Глава сорок восьмая: Месть (2)

     Полицейского для подмены подобрали весьма похожего: в полумраке их фигуры было не различить. Энтони пожертвовал собственную шляпу и саквояж, чтобы у преступников не возникло сомнений в момент посадки констебля в кэб. Дальше все будет зависеть лишь от ловкости остальной команды.

     – Поедем вдвоем, – говорил инспектор, напряженно поглядывая в окно в ожидании назначенного часа. – Для сохранности такой суммы вы просто обязаны были взять сопровождающего, а нас это избавит от ненужных попутчиков. Несколько наших парней в штатском уж прогуливаются недалеко от указанного места, остальные поедут следом за кэбом на случай, если преступники вдруг решили изменить место встречи. В общем, теперь дело только за вами: если вся эта история окажется выдумкой, вам придется ответить за клевету перед судом, мистер Рид.

     – Я предпочел бы быть с вами по одну сторону закона, инспектор Уокер, – с улыбкой заметил Энтони, – поэтому искренне надеюсь, что у вас все получится. Очень не хочется в ином случае всю жизнь шарахаться от подозрительных личностей и бояться выходить из дома затемно.

     Мистер Уокер передернул плечами и взглянул на часы. Те показывали четверть седьмого – идеальное время для выхода, чтобы без особой спешки добраться до клуба.

     – С богом! – выдохнул инспектор и, кивнув помощнику, покинул квартиру. Энтони, притаившись за портьерой, проследил за тем, как от дома отъехал кэб, и оперся в темноте спиной о стену. Следовало выждать хотя бы минут двадцать, прежде чем отправляться в отель. Инспектора он у совеем уходе предупредил и надеялся встретить того вечером с добрыми вестями, а не с отрядом полицейских, жаждущих его крови. Он не боялся тюрьмы, уверенный в своей способности защититься и при неблагоприятном развитии ситуации, но не хотел лишний раз тревожить Лиз: ей уже довольно досталось от мерзавца-кузена, чтобы еще и в мужья получить столь же беспокойную личность.

     Джозеф дождался его возвращения в холле отеля, однако не сказал ни слова, лишь бросил обвинительный взгляд и показательно прошел мимо. Очевидно, Элизабет рассказала ему о замысле мужа, и Джозеф оскорбился тем, что старший товарищ отказался от его помощи. И не имело значения, что никакой роли в нынешнем деле Джозеф играть не мог: разве что своей горячностью нажил бы новые неприятности. Наверняка же увязался бы за полицейскими или встрял в схватку между теми и грабителями уже на месте. Нет уж, такого греха на душу Энтони было не надо. А что до возможной обиды, так рано или поздно Джозеф поймет, сколь трудное это дело – защита близких людей. Особенно от самих себя.

     Элизабет встретила его сладкими объятиями и нескрываемо встревоженными поцелуями.

     – Сомневалась в моем обещании? – улыбнулся он, пригрев любимую у сердца и убедившись, что она избавилась от своих страхов. Элизабет неопределенно повела плечами.

     – Джозеф был уверен, что ты обязательно кинешься в бой, – сказала она. – То есть он, разумеется, первым делом принялся уверять меня, что тебе достанет опыта выйти из этой передряги невредимым, ссылаясь на ваши предыдущие приключения и очень красочно описывая твои подвиги...

     – Я ему уши надеру! – мрачно вставил Энтони, живо представив себе, что должна была испытать любимая при этих рассказах. – Робин Гуд несчастный!

     Элизабет улыбнулась и нежно потерлась носом о его щеку.

     – Он еще очень юн и только стремится найти свое место в жизни, – мягко заметила она. – При пяти братьях это совсем непростая задача. Кстати, он просил, чтобы я уговорила тебя вернуть его отцу деньги за свою землю. Он уверен, что лорд Артмут воспользовался твоим затруднительным положением, чтобы как-то пристроить обделенного сына, и отказывается участвовать в подобной афере.

     – В этом весь Джозеф, – усмехнулся Энтони и поцеловал кончик носа Лиз. – Скажу ему, что ты была очень убедительна, но оксфордское образование позволило мне устоять даже перед твоим обаянием, – тут он осекся, вспомнив, что теперь не один распоряжается Кловерхиллом, и озадаченно посмотрел на Элизабет. – Ты же не против? Там отдельный участок по другую сторону Квантокских холмов: отец начал скупать те земли незадолго до смерти и не успел их соединить. Для настоящего поместья места, конечно, маловато, но для начального капитала самое то.

     – Я буду только рада такому соседу, как Джозеф, – успокаивающе погладила она его по щеке. – Мне будет еще приятнее, если этот капитал однажды позволит ему посвататься к Эмили.

     Энтони рассмеялся. Перехватил ее руку, поцеловал в ладонь.

     – Тоже думаешь, что эти двое созданы друг для друга? – весело спросил он. Элизабет кивнула, запуская свободную руку ему под волосы.

     – Ничуть не меньше, чем мы с тобой, – прошептала она, притягивая Энтони к себе. Нет, за двое суток он ни на йоту не насытился своим ангелом, и пара часов разлуки покуда казалась целой вечностью, которую жизненно необходимо было заполнить теплом и взаимопониманием.

     Полицейский в отеле появился лишь на следующее утро. В любой другой раз Энтони, вероятно, извелся бы от неизвестности, лично явившись в Скотланд-Ярд даже посреди ночи, лишь бы узнать, как прошла операция, но нынче любое любопытство и нетерпеливость были направлены исключительно на молодую жену, и Энтони предпочел прожить эту ночь во власти страсти, а не во власти сомнений.

     Полицейский, ничего не объясняя, попросил мистера Рида проехать с ним. Памятуя о вчерашних новостях от мистера Стивенса, Энтони не стал требовать объяснений при Элизабет, лишь пообещав ей вернуться как можно скорее и мысленно дав себе слово сразу следом увезти ее из Лондона. В Кроукомбе в часы их разлуки ей хотя бы не пришлось бы быть одной, и это, несомненно, упростило бы ожидание. Еще лучшим решением стало бы, конечно, поездка куда-нибудь в свадебное путешествие, но их скоропалительное венчание не позволило Энтони своевременно продумать этот вопрос. А впрочем..

     – Готов поспорить, что я вернусь раньше, чем ты сумеешь придумать, где хотела бы провести медовый месяц, – дождавшись, покуда пообещавший ждать мистера Рида в холле полицейский покинет их номер, улыбнулся Энтони и привлек к себе растерянную Элизабет. Она обхватила его за талию, явно не желая отпускать.

     – Я могу ответить прямо сейчас – в твоих объятиях, – не терпящим возражения тоном произнесла она. Энтони выдохнул: Лиз знала, чего пожелать, чтобы никто из них не был обижен.

     – В таком случае тебе придется решить, в каких местах нашей планеты мои объятия будут для тебя наиболее желанны, – схитрил он и ласково поцеловал ее в лоб, призывая не волноваться. Потом, не удержавшись, горячо прижался к губам. И, уже закрывая за собой входную дверь, добавил: – Я пришлю тебе мальчика с географическим атласом: и даже не думай отлынивать от задания!

     Элизабет прошептала ему вслед нечто очень похожее на защитную молитву, и Энтони наконец спустился вниз.

     До Скотланд-Ярда они добрались за двадцать минут. Энтони не стал задавать вопросы по дороге, предпочитая получить информацию из первых уст, а потому усмирив любопытство. Что, однако, не помешало ему строить самые различные предположения о произошедшем: от неявки грабителей на место встречи до их победы над полицейскими. Но он и подумать не мог, что первыми словами инспектора Уокера вместо приветствия станут:

     – Почему вы не сказали нам про Мортона?

     – Про какого Мортона? – опешил Энтони: единственный известный ему человек, носивший такое имя, не мог иметь к нынешнему делу никакого отношения хотя бы потому, что сидел в тюрьме.

     Или это не было для него преградой?

     Инспектор внимательно посмотрел на Энтони, вероятно, пытаясь понять степень его искренности. Потом, что-то решив, предложил ему присесть напротив себя.

     – Очевидно, того самого «глостерского короля», которого вы помогли засадить за решетку, – пояснил он. – Всем известно, что мистер Мортон не прощает обид, а у него достаточно длинные руки, чтобы дотянуться до своих недругов и из самого ада.

     Энтони тряхнул головой, стараясь осознать этот факт.

     – Не читаете уголовную хронику? – задал еще один неожиданный вопрос инспектор Уокер.

     – Только когда того требует подготовка к процессу, – честно ответил Энтони, взглядом прося разъяснений. Инспектор не стал темнить.

     – Но о смерти судьи Бёртона наверняка слышали? – уточнил он. – Того самого, что вынес Мортону обвинительный приговор?

     – Он же по осени покончил с собой, – начиная догадываться, куда клонит инспектор, все же возразил Энтони. Собеседник скептически склонил голову.

     – Темная история, – проговорил он. – Была версия, что господин судья не сам в петлю полез, а помогли ему добрые люди, но доказательств тому не нашли, и дело закрыли под видом самоубийства. После этого стали пропадать присяжные. Одного выловили в Темзе без каких-либо признаков насильственной смерти, второй с непотушенной сигарой заснул в постели – и не проснулся, третий – звонарь – сорвался с колокольни, поскользнувшись на льду. Один числится пропавшим без вести. Следующим, очевидно, должны были стать вы, мистер Рид.

     Если для него это было очевидным, то для Энтони до сих пор виделось темным лесом, о чем он не замедлил сообщить инспектору.

     – Почему вы решили, что мистер Джонсон связан с Уильямом Мортоном? – напрямик спросил он. – Список предыдущих жертв показателен, но один лишь он не дает основания для уверенности в таких выводах.

     Инспектор Уокер усмехнулся, встал из-за стола и прихрамывая прошелся по кабинету. На ноге повыше колена у него была свежая повязка.

     – Приятно беседовать с грамотным человеком, – сказал он. – Вы совершенно правы, и мы никогда не свели бы эти дела в одно, если бы ваш мистер Джонсон не передал вчера констеблю Уинстону привет от Мортона перед тем, как попытаться его заколоть.

      – Попытаться? – напряженно переспросил Энтони: по виду инспектора и его вступительной речи уже ожидавший чего-то подобного. – Надеюсь, констебль жив?

     Меньше всего на свете ему хотелось взять на душу грех чужой смерти.

     – Жив, – не став испытывать его терпение, ответил инспектор Уокер. – Спецжилет приглушил удар, а вот вас, поедь вы на встречу без подготовки, он отправил бы на тот свет.

     Энтони откинулся на спинку стула, заложив руки за голову. Задумка в целом была идеальной. Заставить его помучиться в поисках денег и страхе потерять Кловерхилл, а потом прикончить, получив и весьма солидный куш, и поместье неугодного господину Мортону адвоката. А ведь если бы не Джозеф с найденным завещанием, у них все бы получилось. И этот чудак еще что-то там лопочет о нежелании получить якобы обманным путем кусок сомерсетский земли? Да Энтони ему половину Кловерхилла отписать должен – и то будет мало!

     – Как вы знаете, я сидел рядом с констеблем Уинстоном, а потому имя Мортона слышал очень отчетливо, – продолжал тем временем инспектор. – Мы, к сожалению, сумели взять не всех грабителей, но уж мистер Джонсон от нас не ускользнул. Это, кстати, его настоящая фамилия, а сам он долгое время работал управляющим у Уильяма Мортона. Ночь для нашего дивизиона не прошла впустую, мистер Рид. Допросы длятся до сих пор, но уже сейчас ясно, что столь крупной добычи не попадало в наши сети со времен того самого знаменательного процесса. Обыск на съемной квартире мистера Джонсона дал нам достаточно доказательств вины как его, так и его хозяина, чтобы возбудить новое дело и при хорошем стечении обстоятельств выписать обоим билеты до Австралии. Очевидно, сей господин никак не рассчитывал, что однажды он окажется под подозрением, а потому не слишком заботился об уничтожении улик.

     Энтони тоже поднялся. Он узнал больше, чем хотел бы для собственного спокойствия, но, как говорится, кто предупрежден, тот вооружен.

     – Я нужен вам, инспектор? – спросил он. – Показания, заявление? Еще какие-либо формальности? Не сочтите меня трусом, но я хотел бы покинуть Лондон хотя бы до какой-то ясности в данном деле. Предпочитаю приносить пользу в этом мире, а не в ином.

     Инспектор хмыкнул, но вполне понимающе.

     – Нападение на констебля карается ничуть не менее сурово, чем нападение на барристера, – сказал он, – так что в деле Джонсона мы можем обойтись даже без ваших показаний. Что же касается его связи с Мортоном и их планомерном удалении былых обидчиков, то на суде, возможно, потребуется ваше присутствие, однако до того момента я не вижу никаких причин, чтобы удерживать вас в Лондоне.

     – Благодарю! – Энтони протянул ему руку, и мистер Уокер крепко ее пожал. – Как только понадоблюсь, я всегда к вашим услугам, инспектор! Мой адрес у вас имеется. Моя вечная признательность – теперь тоже!

     – Пусть невольно, но вы помогли полиции раскрыть такое дело, за которое сам суперинтендант стал вашим вечным должником, – улыбнулся тот. – Удачи вам, мистер Рид! Был рад взаимовыгодному сотрудничеству!

     Энтони поклонился на прощание и покинул Скотланд-Ярд. Выбирать место для медового месяца они с Элизабет будут уже в поезде.