Глава вторая

Представьте себе лес. Нет, не такой, как в парке где вы самозабвенно прогуливаетесь за ручку с любовью всей своей жизни, наслаждаясь погодой и любуясь его прекрасными глазами… Не-ет…

Представьте себе именно лес! Дикий! Густой! Темный-претемный! И стоите вы в этом лесу с тазиком оливье в одной руке, большой ложкой в другой, лицезреете перед собой маленькую полянку, покрытую непонятной белой гадостью, осознаете, что на ногах у вас розовые тапочки с заячьими ушками, а в небе сияет огромная луна, и что снегом тут даже не пахло…

— Твою ж мать… — выпалила я, не в силах заставить себя сделать хотя бы намек на шаг, — твою ж… Господи Божечки…

Нет… Нет-нет-нет… НЕТ!

Так не бывает! ТАК НЕВОЗМОЖНО! Ну нет же… Нет!

Я резко замотала головой, множество раз открывала и закрывала глаза, щипала себя за плечо, била большой столовой ложкой по голове, но лес как стоял перед глазами, так и не дрогнул.

— Вот я попала… — прошептала я, все еще сжимая тазик с салатом, — ну, хотя бы с голоду не помру…

Переведя взгляд на тазик, я обрадовалась, что этого оливье точно на пару дней хватит… Если что, от волков отмахиваться буду… вот они удивятся! Стоит тут девушка какая-то в тапках, держит салат, ложкой отмахивается, а тапочки при каждом шаге “скрип-скрип” делают… С потрохами выдают, так и в засаде не высидишь.

Стоп. Какая засада? Мне все это снится! Просто сон, глупый, совершенно идиотический сон!

Я не выдержала, сорвалась с места, но с поляны уходить боялась, поэтому просто бегала по ней кругами, размахивая ложкой и делая тапками коронное “скрип-скрип”, распугивая местных зайцев и привлекая ползучих гадов. Вот кто знает, что за гадость тут обитает? Что вообще за лес такой? Почему я в нем оказалась, и самое главное — как?

Ничего не понимаю — но ведь так же не бывает! Или в новый год все возможно? Я же хотела остаться одна, вот и осталась — совершенно, абсолютно, капитально одна! Бойтесь своих желаний, если они сбываются подобным образом, то лучше вообще ничего не желать! А как же Жорик? О Боги! ЖОРИК!

Стоило мне вспомнить про лохматое чудовище, как оно тут же громогласно вывалилось из кустов. Обалдевший кот стоял весь в грязи, измазанный в земле и покрытый сухими листьями. Глаза его сияли зелеными фонарями и испытывали священный ужас, который мгновенно сменился милостью, стоило заметить в моих руках заветную миску.

Видимо, на несколько дней салата все же не хватит…

Котик бросился к моим ногам как к спасательному кругу, но осознав, что миска с едой важнее, самостоятельно забрался ко мне на плечо, словно хотел обвить мою шею.

— Жора… Ты тяжелый, — прошептала я, — слезай, кот! У тебя целых четыре лапы есть, ты по лесу можешь самостоятельно передвигаться! И хватит меня душить!

Кот хоть и сопротивлялся, но в итоге слез, оставив на коже заметные царапины. Тяжело вздохнув, мы все же осознали, что оставаться на поляне нельзя и как только небо озарила первая розовая полосочка восходящего солнца, осторожно и очень аккуратно вошли в густую лесную чащу.

— Так, мох же на северной части растет, да? — я чуть ли не плакала, — ну так какого лешего происходит?

Мох в этом лесу был. О да, его было очень много, вот только рос он по всему стволу! Зеленое мягкое покрывало полностью обволакивало неимоверно широкие, толстые стволы огромных высоких деревьев, чьи корни расползлись по земле, так похожие на змей. Даже камни эта трава покрывала полностью!

Мох стелился по земле в таком огромном количестве, что со стороны казалось, будто под ним не было почвы, но так же невозможно!

— Я не люблю лес, — слезы сами катились из глаз, этот процесс просто не поддавался контролю, — я терпеть не могу ходить за грибами и ягодами, я в них вообще не разбираюсь… И вот что это за куст, а?

Обратившись к уставшему Жорику, я указала ему на большие сочные ягоды яркого алого цвета. Кот было обрадовался, хотел попробовать, но я пресекла этот процесс, помня о том, что лес незнакомый, а отравы тут может быть очень много. И чаще всего то, что выглядит красиво, больше в себе яда и содержит.

Солнце тем временем уже вовсю вступило в свои законные права и если раньше я думала, что попала в очень необычный лес далеко не самым стандартным способом, то теперь я осознала, что дело намного хуже.

Вы когда-нибудь видели розовые листья? При чем я сейчас не имею ввиду лепестки сакуры. Мы долго брели сквозь чащу, осторожно переступали огромные корни странного серого цвета, в чем-то похожего на мрамор и вдруг вышли на поляну.

Огромная, покрытая яркой сочной зеленью, она заставила меня замереть на месте, не в силах поверить в то, что я видела.

Потрясающее огромное дерево росло у самого края поляны. Я даже предположить не могла, что подобная красота возможна в нашей природе — размером примерно с десятиэтажный дом, ствол древа по толщине казался необъятным. Густая пушистая крона мягко шуршала при каждом порыве ветра, и розовые листья плавно опускались на землю.

Толстые ветви переплетались друг с другом, уходили высоко в небо, а корни древа поднимались из земли и вновь вгрызались в нее, будто живые змей. Листья по форме были широкие и острые, в чем-то похожие на кленовые, но самое удивительно было в их цвете — от яркого розового до темного пурпурного.

Мы остановились возле толстых корней — кот тут же уснул возле моих ног, а я с ужасом осознала, что от салата почти ничего не осталось. Продолжая держать в руках тазик с оливье, я все же не выдержала и расплакалась. Слезы градом катились по щекам, обжигая нежную кожу, руки тряслись из-за испытываемого ужаса и я никак не могла понять, что произошло.

— Так ведь не бывает, — шептала я, вытирая слезы, — не бывает. Разве может человек просто взять и оказаться в другом месте? Я же не в фильме фэнтези, а в реальном мире живу! А что, если все это мне снится? Может все дело в таблетках с мятой? Но не может же галлюцинация длиться так долго и быть настолько реальной? Нужно найти людей прежде, чем нас найдет какой-нибудь медведь или стая голодных волков. Хотя я костлявая, а вот Жора… Жора упитанный, даже толстый, ему точно не повезет.

Все тело трясло от искреннего ужаса. Я действительно не понимала, что произошло, думала уже даже про инопланетян с их экспериментами, но присутствие кота меня немного успокоило. По крайней мере раз он со мной рядом и я могу к нему прикоснуться, значит я не сошла с ума.

Сидеть среди корней оказалось очень удобно и в тоже время непривычно. Они будто змеи оплетали окружающую нас территорию, а сама земля практически полностью оказалась покрыта розовыми листьями. Стоило лучам солнца коснуться их поверхности, как их тонкие прожилки тут же насыщались светом и слегка мерцали, будто давая кому-то сигнал. Огромное дерево напоминало мне некое божественное чудо, и не воспринималось как что-то простое. Скорее, как дух леса или может даже волшебное создание, но уж точно не самый простой кустик.

Мурчание кота в каком-то смысле отрезвляло, легкие порывы ветра мягко ласкали кожу, они срывали листья с кроны, уводили по всей поляне, смешивая их с тонкими ветками и прочей лесной растительностью. Везде слышалось пение птиц, откуда-то сбоку доносилось журчание ручейка и именно в этот момент я осознала, что безумно хочу пить.

Слегка отодвинув от себя Жору, я так и не смогла выпустить из рук заветный тазик с салатом. Крепко схватив многострадальную ложку, я шаг за шагом продвигалась к краю поляны, со стороны которой отчетливо слышался шум воды.

Шаг… Еще шажок… небольшой совсем, маленький…

Котик так и не проснулся — я видела, как его облезлый хвост вилял из стороны в сторону, как блаженно это создание вытягивало лапки и сладко зевало не осознавая до конца, в какой ситуации мы с ним оказались.

— Ну, Жорик… — хмыкнула я, — погоди, вот останемся мы без еды, посмотрим, как твой сладкий сон изменится…

Тем временем лес приобретал куда более мрачные краски, наполняясь чернотой, густотой и редкими пульсациями света. Лучи солнца с трудом проникали сквозь густые кроны, но благодаря этому подсвечивали ограниченные участки земли. Со стороны это явление выглядело потрясающе красивым — яркий островок зеленого мха будто бы сиял благодаря солнцу и выделялся на общем темном фоне.

Звук шустро бегущей воды лишь усилился, я окончательно уверовала в то, что где-то рядом есть ручей и тут же поспешила в сторону источника звука.

Шаг… Вновь шаг…

Как странно, тут вроде еще одна поляна виднеется, но какая-то она мрачная, чужая и вообще… Ой… там вроде костер горит…

Первая мысль — бежать и звать на помощь, кинуться в объятья незнакомцам, но что-то меня остановило. То ли внутреннее чутье, то ли инстинкт самосохранения, то ли попой почуяла незабываемые приключения, но ноги замерли на месте, я тут же присела в густых кустах и просто стала наблюдать…

Костер почти погас… Лошади стоят… Кто-то до сих пор путешествует верхом в лесу? Что за мрак! Бедные лошадки!

На поляне возле костра стояло несколько палаток, сделанных из непонятной плотной ткани серого цвета. Между ними находилась повозка — такая, как в каком-то музее стояла… Стойте… не могла же я… Не могла же я вообще в другое время попасть? Не средневековье ведь, правда?

От ужаса возможных событий стало дурно, к горлу подступила тошнота и голова тут же закружилась. Я так и продолжила сидеть в кустах, среди деревьев, и наблюдать за тем, как в тени леса на той стороне поляны мелькают какие-то странные фигуры…

Семеро мужчин волокли за собой огромную тушу медведя! Я хоть и видела этих зверей только в зоопарке, но прекрасно понимала, что они не могут быть настолько огромными! Черный медведь был ранен и связан толстым канатом. На спине его сиял алый камень, похожий на рубин размером с кулак, а люди, что тащили животное, что-то бурно обсуждали.

По внешнему виду это были не простые охотники — их тела покрывал кожаный доспех, на поясе висели клинки, а рядом с палаткой я заметила обломки сломанного щита.

Огромный медведь стонал, из его пасти выделялась пена, в глазах читалась невероятная агрессия. Он притаился, будто бы боялся совершать лишних движений и явно хотел уничтожить охотников. Морду мужчины связали крепко, как и лапы животного и глядя на размеры его тела, я искренне не понимала, как даже семеро охотников могут тащить на себе такую тяжесть.

Кажется, Анна, ты попала… попала по полной!

Сдержав внутренний писк и желание резко сбежать от этого места, я медленно развернулась, готова была вернуться к Жорику и прекрасному древу, как…

— Ой, а вы тут чего сидите?

Как оказалось, кусты были заняты не только мной.

Незнакомый мужчина сидел и смотрел на то, что происходило на поляне, меня в упор не замечал, собственно, как и я его — все же нас деревце разделяло. Но стоило мне произнести эту злосчастную фразу, как…

— Дура, я же в засаде! Ты хотя бы понимааАААА… АААААААААА!

ААААААААА орали мы уже вдвоем, пытаясь увернуться от огромного потока стрел, леший знает откуда и кем выпущенных!

— МАМОЧКИ! — орала я, бегая от дерева к дереву, — ЧТО ПРОИСХОДИТ?

— БЕГИ! — проорал незнакомец, перебросив меч из одной руки в другую!

— БЕГУ! — кричала я в ответ.

Меч… у него настоящий меч! Бежать… БЕЖАТЬ!

Рванув с места, я петляла от кустика к кустику, мимо летели стрелы, за спиной сочно бранились люди, наконечники врезались в стволы деревьев, входили в древесную ткань как нож в теплое масло и с характерным звуком вонзались в землю. Я прыгала от корня к корню аки горный козел, проклиная всех, кого терпеть не могла за то, что кто-то из них явно к ведьме обратился — иного способа забросить меня в эту дыру я просто не видела! Незнакомец точно так же, как и я маневрировал между деревьев, костерил меня на чем свет стоит, проклиная тот день, когда местный Бог изобрел женщину, но внезапно на него напали, причем со спины. Я видела, как промелькнула тень, как блеснуло лезвие в свете редких солнечных лучей.

— СЗАДИ! — успела прокричать я, споткнулась, рыкнула и тут же упала прямо в огромную подушку из мха, смягчившую удар.

Голова закружилась, но тем не менее я могла разглядеть, как незнакомец с диким звериным рыком вонзил острие меча прямо в тело нападавшего.

Мамочки… Он его убил…

С хлюпаньем вытащив лезвие, мужчина резко развернулся, что-то метнул в сторону поляны, и я услышала, как что-то глухо падает на землю. Тело. Еще одно тело.

— …Ловите его! — слышалось со спины, — не дайте уйти! С ним девка!

Какая такая девка? Нет меня! Я тут вообще не при чем!

Очередной поток стрел привел лишь к тому, что я мигом вскочила на ноги, рванула в сторону своей поляны, но не тут-то было.

Непонятно откуда взявшиеся веревки обвили лодыжки и единственное, что спасло меня от сильного удара головой о камень — это выставленные перед собой руки.

— Девчонку поймали! — с радостью сообщил незнакомец, чье лицо было скрыто капюшоном.

Я настолько сильно испугалась, что не могла пошевелиться! Паника целиком и полностью сковала тело, крик застрял где-то в районе горла, а уже на самой поляне помимо меня приволокли и того незнакомца, что сидел в засаде.

— …Еще один! — с радостью сообщили мужчины, разглядывая раненного пленного, — а это еще кто?

— Да понятия не имею. Наверняка одна из этих гадов, так что ее тоже в клетку! Продадим, если хозяин не возьмет… На органы пойдет и леший с ней, с виду молодая, заплатить хорошо должны!

Ч-что? Кого на органы? Меня на органы? Зачем?

— Хотя можно этому скормить… — мужчины зловеще рассмеялись. Один из них подхватил меня на руки и резко бросил к медвежьей морде.

Господи Боже…

Я пролетела несколько метров и с силой врезалась в медвежье тело. Зверь тут же дернулся, пытался зарычать, раскрыв пасть, но внезапно алый камень сверкнул красным светом и животное дернулось будто бы от удара током.

Я видела его глаза, лежала совсем рядом — они были наполнены болью и страданием, он хотел жить, но в отличие от меня не испытывал страха.

Внутри что-то кольнуло… Мы смотрели друг на друга, не отводя взгляда. Я тяжело дышала, не в силах совладать с дрожью, а медведь… Почему-то взгляд его изменился. Он словно… будто бы успокоился и просто замер, выровняв дыхание.

— Смотри, как смотрит, — с интересом заметил наемник, что бросил меня к зверю, — будто бы сочувствует, тварь. Ненавижу этих чертовый дэймонов! Половину наших пожрали!

— Оставь девицу в покое, — я не видела лиц говоривших, все, кто выжил после сражения с незнакомцем, стояли за моей спиной, — медведя тоже. За них много золота отвалят. В клетку этих двоих. Посади далеко от дэймона, чтобы не освободили, а то, кто их знает. Эта тварь без хозяина долго не протянет, нам нужно быстрее доставить товар.

Дэймоны? Кто такие дэймоны? Они вообще о чем? Какие хозяева? Я хочу домой!

Прямо за палаткой действительно стояло несколько клеток. Забросив меня в одну из них, нападавшие с большим удовольствием захлопнули решетку, повесили рядом какой-то странный и непонятный камень красного цвета и нагло уставились на мое порванное платье. Я тут же попыталась прикрыть колени руками, но со стороны, наверное, это выглядело очень нелепо и глупо. Мужчины рассмеялись, что-то сказали друг другу на странном и непонятном языке и отправились в лес за своими стрелами, поднимая их с земли с особой нежностью.

Трупы, что лежали в траве, они спокойно обходили.

Ну я и попала… Божечки… Я влипла по полной…

— Зараза… ты что в лесу делала? — незнакомец из кустов сидел в соседней клетке рядом с ворохом старых тряпок, покрытых какой-то гнилой плесенью, — совсем рехнулась? Нам теперь только умереть осталось!

— Я вообще не понимаю, что происходит! — голос дрожал, меня трясло вместе с ним. Оставленный в кустах салат наверняка уже опрокинут! Как же бедный Жорик? Он же не выживет в этом страшном лесу, останется бедненький совсем один! — Где я? Что это за лес? Почему эти люди на нас напали?

— Ты головой сильно ударилась, да? — с удивлением заметил незнакомец, — совсем память отшибло?

— Напрочь! — соврала я, — вообще ничего не помню!

— Я из-за тебя теперь подохну! И он тоже! — рычал мужчина, указывая в сторону зверя, — от женщин одни проблемы… одни проблемы!

Да, конечно! Давайте, вините во всем меня!

Я сидела в небольшой клетке, встать во весь рост в которой просто не представлялось возможным, грызла нервно ногти, пыталась выровнять дыхание и сдержать внутренний вопль, но получалось с трудом.

Из горла моего вырывалось нервное шипение с примесью мольбы о помощи и волчьего воя.

— Хватит трястись! — не выдержал пленный, — бесишь!

— Надо выбираться! — прошептала я, поджимая уставшие ноги.

— Не выберешься ты, глупая. Камень уже висит на клетке, для таких как мы с тобой это верная смерть.

Камень действительно висел. Тот самый, большой и огромный красный рубин, к которому незнакомец боялся прикасаться. Точно такая же драгоценность была привязана и к медведю. Животное скулило, рычало и при всяком движении минерал пульсировал, словно действительно заряд в тело пускал. Мерзость какая!

Я смотрела на клетку, на висевший камень и никак понять не могла — а замок-то где? Клетку мой мучитель захлопнул, но ни задвижки, ни щеколды, ни оков на моих руках — ничего нет!

— Ты что творишь? Прекрати! Тебя же разорвет сейчас! — он пытался меня остановить, но я не понимала почему — замка же нет. Ну нет же, да?

И, прикоснувшись к двери решетки, я спокойненько ее открыла…

— Какого… лешего… — мужчина побледнел, уставился на меня как на врага народа и тут же умолк, словно смерть свою увидел.

— Они забыли меня закрыть! — сказать, что я была бесконечно рада — это ничего не сказать! Осознав, что на поляне никого нет, что возле костра ни единой души, я тут же выпрыгнула из клетки с удивлением заметив, что у второго пленного тоже не было никаких щеколд, никаких замков и прочей прелести тюремной жизни, — везение наше все! Давай, чего ты сидишь? Бежим скорее!

— А ты не могла бы и с моей клетки камень снять? — удивленно прошептал незнакомец, — а то вообще-то… вообще-то мне из-за него и не выйти…

Времени оставалось мало, я подскочила к пленному, сорвала злосчастный рубин, наплевав на логику вещей и даже думать боялась на счет всего, что сейчас происходило. Мужчина тут же выскочил, схватил меня за руку и вместо того, чтобы дать деру, подвел к огромному злобному и очень раненному медведю!

— Ты что творишь? — рыкнула я, — нам в другую сторону!

— С него тоже снимай! — мужчину трясло, он был ранен, истекал кровью и скорее всего бредил, — мы пока бежать будем, он тут всех на тот свет отправит!

— Главное, чтобы и нас заодно туда не отправил…

Не понимаю, почему я вообще его слушаю. Наверное, все дело в том, что мне просто больше не у кого помощи просить, не у кого узнать о том, что происходит и куда мне идти, что делать и как вообще выжить? Несмотря на ситуацию, этот мужчина сейчас мое единственное спасение!

Сняв с медведя рубин, я ожидала громогласного рыка, гнева животного, но вместо этого…

Мы вновь встретились взглядом, уставились друг на друга и я могу смело заявить, что взгляд у него был… он был… он был совершенно человеческим. Я словно видела его мысли, ощущала ту невероятную злость, что возникла в звере.

— Вот теперь бежим! — скомандовал незнакомец, схватил меня за руку и бросился прямиком в кусты, — скорее! СКОРЕЕ!

Я бежала как могла, но все же вырвалась из крепкой хватки.

— Ты куда? — рыкнул мужчина, — нам в другую сторону!

— Мне кота забрать надо! — бедный Жорик! Бедный мой, бедный Жорик!

— Какого еще кота? — не унимался бывший пленный, вновь хватая меня за руки, — ты жить хочешь? Тогда беги!

— Но Жорик!

— Да твою ж…

И, не долго думая, эта скотина ударила меня по голове. Сознание тут же ухнуло, провалилось в бездну и последнее, что я помнила — это крепкая хватка на плечах и звуки разъяренного медведя за спиной.

Как же я хочу домой!