Глава 5. Переговоры

Красный свиток не всегда присылал жених. Иногда это была обязанность Жрецов Сарры, особенно для тех пар, чей союз был желателен для короны.

— Получается, твоё обещание дать мне месяц на размышления — это просто пустой звук? — начала я тихо. Пока тихо.

Анталь подпер рукой голову и покачал головой.

— Нет, Дара, не пустой, — он вздохнул, — я действительно обещал твоему отцу отпустить тебя, если ты сама примешь решение уйти. Но только если ты сделаешь это сама.

— И поэтому ты задел меня за самое больное? — салфетка полетела на траву, я встала. — Думал, я уйду?

— Я надеялся, — он и не подумал встать, — сядь, Дара. Сядь и послушай.

Я вернулась обратно на стул и попыталась приказать себе успокоиться. Получилось, хоть и не очень хорошо.

— Я действительно тебя отпущу. Помолвка, — он поморщился, будто само слово было ему неприятно, — назначена только через два месяца. Поэтому твой отец хотел, чтобы ты оказалась здесь как можно скорее.

— Ты хочешь сказать, что у меня есть два месяца, чтобы отказаться от заключения брака? — я не привыкла говорить на такие откровенные темы, поэтому мой голос дрожал. — И хочешь сказать, что никто не будет на этом настаивать?

— Если откажешься ты, то никто не будет тебя неволить, — он улыбнулся и посмотрел на меня, — у меня, как ты понимаешь, таких привилегий нет. А ты сможешь вернуться домой и строить свою жизнь как пожелаешь.

Я вздохнула. Перспектива действительно интересная. Для меня.

Но…

— Анталь, — наплевав на этикет, я поставила локти на стол и оперлась подбородком на сплетенные пальцы рук, — а что будет с тобой?

Альс взял со стола вилку, покрутил её в руках, словно ничего интереснее в жизни не видел, и положил обратно. Я ждала.

— Со мной не будет ничего, — наконец ответил он, — будет назначена следующая помолвка.

— И… что будет со следующей девушкой? — я продолжала допрос.

Он посмотрел на меня, и наши глаза встретились. Меня захлестнуло вспышкой боли. Его боли. Моё сердце пропустило удар.

Неужели…

— Она тоже умрёт, — почти прошептала я.

Он молчал.

— Она умрёт, да?! — воскликнула я, до боли сжимая кулаки. Ногти впились в ладони, по щекам потекли слёзы. — И сколько же девушек уже погибли, Анталь? Семь? Восемь? Сколько их было всего?

— Одиннадцать, — он не смотрел на меня больше, но перед глазами будто стоял его взгляд: затравленный, виноватый… так смотрит загнанный волк, который понял, что уже всё, конец, и ему остаётся только пытаться прорваться через цепь охотников. Он знает, что всё бесполезно, но он попытается. И погибнет.

Я достала из рукава платок и вытерла глаза.

Если я уеду, будет новая девушка, новая смерть.

— Сколько, — я запнулась, — сколько из них были твоими жёнами?

— Нисколько, — он наконец-то посмотрел на меня, — они все погибали до помолвки.

— Здесь? — я обвела рукой окрестности, подразумевая замок.

— Не только, — услышала ответ, — кто-то до приезда сюда, кто-то ещё на стадии переговоров.

Теперь пришла очередь удивиться мне.

— Но почему тогда говорят о жёнах?

— Люди вообще много говорят, — он расправил салфетку и с тоской посмотрел на меня, — иногда слишком много, чтобы это было правдой.

Я его понимала. Понимала, наверное, с того момента, как услышала первые отголоски разговоров обо мне.

Я отодвинула стул, встала. Анталь удивленно посмотрел на меня и тоже собрался встать.

— Подожди, — остановила его, — мне надо подумать.

— О чем?

Интересный вопрос. Я и сама не знаю, о чем я собралась думать.

Оставив Анталя за спиной, я выбрала одну из тропинок и двинулась по ней, комкая в руках злосчастную салфетку.

О чём мне надо подумать? Очень много новой информации, очень много вопросов и всего лишь один факт.

Анталь не виноват.

Всё, что я видела сейчас, — его взгляд, полный горечи, его переживания, и они окончательно убедили меня в том, что он не причина всех бед. Точнее, причина, но не основная. Кто-то не хочет, чтобы он женился.

И, конечно же, теперь я была окончательно уверена в том, что смерть Тионы, пусть даже где-то далеко от д’эррана ключей, связана с этой тайной смерти девушек.

Итак, у меня есть два месяца до помолвки. Через два месяца Анталь наденет мне на палец обручальное кольцо, скрепив помолвку ритуальными словами. Или же со мной что-то случится, и помолвка опять не состоится. И через некоторое время на моё место придет уже другая девушка.

В то, что я вернусь домой, мне как-то не верилось — здесь всё не так просто. Приказ Короля — это не просто слова. Это заклинание, которым скрепляют приказ. И оно имеет обратную силу: в него всегда закладывают условия расторжения и жертву, которое оно принимает при распылении.

Что такое приказ Короля, я знала очень хорошо. Когда я училась на предпоследнем курсе, состоялась помолвка Д’Эрры Арконы — неприятной девицы с выпускного курса. Жених Арконы тогда расторг помолвку и попал под жернова. При распылении заклинания приказа у жениха Арконы напрочь выжгло Дар. Кстати, о Даре — молодых, как пару одарённых, собирались отправить в Проклятый Лес, что чрезвычайно расстраивало и Аркону, и её отца — властного Д’Эрра Магри. Однако после этого случая свадьба всё-таки состоялась, к огромному удивлению всех посвящённых; оказывается, молодые спелись у постели жениха, куда Аркона пришла вернуть помолвочное кольцо. Говорят, на свадьбе жених и невеста выглядели счастливыми, но не суть.

Значит, есть что-то, чем Анталь готов пожертвовать, чтобы спасти меня.

Вопрос только: чем?

Я больше не мешкала. Развернулась и почти бегом направилась назад.

Анталь сидел за столом в той же позе, в которой я его оставила. Услышав мои шаги, он поднял голову и встал, готовясь отодвинуть мне стул.

Вот только садиться я не собиралась.

— Что тебе будет за расторжение помолвки? — моим голосом можно было резать камень. Или сражаться в бою.

— Я не обязан тебе говорить, — Анталь отошёл от стула и стиснул зубы. Теперь мы стояли друг напротив друга и сверлили друг друга взглядом.

— Что? — сдаваться я не собиралась.

— Тебе так надо узнать ответ на свой вопрос?

— Да.

— Хорошо, — Анталь пожал плечами с видом, что этот вопрос не вызывает затруднений, — двадцать лет жизни.

— Сколько?! — я опешила.

— Двадцать, — он смотрел мне в глаза, — теперь ты довольна?

— Спасибо, — я отвела глаза, уже зная, что собираюсь сделать.

Хотела ли я этого? Не знаю.

Но я сама себе не оставила выбора.

— Кольцо ты носишь при себе? — мило осведомилась я. Мило, несмотря на то, что во мне всё кипело. Двадцать лет!

Анталь усмехнулся.

— Насколько ты знаешь, я обязан носить кольцо при себе на протяжении трех месяцев до помолвки, — он дотронулся рукой до своей груди.

Ну да, всё верно. Женихи всегда носят при себе кольцо как минимум три месяца. Некоторые начинают носить его за полгода, ведь чем дольше носишь, тем сильнее привязка.

Я усмехнулась.

Сделала пару шагов вперёд.

И протянула руку своему жениху.

— Надевай, — процедила сквозь сжатые зубы.

— Что?! — Анталь непонимающе смотрел на мою руку.

— Надевай кольцо, я согласна.

Неверящие глаза Альса. После этого он замотал головой, как мальчишка.

— Нет! Ни за что!

Я только усмехнулась.

— Ты не хочешь, чтобы я была твоей невестой? — я позволила себе иронию.

И тут он поднял взгляд и посмотрел мне в глаза.

У меня перехватило дыхание. В оцепенении я смотрела, как Анталь взял мою руку и нежно дотронулся губами до запястья.

— Нет, — тихо сказал он, не отводя взгляд, — я не хочу подвергать тебя опасности.

И столько нежности было в его голосе, что к горлу подступил ком.

— Ты подвергаешь меня опасности сейчас, — мой голос дрожал.

— В замке ты в безопасности, — возразил он.

— Не верю, — я усмехнулась. Руку я по-прежнему не убрала, её сжимал в своей руке Анталь, — и ты прекрасно об этом знаешь, просто пытаешься держать всё под контролем. Но за всем не уследишь!

Словно подтверждая мои слова, он опустил глаза. Я исподлобья наблюдала за ним.

На мрачном лице моего жениха отражалась напряженная работа мысли.

— Ну так что? — не выдержала я.

— Ты действительно этого хочешь? — Анталь наконец-то отпустил мою руку.

Я задумалась. С одной стороны, я не мечтала о замужестве, как мои сестры, а с другой — рано или поздно мне бы это предстояло. Если бы не нападение…

Нет, наивной я не была, среди д’эрров союзов по любви не заключалось. И даже мой отец, несмотря на свою мягкость, в этом вопросе был достаточно щепетилен. Единственное: он подобрал двум моим сёстрам действительно хороших женихов. Это, конечно, стоило ему нервов и репутации скандалиста (правда, ненадолго).

“Зато мои дочери, — сказал он тогда, — не будут страдать от глупых прихотей своих мужей”.

И оказался прав. И Мадра, и Гиара были счастливы в браке, особенно это было заметно, когда они приезжали к нам в гости.

Я вздохнула, Анталь вопросительно посмотрел на меня.

— Сомневаешься?

Я тряхнула головой. Не объяснять же ему, что мои мысли были посвящены не сомнениям. Хотя, видимо, придется.

— У меня нет права отказаться, — начала я, тщательно подбирая слова, — точнее… я не могу.

Альс вопросительно посмотрел на меня.

Я постаралась мягко улыбнуться.

— Как я понимаю, оставаться просто в статусе твоей гостьи мне опасно. С другой стороны… я не могу! — последние слова я просто выкрикнула.

Обхватила себя руками и принялась мерить быстрыми шагами зелёную лужайку.

— Пойми… я не могу позволить себе, чтобы это продолжалось, — мой голос звучал невнятно, впрочем, это беспокоило меня в последнюю очередь, — я уверена, что должен быть выход! Что есть разгадка! — я повернулась к Анталю. — И я не могу допустить больше смертей! Как человек, как волшебница — не могу!

Жених предупреждающе поднял руку.

— Дара, — в его голосе прорезалась сталь, — магические идеалы, которые вам так вдалбливают в головы в Академии, с жизнью не имеют ничего общего, понимаешь?

Я бы могла ему объяснить. Объяснить то, что ещё сама толком не понимала, что вызывало во мне множество вопросов в последние годы, что я сама не могу позволить себе закрыть глаза на то, что я знаю. На эту череду помолвок, на эти смерти и… на Анталя. Что я просто не смогу дальше спокойно жить, зная, что могла хотя бы попытаться раскрыть эту тайну, но не стала. Да я же себя возненавижу!

Отцу, конечно, такое даже присниться не могло. Если бы ему сказали, что он отпускает свою дочь на верную гибель, он бы королевство с землёй сравнял, но отменил помолвку!

С другой стороны, он же отпустил меня в Д’эрран Ключей, не стал сопротивляться, не связался с Королем, не искал выходов из этой ситуации. Точнее, искал, я уверена — до разговора с Анталем.

Это означало лишь одно — отцу понравился жених. И он предоставил мне возможность самой сделать выбор. Тем более я смогу отказаться.

— А отец знает? — я искоса посмотрела на Альса.

— Знает, — словно нехотя ответил он, — я предупредил.

Я подалась вперёд.

— И что?

— Ну и д’эрр Сольн сказал, что его дочь достаточно умна, чтобы самостоятельно принять решение. Впрочем, в этом я уже не уверен, — иронично протянул он.

Вот… д’эрр! Ещё и шутить пытается. Да у нас тут пир во время чумы, ей-богу!

Признаться честно, сейчас впервые в жизни я испытывала затруднение, связанное с отсутствием знаний в этой области. Вопросами заключения брака я интересовалась мало, и в моем распоряжении была лишь общая информация. Впрочем, её мне всегда хватало.

— Дара, — Анталь окликнул меня, и я вздрогнула, — если ты этого действительно хочешь, то есть выход.

Я вопросительно посмотрела на Альса.

— Мы можем заключить временное соглашение, — как ни в чём не бывало продолжал он.

Хм, а о временном соглашении я и не подозревала.

— А что это такое? — удивилась.

— Я предложу тебе временную помолвку. Это потребует от меня дополнительных условий. Если в течение двух месяцев ты передумаешь, то просто вернёшь кольцо.

— Всё так просто? — я усмехнулась. — Анталь, я же не девочка. Должно быть что-то еще!

Он улыбнулся.

— Если что-то хочешь спрятать, то положи на видном месте, — ответил он словами поговорки, — я добавлю в клятву слова о возможности расторжения помолвки в течение определённого срока.

— И всё? — нет, я не задавала глупые вопросы, я тянула время, одновременно пытаясь вспомнить всё, что я читала о временных помолвках. Определённо, мне не следовало игнорировать эту область знаний. Единственное, на что хватило моего интеллекта — вспомнить, что такое вроде как возможно и даже не несёт никаких санкций в нашем случае, ведь по факту верну ему кольцо я, а значит, отказ последует с моей стороны.

Но что-то не давало мне покоя. И вопрос с этим “что-то” следовало прояснить сейчас.

Видимо, мой мыслительный процесс как-то отразился на моем лице, потому что Анталь решил прояснить всё сразу.

— Дара, я даю тебе слово.

Я посмотрела ему в глаза. И поверила.

— Да, — мой голос звучал будто издалека, — давай сделаем так.

Словно в каком-то сне я наблюдала, как Анталь берёт мою руку и снимает с шеи шнурок, на котором висит кольцо.

Как снимает кольцо и надевает его на мой палец.

Как шевелятся его губы, произнося ритуальные слова-обязательства хранить и заботиться обо мне.

Мои глаза невольно наполнились слезами, столько трепета было в его действиях.

А потом он сделал шаг вперед и коснулся моих губ своими. Мимолётно, очень легко и быстро.

И в этот самый момент я вдруг поняла, что поступаю правильно.