обижаешься из-за платьев? — спросила Вилора, опустив глаза в пол. — Моя сестра очень непосредственна и мне за нее немного стыдно.

— Да нет, не возражаю, — несколько растерянно ответила я и пригласила девушек в дом, который сейчас казался удивительно пустым.

Кажется, Эрик тоже смотрел в окно, и, представив, сколько в его доме будет прихорашивающихся девушек, решил сделать вид, что тут не живет.

Что ж, это очень разумно. Мы разложили продукты, помыли овощи и замариновали мясо. Точнее, помощниц я отправила мыть и чистить овощи, а мариновать мясо не доверила никому. Кто знает, в чем они тут готовят? После того, как продукты были порезаны, помыты и уложены сверху на аккуратные мясные ломтики, мы отправились наверх, штурмовать мой шкаф. От чая все дружно отказались, видимо, платья моих знакомых манили сильнее.

У нас была масса времени, чтобы привести себя в порядок, ведь еду просто осталось поставить в духовку.

— Пользуйтесь девушки, — сказала я и распахнула створки шкафа, который в моем мире сошел бы за небольшую комнату, а здесь в прошлом принадлежал матери Эрика. Интересно, кем она была?

Если вдуматься, ему должно было быть довольно грустно в доме одному.

В шкафу рядами висели платья, а внизу стояла обувь к ним. На верхней полке обнаружились шляпные коробки. Я сама еще не изучила все это великолепие и даже немного удивилась масштабу. Пока мы чаевничали с королевой, орда модистов и слуг разложила все вещи, оставив даже те платья, что я категорически отвергла.

— А ты сама что наденешь? — спросила Марго, с восторгом любуясь недрами шкафа. Кажется, она боялась даже притронуться к тому, что в нем висело.

— Да мне, в целом, все равно. — Я пожала плечами. — А что бы посоветовала ты?

Я спросила не просто так, зная, что на подругу периодически нападает скромность, которая наверняка не позволит ей выбрать наряд для себя. А вот мне она обязательно предложит то, что хотела бы примерить сама. Хотя у меня никогда не было возможности делиться нарядами. И друзей-то особо не было, так что многие знания черпались из книг и фильмов.

План мне понравился, и я устроилась в кресле, наблюдая за тем, как три девушки, светясь от счастья, разоряют мой шкаф. Вот действительно, почему герцогу досталась такая неблагодарная я? Ну или настоящая Марго, которая сбежала от в целом неплохого, как оказалось, мужика. Ведь ее воспитывали в этом мире, готовили к роли послушной и красивой жены, а она просто без причины (ну, или я ее не знала) кинула мужа, ну и заодно меня. Мужу досталось больше: во-первых, он не знал, что Марго смылась, а во-вторых, место законной супруги заняла я, и женой становиться не желала.

Комфорт, который он может мне обеспечить, не ценила, а единственное, чего хотела — это писать книжки. В целом, даже все равно в каком мире. И денег я хочу не абстрактных, а денег, которые могу заработать книжками. Ровно столько, чтобы писать и не думать, где найти корку хлеба. Все же жена-писатель — несчастье в семье.

— Вот! — с восторгом выдохнула Марта, пытаясь задом выбраться из шкафа.

За собой она тащила алое пышное платье. С такого ракурса я даже разобрать особенно ничего не смогла, кроме цвета и оборок. Платье не вдохновило: на мой вкус, слишком яркое для домашнего обеда, ну и с моими специфическими волосами смотрелось бы аляповато, а вот светловолосой Марте вполне могло подойти. Пожалуй, мой метод сработал.

— Прекрасно, — улыбнулась я. — Примеряй.

— Я? — удивилась подруга и прижала платье к груди. — Ты же просила тебе помочь. Я его для тебя отыскала.

— Ну будем считать, я хочу другое. Тем более я и правда хочу. А вот ты одевайся!

— Правда, можно?

Я закатила глаза. К счастью, меня отвлек голос Ксаны:

— Ой, а можно мне это! — воскликнула она и немного расстроенно добавила. — Правда, оно мне немного великовато!

— Тебе тут любое будет великовато, — заметила я. — Увы. Но мы что-нибудь придумаем.

Девушка держала в руках то самое нежное лавандовое платье, в котором я была у королевы. Боже, неужели такие подростки встречаются. Скромные и со вкусом.

А вот Вилора выбирала дольше всех. Она подошла с умом и холодным сердцем, и я наблюдала за ней с интересом. Сразу видно, пришла покорять герцога. Она перебрала несколько моделей и остановилась на глубоком изумрудном платье с таким декольте, что я бы ни за что не стала в нем делать реверанс. Я поймала себя на мысли, что очень хочу подобрать девушке шарф, но как гостеприимная, пусть и слегка не в тему ревнивая хозяйка лишь улыбнулась отметив:

— Оно очень идет к твоим волосам.

Когда она облачилась в платье, я поняла, что ей действительно хорошо, и я совсем не солгала. Глубокий вырез подчеркнул грудь, а собранные волосы — изящный изгиб шеи. Вилора была настоящей красавицей. Марта смотрела на нее с завистью и грустью.

Я слегка удивилась тому, что к красоте Марго она относилась, как к должному, вероятно потому что жена — фигура постоянная и незыблемая, а вот в Вилоре видела соперницу.

— Марта, ты шикарно выглядишь, — резюмировала я, когда подруга все же облачилась в мое платье.

Оно ей шло, невзрачную тихую мышку превратив в симпатичную юную девушку. Узкий корсет подчеркивал осиную талию, а пышная юбка придавала Марте сходство с экзотическим ярким цветком. Вырез был скромный даже по меркам этого мира, но, пожалуй, так смотрелось даже интереснее. А вот Вилора не стеснялась. Когда она, смеясь, крутилась перед зеркалом, мне казалось, что ее грудь не поспевает за ней и платьем.

Р-раздражительность. Или ревность. Я еще не решила, какое слово в моем словаре опишет бурю эмоций внутри.

— Иди сюда, — я потянула Марту за руку и усадила в кресло. — Теперь макияж и прическа.

— Но это же сложно! — запротестовала Марта. — Ты не умеешь.

— Ты же знаешь, — фыркнула я. — Во мне много скрытых талантов. Не бойся.

Марта позволила усадить себя спиной к большому зеркалу, а я принялась за работу. Конечно, я не была парикмахером, и мой максимум — это легкие кудри, которые можно сколоть в небрежный пучок. Но молодым и красивым другого не надо. Адриан уж точно насмотрелся на рафинированных девиц с идеальными кандибоберами на головах. Пусть глотнет свежего воздуха в компании красивых и непосредственных нас.

С — самомнение. Или “собака на сене” — самокритика лишней не будет.

А вот краситься я любила. Земные тенденции макияжа, конечно, отличались от здешних, но все же тени и подводка — они во всех мирах используются одинаково. Сложно придумать что-то совсем уж уникальное. По крайней мере, я не заметила ничего непривычного, когда мне делали макияж.

— Ой, а мне можно?! — восторженно поинтересовалась Ксания. — Я еще никогда не красилась!

— Да, конечно. — Я улыбнулась и скомандовала. — Вилора, помоги сестре!

— Мне тоже надо нанести макияж.

— Да ты и так сияешь, — пробурчала я чуть более вредным голосом, чем хотела и порадовалась, что новая знакомая не расслышала. — Конечно. Поможешь Ксании, а потом накрасишься, зеркало-то одно хоть и большое.

— А я думала, меня накрасишь ты, у тебя здорово получается!

— Ну мне самой тоже надо собраться, — заметила я. — Здесь ничего сложного, я расскажу, что делать. Справишься, пока я переодеваюсь. Я же не могу в этом платье спуститься к столу.

— Но оно вполне милое, — улыбнулась Вилора, а я недоуменно на нее взглянула.

Она серьезно думала, что я отдам красивые платья подругам, а сама выйду к гостям в домашнем? Впрочем, Вилора быстро осознала свою ошибку и торопливо сменила тему:

— А правда, что к тебе на ужин придет сам герцог Стенеску?

— Ну да. — Я увлеченно накладывала дымчатые тени на веки Марты. — Он мой муж.

— Муж? — как-то даже присела Вилолра. В ее голосе прозвучало такое разочарование, смешанное с благоговением, что я невольно хмыкнула.

— Да, муж, — ответила я. — А что тебя удивляет?

— Вы не живете вместе, и он просто ходит к тебе в гости, а еще ты совсем не похожа на жену герцога. Я думала, Марта разыгрывает меня.

— Да и почему же я не похожа на герцогиню?

— Ну-у-у… — Она заметно смутилась. — Ты какая-то… простая. Резкая. Герцогини — они такие утонченные и степенные. Хотя… волосы у тебя необычные. Герцог поэтому взял тебя в жены?

— Вилора, лучше помоги с макияжем сестре, а то она начнет краситься сама, — мило посоветовала я, уже жалея, что не послушалась Марту и начиная жалеть, что не согласилась на ужин тет-а-тет.

К счастью, Вилора оказалась сообразительной. Она смекнула, что ляпнула лишнего и справилась с любопытством. Снова потупила взор и после этого переключилась на Ксанию, а я закончила колдовать над Мартой.

У подруги были правильные черты лица, ее сложно было назвать изысканной или красивой, но она определенно была очень милой, особенно если подчеркнуть достоинства. Чуть затемнить слишком светлые брови и придать им красивый изгиб, выделить большие голубые глаза, нанести немного румян на щеки, делая лицо визуально чуть уже. Я старалась долго, но результат превзошел даже мои ожидания, а Марта вообще изумленно замерла перед зеркалом.

— Это не я… — пробормотала она, изучая свое отражение.

— А кто? — лениво поинтересовалась я, изучая шкаф, в котором платьев было столько, что разбегались глаза. Сама я так и не придумала, на чем остановиться.

— Спасибо тебе огромное! Правда, ты лучшая! — Она кинулась мне на шею, а я улыбнулась, поймав краем глаза завистливый взгляд Вилоры, которая уже заняла трюмо и вовсю ковырялась в моей (а вернее, в Марго) косметике. Но я решила быть хорошей хозяйкой до конца и не ничего сказала, хотя от того, как девушка полезла пальцем в пудру слегка передернуло. Дерматологов и венерологов на них нет! Краситься Вилора не спешила, и времени оставалось все меньше.

— Марго, ты одевайся, а я пойду, поставлю мясо в печь, — спохватилась Марта и убежала.

Ксания вызвалась ей помочь, а Вилора с видом дивы продолжила занимать мое трюмо. И когда она успела из милой девочки с печеньем превратиться в нахалку? И куда я этот момент выходила я? Или я никуда не выходила, а Вилора — просто любопытная простая девчонка? А меня грызет не то совесть-хомяк, не то жадность-жаба, не то от пирогов гастрит с изжогой…

Я так и не смогла расслабиться. Перебрала платья и мысленно отметила несколько — темно-синее, фиолетовое и черное. Интересно, как тут относятся к черному цвету? Впрочем, траурным может оказаться абсолютно любой оттенок, вон тот же фиолетовый. Жаль, Марта уже ушла, а я не уточнила такой важный момент.

— Хочешь, я тебе помогу? — улыбнулась Вилора, посмотрев на меня так дружелюбно, что я решила проверить, не подсыпала ли она мне яда в графин с водой. Боже, откуда эти мысли? Кажется, я становлюсь параноиком.

— Нет спасибо, помоги лучше Марте, а я быстро соберусь. А то вдруг Адриан приедет чуть раньше?

— Да конечно! — Вилора кивнула.

Подозреваю, она поскакала резво вниз не к Марте, а в надежде первой и во всеоружии встретить герцога. Я выдохнула, и наконец смогла перемерить все платья. Как назло лучше всего сидело именно черное, да и по фасону оно мне нравилось больше всего.

Строгий воротник-чокер и плотный, подчеркивающий фигуру корсаж, но открытые плечи и лопатки, а еще юбка, в которой можно нормально передвигаться, не боясь, что своротишь все вазы в доме объемным подолом. Корсаж украшала серебряная вышивка, а верхняя часть юбки была из прозрачной серебристой органзы. Очень красиво.

— Марго, да ты роковая женщина, — сообщила я своему отражению в зеркале и принялась за макияж, поймав себя на мысли, что давно не красилась так тщательно и с таким удовольствием.

Получилось не хуже, чем у мастеров по росписи лица, которые собирали меня на чай к королеве. Закончила вовремя. Карета Адриана, как раз затормозила у ворот, и я почувствовала, как подозрительно екнуло в груди. Ну очень странное поведение для девушки, которая кроме себя пригласила на ужин еще двух симпатичных подруг и одну подозрительную тетушку. Нда…вечер будет нелегким, но, возможно, занимательным.

Я сбежала по ступенькам, последней выскочив встречать герцога. Только перед самой дверью спохватилась и замедлилась, гордо задрав нос. Не выскакивать же запыхавшись! Невесть что подумает. И обо мне, и о себе. Вдруг Адриан решит, что я неслась так к нему навстречу?

Впереди планеты всей маячила сияющая Вилора, за ней Марта пыталась спрятаться за какой-то пожухлый кусь, а прямо передо мной, едва не сбив с ног, на улицу проскользнула восторженная Ксания. Ну а мне ничего не оставалось, как наблюдать за встречей издалека. Интересно же, как пройдет знакомство, а расталкивать конкуренток локтями уж точно не пристало жене темного стража. Тем более, что она сама этих конкуренток и позвала.

Адриан вышел из кареты с охапкой цветов. Увидев перед собой сияющую девицу, несколько растерялся, слегка побледнел и поискал глазами меня, но не увидел — я стояла в тени, за стеной веранды.

— Какие цветы! — Выдохнула Вилора и уставилась на герцога с восторгом и обожанием.

Надо сказать, у нее получилось довольно эффектно. Я бы и сама отдала ей и букет, и руку, и сердце, и кошелек — если понадобится.

— Такие же прекрасные, как ваши глаза, — вежливо улыбнулся Адриан.

Мне вдруг стало обидно. Это было такое иррациональное и неожиданное чувство, что я, вместо того, чтобы выйти из тени, осталась стоять в дверях и копаться в себе, печально размышляя над тем, что мои глаза Адриан не хвалил.

Точнее, может и хвалил, но опять же не мои, а моей предшественницы, которая сейчас с наслаждением поганила мою реальную жизнь. Ну или без наслаждения, но писательская натура всегда без проблем додумывала детали, причем так реалистично, что сразу же в них верила. Только почему она не могла придумать, что Марго на Земле заработала мне на особняк в подмосковье, обогнала по рейтингам Роулинг, отыскала красавца-мужа и заделала двух очаровательных пупсов? Хотя нет, это я сама, достаточно только найти красавца, рейтинги и дом. Можно еще собачку.

Но нет же! В голову лезли только всякие ужасы. Может, ее давно заперли в психушке. А может, переехал троллейбус. Надо скорее заработать хоть что-то, чтобы тайком от Адриана наведаться к какому-нибудь магу. Но как заработать? Пока никаких идей.

— Марта! — Герцог повернулся к моей подруге, все еще не видя меня. — Весь дом держится на тебе, поэтому держи!

Адриан протянул ей второй букет, который подруга приняла, словно великую ценность. Я была благодарна Адриану за то, что он заставил Марту сиять. Ему это не стоило ничего, а для нее знак внимания герцога стал настоящим событием.

Я вышла из тени и, придерживая подол платья, осторожно начала спускаться с крыльца, чтобы не порвать нежную ткань, а когда подняла голову, то поймала взгляд Адриана. В руках он держал последний букет. На миг, на лице у герцога появилось замешательство.

Рядом с Адрианом стояла, похожая на приблудившегося котенка, Ксания. В глазах сияла надежда и еще детский восторг — она не замечала ничего вокруг себя. А за ее спиной замерла я.

Букет остался всего один, и я едва не поморщилась от неприятного укола обиды, но взглядом указала на застывшую девчонку, которой вполне возможно еще никто не дарил цветов. Так будет правильно.

Адриан понял меня без слов и сделал шаг вперед:

— А это тебе, держи!

— Спасибо! — Ксания засветилась и приняла букет, а я развернулась спиной и так, оставшись незамеченной для подруг, которых занимал только гость, вернулась в дом.

Хоть это и было глупо, я расстроилась. Даже захотелось немножко всплакнуть — наверное, вспомнилось сиротское детство, когда частенько не доставалось сладостей или подарков. Но уж вину за эти чувства сложно было переложить на Адриана, я сама виновата, что не предупредила его о гостьях.

Хм… а ведь правда не предупредила. Тогда для кого был еще один букет?

— Для тетушки, — подсказали сверху.

Я вздрогнула и резко обернулась. Адриан смотрел со странной смесью издевки и укоризны. К счастью, Марта избавила меня от необходимости отвечать:

— Ваше сиятельство, проходите в столовую, — услышали мы счастливый голос Марты.

Пришлось выйти к остальным. Увидев меня Марта, не выпускающая из рук букет, немного смутилась, но я постаралась улыбнуться как можно беззаботнее.

— Адриан, рада тебя видеть! Знакомься, это Вилора и Ксания, я пригласила их на ужин. Девушки, а это мой…

— Супруг, — вежливо подсказал “мой”.

— Герцог Адриан Стенеску, темный страж.

— Голодный страж, — поправил он меня.

Как будто это новость! Полагаю, Марго сбежала испугавшись, что однажды он задумается над кофе и вместо бутерброда съест ее.

Хотя и мы за разбором шкафа успели проголодаться. Стол уже был накрыт, поэтому я остановилась, чтобы, как хорошая хозяйка, подождать, пока все сядут. Естественно, Адриан оказался зажат между Вилорой и Ксанией. Он бросил на меня немного виноватый и, как показалось, умоляющий взгляд, но я, пока все девушки были заняты салфетками, только пожала плечами.

Вообще я собиралась сесть рядом с ним, но не выгонять же теперь Вилору?

Пришлось сесть напротив. Марта села рядом со мной, а с другой стороны осталось место для Эрика. Хотя я сомневалась, что он придет. Играть тетушку ему не слишком-то нравилось. Надо будет отнести ужин наверх, чего он там, бедняга, голодает? Но на всякий случай я спросила:

— Вы же не против, если мы немного подождем тетушку? — спросила я.

— А тут еще живет тетушка? — сморщила хорошенький носик Вилора.

— А вы пока не знакомы? — учтиво осведомился Адриан. — Зря. Очень рекомендую. Крайне интересная женщина. С изюминкой, я бы сказал. О, а вот и оно.

Послышались шаги, и мы с Мартой дружно посмотрели на дверь за спинами Адриана и девчонок. Изюминка решила явиться одна, так сказать, без тетушки. В дверях замер Эрик собственной персоной. Без великолепной шляпки с розами, без наглаженного сиреневого платья и без скрывающей бороду маски с вышивкой. В новом (или, по крайне мере, чистом) костюме, побритый и с забранными в аккуратный хвост волосами. Его, пожалуй, можно было назвать даже симпатичным. Только вот я бы предпочла называть его «тетушка». Он что, совсем сошел с ума?!

Рядом со мной на стуле застыла Марта с приоткрытым ртом и выражением священного ужаса на лице. Я, подозреваю, выглядела не лучше. Адриан, во всяком случае, нашими гримасами заинтересовался и начал поворачиваться, а я в панике поняла: как только он увидит, кто вместо тетушки стоит у него за спиной, то убьет нас всех.

— Тетушка… — заикаясь, начала я, строя Эрику страшные рожи.

И мне было все равно, как это выглядит со стороны. Лучше быть в глазах гостей странненькой, чем мертвой или запертой в доме мужа без ужина.

— Тетушка, мне кажется, вы надели платье наизнанку. Быстрее бегите переодеваться, мы вас подождем!

— Все нормально, Марго, — буркнул Эрик, и, проигнорировав мои ужимки, направился к своему месту.

Мне захотелось просто стечь под стол, но туда уже устремилась Марта, а двоим места все равно не хватит. Ну а потом? Что, Адриан из-под стола меня, что ли не достанет? Он же некромант, он и не туда залезть может. Я поймала сползающую подругу под локоть и дернула наверх, заставляя сидеть и бояться вместе со мной.

На нас смотрели очень пристально. Вилора и Ксания больше с недоумением, а Адриан с усмешкой. Кажется, с весьма ехидной. А момент смерти все приближался. Странно, но Эрик невозмутимо уселся на свое место, а в нас еще не прилетел графин от герцога. Марта, которая зажмурилась от ужаса, осторожно приоткрыла один глаз. Оба мужчины сидели за столом и смотрели друг на друга с холодной вежливостьюю: она сквозила во всем — в позе, во взглядах. И герцог не выказывал какого-либо удивления или возмущения.

— А! Тетушка! — с выражением блаженного дебила улыбнулся Адриан. — Как вы себя сегодня чувствуете? Прекрасно выглядите. Это макияж или просто выспались? И где же ваша маска? Уже не боитесь лихорадки?

— В ней есть неудобно, — буркнул Эрик и уткнулся в тарелку. — Не дергайся, Марго. Он еще вчера узнал. Если ты еще жива и по-прежнему снимаешь мой дом, значит, все нормально. Так что объявляю ужин торжественно открытым.

— Ну, не сказал бы, что все нормально, — уже обычнымг олосом произнес Адриан. — Мне не очень нравится, что моя жена вместо меня живет с каким-то левым мужиком, но до убийства дело не дойдет. Пока.

— А давайте приступим к обеду! — радостно воскликнула Марта, а то Ксания и Вилора уже развесили уши.

С театральными талантами у нее было так себе, но внимание она привлекла. И тут же смутилась и, откашлявшись, добавила:

— Ну а что? Мы готовили, старались…

Подруга окончательно смутилась и снова спряталась за маской скромной служанки. Но мне понравился ее бодрый выход. С новой прической, в красивом платье, она стала яркой и смелой даже в присутствии хозяина. Правда, быстро опомнилась, но я надеялась, что вот эта непосредственная Марта будет появляться чаще. Поэтому даже вмешиваться не стала, с удовольствием наблюдая, как она уверенно руководит ужином, предлагая гостям попробовать блюда и ловко подкладывая в тарелки добавку.

Все же она была даже большей хозяйкой этого дома, нежели я. Ну какая хозяйка из писателя? “Таксебешная”. Начала пол мыть — придумала сцену, ушла писать. Пока писала, забыла, что делала (точно что-то по дому) поэтому, дописав, пошла мыть окно. И это я не придумываю, все так и бывает. Особенно когда идея горит, пальцы дрожат от нетерпения зачастую вместе с читателями.

А Марта — она словно фея, у нее и полы идеально чистые, и окна сверкают, причем иногда мне кажется, что сами собой, без ее непосредственного участия. Отчасти было даже приятно, что на какое-то время подруга оказалась в центре внимания. И я заметила, как бросают на нее заинтересованные взгляды не только девушки и Адриан, но и Эрик, который похоже, внезапно осознал, что с ним в доме живу не одна я со сложным характером, подозрительным видом деятельности, да еще и с весьма опасным мужем в комплекте, но и симпатичная и совершенно нормальная Марта.

— Марго, спасибо тебе большое за приглашение! — сказала Вилора и стрельнула хитрыми глазами в сторону герцога. — Мне очень приятно оказаться в такой выдающейся компании. И у тебя очень красивый дом!

— У нас, — поправила я. — У нас очень красивый дом. Я живу тут с Мартой и Эриком.

— Но, я так понимаю, его оплачивает твой муж?

— Это неважно. Я благодарна Эрику, который пошел нам с Мартой навстречу и разрешил жить здесь. Нам и правда очень нравится в этом месте. Так уютно! И, конечно же, я благодарна Марте, которая этот уют создает. Так что это не только мой дом. Точнее, совсем не мой дом.

— Ну а?… — начала задавать очередной вопрос Вилора, и я нутром чувствовала, он будет неудобным. Но к счастью ее перебил Эрик.

— Марго, я рад, что у этого дома появилось сердце — это сердце ты. Ну и… — парень немного сбился и мне кажется или покраснел? — И душа — Марта. Матушкин дом давно не был таким живым. А еще я знаю, Марго, что ты неравнодушна к писчим принадлежностям…

— Да-да… — Я подалась вперед. Подозреваю, вид у меня был кровожадным. — Я очень неравнодушна!

Тут же слегка смутилась — ну нельзя же продавать душу за блокнотики!

— Тогда мой подарок придется тебе по нраву.

Парень дрожащей рукой достал из внутреннего кармана нечто. Нечто было странное, растрепанное, взъерошенное, но у меня получилось идентифицировать перо. Видимо, из задницы какой-то несчастной, попавшейся под горячую руку артефактора птички. Помнится, в одной из книжек у меня был огнедышащий страус — вот, пожалуй, такие перья вполне могли украшать страусиный бампер.

— Мое перо, конечно, не такое красивое, как те, которые продаются в лавках. — Эрик смущенно покраснел — видимо, мое лицо все же было очень красноречиво. Надо учиться контролировать эмоции. — Но поверь, по характеристикам оно не уступает изобретениям лучших мастеров.

Я едва удержалась, чтобы не завизжать от радости. Но жене герцога не подобало верещать, словно девочке-подростку, так что пришлось сдержаться. Но вот в удовольствии вскочить с места и сжать Эрика в объятиях я не стала себе отказывать. И было плевать, что подумают остальные и понравится ли это Адриану. Мне подарили подарок. Да не просто подарок, а подарок для работы! Маленький шаг в новом большом мире.

Замерев с шеей Эрика в захвате, я поняла, что крепко попала. И что чем дольше тяну с поиском мага, который отправит меня домой, тем сильнее привязываюсь к ним: к Марте, к тетушке Эрику, даже к незримо присутствующей Агнес Фейл и… ладно уж, к Адриану. Будет очень грустно прощаться с ними. И хороший вопрос: стоит ли?

Мысль о том, чтобы забить на возвращение, раньше приходила только в минуты упадка сил, когда казалось, что выхода нет и не предвидится. Тогда я думала махнуть на все рукой и просто жить, но жизнь виделась серой и полной трудностей. А сегодня за ужином я впервые подумала: а почему я должна отказываться от мира магии? Настоящей Марго там если и не хорошо, то уж точно весело. А у меня на Земле не было ничего, кроме карьеры. Вдруг здесь появится “что-то”?

Знать бы еще, что именно.

Пауза затягивалась, приличествующая случаю радость превратилась в неприличную. И я вернулась на место, хотя и подпрыгивала от нетерпения — так хотелось испытать перо в деле.

— Кхм… Я подам чай. — Марта поднялась.

— Я тебе помогу! — тут же сорвался с места и Эрик.

Я ощутила какую-то странную холодность, исходящую от Адриана, а потом услышала, как он обратился к Вилоре:

— Чем вы занимаетесь, леди?

Леди зарделась и зачем-то изящно оттопырила мизинец на руке, в которой держала вилку.

— Я… кхм… актриса.

Тут настала моя очередь офигевать и давиться мясом — не далее как при знакомстве Вилора сказала, что работает сиделкой у богатого лорда. Когда это она успела покорить голливуд?

— Актриса? — Адриан усиленно делал заинтересованный вид.

А вот я — равнодушный, хотя ревность жгла изнутри, и было противно и обидно. Вилора бросила на меня предостерегающий взгляд и просияла.

— Да, начинающая. Только осваиваю нелегкое искусство театра, но, говорят, подаю надежды. Особенно в драматических образах.

— Это точно, — не удержалась я.

Адриан вскинул брови.

— Ты уже видела Вилору в деле, Марго?

— О, да, она приглашала нас с Мартой на репетицию спектакля по мотивам романа Агнес Фейл “Капец как замуж хочется”.

— Не припоминаю у нее такого романа.

— А ты что, хорошо знаком с творчеством Агнес Фейл?

— Нет, мне больше нравятся произведения некоей Риты. Особенно тот роман “Кажется, кто-то ревнует” и “Жена-стерва — горе в семье”.

— О, я недавно слышала, что Рита собирается писать новый роман “Лапша на его ушах” — эротический триллер про очень доверчивого любвеобильного лорда.

— Не сомневаюсь, что это будет шедевр. — Адриан незаметно покосился на лохматое перо. — Вилора, я бы с удовольствием посмотрел какой-нибудь спектакль с вами. Когда ближайший?

Я мстительно воткнула вилку в картофелину, Ксания побледнела, а беззастенчивая врушка залилась краской и пролепетала:

— Ну… я не знаю… у меня маленькая роль…

— Что вы, даже самая маленькая роль должна быть отыграна идеально.

— Я… я передам для вас билеты, герцог.

— Почту за честь.

Адриан склонился и поцеловал ей руку. Ей! Руку! За обещание фейковых билетов в театр, где она даже не играет! Где справедливость? Вилора соврала, что она актриса — и ей почет, любовь, восхищение. А я говорю, что я писатель, чистую правду. В ответ вижу только лаконичное “ты че, дура?” на лицах. Тоже, что ли, соврать, что я актриса?

Правда, в школе я всего однажды играла в спектакле, причем играла картошку. Говорят, рыдал даже директор, настолько жалобно картошечка пищала со сцены “Я, картошка, так скромна!”. Полагаю, свою роль здесь сыграло мое реальное сиротство, но все же это был успех.

Нет, оставим это как запасной план. И куда запропастились Марта с Эриком? Сколько можно делать чай?

Заливистый смех Марты из кухни возвестил, что чай можно делать еще долго — в хорошей-то компании. Так мы и сидели. Адриан любезничал с Вилорой, которая совсем растаяла от такого внимания, Ксания скучала, а у меня посвистывала крышечка чайника. Не то от ревности, не то от раздражения — Вилора в моих мечтах представлялась хорошей подругой, доброй и скромной девчонкой, и я уже фантазировала, как помогу ей раскрутиться с выпечкой. А теперь злюсь на нее просто за то, что кокетничает с моим мужем.

Черт. Не моим мужем. Я вообще не имею на него никаких прав. Ведь если вдуматься, то было бы свинством обманывать Адриана, играя роль его жены. А рассказать страшно. И мага искать страшно, и что делать — совершенно непонятно, потому что я уже не так уж сильно хочу возвращаться на Землю, но медлю принять решение и чувствую вину. Я не обманываю только Марту, да и то неясно, верит она мне или все еще считает россказни о параллельном мире причудой госпожи.

— Попробуйте печенье, — Вилора не замечала никого, кроме Адриана, — я сама пекла.

— Очень вкусно, — согласился он. — Марго? Угощайся.

— Вот спасибо! — наигранно обрадовалась я.

Подумать только, как будто я пришла в гости, а не он. Да и по виду Вилоры — она бы мне и крошки от драгоценной стряпни не выделила, все скормила объекту вожделения.

Как только в пузатом маленьком чайничке закончился чай, я тут же воспользовалась моментом и сбежала на кухню. Интересно, здесь есть психологи? Мне бы не помешал, потому что я не могу понять, что происходит. И почему внимание Вилоры к Адриану раздражает, а внимание Адриана к Вилоре — бесит.

Хотя нет, отчасти все же могу: Вилора-то знает, что герцог женат, и совсем не стесняется моего присутствия. Адриан же явно просто дразнит, но даже если нет, то мне-то что? Переключится на кого-то другого. Да, возможно, перестанет оплачивать дом, но я что-нибудь обязательно придумаю. И вообще они неплохо вместе смотрятся, а еще…

— Марго?

В кухню вошла Марта.

— Ты в порядке? Какая-то ты сегодня… нервная.

— Будешь тут нервной.

Марта хихикнула.

— Да, Вилора оказалась не такой скромницей, как я себе представляла. Бедный герцог.

— А по-моему, он не слишком-то страдает.

— Ага… ревнуешь?

— Нет. Просто…

— Ревнуешь. Я тебя не понимаю. Зачем ты нас позвала, если хотела провести время с мужем?

— Я не хотела!

— Или испугалась.

— Все не так просто.

— Ты его супруга, что может быть проще? Иди туда и скажи, что Вилоре и Ксании пора, а вы с Адрианом немного пройдетесь. Когда вернетесь, я сделаю вам ванну и…

— Тихо, тихо! — Я мучительно покраснела. — Разошлась.

Все же верность должности в Марте забивала любые романтические порывы. Или это потому что она с полчаса ворковала на кухне с нашим артефактором? Боги, не дом престарелой тетушки, а какой-то ДОМ-2!

— Адриан не знает, что я не его жена. Было бы нечестно врать ему и притворяться.

— А, ну тогда наслаждайся тем, как Вилора уводит твоего “немужа”. Хотела бы я сказать “только потом не рыдай”…

Марта вздохнула.

— Но я твоя горничная, поэтому на днях просто запасусь платочками. Но вот что, Марго, подумай: любой аристократ, маг, страж этого мира, узнав, что его законная супруга делит дом с холостым молодым мужчиной, да еще и лжет об этом, убил бы на месте! А герцог всего лишь пошутил. Ты говоришь, что обманывать его будет нечестно, но что если ты уже нечестно его обманываешь?

— Умная ты, Марта, — буркнула я, ставя на поднос, который она подхватила, чайник. — Тебе тоже надо книжки писать. По психологии. Про отношения.

— Нет уж, я больше читать люблю.

С этими словами подруга вернулась в гостиную, а я крепко задумалась. Хорошо, оставим моральные терзания и попробуем мыслить логически. Мне Адриан враг? Нет, совсем не враг. Я ему желаю добра? Конечно, добра. А Вилора — это добро? Определенно нет. Значит, герцога надо спасать.

Вытащу-ка я его и впрямь на прогулку: повесим проду и заодно избавимся от пиявки с кулинарными талантами. А потом разойдемся по своим делам. Без ванн и всего такого, как хорошие друзья.

Эта мысль неожиданно воодушевила, и я рванула наверх — за листком с продой и теплой накидкой. Меня вдруг охватило какое-то несвойственное волнение, которое редко наступает во время выкладки очередного кусочка текста. Но и над ним я решила не думать, просто собиралась поскорее. Мысленно даже продумала грядущий разговор: близился прием, на котором, по условиям сделки, я должна сопровождать Адриана. Обсудим его, я же должна осторожно выяснить, что там будет и как себя вести.

Окрыленная, я спустилась вниз и застыла, как изваяние, у подножия лестницы.

Гости собирались уходить.

Адриан как раз галантно помогал Вилоре надеть плащ, когда я спустилась. Вилора и Ксания сияли.

— Марго, спасибо за ужин и приглашение! Нам пора возвращаться домой, сестре завтра в школу. Герцог любезно согласился проводить нас, ведь ночи такие темные.

“И холодные, похоже”, - мрачно отметила я, наблюдая, как Вилора жмется к Адриану.

Впрочем, кое-что порадовало: герцог, кажется, был совсем не в восторге от перспективы провожать малознакомых девиц до дома. И даже сделал попытку съехать:

— А может, хозяин дома проводит гостей? Это было бы вежливо.

— Вежливо — не заставлять престарелую тетушку напрягаться, — флегматично отозвался из-за стола Эрик. — У нее может быть подагра. В таком возрасте нагрузки губительны.

Адриан стиснул зубы, но в присутствии дам промолчал. То, куда Эрику в следующий раз засунут тетушкину подагру, мы додумали сами.

В ответ на взгляд мужа я слегка виновато пожала плечами. И поспешно спрятала лист с продой в карман. Попрощавшись с Мартой, девчонки упорхнули к карете, возбужденно переговариваясь. Адриан же, прежде, чем уйти, подарил мне долгий и не обещающий ничего хорошего взгляд. Но ничего не сказал.

Я надеялась, проводив Ксанию и Вилору, Адриан вернется, даже просидела весь вечер, пока Марта с Эриком убирались, в гостиной. Но двор был тих, а к полуночи стало ясно, что пора подниматься к себе. Я не надеялась уснуть, ведь рано утром надо было повесить проду. Но собиралась как следует протестировать перо, подаренное Эриком, а делать это лучше всего в тишине, одиночестве и заботливо свитом рабочем гнезде.

Выводя первые строки новой главы я еще не знала, как круто завтра поменяется моя жизнь и судьба романа “Замуж можно не ходить”.

* * *

Адриан

— А о чем вы думаете, герцог?

Я перевел взгляд на Вилору и вздохнул.

— О жене.

Девица надулась. Я не стал говорить, что размышляю на извечную тему “Ну чего ей надо?”. Марго за ужином явно ревновала, я неплохо разбираюсь в искренних эмоциях. Ревновала, бесилась, едва ли не фыркала, когда я заигрывал с ее подругами. Но зачем тогда она их пригласила?

Хотя нет, не так. Зачем съехала от меня и делает вид, будто между нами совсем ничего нет, только соглашение?

Но если бы я все это озвучил Вилоре, меня бы изнасиловали прямо в карете. А мелкую мешающуюся настырной девице сестричку отправили добираться до дома пешком. Честно говоря, я всякое видал за время работы: магических рецидивистов, лихорадочных распространителей, нежить, темных магов, убийц и насильников. Но ТАКИМ плотоядным взглядом на меня еще не смотрели.

Разумеется, девчонка слышала, что богатые лорды иногда заводят любовниц, и не стеснялась всячески демонстрировать, что совсем не против этой роли. Но хоть меня и держит на расстоянии собственная жена, я еще не совсем отчаялся, чтобы хвататься за ее заклятых подружек.

Да и вообще я еще рассчитываю получить Марго. Она ревнует — это уже первый шаг.

— А вы любите жену? — огорошила меня новым вопросом Вилора.

Я задумчиво на нее посмотрел. Потом посмотрел в окно. Потом пожал плечами. Хороший вопрос, над которым я стараюсь не думать. Люблю? Я ее даже не знаю. Не рассмотрел в бесшумной тени дерзкую и забавную девушку, выпустил ситуацию из-под контроля и теперь езжу к собственной жене на ужины. Вряд ли можно назвать любовью все чувства, которые вызывает у меня Марго, но иногда я ловлю себя на мысли, что определенно хочу свою жену.

— Я думаю, обсуждать свои отношения с малознакомыми людьми — неразумно. Это мой тебе, как темного стража, совет.

Но упрямая девица не сдавалась.

— Если любите, то почему живете отдельно? Я никогда не слышала, чтобы муж и жена жили отдельно. Почему так?

— Вот выйдешь замуж — поймешь.

— Я бы никогда не бросила мужа одного. Вдруг он увлечется какой-нибудь моей подругой? Красивой, талантливой и все такое.

Боги послали мне, конечно, странную жену. Иногда я возвожу глаза к небу и спрашиваю их — за что?! Но Марго хотя бы не дура. А эта…

— Ну что ж, дамы, вынужден вас покинуть, — улыбнулся я внезапно пришедшей в голову идее. — Возничий доставит вас в целости и сохранности домой.

Вилора даже не пыталась скрыть разочарования, а вот ее сестра, кажется, вздохнула с облегчением. Но старшая всерьез вознамерилась вцепиться в перспективу охмурить герцога, правда начала с малого — вцепилась в руку.

— Но… но… Адриан…

Она с таким придыханием произнесла мое имя, что я окончательно перепугался и едва не выпрыгнул в окно. Помешала только хваленая выдержка стражей. Ну и богатый читательский опыт — в романах Ее величества и не такое случалось.

— Адриан, нам очень страшно.

“Мне тоже”, - подумал я.

— На улице так темно и холодно!

Они что, живут на улице?

— Не мог бы ты нас проводить?

Ага, а потом остаться и починить дверь, выпить чаю, воспитать троих детей. Нет уж, я лучше буду помогать Марго вешать тексты на все приличные двери в округе. А еще лучше вернусь в ее дом, напрошусь на кофе, поиздеваюсь над тетушко и невзначай отрублюсь в гостиной. И утром меня покормят завтраком.

У них дома хорошо. Вкусно пахнет, светло и людно. А у меня куча прислуги и никого, с кем можно перекинуться хотя бы парой слов.

Пока я мечтал о теплом вечере в чужом доме, Вилора едва ли не залезла на меня, ненавязчиво демонстрируя все, как бы написала Агнес, прелести. Там даже было на что посмотреть: пожалуй, девчонку можно было назвать красивой. Но из головы никак не шел образ другой, с отливающими разноцветным блеском волосами. До одури радующейся несуразному лохматому перу.

— Адриан, я весь вечер не могла заставить себя отвести взгляд…

Я почувствовал, как начинаю злиться, и едва не отпихнул Вилору на сиденье напротив, потому что ее напор начал изрядно раздражать. Но вдруг натолкнулся на застывший стеклянный взгляд и неестественную позу ее сестры, и мгновенно подобрался.

Миг — и девчонка оказалась у меня в захвате, мычащая что-то невразумительное.

— Пустите! — Вилора брыкалась и пыталась царапаться, но я ее быстро утихомирил.

— Ну, рассказывай, зачем ты за нами шпионила.

Я снова бросил взгляд на бездушную куклу, которая не далее как час назад играла роль ее сестры, и захотелось придушить паршивку. Как я мог пропустить темную магию рядом с Марго?! Одно только неясно: я не чувствовал в Вилоре потенциала, которого хватило бы на полноценно функционирующую куклу, а это значит…

Экипаж вдруг остановился.

— Отпусти девушку, Адриан. Она всего лишь за несколько монет согласилась помочь мне разыграть приятеля. Забавно вышло, ведь так?

Хавьер Герне. Только этой скотины здесь не хватало, я уж и забыл о паршивце.

— Ты разве здесь? Не уехал на очередное задание?

— Решил задержаться. Отдохнуть в родных местах. Пройдемся?

Несколько секунд я колебался, все еще раздумывая устроить головомойку этой курице Вилоре, или нет. Наконец, решив, что деваха и так достаточно перепугалась, наклонился к ней и злобно процедил:

— Если еще хоть раз увижу тебя рядом с Марго, твоя голова будет украшать мои ворота, ясно?

Та поспешно закивала и, как только я выпустил ее на свободу, унеслась прочь, подхватив длинные юбки платья, которое, между прочим, я покупал для жены. Кукла, игравшая сестру, так и осталась на сидении кареты, остекленевшим взглядом буравить пространство перед собой. Бррр, жуткое зрелище. Но вынужден признать, что очень мастерски созданное. Хавьер не терял время зря и, пока я читал похабные романы королевы и бегал за собственной женой, оттачивал темное искусство.

Что ж, я не против прогуляться и немного поболтать. Надо выяснить, что от меня хочет граф Герне. Может статься, этот трюк с “сестрой” Вилоры — обычный намек, что мой давний враг ближе, чем я думаю. А может, то всего лишь кирпичик какого-то большого плана.

Я отпустил возничего, сказав, что вернусь пешком, велел выбросить проклятую куклу, и мы с Хавьером неспешно двинулись вдоль аллеи, делая вид, будто всего лишь встретились два давних ученических приятеля, дружба которых не выдержала испытания взрослой жизнью: работой, семьей.

— Так и зачем был этот трюк? Столько усилий, чтобы пошпионить за мной? Не похоже на тебя, Хави.

Он рассмеялся, хотя я знал, что больше всего Герне ненавидит, когда его называют Хави. Так его называла ныне покойная слегка тронутая умом мамаша. От нее-то он и сбежал на учебу. И хоть стал уважаемым магом, агентом короны, нет-нет да вздрагивал от иллюзорного громогласного “ХАВИ-И-И!”.

— Так, решил тебя немного поддразнить. Ты же знаешь, Адриан, я всегда считал, что тебе нечего делать под юбкой королевы. Хоть разомнешься, а то все письма, посылки, любовные романы… кстати о них. До меня дошли тревожные слухи, что ты разъехался с женой.

— С каких это пор ты стал сплетницей, Хави?

Клянусь, я слышу, как скрипят его зубы…

— Просто интересуюсь. Малышка Ксания поведала мне, что ты был на ужине с женой. И был там в качестве гостя. Ты же понимаешь, что это очень странно, Адриан? Ты — страж короны, ты не имеешь права на ошибку.

Мне почудились в голосе Герне прозрачные намеки, но вот на что именно, я не уловил. И решил спросить прямо:

— На что ты намекаешь?

— Всего лишь на то, что я тоже обеспечиваю безопасность Ее и Его величества.

— Ой, какие мы грозные, — протянул я. — Ну прямо молодец, хороший песик, дай королеве лапу. С каких пор мои отношения с женой касаются тебя, Герне? Ты шпионишь за мной и моей женой через куклу, делаешь туманные угрожающие намеки. Думаешь, я поведусь на уловки уровня школьников?

— О твоей жене ходят странные слухи, — холодно отозвался Хавьер. — Можешь не верить, но я шпионил и полтора часа ждал тебя у дороги не для того, чтобы враждовать.

Мы остановились посреди улицы, в аккурат у того самого магазинчика, куда мы с Марго накануне прилепили кусок ее текста.

— Рано или поздно слухи дойдут до нашего с тобой начальства. И если до этого момента ты не разберешься в том, что происходит с твоей женой, это могут сделать дознаватели. А об их работе ты наслышан.

С этими словами Хавьер шутливо откланялся и неспешно, не оглядываясь и не подавая вида, что только что неприкрыто угрожал мне, направился прочь. Что, демоны его сожри, граф Герне имел в виду и какие такие слухи ходят о Марго?

В задумчивости я перевел взгляд на дверь книжной лавки, ожидая увидеть там лист с текстом жены. Но вместо этого удивленно присвистнул.

— Вот это да. Марго завтра ждет бодрое утро…