Глава 21

— Доброе утро, — поздоровалась я, утром спустившись в столовую. Все мои прежние бодания с Дарстеном показались такими мелочными и пустыми, что потеряли смысл.

От удивления лорд даже газету отложил и встал, приветствуя меня.

— Ты бледная. Может, не надо было ещё вставать?

— Не могу больше лежать.

Я села на стул, заботливо отодвинутый лакеем. Спуск с лестницы оказался тем ещё испытанием, и сейчас я справлялась с учащённым сердцебиением, ощущая на лбу испарину.

— Как ты себя чувствуешь?

— Лучше.

Сегодня на завтрак мне подали лёгкое куриное суфле, и я с удовольствием принялась за еду, бульон и овощи за вчера надоели. Несколько раз лорд Дарстен порывался начать разговор, но так ничего и не сказал, наблюдая за тем, как я ем. Чувствовала на себе его взгляд, но всё внимание уделяла еде.

— Как ты смотришь на небольшую прогулку после завтрака? — спросил лорд, когда я уже пила чай.

— Боюсь, у меня пока мало сил.

— У меня в Лироне есть вилла на берегу моря. Хочешь отдохнуть на террасе с видом на лагуну с бирюзовой водой?

Я подняла взгляд на супруга. Он предлагает переместиться?!

Нестерпимо захотелось к морю. Этим летом у меня так и не получилось из-за работы выехать на отдых. Дочка ездила в Сочи с родителями мужа и мне присылала красочные фотографии. Я успокаивала себя тем, что можно съездить потом, на каникулах, но вот как получилось.

— Хочу, — неожиданно для себя согласилась я. Не стоит откладывать маленькие радости жизни на потом. А то так выпьешь непонятно что и помрёшь во цвете лет со всеми своими планами.

— Хорошо. Тогда допивай чай и идём.

— Сейчас?

— У тебя есть другие планы?

О да, доплестись до комнаты и рухнуть в кровать. Кстати, я была не совсем уверена, что осилю подъём по лестнице.

— Нет, — вынуждена была признать я.

Он подождал, пока я выпью чай и встал из-за стола, подходя ко мне и помогая подняться. Дарстен предложил мне свой локоть, на который я опёрлась. Выходя из столовой, поймала себя на мысли, что это первый раз, когда мы покидаем её вместе. Не зря говорят, что близость смерти меняет людей!

В холле он открыл портал в который мы шагнули. Я сразу же покачнулась от головокружения и стала оседать. Резкая смена окружающей действительности, климата, подействовали оглушающим образом.

Дарстен подхватил меня на руки и в несколько шагов оказался перед оттоманкой с высокой мягкой спинкой. Он опустился на неё прямо со мной.

— Ты как? — в голосе слышалось искреннее беспокойство.

— В порядке. Голова закружилась, — ответила я, осматриваясь. А посмотреть было на что. Белый песок, бирюзовая вода в лагуне, искрящаяся на солнце, вокруг всё утопает в зелени. Терраса находилась на возвышении и вниз к пляжу по бокам вели две лестницы. На самой террасе были расставлены в больших горшках фикусы. Ещё одна оттоманка стояла рядом, а между ними круглый стол. Мы находились в тени, которая падала от балкона над нами. По стенам вилась зелень.

— Здесь красиво!

А ещё жарко. Но я с наслаждением вдыхала морской воздух.

— Может, зайдём в дом? Хочешь воды?

— Нет, давайте здесь посидим.

Пока осматривалась, упустила тот факт, что полулежу на нём в кольце его рук, но трепыхаться не стала. В моём состоянии приставать ко мне точно не будет. Поэтому просто откинулась на его грудь, расслабившись.

— Что это был за яд, вы выяснили?

— Кайори.

Значит, услышанное было не бредом и незнакомое слово я запомнила точно.

— Редкий яд змеи. Из хороших новостей — после него ты получила иммунитет к большинству ядов.

— А из плохих? Я полностью поправлюсь или ждут неприятные сюрпризы?

— Самое сложное пережить первые три дня. После укушенный поправляется полностью. Было отмечено, что счастливчики обладают отменным здоровьем.

— Счастливчики? — ухватилась я за слово.

— Важно оказать вовремя помощь, — скупо ответил супруг, но объятия стали чуть крепче.

Я благоразумно не стала дальше поднимать эту тему, да и Дарстен решил её сменить.

— У меня есть яхта. Если хочешь, можем устроить морскую прогулку.

Кажется, пользуясь случаем, меня решили выгулять по полной.

— Не в этот раз. Я пока по земле неуверенно хожу, а что будет если выйдем в море?

— Ты уже плавала на корабле?

От вопроса я замерла и ответила с осторожностью:

— Не могу сказать из-за потери памяти, но о качке и морской болезни читала.

— Воспоминания не возвращаются?

— Пока нет.

— Если хочешь, Ферон может…

— Не хочу, — оборвала я ещё одного желающего вернуть мне память. Мы помолчали некоторое время. На жаре меня немного повело после еды и стало клонить в сон. — Вам не тяжело?

— Нет.

Ладно, мне и самой шевелиться не хотелось.

— Тогда можно я немного полежу?

— Мы для этого сюда и пришли. Отдыхай.

Что ж, раз у него нет более важных дел… Я с чистой совестью склонила голову и закрыла глаза.

***

Слабая, непривычно притихшая. Такая Анника будила в груди волну нежности и желание защитить. После всех скандалов, громких обвинений, сейчас она доверчиво спала на его руках, и это казалось чудом. Кто бы ему сказал, что однажды он пошевелиться бояться будет, чтобы не потревожить сон женщины, не поверил бы.

Единственная женщина, чьи поступки не мог просчитать. Казалось, после всего она ещё больше должна его возненавидеть. Увидев её утром в столовой, ожидал очередного скандала, но неожиданно она сложила оружие. Не был уверен, что это надолго, но был рад затишью.

Дни, пока она металась в бреду, стали для него одними из самых страшных. Хуже нет ощущать свою беспомощность и разъедающее чувство вины. Потеря ребёнка на его совести, и с этим уже ничего не поделать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍С самого начала обратиться к Дениэлю было глупой идеей. Нужно было остановиться, не настаивать, но видеть каждый раз, как жена улыбается лучшему другу, при этом леденея при взгляде на него самого, было выше сил. Знал, что Анника не простит такой проверки, поэтому и старался разрушить их отношения.

Но увидеть её плачущей в своём кабинете стало потрясением. Уже тогда понял, что перегнул. А когда она в его руках стала задыхаться…

Аррх Коурстена запрокинул голову, подавив судорожный вздох. Повезло, что уже видел действие этого яда. Хотелось взреветь: «Кто посмел»? Но следовало действовать быстро. Самое ужасное, что даже при своевременной помощи, нужно пережить три мучительных дня. Закалённые воины не выдерживали, что говорить о слабой женщине.

Трое изматывающих суток не отходили от неё. Было мукой видеть, как её выгибает от боли, или как горит от жара и бредит. Мукой вдвойне понимать, что она случайная жертва.

Он голову сломал, размышляя, когда могли подсыпать яд. На кабинете защита, о любом проникновении становится сразу известно. Чужих не было, защита не взломана. В итоге — следует рассмотреть тех, кто был. Последний раз пил крог перед приёмом и всё было нормально. Потом Анника высказалась насчёт пьянства и мужского бессилия, и он не притрагивался к спиртному.

Кабинет посещали Анника, Дениэль, Ферон и слуга Робин. А ещё Каролина во время бала и все подозрения падали на неё. А на кого ещё? Дениэль, Ферон и Робин были вне подозрений, им верил как себе. Анника не стала бы пить отравленное. Оставалась Каролина.

Могла ли разгневанная невниманием женщина пойти на такой шаг? Темперамент у леди Шуильской взрывной, она способна на импульсивные поступки. Но тогда получается, яд должен был быть у неё с собой. А зачем уважаемой вдове носить с собой яд кайори?

Вот тут возникали вопросы. Ещё Каролина, после того, как её не пригласили на бал во дворец, предпочла покинуть столицу и уехать. Всем сказала, что в Роулин, где у неё было загородное имение, но там не появлялась. И её до сих пор не могут найти.

Но Анника права, она пострадала вместо него и из-за него. Они потеряли ребёнка, и за это ему заплатят. Он готов был своими руками растерзать виновных. Если это Шуильская — она поплатится.

Обнимая мирно спящую жену, осознал, что для него она перестала быть просто телом для рождения наследника, превратившись в женщину. Его женщину. Которую он едва не потерял.

— Ох, простите! — спешащий куда-то слуга, присматривающий за домом, едва не подпрыгнул от неожиданности, завидев хозяина, да ещё не одного.

К сожалению, он разбудил Аннику. Отослал его принести чего-нибудь прохладительного для жены.

— Я долго спала? — завозилась она, приподнимаясь.

— Нет. Полежи ещё.

— Мне уже лучше. Мы можем спуститься к морю?

— Там песок. Тебе будет неудобно в туфлях.

— Я разуюсь, — с готовностью предложила она. Пришлось нехотя её отпустить, позволяя встать.

Анника избавилась от туфель и поставила ножку на оттоманку, подняв юбку платья и снимая чулки. Она даже не представляла, насколько эротично выглядит в этот момент. Его спас слуга, появившийся с подносом. Он встал, закрывая собой жену, но тот и так отвёл глаза в сторону.

— Не хочешь попить? — Сам бы он чего-нибудь выпил, так как в горле резко пересохло. Интересно, это нормально, что он так реагирует на ещё не оправившуюся после пережитого жену? Но с другой стороны, у него не было женщины с тех пор, как женился.

Анника резко разогнулась и пошатнулась. Или ему так показалось, но он с готовностью поддержал её, притянув к себе.

— Познакомься, это Ленар, он следит за домом. В доме ещё повариха и несколько слуг, я тебе позже их представлю, — развернул её лицом к слуге, — как и моего управляющего землями. Его дом ближе к виноградникам.

— Оу, добрый день.

— Рад знакомству. Вы задержитесь? — спросил слуга, ставя поднос на столик.

— Сегодня нет, но подготовьте комнаты. Тебе здесь нравится? Хочешь посмотреть дом? — спросил у жены.

— Позже. Хочу к морю.

На лице Анники было написано нетерпение. Но он всё же налил ей выпить охлаждённого морса с фруктами. Пока она пила, тоже снял обувь и закатал штаны и после этого подхватил её на руки.

— Не пойдёшь же ты босиком, — пояснил на её удивлённый взгляд. Ему нравилось держать её на руках, а так же искать невинный повод прикоснуться к жене.

Анника не нашлась с ответом, а он зашагал к лестнице, ведущей к пляжу. Вот теперь больше похоже, что у них медовый месяц. Надо было сразу после свадьбы переместиться сюда. Но тогда он ещё не знал, что эта девушка прочно войдёт в его жизнь, поглотив всё внимание и мысли. Теперь он не собирался совершать прошлых ошибок и спешить, а начнёт с того, что приучит к своему присутствию и прикосновениям.

— А здесь купаться можно? — спросила Анника.

Ей надоело резвиться в тёплой воде, подняв юбки выше колен. Интересно, она понимала, что позволяет ему любоваться стройными ножками с узкими щиколотками? Выглядела Анника так, как будто мечтала нырнуть в прозрачную воду прямо в одежде. Но ценнее всего было выражение абсолютного счастья на её лице. Такой он её ещё ни разу не видел.

— Ты умеешь плавать?

— А вот и узнаем, — загадочно улыбнулась она. — Воды я не боюсь.7d423c

— Я думаю, тебе ещё рано.

— Главное, чтобы не было поздно, — улыбка сбежала с её лица, и Анника помрачнела. — Что плохого, если хотя бы просто полежать в воде на мели?

Максимилиан не видел в этом ничего плохого. Сам зачастую заходил в море отсюда, плавая. Но представить Аннику в одной полупрозрачной рубашке здесь было выше его сил. Он же с ума сойдёт, если её кто-то увидит из дома! Любоваться видом обнажённой жены он собирался лишь сам.

— Я знаю одно уединённое место, мы обязательно устроим пикник, и ты покупаешься. Хочешь посмотреть на берег вон с того утёса? — указал рукой, стараясь её отвлечь.

Анника кивнула, и он подождал, пока она подойдёт к нему и подхватил на руки.

— Не хочу, чтобы ты наколола ноги, — объяснил свой поступок и открыл портал, выходя уже на утёсе, откуда открывался весьма живописный вид. Там поставил на ноги, но тут же притянул спиной к своей груди, обнимая за талию. Конечно же лишь для того, чтобы её не унесло порывом ветра.

Анника спросила о лошадях, и Максимилиан предложил прогуляться верхом вдоль берега. Долгой прогулки не получилось, она быстро устала, и он пересадил её к себе в седло.

— Лорд Дарстен, можно вас попросить? — неожиданно обратилась к нему она.

— Что ты хочешь?

— Можно я поговорю с Дениэлем?

Внутри как будто кипятком обожгло от того, что к нему она до сих пор обращалась официально и на «вы», а вот Берийского легко называла по имени.

— О чём?

— Я много ему всего наговорила…

— Он всё понимает. Я передам ему от тебя извинения.

— Не надо! — тут же взвилась она, отстраняясь, но взяла себя в руки и уже тише добавила: — Я хочу поговорить. Мне это надо.

Ему это однозначно не нравилось. Зачем ей это?

Но отказать не мог. Не сейчас. И один раз уже отмахнулся от её просьбы. Последствия не понравились.

— Пожалуйста. Сегодня можно?

Вот это «пожалуйста», его сломило.

— Конечно. Я передам ему, — ответил легко, как будто это согласие не стало костью в горле. — Но с одним условием.

— Каким?

— Ты обращаешься ко мне на «ты» и по имени, когда мы наедине.

Анника молчала.

— Хорошо. Максимилиан, — прозвучало ровно и безучастно. При этом она села ровнее, отстраняясь от него. Момент недавней доверительной близости исчез без следа. От жены ощутимо повеяло холодом.

Аррх Коурстена выругался про себя, понимая, что поспешил и допустил ошибку. Обнял её за талию, привлекая обратно к себе, но она была вся как деревянная, настолько напряжена. Да что не так?! Неужели он так много просит?

— Я снимаю своё условие. На твоё усмотрение, когда будешь готова, — сдался он. Анника ничего не ответила, но постепенно расслабилась в его руках. И не отстранилась.