Глава 7

Утро среды выдалось не из легких. Я проспала, что бывало не то чтобы редко… Да такого никогда не бывало!

Поэтому без пятнадцати восемь, наспех позавтракав, надев первое попавшееся трикотажное платье, подмахнув ресницы тушью и завязав волосы в низкий хвостик, я бежала на работу на красные сигналы светофоров.

Мой класс уже нервно отсчитывал минуты опоздания учителя, когда я появилась в коридоре рядом с дверью кабинета.

Тут же толпу охватили огорченные вздохи разочарования, но я усмирила их одним строгим взглядом.

Ребята уже знали, когда я не в духе и как выгляжу в такие моменты. Порой со мной было лучше не шутить, и они с этим прекрасно справлялись, зная, что уже на следующий день я снова буду доброй и веселой учительницей.

– Так, какой у нас с вами урок? – отпыхиваясь от своего забега до работы, спросила я.

– Родная литература, Ева Константиновна.

– Да, отлично. Открывайте учебники, читайте по цепочке, через пять минут вернусь.

Оставив детей сама не знаю с каким произведением наедине, я удалилась в свою коморку, чтобы элементарно расчесаться и поправить макияж, сделанный на скорую руку.

– М-да…

Из зеркала на меня смотрела не молодая привлекательная девушка, а два больших мешка под глазами! Я выглядела так, как будто не поспала лишний часик, а недоспала положенные восемь.

Пока слабо представляла, как с такими внешними данными пойду на свидание со Стёпой, но и альтернативы у меня не было.

Так что на скорую руку пришлось приводить себя к состоянию «приемлемо» и выходить к детям.

– Все, все, молодцы, на этом пока закончили чтение. Давайте по домашнему заданию. Что я там задавала…

Каким-то чудом не без помощи свыше я отвела четыре урока. И только после этого смогла вздохнуть, когда двадцать пять моих спиногрызов ушли на урок музыки к Маргарите Петровне.

Собравшись с мыслями, я разобрала завал на столе, взяла из сумочки кошелек и отправилась в столовую на первый этаж, чтобы первый раз за день поесть.

Во время уроков в нашей трапезной обычно было немноголюдно. Только если у кого-то стояли окна, учителя могли забежать за стаканом какао с расстегаем или еще чем-то в этом духе.

Но я сегодня планировала хорошо поесть.

– Будьте добры, чай с лимоном, рассольник, плов и… Что сегодня из выпечки?

– Есть слойки свежие, есть сочники, пирожки с яблоками.

– И пирожок с яблоком давайте.

– Девушка, позвольте вас угостить? – Пока я копалась в кошельке в поисках мелочи, чтобы оплатить обед без сдачи, со спины подошел Стёпа и едва ощутимо приобнял за талию поверх плотного платья.

– Тьфу ты, напугал! Платить не надо, а вот три рубля мелочью если добавишь, буду благодарна.

Мужчина усмехнулся, но все-таки протянул нашей неизменной поварихе Зинаиде Павловне свои наличные.

– Спасибо, но правда не стоило. Ты, кстати, что в столовой забыл? Вроде никогда сюда не ходишь.

– Тебя искал. – Мужчина опустился на табуретку за учительским столом рядом со мной. – Знаю, что у твоих музыка, а кабинет закрыт. Вот и подумал.

– Я сегодня без завтрака, – сказала, заглатывая суп, не жуя. – Проспала впервые, представляешь?

– Все когда-то бывает впервые, – загадочно произнес Стёпа, глядя на меня каким-то странным взглядом.

Мы смотрели друг на друга секунду, но в конечном счете я все-таки тряхнула головой и переключила все свое внимание на пока что не остывший обед.

– Сегодня заехать за тобой уже с девчонками или ты не против, если с тобой заедем в сад?

– Да мне без разницы. Смотря как тебе проще.

– Тогда заеду уже с девочками.

Я согласно кивнула.

– Не против, если пойдем в парк?

– Нет, конечно. Так и договаривались вроде.

На секунду я поймала себя на мысли, что как-то странно все это выглядит.

Мужчина приглашает меня на свидание, обсуждает какие-то нюансы, а я сижу за столом в школьной столовке, заглатываю пересоленый рассольник и тыльной стороной ладони убираю кусочек капусты с подбородка.

У меня как будто не было ощущения, что сегодня вечером будет какая-то романтическая встреча. Я рассматривала ее… как прогулку, совместное времяпрепровождение, но романтикой для меня не пахло…

– Тогда часов в шесть буду у тебя. Нормально?

– Угу, я соберусь к тому моменту.

– Супер. Слушай, я пойду? У меня просто работы куча…

– Конечно! Спасибо за обед.

– Не за что. Приятного аппетита.

Когда мужчина вышел из-за стола, я почувствовала какое-то внутреннее облегчение.

Со Стёпой мне всегда было комфортно. Я могла пить пиво при нем, заедая сушеными кальмарами, сидеть в расстегнутых джинсах. Мы были друзьями, близкими друзьями.

Но можно ли вести себя точно так же при человеке, если между вами есть какой-то намек на романтику?

– Может быть, Ваня прав и свидание с другом изначально плохая затея?

Но встреча была уже назначена, и отказываться я не собиралась. Так что не оставалось ничего, кроме как ждать и надеяться, что ситуация разрешится сама собой.

На два урока я была предоставлена сама себе. У моего класса за уроком музыки сразу же шла физкультура, а значит, я могла проверить целую кипу тетрадей, заполнить журналы и учебные планы.

Параллельно с этим я не забывала устраивать свою личную жизнь и регулярно проявляла активность в приложении для знакомств.

Толку от этого, нужно сказать, было немного.

Ну не знала я, что писать совершенно незнакомому человеку, когда первым же сообщением он спрашивает: «Как дела?» Еще бы поинтересовался, что у меня нового, блин…

Но я не отчаивалась встретить свою любовь. Тем более что время у меня еще было.

– До тридцати точно успею, – говорила сама себе, с усмешкой поглядывая на часы.

Длинный рабочий день, где я была уставшей, невыспавшейся и с опухшим лицом, наконец-то кончился.

Когда за последним четвероклассником закрылась дверь, недолго думая я подхватила сумку и устремилась за своим классом в коридор.

До свидания оставалось не так уж много времени, а я планировала привести себя в порядок и подумывала купить что-то девчонкам, чтобы не появляться на встрече с пустыми руками.

Перед выходом я крутилась у зеркала неимоверно долго по моим личным меркам, не зная, что будет выгоднее смотреться на встрече, которая из семейной прогулки плавно перетечет в свидание.

Поэтому, в который раз надев любимое платье персикового цвета, я набрала Костю по видеосвязи.

– Привет!

Друг почти сразу принял вызов, но отвлекаться от своей рутинной работы не спешил.

– Есть минутка?

– Минутка есть. Что-то случилось?

– Не могу выбрать платье! Какое лучше? Вот это персиковое или черное с открытой спиной? – Я показала второй наряд на плечиках в надежде услышать мнение незаинтересованного наблюдателя.

– Тебе куда?

– На свидание со Стёпой, я же рассказывала.

– Все-таки идешь с ним?

Поняв, что скорого ответа ждать не стоит, я опустилась на кровать, обнимая руками черное трикотажное платье.

– Ну да. Чем я рискую? Погуляем с его дочками, потом поболтаем. Никто же не заставляет меня клясться ему в любви или сразу спать!

– А ты в курсе, почему он развелся с женой?

– В каком плане? – Я не сразу поняла, что Костя имеет в виду, поэтому насупилась и удивленно изогнула одну бровь.

– Он ей изменил. Когда их младшей дочери и полугода не было.

– Откуда ты об этом знаешь?

– Спросил у знакомых… Неважно! – Парень наконец снял наушники и уставился на меня через экран смартфона как на сумасшедшую. – Ты хоть слышишь, что я тебе говорю? Жене изменил!

– Да в курсе я, что он ей изменил. А еще он жуткий ловелас и бабник! Мне ли не знать? Но я не замуж за него собралась, Костя. Просто прогулка, ничем не обязывающая меня.

– Дура ты, Кузнецова! Я от ошибки тебя предостеречь хочу, а ты…

В разговоре повисла неловкая пауза, потому как я не нашла что ответить. Просто не знала!

Смотрела на Друга через экран смартфона и совершенно не понимала, к чему этот диалог.

– Персиковое платье лучше, красиво оттеняет твой загар. Извини, мне работать надо.

Я не успела попрощаться, а Костя уже сбросил вызов.

Оставив размышления на потом, я заблокировала экран телефона и убрала черное платье в шкаф.

К шести вечера все было готово к свиданию. Я красиво одета и хорошо причесана, подарки для девчонок куплены и уложены в сумку. Оставалось только ждать синий субарик под окнами моего подъезда.

Стёпа приехал минута в минуту. Я увидела его машину даже раньше, чем мужчина набрал мой номер, и поспешила вниз к подъезду.

– Привет, – второй раз за день поздоровалась я.

– Привет. Прекрасно выглядишь.

– Спасибо большое.

– Ева, привет! – Откуда-то из-за машины, кое-как волоча на плече букет ромашек, выбежала Наденька. – А это тебе!

– Боже мой! – Я поспешила забрать неподъемную ношу из рук девочки и вдохнула аромат цветов. – Такие красивые! Спасибо вам большое.

Надя прильнула к моей ноге с объятиями и тут же, смутившись, убежала в машину к своей младшей сестре.

Мы остались наедине со Стёпой и сейчас смотрели друг другу в глаза, выжидая чего-то.

– Спасибо, – снова поблагодарила я. – Мне очень приятно, и цветы невероятно красивые.

– Я рад, что тебе понравилось.

– Отнесу их в квартиру? Я быстро.

Стёпа молча кивнул и отошел с тротуара, чтобы я могла уйти обратно в подъезд.

За считанные минуты я добралась до квартиры, параллельно фотографируя букет и рассылая его подружкам и Косте. В конце концов, не одним им меня подарками травить!

Когда ромашки оказались в вазе, а я в очередной раз поправила прическу перед зеркалом, настало время выходить на свидание.

В небольшой машине Стёпы девчонки размещались на заднем сидении в двух детских креслах, а мы ехали впереди.

Всю дорогу я была свидетелем теплого семейного разговора отца с дочками. Надя и Катя наперебой рассказывали, как прошел их день в садике, в какие игрушки они играли, что ели на полдник и с кем сегодня дружили.

Эта картина невероятно умиляла меня. Я слушала детский лепет, не в силах сдержать улыбку.

Наверное, об этом я и мечтала. О семье, о совместных поездках в парк или за город, о разговорах в машине и обсуждении каких-то совершенно ерундовых вещей.

Именно из-за любви к детям, к их искренности и особой наивности я пошла учиться на учителя начальных классов, а потом и выбрала работать в школе. Мне нравилась атмосфера, которую создавали эти маленькие несмышленыши.

– Ева, а в какой школе ты работаешь? Мы потом пойдем к тебе учиться?

– Я работаю в той же школе, где работает ваш папа.

– Мы будем учиться в школе с Евой и папой? – В глазах Нади зажглись огоньки надежды, но Стёпе пришлось разочаровать дочь.

– Это вряд ли, милая. Наша школа далеко от вашего дома, и маме будет неудобно возить вас и забирать.

– Но мы же можем переехать поближе? Или жить с тобой…

– Кому-то до школы еще три года. – Я поспешила разрядить обстановку, которая вмиг стала какой-то очень грустной. – Может быть, к тому времени вы действительно переедете или мы с вашим папой сменим место работы.

Девочки устали удовлетворены моим ответом и согласно кивнули.

Вечером в центральном парке в хорошую погоду народу было всегда полно. Чтобы оставить машину, нам пришлось проехать три лишних квартала до первого свободного парковочного места.

Люди толпами валили в направлении центрального входа в парк культуры и отдыха. Кто-то шел семьями, кто-то прогуливался один, были и влюбленные парочки, держащиеся за руки.

Со стороны мы, наверное, походили на счастливую молодую семью.

Катю Стёпа взял на руки, потому как та не успевала за нашими широкими шагами, да и в принципе некомфортно чувствовала себя в потоке людей. А Надя осмелилась и встала рядом со мной, чтобы взяться за руку.

– Ну что, девчонки, на колесо обозрения или сначала по сладкой вате?

– Вату! Сладкую вату! – наперебой загалдели Надя с Катей.

Мы со Стёпой только переглянулись и улыбнулись. Кто бы сомневался в желании этих двоих.

Мы сидели на скамейке рядом с детской площадкой, держа в руках два огромных розовых облака сладкой ваты.

Девочки бегали с другими детьми между качелями, горками и песочницами, бесконечно часто падая на покрытие площадки, отряхиваясь и падая снова.

Вата им быстро надоела, так что нам со Стёпой пришлось давиться этим безумно сладким лакомством.

– Вы часто так выбираетесь куда-нибудь?

– Не так часто, как хотелось бы, – с сожалением ответил мужчина. В его голосе слышались нотки грусти, которые он очень старался маскировать за непоколебимым выражением лица. – Оксана помешана на образовании детей. В понедельник у них уроки английского, во вторник занятия в академии искусств, в среду тренировка в конном клубе и театральный кружок… Я едва раз в неделю добиваюсь увидеть дочерей.

– Странно это все. Детство должно быть детством. К чему столько нагрузки? Они совсем маленькие, и им удовольствие доставляет бегать с ребятней по площадке и зарываться по пояс в песке.

– Оксане не объяснишь. Раньше она была самой обычной матерью, которая ограничивалась чтением детских книжек и какими-то развивашками. А сейчас начиталась книжек по психологии, нацепила на себя длинную юбку и записала детей в пятнадцать секций.

– Видимо, растит из них будущих наследников английского престола.

Стёпа усмехнулся и согласно кивнул.

Наверное, я была не в праве осуждать действия Оксаны. Все-таки она мать, она хочет только лучшего для своих детей и, конечно, знает, как ее детям будет лучше.

Мои познания в этом вопросе ограничивались только теорией. Я знала, какая нагрузка в каком возрасте нужна детям. Знала определенные нормативы умелок до школьного возраста.

Да и по опыту работы с детьми мне легко удавалось распознать, как и сколько родители занимаются с ребенком.

Но все это были какие-то современные веяния, продиктованные тенденциями детского образования, родительской психологии.

В моем детстве ничего этого не было. Я росла в самой обычной семье, гуляла во дворе в компаниях от мала до велика, сшибала колени и локти в попытках научиться кататься на велосипеде и в лучшем случае к школе умела только считать и читать по слогам.

Может быть, нынешним детям и повезло, что у них есть возможность получать образование и навыки еще до поступления в школу. Но кому нужно это искусство икебаны, если в памяти не будет воспоминаний о настоящем детстве?

– Ты классный папа. Они тебя очень любят.

– Спасибо, – благодарно ответил Стёпа, не сводя глаз с дочек.

Мы провели вечер в парке действительно как семья. Девчонки катались на детских аттракционах, выпрашивали все сладости, которые только видели на витринах киосков, бегали за собаками, которых выпускали на прогулку, и просто радовались моменту.

Все вместе мы прокатились на колесе обозрения и посмотрели на город с высоты птичьего полета, а потом пошли к небольшому прудику кормить уток купленной в магазине булкой белого хлеба.

И все это было так правильно и естественно, что я не заметила, как пролетело время.

– Так, девчонки, начало десятого. Нужно выдвигаться домой, иначе мама будет ругаться.

– Папочка, ну еще чуть-чуть, – законючила Надя.

– Уже поздно, да и стемнело давно. Аттракционы закрыты. Что мы будем тут делать?

– Девочки, правда пора, – поддержала я Стёпу. – Нам все равно еще полчаса ехать. В машине будем с вами петь песни. Какую музыку слушаете?

Мужчина сказал, что от нашего пения могут завять даже уже высохшие цветы, но нам с девочками было все равно. От всей души с открытыми настежь окнами мы на все лады горланили хиты российской поп-музыки.

Когда синий субарик припарковался около дома Оксаны, расставаться с Надей и Катей мне совсем не хотелось.

С ними было весело. Они были живые, искренние, заряжали меня энергией и заставляли улыбаться. Я бы многое отдала, чтобы продлить это ощущение.

– Поднимешься с нами? – спросил Стёпа, забирая девочек из машины.

– Да, если нужно, могу подняться.

Не то чтобы мне хотелось позлить Оксану… Впрочем, возможно, и хотелось. Не могла отказать себе в удовольствии увидеть ее лицо, когда вместе с детьми и бывшим мужем в квартиру зайду я.

– Почти десять, – с порога заявила женщина, кивая дочкам, чтобы разувались и проходили. – Им скоро в кровать. Чем ты вообще думаешь?

– Оксана, это из-за меня немного задержались. – Я вошла в квартиру следом и посмотрела на хозяйку дома с коварной улыбкой. – Прошу прощения. Но девочки должны успеть лечь до десяти в любом случае.

– Кхм, Ева, здравствуй. Да все нормально. Пройдете? Я поставлю чай.

– Нет, нет, спасибо. – Стёпа положил руку мне на плечо и едва ощутимо приобнял. – Мы пойдем, хотим еще прогуляться.

– Тогда до свидания.

– Всего доброго, Оксана. Спокойной ночи.

Выходя из квартиры, мы со Стёпой едва не хихикали, потому что выражение лица его бывшей жены было до боли смешным. Ее едва не разрывало от злости и негодования.

– Многое бы отдал, чтобы еще раз увидеть, как она бесится, – хохотал Стёпа, когда мы ехали в лифте.

– А когда я зашла? Ты видел? У нее аж лицо перекосило!

– Да я ее так во время нашего брака не бесил, как сейчас.

Конечно, смеялись мы по-доброму, без претензий к Оксане. Она не сделала ничего плохого, и претензий мы к ней не имели, однако такая реакция взрослой женщины вызывала улыбку.

– Ну что, куда теперь? – Когда Стёпа заговорил о продолжении свидания, я почему-то смутилась и лишь растерянно пожала плечами. – Если хотим просто погулять, можно поехать куда-нибудь ближе к тебе. Чтобы ты, если свидание пойдет не по плану, могла сбежать под предлогом невыключенного утюга.

– Очень мило с твоей стороны, – усмехнулась я. – Поехали, мне не так важно, где будем гулять.

Все пятнадцати минут пути до моего дома мы ехали молча. В машине играла какая-то местная радиоволна, в настежь открытые окна залетал ветер и разбрасывал мои волосы в разные стороны.

Я пыталась собирать их, но выходило это из рук вон плохо. Так что в конечном счете я просто сдалась, облокотилась на дверцу и с наслаждением приняла потоки воздуха, дующие прямо в лицо.

– Помнишь, как мы познакомились? – вдруг спросил Стёпа.

– Конечно! Такое не забыть. Ты же подкатил ко мне, а потом Людмила Александровна рассказала, что у тебя дочь и беременная жена.

– Да прямо уж подкатил…

Стёпа рассмеялся на весь парк, по которому мы шли в одиночестве в столь позднее время.

Не знаю, походили ли мы со стороны на пару. За руки не держались, хоть и шли достаточно близко друг к другу. Я только изредка поглядывала на Стёпу, но чаще смущенно отводила глаза, когда пересекались с ним взглядом.

– Прямо уж и подкатил.

– Ладно, ладно, признаю. Был тем еще засранцем.

– А сейчас что-то изменилось? – Я подняла на мужчину заинтересованный взгляд, на что он хмыкнул и пожал плечами.

– Когда я тебе в последний раз рассказывал, что гулял или отдыхал в клубе? Сам не помню. Все реже хочется этих тусовок с алкоголем, девочек на одну ночь. Наверное, возраст не тот. Начинаю хотеть тихого семейного счастья, ценю время с дочками.

– Выходит, изменился? – сделала я вывод.

– Перебесился и нагулялся, скорее так. Жалею, что разрушил семью. Не в смысле с Оксаной, а вообще. Понял, что тогда было рано. Сейчас я бы не совершил такой ошибки.

Я поджала губы, но ничего не ответила. Что было говорить? Все выглядело так, как будто мы говорим не об абстрактных вещах, а об обозримом будущем. О нашем будущем.

Все это было странно. Странно говорить о семейных ценностях, когда у тебя фактически нет парня. Странно говорить об этом с человеком, которого считала своим другом.

Наверное, в тот момент я поняла, что соглашаться на свидание было ошибкой. Даже если Стёпа изменился, даже если в теории наше счастье возможно, я не готова рисковать дружбой с ним из-за возможной перспективы выйти замуж.

– Хочешь кофе?

– Хочу банан, – неожиданно для себя заявила я. – Пошли в магазин зайдем?

– Банан… Какая же ты странная, честное слово.

– Зато со мной нескучно.

Стёпа согласно кивнул и поплелся следом за мной в направлении ближайшего супермаркета.

Поздним вечером буднего дня мы стояли на кассе самообслуживания с одним бананом, на котором был наклеен штрих-код, для меня и слойкой с корицей для Стёпы.

Было что-то особенное в том, что мы сидели на лавочке на одном из тихих бульваров спального района, ели свой странный перекус и смотрели на звездную россыпь.

Со Стёпой было легко. С ним всегда было легко. Но это не то ощущение, которое обычно возникает на первом свидании.

Меня не тянуло к нему как к мужчине, не хотелось подсесть ближе, поцеловать, обняться. Как будто было хорошо и так. Как с другом. Как было хорошо, например, с Костей…

Наверное, это отсутствие той самой пресловутой искры, бабочек в животе, о которых все говорят. Когда не загорается, несмотря на то что человек хороший.

– Не замерзла? – спросил Стёпа.

– Не, тепло. Только все равно уже надо домой, поздно.

– Ты завтра с первого урока?

– Я всегда с первого урока, – усмехнулась, застегивая на груди пуговицы кофты.

– Действительно. Тогда идем, провожу.

– Как благородно с твоей стороны. Не будем брать во внимание тот факт, что твоя машина в моем дворе.

Мы одновременно рассмеялись и двинулись в сторону моего дома.

Я не знала, чувствует ли Стёпа то же, что чувствую я. Мужчина шутил, смеялся, поглядывал на меня взглядом каким-то необычным.

Вдруг ему казалось, что все хорошо? Если ему комфортно и его тянет ко мне как к девушке? В конце концов, что в этом удивительного?

Три года назад Стёпа и впрямь не пренебрегал комплиментами в мой адрес, несмотря на факт наличия жены. Что мешает ему сейчас проявить симпатию в мою сторону?

Нет, этого не нужно. Мы были отличными друзьями и должны ими остаться.

– До квартиры провожать или справишься сама?

– Сама. – Я улыбнулась. – В подъезде меня может настигнуть разве что бесячий сосед. Но он не опасен.

– Тогда без зазрения совести покидаю тебя на этом самом месте.

– Спасибо за вечер. – Я надеялась, что мои слова прозвучат как не более чем благодарность. И Стёпа, кажется, расценил их верно.

– Тебе спасибо за приятную компанию. Спокойной ночи!

– Доброй ночи. – Я улыбнулась и, развернувшись на пятках, пошла в подъезд.

Какова была вероятность встретить на площадке у лифта соседа? Определенно не нулевая, потому как Ваня стоял у почтовых ящиков, судя по всему в домашнем.

Я окинула мужчину в шортах и широкой футболке оценивающим взглядом, поприветствовала его кивком головы и стала ждать лифт.

Казалось, сегодня оба мы не были настроены на диалог. По крайней мере до третьего этажа ехали в тишине, пока я наконец не сказала:

– Знаешь, а ты был прав.

– В чем именно из того, в чем я прав, ты убедилась? – Голос мужчины прозвучал низко и измученно. Кажется, не только у меня выдался сложный день.

Вопрос соседа я оставила без ответа. Только пожала плечами и первой покинула кабину лифта на пятом этаже.