Глава 8.Тени прошлого
— Это случилось два года назад, — я смотрела прямо перед собой, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, — я только оправилась от смерти подруги, как меня вызвал отец.
Перед глазами всё привычно подёрнулось дымкой, и я будто оказалась в том дне. В дне, когда всё изменилось.
Я гуляла в саду, когда за мной пришла Лори. Она выглядела возбуждённой и взволнованной.
— Д’Эрра Дара, — она привычно сделала книксен, — вас хочет видеть отец. И его гости, — чуть прищурила она глаза.
— Гости? — я усмехнулась. С самого Праздника Великого Урожая гости не жаловали нас своим присутствием.
— Два лорра хотят видеть именно вас. Они в кабинете.
Я хмыкнула. Если хотели видеть меня, то это означало лишь одно — стало что-то известно о смерти Тионы. Отец был заинтересован в этом не меньше меня, но тем не менее предпочитал все новости касательно расследования выслушивать в моём присутствии.
— Скажи, что сейчас поднимусь.
В холле я немного задержалась у большого напольного зеркала, разгладила юбки, заправила за ухо прядь выбившихся из причёски волос. Напомнив себе, что держаться нужно с достоинством, поплыла к кабинету отца.
Уже на подходе услышала голоса. Громовой рык Д’Эрра Сольна можно было различить и за полмили. И сейчас папа был явно чем-то недоволен.
— Вы понимаете, что вы предлагаете это моей дочери? — гремел он. — В моём присутствии?
Голос его оппонента звучал, наоборот, тихо и приглушённо.
— Д’Эрр Сольн, мы понимаем, что наше предложение слишком смелое, но…
— Слишком смелое? — судя по скрипу кресла, отец встал. — Да вы делаете это предложение просто неприличным, особенно если учитывать условия… — тут папа замолчал, заметив в проёме дверей меня.
— Здравствуйте, — я постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно, — вы хотели меня видеть?
— Доброе утро, Даралея, — отец грузно опустился обратно в кресло. То только жалобно скрипнуло под его весом. Прошу, познакомься с нашими гостями, — он указал на двух мужчин, сидящих напротив стола. Лорр Аверис, глава Тайного Совета Его Высочества, — сидящий в кресле мужчина привстал и поклонился. Лорр Вельнус, секретарь Его Высочества, — стоящий у окна высокий мужчина отвесил мне более глубокий поклон, как и полагалось по этикету.
— Лорры, — я присела в реверансе, — рада вас видеть.
— Ты рада, Даралея, а вот я не очень, — подал голос отец, — пожалуйста, присядь. Я не зря тебя позвал, здесь нужно твоё решение.
— Хорошо, отец, — я присела на стул у камина и замерла, как и полагается примерной д’эрре.
— Итак, вернёмся к делу, — предложил лорр Аверис, оборачиваясь к отцу, — я повторяю, что наше предложение, несмотря на его смелость, не навредит вашей дочери.
Не навредит? Я обратилась в слух.
— Поймите правильно, что мы не предлагаем полноценный контракт, — продолжал глава Тайного Совета, — нам важно, чтобы ваша дочь прошла обучение. Ведь это не только даст ей новые навыки, но и, — тут он внимательно посмотрел на меня, — способно благоприятно повлиять на её дальнейшую судьбу.
— Дара, — отец обратился ко мне, — послушай, что предлагают лорры.
Я вежливо улыбнулась.
— Они предлагают тебе пройти обучение в Сером Шпиле.
Что?..
Я застыла статуей. Подобного развития событий я не предполагала даже в самом страшном сне. Серый Шпиль!
Нет, конечно, я была наслышана о Сером Шпиле. В Академии давно ходили слухи об этом тайном сообществе, но, если честно, я не была уверена в его существовании: уж очень фантасмагоричной казалась идея тайного общества, выпускающего шпионок, которые находили своё место на службе Его Величества.
— А оно существует? — я не нашла ничего лучше, кроме как задать этот банальный вопрос.
Лорр Аверис хмыкнул и посмотрел на отца. Тот, в свою очередь, на меня.
— Да, представь себе, Серый Шпиль вполне реален, — голос отца звучал сухо, — и вот лорры всё-таки решили сделать предложение, которого, как я надеялся, могло не быть.
— Простите, д’эрра Сольн, — это уже советник, — возможно, вы согласитесь показать мне сад? Я уверен, нам будет о чём пообщаться во время прогулки.
Я, по-прежнему напоминающая соляной столб, растерянно перевела взгляд на отца. Тот, на удивление, кивнул.
— Не возражаю, — отрезал он, — Даралея, решай сама. Или ты показываешь лорру Аверису наш сад, или я вышвырну его отсюда к ларгусовой матери.
Глава Тайного Совета вполне доброжелательно мне улыбнулся и развёл руками, показывая, что третьего варианта нет. Я усмехнулась.
— Пойдёмте, лорр Аверис, — встала и присела в реверансе, — покажу вам сад.
***
В саду было холодно, зима постепенно вступала в свои права. Я плотнее запахнула меховую накидку и поспешила догнать советника, который, пока Лори помогала мне одеться, ушёл по тропинке далеко вперёд.
— Лорр Аверис, — поравнялась я с мужчиной, — я готова вас выслушать.
Тот улыбнулся и предложил мне руку, которую я приняла.
— Д’эрра Сольн, мы приехали сюда не просто так, — он, казалось, начал издалека, — перед тем, как сделать выбор, мы навели справки. Мы проверили несколько девушек, — поспешил он, опередив мой вопрос, — но предложить обучение решили именно вам.
— Почему мне? — я решила начать с малого.
— Вы умны, рассудительны. Красивы, в конце концов, — он с улыбкой посмотрел на меня, — у вас хорошая успеваемость и качества, которые мы ценим. Да и подумайте сами, никуда ехать не нужно, обучение в стенах вашей, — он сделал акцент на этом слове, — академии.
Кивнула. Ну да, насколько распространялись слухи, кандидаток действительно обучали прямо в Академии, выделяли им индивидуальный график. Руководствуясь методом “все средства хороши”, частично применяли магические средства обучения, частично — традиционные. Слухи, слухи…
— Но мне всё равно непонятен ваш выбор, — я старательно тянула время, надеясь, что мой собеседник где-то проговорится об истинной причине их выбора, но в то же время с тоской осознавая, что люди, которые занимают подобные посты, могут проговориться только по одной причине — если это выгодно королевству. Словно почувствовав, что я сомневаюсь, советник пошёл с козырей.
— Я понимаю ваши сомнения, — мужчина внимательно посмотрел мне в глаза, — однако хотел бы сообщить, что у меня есть ещё одна причина, по которой я хотел бы поговорить с вами, прежде чем делать окончательный выбор кандидатуры.
Я ждала.
— Дело в том, что ваша мать в своё время тоже обучалась в Сером Шпиле.
Я хмыкнула. Показывать своё удивление не хотелось.
— И в своё время она вложила в воспитание своих дочерей достаточное количество усилий для того, чтобы они все могли быть достойными кандидатками на обучение, — мы поравнялись с кованой лавочкой, и мужчина жестом предложил мне сесть, — поэтому…
— Поэтому вам все равно, кого брать, — абсолютно невежливо перебила я его. Логика вопроса прослеживалась достаточно чётко.
— Я нисколько не сомневался в вашей эрудиции, — советник смотрел на меня сверху вниз, и я пожалела, что сижу, — да, мы вправе выбрать или вас… или одну из ваших сестер.
Я не ответила. Я думала.
И Мадра, и Гиара отпадают — первая уже в браке, свадьба второй уже в будущем месяце. Получается, или я… или Кири.
— Вы не посмеете! — вырвала руку и вскочила. — Кири ещё маленькая! К тому же…
— К тому же, д’эрра Сольн, попрошу вас не кричать, — доверительно наклонился ко мне советник, — хотя, признаюсь, мне нравится ход ваших мыслей. Но… — он достал из кармана массивные часы и посмотрел на циферблат, — наше время подошло к концу. Разрешите, я верну вас отцу и дам вам час на раздумья.
— Час? — я остановилась, но лорр мягко увлёк меня по тропинке, туда, где сквозь деревья просвечивали стены замка.
— Час, дорогая, — вежливо, но холодно отрезал он, — я не уеду отсюда без согласия либо вас, — советник оглянулся на меня, — либо вашей сестры. Признаться, ваша кандидатура устраивала бы меня больше.
— Я вас услышала, лорр Аверис, — хмыкнула, — только вот не понимаю, какой смысл в этом?
— Д’Эрра Сольн, — лорр Аверис улыбнулся, — мой опыт научил меня главному: хочешь добиться расположения человека — дай ему то, что он хочет. В вашем случае деньги не нужны, а известность вам ни к чему.
Он загадочно смотрел на меня.
— Я могу предложить вам только содействие в расследовании гибели вашей подруги.
Я резко обернулась.
— Что?
— Вы правильно поняли, д’эрра Даралея, — советник жестом предложил продолжить прогулку, — я обещаю вам помощь, какая только потребуется для расследования гибели Тионы. Ведь вы были с ней дружны. Неужели вы не хотите узнать, что с ней случилось?
А я посмотрела на него и, кажется, поняла, что моё “да” из разряда неподъёмных решений перешло в разряд номинальных.
— Вы не оставляете мне выбора, — сухо процедила сквозь сжатые зубы.
— Нет, — в глазах советника плескалось странное веселье, — всего лишь прошу.
***
Разговор с отцом вышел коротким.
— Я так понимаю, ты рекомендуешь мне согласиться? — я вошла в кабинет, сняла перчатки и бросила их на стол. Отец поднял на меня глаза и помрачнел.
— Дара, у нас нет выбора, — между его бровей залегла глубокая складка, — мы все служим Королю и Королевству — кто-то больше, кто-то меньше. И обязанность каждого из нас — содействовать интересам Короны.
— Вопрос не в предложении. Вопрос в отсутствии выбора, — парировала я.
— Согласен, — отец перекладывал бумаги на столе, делая вид, что это самое важное занятие из всех, что у него были. За всю жизнь. — С другой стороны, твоя мать…
— Что моя мать? — я торопливо подалась вперед. — Лорр Аверис сказал, что она была выпускницей Серого Шпиля. Это так?
— Лорр Аверис — настоящий жук, — хмыкнул отец, — изворотливый и хитрый. Наверное, ты уже убедилась.
— Он меня шантажировал, — я отвернулась, надеясь скрыть волнение.
— Не удивлен, — д’эрр Сольн встал из-за стола и подошёл ко мне, — но в данной ситуации у нас действительно нет выбора.
— Почему? — я посмотрела ему в глаза.
— Потому что звание выпускницы Серого Шпиля в какой-то мере наследственное, — как маленькой пояснил мне отец.
Вот, значит, как…
— Выходит, ты знал, что рано или поздно к тебе придут, — я прищурилась, — и сколько же дочерей ты готов был отдать?
Отец присел перед креслом на корточки и взял мои руки в свои.
— Дара, я всё понимаю. Но при этом рассчитываю на твоё здравомыслие. Королю нужны такие… как твоя мать, — совсем тихо закончил он.
— Какие? Выпускницы Серого Шпиля — кто они?
— Я не могу тебе описать этого, — отец замялся, — не потому, что не могу или не хочу. Прости.
— А что потом? — для себя я уже понимала, что всё уже решено, но вопросы-то оставались.
— Дальше? — отец горько улыбнулся. — Дальше будешь жить. Почти как обычно. Ведь ты уже для себя всё решила, верно?
Я медленно кивнула, не отводя от него взгляд.
— Тогда смысл задавать вопросы?
Ответ на этот вопрос я так и не смогла найти… до сих пор.
Когда я закончила рассказывать, в комнате воцарилась тишина. Альс не спешил задавать вопросы, я же не хотела на них отвечать. Наконец Анталь подал голос.
— После нашего первого разговора я уже понял, что ты не так проста. А после второго окончательно в этом убедился. Только вот не предполагал, что ты попала туда после старательно проведённой работы Авериса.
Я грустно усмехнулась.
— Ты ведь тоже не подарок, верно? Кроме д’эррана Ключей на тебе ещё куча обязанностей, — я специально подчеркнула слово “куча”, будто намекая на неприглядность этих самых обязанностей.
— Да, — Анталь не стал отпираться и вернул усмешку, — и поверь мне, эти обязанности меня не радуют.
— Я поняла, что ты там, где-то в ближайшем окружении Короля, — я подошла к камину и застыла, глядя на отблески пламени. Глаза, кстати, уже не беспокоили, и на огонь я могла смотреть абсолютно спокойно, — но вот понять не могу — где.
— Скрывать не стану, — Анталь встал рядом со мной, — я являюсь Зеркалом Совета.
Что ж, это многое объясняет. Зеркало Совета — человек, который может наложить вето на любое решение Совета, и в том числе на любое решение Авериса, занимающего, наравне с должностью Советника Короля, должность Главы Совета. Эти должности всегда были спаренными — Советник Короля принимал на себя Совет.
В голове завертелись шестерёнки. Вид у меня, наверное, был странный, потому что через несколько мгновений я услышала рядом с собой смех. Смеялся Анталь — тихие всхлипы переросли в откровенный заразительный хохот. Уголки моих губ сами собой поползли вверх.
— Чт… что? — выдавила я, изо всех сил стараясь оставаться хоть чуточку серьёзной.
— Дара, — Анталь еле выговорил сквозь смех, — ты такая серьезная! Нет, у Авериса нет никаких планов по уничтожению меня, поверь мне! Он, конечно, гад и сволочь, но при этом исключительно предан Королю.
— Но, а как же… — я нахмурилась.
— Забудь, — смех немного поутих, — он действительно ни при чём. Два года назад я лично занялся его проверкой.
— И? — не желала сдаваться я.
— У него алиби по всем случаям убийств.
— А-а-а-а… — умудрёно протянула я, — я просто не вижу свя… А-а-а-а! — уже закричала, чувствуя, что меня сгребли в охапку и подняли над землёй.
Альс. Видимо, долго не думая, подхватил меня на руки и плюхнулся в кресло, усадив меня на колени.
— Что ты делаешь! — попыталась я высвободиться. Впрочем, тщетно — жених держал крепко.
— Пока моя будущая жена не начала искать разгадку там, где её нет, — хотя Анталь поучительно смотрел на меня, в его глазах плескалось ироничное золото, — я бы хотел её предупредить, где эта разгадка может быть. Тем более что Аверис разрешил мне привлечь тебя.
— Что-о-о? — возмутилась я, стараясь не отреагировать на больно резанувшее “будущая жена”. — Когда?
— А вот аккурат перед нашим разговором, — золото в глазах улеглось, — когда я осознал, что сидеть на месте ровно ты не сможешь. Хотя, признаться честно, Аверис так и не сказал мне, кто ты.
— Хотела бы и я знать, кто я, — вздохнула, перебирая бусины браслета, и осеклась. Анталь пристально смотрел на меня.
— А кто ты? — переспросил, глядя в глаза.
Я вздохнула. Ситуация не располагала к откровениям при всей её откровенности. Подумать только: сижу на коленях человека, которого знаю от силы пару дней, и делаю вид, что это меня ни капли не волнует, и вообще — так и должно быть. А ещё я вчера приняла от него предложение. Хотя как приняла — настояла! Я могу постараться врать другим, что сделала это из соображений собственной безопасности, но врать себе не могу. И что-то мне подсказывает, что пошла я на это не только для того, чтобы обезопасить себя. А зачем?
Я тряхнула головой, возвращая себя в реальность. Подумать о насущном успею на досуге. Улыбнулась Анталю.
— Ты имеешь в виду, кого там готовят?
Альс кивнул.
— Я даже объяснить не смогу, — замешкалась, — учат вскрывать силовые нити, вести диалоги… соблюдать субординацию — например, не усаживать девушек себе на колени, — я покосилась на жениха, будто намекая, что понятие “субординация” не входит в его приоритеты. Анталь проигнорировал намёк с поистине царским видом, и я мысленно махнула рукой, потом разберёмся. — Так вот, — продолжала, заглаживая паузу, — разбираться в ядах и противоядиях… да ещё много чего.
— Я наслышан о разнообразии занятий, — кивнул он с серьёзным видом, — значит, завтра с утра жду тебя в кабинете. Покажу, что у нас есть. А пока, — он серьёзно смотрел на меня, — скажи, учили ли тебя в Сером Шпиле очень важному предмету?
Я вопросительно взглянула на него.
— Предмет под названием “как согласиться принять приглашение на ужин от своего жениха”? — с комично-серьёзным видом закончил он и позволил весёлым чертикам заплясать у себя в глазах.
Я не выдержала и прыснула в кулак.
— Нет, не учили, — выговорила сквозь смех, — впрочем, — делано серьёзно посмотрела на Анталя, — так уж и быть, д’эрр Альс, я соглашусь на ваши условия.
***
Пока Ольма накрывала на стол прямо там, в спальне, я перерыла стопочку книг и нашла ещё один учебник по виррским рунам. Просительно посмотрела на Анталя и, получив молчаливое согласие, отдала Ольме с просьбой отнести в мою комнату.
Наконец горничная ушла, оставив нас вдвоём. Анталь отодвинул стул, помогая мне сесть, и уселся напротив.
И воцарилось молчание.
Анталь пристально смотрел на меня. Я делала вид, что ничего особенного не происходит, ковыряя вилкой тушеные овощи.
Наконец Альсу наскучило меня гипнотизировать.
— И всё-таки, — издали начал он.
Я вопросительно подняла на него глаза.
— Мне кажется, что ты мне рассказала не всё, — заметил он, накладывая себе в тарелку какой-то разноцветный салат.
— Если говорить о нас, то ты мне вообще ничего о себе не рассказал, — отбила выпад я и отправила в рот особо сочный кусочек.
— Да, — он на мгновение задумался, — хотя что я тебе расскажу? Родственников у меня нет, из близких остались только Ронин, — он кивнул в сторону двери, — и Ольма.
— Ты их давно знаешь? — осторожно спросила я, понимая, что вопрос с родственниками лучше пока не трогать.
— С детства, — он тепло улыбнулся, — Ольма только недавно взяла на себя роль горничной. Когда началась эта заваруха, из замка сбежали все девушки.
Я хмыкнула. Крысы бегут с корабля первыми, что и говорить.
— А родители… — он застыл. Застыла и я, боясь поднять на него глаза.
Анталь отодвинул стул и встал. Подошел к камину и снял с него какую-то коробку.
— Подойди, — тихо позвал он.
Я встала и осторожно приблизилась к нему. Впрочем, Альс уже меня не видел — сидя на корточках, он бережно открыл коробку и достал оттуда карточку. Я знала, что это — незадолго до смерти мамы у нас появилась такая же. Магические картины, выполняемые магами особой специализации, навек оставляли воспоминания о людях — живых и… нет.
С карточки, протягиваемой мне Анталем, на меня смотрели двое. Смеющаяся женщина с сияющими вьющимися волосами, забранными в высокую корону, и мужчина. Глаза мужчины были серьезными, хотя морщинки, расходящиеся из уголков глаз, наводили на мысль, что серьезным он бывает редко.
— Это твои родители, — полуутвердительно, полувопросительно спросила.
Анталь кивнул.
— Мне было пять лет, когда их не стало, — он говорил отрывисто, сухо. И я отлично его понимала, такие раны не заживают никогда, их лучше препарировать с четкостью хирурга, чтобы не разбередить лишний раз: — Отца вызвали для решения неотложного дела. Мама поехала с ним. И… они не вернулись, — его голос дрогнул, — их нашли там, внизу ущелья.
— На карточке они выглядят очень счастливыми, — грустно улыбнулась я.
— Они любили друг друга, — он со вздохом взял у меня протянутую карточку и бережно спрятал обратно в коробку.
Я кусала губы, пытаясь удержать вопрос. Не удалось.
— Почему ты мне показываешь их карточку? — я сделала шаг к нему. Он не отступил: — Это же очень личное.
Он долго смотрел на меня и, как я ни старалась, не смогла ничего прочесть в его глазах. Наконец его взгляд дрогнул.
— Мне кажется, я могу тебе доверять, — произнес он и сделал шаг навстречу мне. Взял руки и сжал их в своих. Меня пробрала дрожь. Нет, не потому, что я испугалась. Просто… я поняла, что у меня появился человек.
— Знаешь, — вырвалось у меня прежде, чем я успела словить эти слова, — моя мама тоже погибла. Чума, — пояснила коротко, чувствуя, что, если продолжу тему, потеряю самообладание и просто разревусь. Все-таки никак не отпускала меня такая несправедливая смерть.
Анталь ничего не ответил. Просто сделал ещё один шаг и обнял меня.
— А ещё…
— Что? — услышала его голос у себя над ухом и прикусила язык.
Нет. Это уже слишком. На мгновение я даже разозлилась на себя. Пару дней знаю человека, а уже выбалтываю ему свою боль, которая терзает меня уже полтора года.
— Нет, ничего, — прошептала и нескромно уткнулась ему в грудь, — давай сменим тему. Это подождет.
Так мы и стояли, обнявшись, в отблесках пламени, будучи одновременно очень далеко друг от друга: у каждого свои воспоминания, своя трагедия. Сколько же их у нас… на двоих?
И тут я впервые в жизни почувствовала, что я не одна.
— Знаешь, — Анталь снова подал голос, — и ведь мне кажется, что с момента смерти моих родителей это все и началось.
— Почему? — я не рискнула поднять голову, опасаясь, что жених меня отпустит, и при этом стесняясь признаться самой себе, что не хочу, чтобы он перестал меня обнимать.
— Потому что они погибли так же, как твоя подруга, — отрезал он, — в ущелье Ад-ит-Тау.