Глава 24

Спать легли одновременно. Я уложила Тоню, а Степан уже ждал меня, сидя на своем кресле и переключая каналы телепередач на телевизоре. – Я с тобой? – с надеждой посмотрел на меня бомж. – Вот еще, с чего бы? – удивилась я, ныряя под одеяло на своем диване. – Так теплее, – полез следом Степан, а я начала брыкаться. – Ну тебе что, жалко, что ли? Рядом полежу, потом уйду. – Ну и наглость! – возмутилась я, отпихивая Степана ближе к стенке. – Руки не распускай. – Угу, – обрадовался он и завозился, устраиваясь. Минут через десять, уже засыпая, обнаружила его руку на своей груди. Тонкая футболка и шортики не способствовали сексуальному влечению, но и Степан дальше этого не шел. Просто сладко спал, улыбаясь во сне. И как его прогнать после этого? Утром проснулась, когда рядом уже никого не было. Мама с Тоней были на кухне и готовили блинчики. – Я сегодня в ночную смену, смотрите, не передеритесь тут, – пожелав им доброго утра и чмокнув довольную дочку в нос, предупредила я маму. – Да ладно, я с ним почти смирилась, – отмахнулась мама. – Кто бы еще Тоню ходить заставил? Вот видишь, как мужское присутствие сказывается на нашем женском коллективе? Правда, прокормить твоего мужа будет проблематично, вот и блины все съел, пришлось новую партию месить. – И что, ты даже денег с него не взяла? – хмыкнула я, макая кружевной румяный блинчик в смородиновый джем. Джем мы тоже делали с мамой сами, у нашего дома был большой сад, и осенью в стареньком доме кипела работа. Убирались после лета за постояльцами, делали заготовки на зиму: яблоки, грибы, аджику, салаты. У нас полный погреб в домике. Надо бы съездить туда, пока Степан здесь. – Не взяла, предупредила, что в выходные поедет за банками в наш дом. – И что он? – Ничего, сказал что-то типа «угумн», – пожала плечами мама. – Он в это время целый блин с джемом себе в рот засунул. – И ты решила, что он согласился, – засмеялась я, наливая себе кофе. – Ну да, а что бы ему против быть? После завтрака у меня была встреча с риелтором. Мы с ней посмотрели несколько квартир, и я узнала стоимость своей, чему была сильно удивлена. Оказалось, я рассчитывала на гораздо меньшую сумму. – Я уточнила, этот дом в центре недавно полностью отремонтировали, – сообщила мне приятная женщина-риелтор, которую мне посоветовала на работе одна из врачей. – Поменяли все коммуникации: трубы, проводку, окна в подъезде. Цена сразу подскочила до небес. Жаль, что вы продаете квартиру, может быть, сами там будете жить? – Нет, даже и не думали об этом. У меня дочка маленькая, садик, школа, курсы, а там даже погулять негде, да и рядом магазины все дорогие. – Это верно, но такие квартиры только дорожают в цене. А что вы решили с мебелью? – Этим муж занимается, – уклончиво произнесла я, пока мы поднимались в лифте на седьмой этаж высотки, где была первая квартира. – Он в этом разбирается? – с сомнением произнесла риелтор. – У меня есть знакомые клиенты, которые будут рады купить старую мебель. – Да кому нужна эта рухлядь, – отмахнулась я. Первая квартира мне понравилась: три комнаты, два балкона, большая кухня, панорамные окна, но очень далеко от садика, куда я планировала устроить Тоню. Наш врач порекомендовал специальный садик для таких детей, поэтому я подстраивалась под него. Нас там уже ждали со следующего года. Со школой потом как-нибудь разберемся. – Подумайте, есть настоящие ценители, – уговаривала меня риелтор. – Если вам эта мебель не нужна, могу купить у вас ее, особенно мне понравился сервант в столовой, диван и комод в прихожей, а еще и буфет на кухне… – И за сколько вы это можете купить? Усмехнулась я, когда мы уже подъезжали ко второму адресу. – Пять тысяч вас устроит? – немного подумав, произнесла риелтор. – Мне придется еще заплатить за вывоз, за реставрацию… – Ну не знаю… – засомневалась я. – Ну хорошо, семь тысяч по курсу на сегодня, – тут же прибавила цену риелтор. – По какому курсу? – удивилась я. – Ну как же, семь тысяч долларов или, может, вы предпочитаете в евро? Сейчас посчитаю, сколько это будет, – она вытащила из брендовой сумочки телефон и начала что-то там считать на калькуляторе, а я сидела дура-дурой. Семь тысяч долларов за всю эту рухлядь?! – Шесть пятьсот получится, ну так что? – нетерпеливо поерзала риелтор, а у меня что-то сомнения появились. С чего бы ей покупать у меня старую мебель за такую стоимость? Может, Степан был прав и эти деревяшки что-то да стоили? – Я подумаю, – вырвалось из меня, и увидела, как загорелись азартом глаза женщины. – Могу прибавить, только вы никому не продавайте, хорошо? Я сама все организую: и погрузку, и вывоз, вам ни о чем не придется переживать… – Да я уже как бы… Переживаю, – тихо произнесла я. Вторая квартира была примерно как первая, но мне очень понравился район. Тихий, спокойный, метро буквально за углом, магазины рядом, парк с небольшим прудом. – А вторую квартиру где будете покупать, в каком районе? – спросила женщина, когда я ей сообщила, что мне все в принципе нравится. – Какую квартиру? – снова удивилась я. – Ну как же, ваша квартира в центре равноценна двум, или вы на вклад положите под проценты? Но это не лучшее вложение денег. Жилье всегда дорожает, лучше вложить в недвижимость. – Вы имеете в виду, что мне хватит на две квартиры? – Чуть меньше площадью, да, – не сомневаясь, произнесла женщина. На работу я ехала в каком-то близком к истерике состоянии. Мне не верилось, что я могу купить две квартиры. Возможно, так и стоило поступить. Будет жилье для Тони в будущем. Это сейчас я не представляю, как она будет жить без меня, но когда-нибудь она захочет создать семью, жить отдельно. Чуть не всплакнула, пока думала об этом, но мои мысли прервал звонок Степана. Улыбнулась, отвечая на его приветствие. – Але, Саш, я тут договорился насчет мебели, завтра можем показать? Им нужно посмотреть состояние, насколько поддается реставрации… – Ну можем, – нахмурилась я. Даже стало интересно, за сколько Степан решил распродать мой якобы антиквариат. – А что, ты уже покупателя нашел? – Ага, но нужно провести оценку. – И за сколько? В рублях, – издеваясь, добавила я. – В рублях? – засомневался Степан. – Так считать нужно, я не смотрел еще, какой сегодня курс у Центробанка. – Ты издеваешься? – взвилась я на всю маршрутку. – Вы с ума все посходили! – Да нет, а что, тебя двадцать три тысячи долларов не устроят? Мало, да? – расстроился Степан, а я чуть глаза свои не выпучила от изумления. Двадцать три тысячи долларов?!