Глава 25

Избушка выглядела так, будто в ней уже лет десять никто не жил. Небольшой огород у дома давно зарос, и только цепочка ограждающих камней напоминала о его местоположении. Поднявшись на крыльцо, переступил через прогнившую доску и толкнул незапертую дверь.

Внутри, как и прежде пахло травами, но теперь ещё добавился запах сырости. Нехитрая обстановка осталась прежней, но пыль притаилась по углам, лишь стол и лавка были чистые. Да в вёдрах плескалась свежая вода. Связка дров лежала у печи, и было видно, что её не так давно топили. На топчане стоял дорожный саквояж, своей дорогой кожей резко контрастируя со всеми остальными вещами внутри.

Оглядевшись вокруг ещё раз, вышел на крыльцо вдохнуть свежего воздуха. В памяти избушка осталась наполненной запахом трав, потрескиванием дров в печи и бормотанием старой травницы, которая его лечила.

— Тебя где носит? — крикнул, заметив движение между деревьями.

— Так и знал, что ты не можешь без меня и дня прожить! — ухмыльнулся Дениэль, размахивая сумкой, зажатой в руке, и шагая к нему.

— Не пойму до сих пор, что ты задумал. В серьёз планируешь сидеть в этой дыре?

— А что тебя удивляет? Тишина, свежий воздух. Кстати, ты сам где успел загореть? Отдых в загородном поместье идёт тебе на пользу.

— У моря. Аннике нравится там. Ума не приложу, где она научилась так хорошо плавать и даже нырять.

Максимилиан уловил, как при упоминании жены тень проскользнула по лицу некроманта, а улыбка стала чуть напряжённой.

— Как её здоровье?

— Всё уже хорошо.

— А ваши отношения?

— Ещё лучше.

— Наслаждаешься прелестями семейной жизни?

— Скажем, начинаю их постигать. Но оставим в покое мою личную жизнь. Скажи, чем тебя так притягивают те камни? Ты же на развалинах был?

— Они до сих пор полны силы.

— Ещё бы, если вспомнить, сколько в древние времена там было жертвоприношений. Дениэль, не совался бы ты туда. Не зря эти гиблые места обходят стороной. Вон даже знахарка ушла.

— Она умерла. Несколько лет назад. Я похоронил тело.

— Тем более! Ты же не собираешься здесь жить?

— Нет, конечно! Расслабься, — хлопнул друга по плечу некромант и зашёл в дом. Достав с полки две деревянные кружки, ополоснул их водой и поставил на стол. Из саквояжа достал бутылку вина и откупорил.

— Давай помянем старуху. Она знала, что мы вернёмся.

Максимилиан ожидал продолжения, но друг больше ничего не сказал. Разлив вино, протянул кружку и они молча выпили.

— Есть новости насчёт покушения?

— Нет. Пока больше вопросов. Но я много нового узнал о Каролине.

— Например?

— В захолустном городке, откуда по её словам она приехала, о ней никто не слышал. Подняли архивы и нашли, что Каролина Вейгер, дочь мейна Роуда, утонула во время кораблекрушения вместе с отцом. А потом возникла из ниоткуда и вышла замуж за тирра Вессы. Наследник Шуильского достиг совершеннолетия и вступает в права наследования титулом. Обнаружилось, что она здорово подчистила счета перед исчезновением.

— Не удивлюсь, если это она подлила яд. Сам говорил, что возможность у неё была.

— Это глупо. Она не дура и не стала бы рисковать своим положением в обществе.

— Вот именно, что не дура. О нахождении Шуильской в кабинете знал только ты. Все подозрения пали бы на твою жену. Напряжённые отношения между вами были видны каждому. И о каком положении ты говоришь? Шуильский не успел оставить распоряжений, и она до поры до времени распоряжалась всем. Вдовья доля даёт неплохое содержание, но Каролина привыкла к роскоши. Она рассчитывала на тебя, но после женитьбы ты изменил к ней своё отношение.

— Мне было как-то не до неё, и ты сам видел, она как с цепи сорвалась, ставя меня в неловкое положение.

— Злиться у неё были причины. А с учётом её неясного происхождения…

— Что ты имеешь в виду?

— Все её прежние многочисленные поклонники военные. Лишь попав в твою постель она перестала расточать благосклонность, успокоившись на некоторое время. Кстати, обрати внимание, что мальчишка Тилонский сын главнокомандующего флотом. Неизвестно, сколько информации она успела у него вытянуть. Наставника Сиона не зря отправили на границу с Иорхом. С учётом сгущающегося напряжения между странами, они вполне могли рискнуть и попытаться убрать тебя.

— Ты сгущаешь краски.

Возможно, — не стал настаивать Дениэль, пожав плечами и беспечно ухмыльнувшись в своей манере. — Может, проголодался и всё видится в мрачном свете. Пригласи на обед.

— Так и скажи, что соскучился по столичной еде.

— О нет, для всех я уехал и там мне светиться не стоит. Лучше оценю усилия твоего домашнего повара.

Предложение восторга не вызвало. Не хотелось в их уединённый мирок с женой пускать постороннего человека, особенно сейчас, когда отношения стали налаживаться, но отказать не смог.

— Идём.

Переместившись в поместье, отдал распоряжение, чтобы накрывали на стол, и повёл гостя в кабинет, захватив из холла с подноса почту и свежую газету. Её тут же стащил Берийский, читая заголовки на ходу. А как только они зашли в кабинет, тут же развалился в кресле, скрываясь за ней с головой.

— Надо же!

— Что там? — оторвался некромант от чтения.

— Сион пишет.

Максимилиан вскрыл письмо и быстро пробежал глазами послание.

— Сука! — вырвалось у него со злостью, но поймав изумлённый взгляд Дениэля, пояснил: — Похоже, ты был прав. Сион пишет, что видел тирру Вессы, но там она под другим именем. Хочет уточнить, где сейчас Каролина и не обознался ли он.

— Точно! Он же сейчас инспектирует пограничные крепости. Как бы не улетела птичка, — они обменялись понимающими взглядами.

Неожиданно дверь кабинета с хлопком распахнулась:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Максимилиан, смотри! Роза. Она принялась!!! — стремительно ворвалась радостная Анника, держа в руках цветочный горшок.

Роза. Какая роза?! Все мысли были заняты бывшей любовницей, которая держала его за дурака. Но тут жена заметила некроманта, и на лице промелькнуло странное выражение, как будто её застали врасплох, замешательство. И словно она устыдилась проявления своих чувств.

Но Берийского увидеть была рада.

— Дениэль! — Прозвучало неожиданно тепло, будто этих двоих что-то связывало.

— Анника, тебя стучать не учили? У нас важный разговор.

Взгляд жены стал напряжённым, и метнулся между ним и Берийским.

— Анника, ты мешаешь, — бросил сухо. — На обед не жди. У нас есть кое-какие дела.

— Какие? — растерялась она.

— Леди Дарстен, вспомните о своих манерах. Я не обязан отчитываться, — даже для собственных ушей прозвучало излишне сварливо и холодно, но ревность змеёй зашевелилась в сердце.

Цветочный горшок выпал из её рук и разбился на черепки, засыпав паркет землёй. Она отступила на шаг.

— Прошу прощения, если помешала. Я не знала, что у нас гости. Лорд Берийский, когда закончите дела с лордом Дарстеном, прошу уделить мне время. Я жду. — Перевела взгляд на супруга, и холодно, с достоинством произнесла: — Ещё раз извините. Я пришлю служанку, чтобы убрала.

Она покинула их так же стремительно, как и появилась. Дарстену оставалось лишь стиснуть зубы, понимая, что незаслуженно обидел её.

— Зачем ты так с ней?

— Что за дела у тебя с моей женой? — прозвучало одновременно.

— Потом всё объясню, — отмахнулся некромант, отбрасывая газету и вставая. — Так где Сион её видел?

— В Лисоне.

— И чего мы ждём?

Максимилиан взглядом дал понять, что они вернутся ещё к разговору, но и сам понимал, что нужно спешить. Посылая проклятья на голову бывшей любовницы, которая даже на расстоянии умудрилась испортить ему жизнь, открыл портал в Лисон.

***

— Дура! — обозвала сама себя, пулей вылетев из кабинета. Попавшаяся на глаза служанка заставила взять себя в руки и идти более степенно. Приказала ей захватить совок с веником и убраться в кабинете, а сама пошла на улицу, проветрить голову.

Предыдущие дни, наполненные ухаживаниями, и мужским вниманием, видимо, мне совсем мозги размягчили. Какого чёрта я побежала показывать ему принявшуюся розу? Как же глупо всё получилось! Да, для меня это было сродни чуду, а для него заурядное событие. Почувствовала себя невоспитанным ребёнком, который помешал взрослым и которого родитель ткнул носом в отсутствие манер.

И всё это на глазах у Дениэля! Как же унизительно… А ещё горько, что в первый момент, увидев некроманта, мелькнула мысль: «Что, уже?».

Дура! У них свои дела, как оказалось, а тут я словно идиотка со своим цветком врываюсь.

«Я не обязан перед тобой отчитываться». Слова из прежней жизни, которые плетью хлестнули. Руки ослабели, и дурацкий горшок выпал, разбиваясь. Как и моё сердце, которое против воли стало отогреваться и чувствовать. Мы же в последние дни с Максимилианом много разговаривали, подшучивали, смеялись… Я расслабилась в его обществе. Идиотка!

Глупостью было поддаваться его обаянию. Прежняя жизнь ничему не научила? У нас ведь и с Глебом то всё хорошо было, муж заботливый, внимательный, а потом наваливались у него дела, или ещё что-то. Он злой, раздражительный. Ему не до моих бытовых просьб, если просила помочь в чём-то, тут же всё воспринимал в штыки. Но я ведь не игрушка, захотел — поиграл, а надоела — убрал на полку.

На вопросы чем занят, в ответ бывало следовало раздражение или коронная фраза: «Я не обязан перед тобой отчитываться, не надо меня контролировать», которая бесила и ранила одновременно. Со временем учишься справляться со всем сама, не ищешь его общества и занимаешься своими делами. Я как клинок закалялась, чтобы стать самостоятельной, независимой личностью, ни в ком не нуждающейся и в сердце оставившей место лишь для своей дочери.

Каждая женщина со временем понимает простую истину: мужчины приходят и уходят, а любовь к нашим детям незыблема и постоянна в сердце. Они единственная настоящая ценность. Это то, ради чего стоит жить. Есть ты и ребёнок — вы уже семья, самая крепкая на свете.

Максимилиану было достаточно один раз провести наши отношения из холода в жар и обратно в холод, как я сразу отрезвела. Хватит, проходили. Я не девочка, чтобы меня так осаживать, и не потерплю такого с собой обращения. Хватит здесь сидеть, домой! Здоровье поправила, пусть теперь Дениэль выполняет своё обещание. Хочу к Машуне, обнять свою малышку и послать всех мужчин к чёрту.

Хотя… Было приятно вновь ощутить, каково это, когда за тобой ухаживают. Ну, так дома никто не мешает начать смотреть по сторонам. Я с Глебом не потому, что люблю. Чувства ушли, но осталась привычка, привязанность. На других мужчин я не обращала внимания, сердце как будто заморозилось, но если сейчас оказалась готова к флирту, то кто знает. В любом случае, наш мир мне нравится гораздо больше, чем этот. Магия магией, но та свобода, которой обладают наши современные женщины, здешним даже не снилась.

Когда я остыла и вернулась в дом, Дениэля с Дарстеном уже не было. До вечера я занималась тем, что подбивала дела и писала письма. Аннике. Делясь с ней своими впечатлениями об её отце, мачехе, сёстрах. Рассказала о похищении и моими выводами насчёт несостоявшегося жениха. Сообщила ей о деньгах в ячейке банка.

А вот книгу оставить ей не решилась. Отнесла её в библиотеку поместья, спрятав на стеллаже с философскими трудами. Их вряд ли будет перечитывать Дарстен и туда не полезет Анника. Извини, девочка, но оставлять тебе книгу с ритуалами, это как доверить обезьяне гранату.

Мужчины вернулись поздно вечером. В этот день я не только обедала, но и ужинала в одиночестве. Ирида сообщила, что хозяин вернулся и приказал принести перекусить в кабинет на двоих. Я уже собиралась идти купаться, но, понятное дело, теперь о сне не было и речи.

Нестись сразу в кабинет не стала. Глупо начинать серьёзный разговор с уставшим, голодным мужчиной. Но интуиция подсказывала, что Максимилиан пожелает всё выяснить сегодня, и я осталась ждать в своей комнате, готовясь к серьёзному разговору.

Внутреннее чувство не подвело, и вскоре пришёл лакей с сообщением, что супруг желает видеть. Выдохнув, как перед казнью, пошла к нему. Хоть я готовилась к этому разговору, но нервы были натянуты до предела.

В кабинет я больше не врывалась, а чинно постучала, уведомляя о своём прибытии, и только после этого вошла. Дениэль был внутри, и немного отлегло от сердца. Некромант встал, приветствуя меня. А вот Максимилиан выглядел мрачным и недовольным. Сидел за столом, как судья. Интересно, его плохое настроение связано с его делами, или с неразговорчивостью рыжего? Чутьё подсказывало, что право рассказать о себе Дениэль оставит мне.

Супруг окинул меня долгим взглядом, лишь после этого неторопливо поднялся.

— Проходи, Анника.

Начинать разговор я не торопилась, как и садиться. Зато его продолжил Максимилиан, и совсем не о том, о чём я думала.

— Ты сегодня разбила горшок с цветком, который тебе был дорог. Я приказал всё исправить. Как видишь, не случилось ничего непоправимого, — произнёс он, делая несколько шагов в сторону и беря откуда-то снизу цветочный горшок с розой, который поставил на стол.

В его словах мне послышался подтекст на то, что чтобы не случилось, нет ничего непоправимого и лучше обо всём ему рассказать.

Я подошла ближе посмотреть на цветок. Он был похож, но не тот. Слишком долго я сидела над розой, желая сохранить неувядающей её красоту, и изучила каждый лепесток и оттенок. Наверное, ту выбросили вместе с мусором, а когда получили приказ от хозяина, сорвали похожую, а садовник прорастил её в горшке. Подделка.

— Это не моя роза, — с грустью погладила лепесток.

Максимилиан посмотрел на меня. На цветок…

— Я могу уточнить. Но какая разница? Это тот же сорт.

— И правда, какая разница, — медленно повторила за ним. Как символично!

Прямо взглянула на него и улыбнулась.

— Ты хотел знать, что за дела у меня с Дениэлем?

Моё вольное обращение в Берийскому пришлось ему не по душе, и он весь подобрался.

— Считаю, что имею на это право.

— Ничего предосудительного, Максимилиан. Потребовала с него долг жизни, чтобы он вернул тебе настоящую Аннику, — произнесла я.

Хотела бы сказать, что моё заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы, но нет. Аррх Коурстена отреагировал весьма сдержанно, лишь приподнял бровь и вопросительно посмотрел на меня, а потом на некроманта.

— И как это понимать?

Дениэль сел в кресло, закинул нога на ногу, скрестив руки на груди, и всем видом дал понять, что объясняться с мужем мне.

— Анника настолько не хотела замуж, что провела один ритуал, призванный перенести её как можно дальше от дома. Я его нашла и показала Дениэлю, он нашёл возможную причину, почему что-то пошло не так. Вместо того, чтобы самой переместиться, перенеслась её душа. В мой мир. Я же легла спать в своём, а очнулась в её теле. И очень хочу вернуться обратно.

Дарстен смотрел на меня с таким видом, как будто в любой момент ждал, что я рассмеюсь и скажу, что это шутка.

— И ты этому поверил?! — изумлённо спросил он у некроманта.

— Аня, нарисуйте ему схему.

— Как ты её назвал? — вскинулся Максимилиан.

— Моё настоящее имя Анна, можно Аня, если сокращённо. У нас с Анникой даже имена похожи. И в восемнадцать лет я выглядела как она. Сейчас мне тридцать четыре. В нашем мире нет магии, развитие получили технологии.

— Вы меня разыгрываете?!

Дарстен всё это слушал с таким скептическим видом, что мои нервы не выдержали, и я взорвалась:

— Мне делать больше нечего, как разыгрывать спектакль! Наверное, я бы что-то весомее придумала, чем участие в розыгрыше, требуя долг жизни. Дайте мне чистый лист, я нарисую эту чёртову схему! — потребовала у него.

Как ни странно, но именно мой срыв заставил его по-иному взглянуть на меня. Он обошёл стол и достал листок бумаги с писчими принадлежностями.

Рисовала я нервно и не очень ровно, а вот символы и руны передала точно. Не знаю, что не так с этими скопированными записями, но увидев их, на меня посмотрели изучающим взглядом военного. Цепким, оценивающим. Как просканировал, а потом повернул голову к некроманту.

— Да-да, весьма интересное смешение классической и запретной магии, — отозвался Дениэль.

— Где ты это взяла? — требовательно и резко спросил Дарстен.

— Нашла в вещах Анники. Откуда? Спрашивайте уже у неё.

— Значит, ты очнулась в этом? — потряс он листком.

Чёрт, а это ведь слабое место моего рассказа. Не хотелось бы подставлять мачеху и вредить хоть кому-то, пусть разбираются уже без меня. Но и сказать о том, что сама уничтожила все следы глупо. С какой стати мне бы это делать?

— Нет, очнулась я уже в постели. Наверное, тот, кто меня нашёл, испугался и уничтожил все следы. Мне сообщили о падении с лестницы. О потери памяти я уже придумала сама, чтобы хоть как-то объяснить своё незнание того, где я оказалась. Язык я понимала. Даже читать смогла, а вот с письменностью оказалось сложнее.

— Тогда откуда ты узнала об этом? — ткнул пальцем в схему.

— Стала выяснять что да как и узнала, что это было совсем не падение с лестницы.

— От кого узнала? — настойчиво допытывался лорд, устроив мне форменный допрос.

— Не скажу! — прямо заявила ему. — Не хочу подставлять тех, кто оказался лоялен к Аннике и скрыл следы произошедшего.

— Это была твоя служанка?

— Нет. Это основное, что тебя волнует во всём сказанном? — пошла в наступление я.

— А почему я должен тебе верить? Вдруг, ты лазутчица из другого мира и сама провела этот ритуал, или тебе помогли выбить из тела настоящую владелицу?

Зашибись, мне ещё доказывай, что я не я, и лошадь не моя!

— В нашем мире есть детектор лжи — механизм, подтверждающий, говорит ли человек правду. Ещё сыворотка правды, — медленно произнесла я, подбирая слова. — Если у вас есть нечто подобное, я готова подтвердить свои слова, что к перемещению сюда не имею никакого отношения, не желаю никому зла, и просто хочу вернуться обратно.

Кажется, мои слова его успокоили, но проблему не решили.

— Ладно. Допустим, всё сказанное правда. Почему ты не призналась и не попросила помощи?

— У кого? У отца, который спешил выдать замуж, беспокоясь о потере титула?

— Но в день свадьбы прощалась ты с ним тепло.

— За время, проведённое дома, у нас было время с ним поговорить. У меня сложилось впечатление, что он всё же любит дочь, но прежние обиды и долгое расставание мешали проявлению чувств. А просить помощи у тебя было опасно. Тебе был нужен лишь ребёнок и мои утверждения, что я не Анника, могли быть восприняты как предлог избежать супружества. Ещё бы сумасшедшей меня объявил! Ведь даже ректор Фирокл утверждает, что переселение душ невозможно.

— А что мне мешает сделать это сейчас?

— Долг жизни. И, надеюсь, за время нашего общения ты убедился, что я в здравом рассудке.

— Так ты всё спланировала… — сузил глаза он.

— Что спланировала? Намеренно выпила яд и едва не умерла? Специально погубила ребёнка? — зло спросила у него, обиженная за подозрения. Понимала, что он ещё имеет в виду и наше сближение после отравления, но пусть думает, что хочет. Мне это было не надо, я помощь могла от него попросить и упирая на то, что он мне должен. — Не я затеяла игры и идиотские проверки. Знай, что беременна, никогда бы не потянулась к спиртному! Мне есть ради чего жить и к чему стремиться. Дениэль держал мою душу и знает, что я рвусь обратно. Это дало мне возможность обратиться к нему за помощью.

— Это так? — спросил Дарстен у некроманта.

— Да. Но я ответил, что нужно вначале восстановить здоровье, чтобы сильная аура тела притянула к себе настоящую душу, когда будем возвращать Аню домой.

— Ты сможешь это сделать?

— С твоей помощью, да.

— Дениэль, оставь нас. Я хочу поговорить с женой наедине, — после недолгого молчания, произнёс Максимилиан.

— Выпью чего-нибудь в гостиной, — сообщил некромант, нехотя поднимаясь.

Он ушёл, а между нами повисла тишина.

— Ты поможешь мне? — первой не выдержала я.

— Зачем мне возвращать вздорную девчонку, от которой неизвестно чего ожидать?

— Эмм… — я даже растерялась в первое мгновение. — Затем, что она настоящая Анника Розердоф, и здесь её место.

— Хм, а может, это рука судьбы? И высшие силы решили вас поменять.

— Я сомневаюсь, что высшие силы решили разлучить меня с дочерью.

— У тебя есть дочь?

— Да. Девять лет. И муж. Максимилиан, мне тридцать четыре года и я хочу вернуть свою жизнь обратно.

— У него есть титул? Вы богаты?

— У нас нет титулов. У него своё дело, у меня тоже. Там другой уровень жизни. Но дело даже не в этом.

— Любишь мужа? — криво усмехнулся он.

— Люблю дочь.

— Её можно попробовать перенести сюда.

— К кому? К девочке восемнадцати лет, и убеждать, что она её мама? Лишить её привычной жизни, образования, папы, бабушки и дедушки? И кем она здесь будет, когда вырастет? Собственностью мужа, который начнёт указывать как ей жить? У нас всё не так. Мужчины и женщины равны в своих правах, равноправные партнёры.

— Я рад, что ты понимаешь, что твоей дочери будет лучше в твоём мире.

— Что ты этим хочешь сказать? — тут же насторожилась я.

— Что у тебя ещё будут другие дети. У нас будут дети.

— Ты сошёл с ума?! — воскликнула я. Как-то себе иначе представляла наш разговор.

— Почему же, — в отличие от взволнованной меня, Максимилиан был совершенно спокоен, — Уверен, что мы можем быть счастливы вместе.

Усилием воли взяла себя в руки, понимая, что даже если закачу истерику, это не поможет. Слишком многое решалось сейчас в этот момент.

— За тобой долг жизни. Я спасла твою, верни мне мою, — потребовала у него.

— Я возвращаю долг тем, что не сообщу никому о тебе. Анника Дарстен может рассчитывать на мою защиту, но если будешь упорствовать, что ты Аня, тебя заберут на дознания и исследования. Переселение души. Да это сенсация!

— И как в будущую счастливую супружескую жизнь вписывается король? — язвительно поинтересовалась у него. — Ему всё равно Анника я или Аня, лишь бы ребёнка одарённого родила. А у настоящей Анники не было с ним совместимости. Мы знаем, в активации способностей причина не в падении с лестницы и потери памяти, а в том, что у меня душа старше. Я иная, возможно, именно иномирность играет свою роль.

— Я это решу, — скрипнул зубами Дарстен.

— Как? Приказам короля нужно подчиняться, иначе измена. Смотри на вещи трезво. Моё обучение перемещениям — это детский лепет против такого противника. Никуда не скрыться от короля в его стране. Аррх Коурстена занимает слишком высокое положение, чтобы подаваться в бега. А как же честь рода? И думаю, присяга для тебя что-то да значит, ты не сменишь страну, предавая всё, что дорого. Так как собираешься действовать, Максимилиан?

Он молчал.

— Не стоит надеяться на то, что ты сильнейший маг, незаменим и с тобой король не захочет портить отношения. Он уже это сделал, поставив личные желания и интересы выше семейного счастья своего верноподданного, — не жалея добивала его словами. — И не сбрасывай со счетов моё желание вернуться домой. Не поможешь ты — найду иной способ, но вернусь. Я мать, тебе этого не понять.

— Нет никаких гарантий, что после её возвращения дар уснёт.

— Это моя душа его пробудила. Максимилиан, — шагнула к нему и накрыла его руку своей, — это единственный выход избавиться от внимания короля. При потере памяти бывает, что если воспоминания возвращаются, всё, что происходило в этом промежутке времени, теряется. Так что никого не удивит, если Анника не будет помнить то время, что я здесь была и исчезновение дара будет объяснимо. Игры разума. Зато у тебя есть шанс начать с ней отношения с чистого листа. Вы же даже не дали себе шанса узнать друг друга! Ведь можно начать строить отношения совсем по-другому, а не с чего начали мы. Мне же не кажется, я вам нравлюсь.

— Ты не думала о том, что мне нравишься именно ты? — накрыл он мою ладонь своей.

— Если мы поменялись, значит, похожи с ней. Но она не обременена прошлым, её не ждёт ребёнок дома. Анника юная девушка, но одинокая, и в твоих силах подарить ей семью. Она воспитана в традициях этого мира, что тебе ближе. А я… Макс, я давно самостоятельный и независимый человек, привыкла жить без оглядки на одобрение супруга.

— Ты его любишь?

— Нет. Любовь прошла. Нас связывает лишь дочь, но мы привыкли друг к другу и нас всё устраивает.

Я не врала, за последние годы не припомню ни одного скандала, в отношениях всё тихо и ровно. Глеба я не проверяю, не ревную. И не люблю. (3303c)

— Максимилиан, я хочу домой. К дочери. Верни меня, пожалуйста, обратно, — проникновенно попросила его, умоляюще заглядывая в глаза.

— Мне нужно подумать. И поговорить с Дениэлем, как он себе это представляет.

— Хорошо, — отступила я, понимая, что больше не стоит давить. Если обдумает мои слова, сам поймёт, что иного выхода у него нет.