Глава двенадцатая

— Привет…

Осенний лес пах грибами, костром и… лимоном? Почему пахнет лимоном? Не понимаю… Свет, проникающий сквозь слега приоткрытое окно походной палатки внезапно исчез. Стоило открыть глаза, как…

— А-а-а-а! СГИНЬ! СГИНЬ СИЛА НЕЧИСТАЯ!

— Матерь божья, как четко попала в самую суть! — незнакомец, все тот же мальчишка в белых мехах, откровенно смеялся, сидя внутри палатки и нагло жевал лимон! МОЙ лимон!

— Отдай! — чувство собственности сыграло со мной злую шутку. Подпрыгнув на месте, я было выхватила лимон из его цепких пальцев, но не тут-то было. Мальчик рассмеялся еще сильнее, он гоготал, смотря на меня сквозь слезы, и выпрыгнул из палатки с такой легкостью, словно прошел насквозь плотную ткань, — что происходит? Эй! Ты кто такой? Мама! Папа! Тот мальчик здесь!

Но родителей рядом не было… Почему? Почему их нет рядом?

Холод мгновенно пронесся по всему телу…

Алые краски утреннего леса почему-то пугали…

Голова кружилась… В носу стоял запах… запах…

Крови.

— Мамочка, — в горле пересохло, я замерла на нашей поляне, наблюдая за тем, как незнакомый мне мальчик сидит возле почти потухшего костра и рассматривает мой рюкзак. Он смотрит фотоаппарат… Мамин фотоаппарат, — где мамочка? Где мои родители?

— Они ушли, — мягкий голос проникал в сознание… какой странный и … взрослый, — разве ты не помнишь, Аня?

— Не помню… — я замотала головой, пытаясь отогнать наваждение, но мальчик лишь улыбнулся, — кто ты?

— Ты странная! — воскликнул он, — сама меня к костру пригласила, а теперь не помнишь вовсе… твоя мама за ягодами пошла, а отец на берегу у озера рыбачит. Странные они у тебя, оставили такую маленькую девочку совсем одну в лагере. И не страшно? Хотя, чего тебе бояться, я же рядом, да?

Он протянул мне свою руку…

Что-то мелькнуло рядом, пошло рябью, но я успела заметить… Лишь на мгновение вместо ногтей я увидела острые, словно бритва черные когти…

Окровавленные когти…

Яркие синие глаза насмехались… Он смотрел пристально, внимательно изучая реакцию…

Совсем юный мальчик, опасный и до ужаса страшный.

Мамочка, где же ты?

— Анна… — лес дрогнул. Затем солнце исчезло и вновь послышался голос, — Анна, проснись!

Но я же не сплю… мальчик смотрит и улыбается…

Перед тем, как я осознала, что сплю рядом с Кханом, ребенок возник прямо у меня перед носом и прошептал лишь одну фразу: “вспомни меня!”

— Анна! — прикосновение горячих пальцев заставили открыть глаза. Демон навис надо мной и даже сквозь полудрему было видно, что лицо его излучало беспокойство, — тебе снова снился кровавый лес?

— Да, снова это место, — демон выглядел намного лучше. На первый взгляд можно сказать, будто он и не сражался вовсе, но все же в белках глаз осталось еле заметное покраснение из-за лопнувшего сосуда, — как ты себя чувствуешь?

— Словно меня дракон жевал, потом выплюнул и станцевал на моих костях в пьяном угаре.

— Отличное описание! — рассмеялась я, приподнимаясь на локтях, — я бы на это посмотрела!

— Не сомневаюсь, — прошептал демон, помогая мне встать с кровати.

На стене висело большое зеркало, и мы замерли как раз напротив него — упырь с красными глазами и кикимора с гнездом на голове. Вначале не поняли, кто из нас кто, затем обреченно сникли.

— Красавица, — хмыкнул Кхан, рассматривая мое отражение в зеркале, — это как в той сказке, где красавица эльфийка после первой брачной ночи превратилась в гарпию и съела своего мужа…

— Знаешь, а вообще да, очень похоже! — вот зря! ЗРЯ! Зря он сравнил меня с этой волосатой страшной гадостью! Укус в шею заставил демона вспомнить, что до самки богомола мне не так и далеко и если уж дело пойдет, то на его костях я спляшу самостоятельно!

— Я же пошутил, — отпрыгнув в последний момент, Кхан успел прикрыть ладонью свою тонкую изящную шею… аппетитную, между прочим! — Анна, ты чего? Аня! Так, подожди… хватит! Ну подожди же… Эй… ты сейчас в себе? АННА!

Жажда — тварь коварная. Осознание того факта, что жертва посмела сбежать, меня лишь разозлило. Не понимаю, что на меня нашло, но желание отгрызть от демона увесистый кусочек затмило разум. И лишь после того, как заветная капля попала мне в рот довольно необычным способом, я опомнилась…

Демон смеялся, целуя меня в губы. Специально поранив клыком кончик языка, он нагло отстранился, показывая, каким именно способом придется добывать себе гемоглобин.

Обойдешься…

— Ну вы еще кровавую баньку устройте! — голос озверевшего оборотня заставил меня резко развернуться и, к собственному ужасу, зашипеть, будто какое-то животное, — эй, женщина! Ты это, меня часом не грызла, пока я спал? Нет? А то смотри, блохи они такие… Как укусят в подхвостье, потом неделю маяться будешь! Обещаю! Вон того кусай, с крыльями! Он симпатичнее!

— Видимо тебе намного лучше, — Кхан нисколько не разозлился на перебинтованного, измазанного какой-то лечебной дрянью Свэна. Бедный оборотень каким-то образом умудрялся говорить даже с повязкой во рту! После укуса змеи от его слизистой вообще мало что должно было остаться, как мне кажется. — как Лита?

— Злится, в ярости, — ответил Морок, проталкивая оборотня в свою комнату, — громит остатки твоей комнаты, уничтожает мебель, орет, что спальное ложе двух чудовищ нужно осветить, проклясть, уничтожить и закопать. Желательно где-нибудь поближе к ядру земли. Так, на всякий случай. В общем на нее снизошло озарение. До нимфы наконец дошло, что то, что я рассказал про вашу кровь — правда.

— Слушай, а если она меня укусит, как думаешь, сможет форму поменять? — судя по блеску в глазах Свэна, я попала по полной программе. В нем либо все еще жив ученый, либо он быстренько самореанимировался, — или вдруг будет видеть в темноте… Или может хоть с Жориком поговорит, когда оба будут четырехлапые с хвостами?

— Даже не думай! — мой ответ звучал особо категорично, — не хватало мне еще себя наизнанку выворачивать, чтоб котом стать! Я понятия не имею, как зажгла те бруски! Я же никогда не сталкивалась с магией, а тут такое!

Описав всем собравшимся то, что я чувствовала на момент создания мощного огненного пульсара, я стала ходить по комнате из стороны в сторону и постоянно жестикулировать. Понятия не имею, откуда я взяла все эти жесты, но мужчины печально замерли, все трое молчали, и даже как-то взгрустнули, что ли…

— Я десять лет учился, чтобы вот так заклинания плести, — опечалился Кхан, глядя на то, как на моих пальцах сияет какая-то неведомая мне синяя гадость! — а она крови выпила и давай нежити головы сечь. Что за несправедливость?

— Несправедливость? — возмутился Свэн, — несправедливость, это когда ты служишь под началом кровавого монстра, боишься его до чертиков, потом осознаешь, что он ничего так, сойдет и вообще вроде как другом стать может. Думаешь, как вытаскивать его окровавленную задницу из гущи событий, а тут нате вам! Монстр явился! Тут рукой махнул — огонь зажегся, там кровью поплевался — змея не выдержала и сдохла… не, это нормально вообще? Когда я уже на заслуженный отдых уйду? Смею заметить, твоя жена своей кровью убила рвею! И при этом плевать хотела на кровавый камень размером с голову! И ведь кто-то подослал это чудовище к вам!

Я хотела было спросить, кто мог поймать подобную змею, но не успела. Дверь комнаты резко отворилась и на пороге застыла перебинтованная злобная нимфа, держащая в своих руках кинжал…

— ПЕЙ! — рыкнула она, поранив руку, — я не поверю, пока сама не увижу! ПЕЙ!

— Не хочу! — отпрыгнув от разъяренной женщины в сторону, я осознала, что та начала преследование! — ЛИТА!

— ПЕЙ!

— ДА НЕ ХОЧУ!

— НАДО!

Меня не то, чтобы спрашивали — просто поставили перед фактом, да и чего греха таить — всем банально было интересно.

— Слушай, а если я твоей крови выпью, может у меня тоже грудь вырастит? — предположила я, меняя свое отношение к данному вопросу.

— Если вырастит, то это будет несправедливо! — прошептала нимфа, с ужасом наблюдая за тем, как я смахиваю пальцем с ее ладони кровь и пробую ее на вкус.

Ничего не произошло. Грудь на месте, не изменилась — обидно. И что я должна чувствовать? Ничего не понимаю.

— Ну как? — поинтересовалась девушка, — ощущаешь?

— Что именно? — не поняла я.

— Жажду убийства, желание накрасить губки, свернуть кому-нибудь шею, воспользоваться силой природы… призвать на помощь деревья там, к примеру.

— Нет, прости… Все же я думаю, что магия магии рознь и даже если все сработало, я банально не умею пользоваться силой. Огонь в моих руках получился чисто инстинктивно, кровь Кхана сама по себе особенность, ей учиться не нужно, она просто есть. Но я не понимаю, почему это происходит со мной. Так могут делать все люди из моего мира или со мной что-то не то?

Все промолчали, потому что никто из присутствующих не знал ответа. Единственное, к чему в ходе обсуждения пришли все собравшиеся — нужно идти в Левкар. Кровавый Камень могут производить именно там, и возможно Рианна знает — как. Поэтому ее и похитили. Иначе зачем Зарльцхейну возвращать дочь? Кхан принял решение оставить на время конфликт с основной ветвью семьи и разобраться с Левкар. Он не хотел сообщать брату о своих намерениях, поэтому никто ничего Соэру объяснять не станет. Тем более не возьмет с собой в поход, не хватало еще того, чтобы он обо всем отцу докладывал.

— Ты думаешь змея — дело рук Левкар? — Морок был согласен с выбранным планом, но сомневался в словах Литы.

— Да, — нимфа укоризненно посмотрела на крылатого мужчину, — Морок, я же нимфа. Я близка с природой намного сильнее, чем вы все вместе взятые и многое знаю. Рвея без должной подпитки теряет свой яд, а Кровавый Камень, вообще-то, ее тоже ослабляет. Не забываем, что эта тварь тоже вид нечисти. С учетом размеров прикрепленного камня, змею везли с ближайших городов. И тут выбор — Левкар или Южный Край во главе с Алардом. Демоны, конечно, могли подставить людей таким образом, но прикрепить этот камень к груди рвеи самостоятельно — нет. По крайней мере это бы точно не осталось незамеченным! Ой, Жорик пришел! Целехонький! Что, опять покормить забыли? Мне кажется, что у него лысина еще больше стала, он у тебя совсем старенький…

— Да, хотя ведет себя довольно бодро, — взяв пришедшего к нам кота на руки, я тут же стала его гладить, с большим удовольствием чувствуя то, как он тихонько мурчит, словно маленький паровозик, — но что по поводу Левкар? Ты не договорила.

— В Южном Крае рвея не выживет, для этой твари жара — верная смерть. Левкар находится в другой климатической зоне и больше подходит для содержания.

— Алард мог поймать рвею, — предположил Морок, — и держать ее рядом с этим замком пару дней.

— Но тогда мы бы точно почувствовали Кровавый Камень такого размера, — запротестовал Свэн, откашливаясь кровью. Оборотню было плохо, он становился бледным, опускал свои кошачьи ушки точно так же, когда Жорик болел чем-то серьезным. — Да и тогда, при заключении мирного договора, уж больно много было этих камушков в Левкар. Подозрительно — нужно проверить. Во всяком случае лишним точно не будет. Заодно выведаем планы нового главы… ну или старого, если тот каким-то чудом смог выжить.

На сей раз никто с решением спорить не стал. Все только на Кхана смотрели, ждали его одобрения, но демон уже давно собирался идти в Левкар, поэтому просто кивнул в знак согласия.

— Вы как хотите, но выдвигаться надо в ближайшее время! — Свэн вновь еле сдержал кашель, тяжело вздохнул, почесал рукой за ухом, и медленно встал на ноги, слегка пошатываясь, — завтра как новенький буду! Так что на меня не стоит смотреть с таким сочувствием, дети мои! И кстати, рвея уже на разделочной доске давно, никто не хочет отведать деликатеса?

— Чур я первая! — с радостью воскликнула Лита, — я обещала этой твари, что уничтожу ее с потрохами, так вот я держу свое слово! Что, Анна? Ты не ешь змей?

— Так она же… ядовитая…

— А кровь Кхана прям мана небесная! — всплеснула руками нимфа, — между прочим мясо этой змеи очень дорогое и редкое, так что как хочешь, но сегодня у нас пир. К тому же обошлось почти без жертв — откусанные руки-ноги не считаем! И да, у меня к тебе просьба. Не могла бы ты уничтожить Кровавый Камень? Мы его в подземелье спрятали, но на первых этажах находиться стало просто невозможно!

И, хлопнув дверью и утащив с собой вместе печального Морока и больного оборотня, Лита с огромным зверским аппетитом готова была уничтожить все, что не приколочено.

— Странные они у тебя, — прошептав это, я села рядом с мужем.

— Зато верные, — спокойно ответил Кхан и, что сильно меня удивило, тихонько взял мою руку, — идем в подвал. Я объясню, что нужно делать с камнем.

— Тебе ведь плохо станет.

— Ты не найдешь вход в темницы, так что не обращай внимания. К тому же разговор есть — осенний лес дополнился деталями?

— Дополнился, теперь я четко видела лицо мальчика, — когда мы вышли из комнаты, Кхан тихо закрыл за собой дверь и так и не выпустил моей руки. Это казалось и странным, и приятным, но в тоже время каким-то нереальным. Словно я сплю. Сложно представить это существо заботливым мужем с учетом его родословной и той ситуации, в которой он оказался с самого рождения, — кстати о мальчиках. Кхан, я знаю, что у тебя был брат. Волк рассказал мне о Коуле, но и друзья твои проговорились. Был еще брат? Сколько вас в семье? А где же твои родные?

— Мои родные погибли, — демон говорил ровно и спокойно, он шел вперед, указывал направление и иногда разрешал замирать возле огромных полотен с изображениями различных существ и видов этого мира, — нас было трое. Среди братьев я младший. Коул погиб недавно, я так понимаю, Волк рассказал подробности, а вот Каен… Каен умер примерно двадцать лет назад. Люди обвинили его в убийстве правителей Левкар и казнили на своей земле. Все, что я получил от него — это письмо. Он знал, что умрет.

— Вы были близки все втроем? — от подобных разговоров всегда становилось грустно, но все же я хотела знать историю демона. Мне хотелось приблизиться к нему чуть ближе, если он это позволит.

— Только с Коулом, — хмыкнул Кхан, — Каен меня раздражал до такой степени, что примерно раз в семь дней мы сходились в драке. Вырванные волосы и порезы на руках — просто цветочки по сравнению с тем, что мы творили. Каен был странным, очень резким и всегда себе на уме. Хитрый и расчетливый, слегка безумный. Он творил, что ему вздумается, получал удовольствие от войны, с большим наслаждением наказывал предателей. Он издевался надо мной, смеялся над заключением и всякий раз говорил, что в жены мне достанется чудовище. Кстати, тут он не соврал…

— Кхан… — я обиженно посмотрела на мужа, но он лишь рассмеялся в ответ, слегка шатаясь из-за бессилия. Как только мы спустились на первый этаж, ему сразу стало плохо. Кожа лица побледнела, руки невольно тряслись и в глазах вновь возникли эти странные кровавые паутинки. Но демон твердо стоял на ногах и целенаправленно шел вперед.

Дорогу к темницам я уже знала — мы шли именно туда, где проходил допрос Рианны, вот только стоило спуститься к клеткам, Кхан стал откашливать кровь.

— Все нормально, — прошептал демон, вытирая рот рукавом, — давай быстрее все сделаем и сбежим отсюда. На первом этаже никого нет, так что этот позор никто не увидит.

— Как скажешь, — прошептала я, помогая открыть одну из дверей как раз рядом с темницами. В первый раз, когда Морок и остальные привели меня сюда, я не заметила этого прохода — угол больно темный, да и сама дверь неприметная.

Стоило Кхану сделать шаг внутрь, как его тело тут же обмякло и он облокотился о стену.

— Так, мы уже подошли к камню? — не выдержала я, — оставайся здесь. Что мне с ним делать? Разбить? Утопить? Вынести из замка?

— Кровь мою на него налей. Кровавый Камень теряет силу только в том случае, если находит жертву. Ни Лита, ни Морок со Свэном просто не смогли бы дойти до этого места — потеряли бы сознание еще на лестнице.

— Ты мог дать своей крови в склянке… — рыкнула я, помогая Кхану поймать равновесие.

— Нет, тут свежая нужна, иначе не получится. Да и размер камня огромный, кто знает, сколько понадобилось бы склянок? Волк, зараза… Не мог его где-нибудь в другом месте закопать? Ты же дэймон, ты здесь силу свою теряешь! А так раз — и на месте!

— Ну прости, мой друг, — Волк появился лишь на долю секунды, — тут самое безопасное место, вообще-то! Как самородок уничтожите, изучить осколки можно! Ты, Анна, главное вначале его разбей, а потом уже поливай кровью. Кусочек маленький оставь, вдруг он как-то отличаться будет от тех, что демоны раньше изучали? К тому же теперь у тебя, Кхан, свой человек есть, который сможет тебе помочь в этом нелегком деле. Спасибо, благодарить не нужно!

— Да понял я уже, Волк, понял. Спасибо, но я сейчас сдохну просто. Анна, я останусь у входа, дальше иди с дэймоном.

С большим трудом, но мы вышли в достаточно просторное помещение, в середине которого стоял пьедестал. Свет проникал в комнату благодаря магическим пульсарам, да и сам камень сиял алым, окрашивая стены в кровавые оттенки. По периметру в них были вбиты погасшие факелы, покрытые толстым слоем пыли, с некоторых из них свисала паутина — да уж, давно тут никого не было. Интересно, что это за место?

Не долго думая, я подошла к камню и взяла его в руки.

Легкий! Очень легкий! Перекинув эту глыбу из одной руки в другую, я не нашла ничего более умного, чем снять платье, завернуть в него рубин и со всей дури, с размахом опрокинуть на пьедестал. Звук удара за счет ткани был глухим, вытряхнув все на каменную поверхность, я с удивлением обнаружила, что огромный камень раскололся всего на четыре части и мелких осколков при этом не было.

Мое истязание Кровавого камня продолжалось не очень долго, но в конечном итоге я добилась того, что советовал Волк и получила небольшой осколок.

— Давай кровь! Я их по одному выносить буду, только чуть дальше отойди от входа, осколки крупные, Кхан! Кха-ан! Ты меня слышишь? Кхан, ты где?

— Ему плохо, может потерял сознание? — предположил Волк, готовый в любую секунду вынести демона из замка. На это у дэймона силы были, несмотря на замкнутое пространство.

— Возьми, — оторвав от платья при помощи острых волчьих когтей приличный кусок ткани, я завернула в него крупные осколки и один из них спрятала рядом с пьедесталом, — не нравится мне эта тишина. Я факел возьму на всякий случай.

Темный коридор без присутствия Кхана мягко говоря пугал. Руки начинали трястись, пальцы немели и факел с каждым шагом становился тяжелее и тяжелее. Шаг за шагом, сквозь собственную панику, но я вышла в тот самый зал, где когда-то находилась Рианна.

Совершенно ничего не изменилось, вот только Кхана в нем не было… Какого черта?

— В СТОРОНУ! — мысленный вопль Волка заставил действовать чисто на инстинктах. Отскочив в сторону, я смогла избежать прямого удара в голову метательной звездой. Знакомой метательной звездой…

— Соэр, — зарычала я, — ты что творишь?

Вновь снаряд был выпущен откуда-то из темного угла и я вспомнила, что одна из стен в этой камере имела некую особенность — прислонившись к ней пленные не видели лиц, но слышали все, что говорили наблюдатели. Так как зрение у меня обычное, человеческое, то и в таких темных помещениях я не могла видеть ничего четко, в отличие от демона.

— Волк, я ничего не вижу!

— Пригнись! — рыкнул дэймон и мгновенно материализовался. Он появился рядом с нападавшим в мгновение ока, но трогать не стал, — он на Кхана камень положил сверху… Скотина… И нож к горлу приставил!

— Я убью его! — голос Соэра слегка дрожал, что было мне не понятно. Почему Кхан чуть ли не при смерти, а этот бегает спокойно, дышит и мешает! — выбирай, ведьма! Или со мной идешь, или я его убиваю!

— Вообще не выгодные условия! — изумленно ответила я, — убивай на здоровье! У вас же нет разводов, так я наконец свободной стану! Соэр, ты рехнулся? Если уж шантажировать хотел, то надо в плен Жору брать! Кота мне хотя бы жалко!

— Заткнись! — демон стиснул зубы, а я тем временем выдернула из стены метательные стрелы. Странно, снаряд на половину в камень вошел, а я с такой легкостью его достала… Кровь Литы… Вот и ответ. — Мне жаль, что так вышло, но Кхан из побочной семьи! Мы бы уже давно заключили соглашение с людьми, если бы не его походы! Этот гад нам все планы портил!

— А ничего, что он тебя главой сделать хотел, нет? Я вообще ничего не понимаю!

Зрение стало лучше. Лита… Спасибо, что заставила кровь выпить… Волк замер на месте неподалеку от Соэра. Демон выглядел плохо — бледный, еле на ногах стоял, но острие держал прямо у сонной артерии. Если он сознание потеряет, то Кхану придет конец в любом случае!

— Каким главой? — смех демона окончательно убедил в том, что Соэру плохо. Все же камень на него влияет, но почему так слабо? — неужели я настолько глуп, что поверю в эту чушь? Как только мой отец поставит меня во главе, Кхан тут же меня убьет!

— А не проще ли это сделать сразу? — не унималась я, пытаясь подобраться чуть ближе, — еще тогда, при нашей первой встрече? Соэр! Что ты несешь? Кхану эта власть вообще не нужна! Все, что ему надо — спокойная мирная жизнь, вот и все! На кой леший ему брать на себя груз ответственности за многочисленный народ? Если ты хочешь править — да на здоровье!

Судя по всему, брату Кхана кто-то постоянно капает на мозги. Алард — не иначе. Но тут есть еще что-то…

— Что ты здесь делаешь? — мой вопрос заставил демона дрогнуть, — Соэр, расскажи мне, умоляю! Это Алард тебя надоумил? Отец же ненавидит Кхана! Что плохого в том, что у правителя будет защитник? Защитник, которого все боятся? Ты только подумай…

— Кхан говорил тоже самое, — голос демона дрожал. Да какой из тебя правитель выйдет? Ты такого решения принять не можешь! Делаешь то, что отец велит, а Кхану его планы сдаешь — на двух стульях не усидишь, придется сторону выбрать! — Но я ему не верю! Вы оба! ВЫ! Да вы два чудовища! Ты сама по себе монстр, марионетка Левкар! Ты пойдешь со мной, Анна. Хочешь ты этого или нет! Я заберу тебя в Левкар живой или мертвой! Хочешь сдохнуть здесь? Вместе с мужем? Да легко!

— Да уж лучше здесь, чем в Левкар… — прошептала я и, сама не понимая почему, с силой метнула остроконечную звезду в стену.

Рука сама дернулась, но я будто знала, как надо поступить правильно. Снаряд с силой задел каменную стену, оставил глубокий росчерк на поверхности, озаряя помещение снопом искр и, отлетев от нее, бумерангом отскочил в сторону Соэра.

Нет, снаряд не ранил демона, но он четко вошел в Кровавый камень, сбивая этот чертов рубин вместе с кончиками демонских пальцев.

Соэр орал, он рычал при виде крови, уже занес кинжал над Кханом, как в ситуацию вмешались извне. Волк бросился на противника в тот самый момент, когда увидел возможность для атаки. В это же мгновение несколько корней ворвалось в зал через коридор, ведущий к первому этажу замка. Они защитили Кхана, не позволили ранить его тело. Дэймон схватил Соэра за горло, не позволяя двигаться, он держал его крепко и тихонько рычал.

— Всегда был бесхребетным идиотом, — послышался еле слышимый голос Литы, — я больше не могу, Анна! Уничтожь камень! Иначе я сознание потеряю! И Кхана выносите! Вокруг одни предатели… да когда это все закончится, а?

Не долго думая, я сделала все то, что говорил мне демон. Несколько капель крови действительно заставили Кровавый Камень погаснуть. Спрятанный осколок я не тронула, не знаю, зачем, но мне хотелось сохранить его существование в тайне ото всех, кроме Кхана и конечно же Волка. Дэймон слегка кивнул мне в знак согласия. Он, как и я, думал о том, что среди близких друзей вполне мог оказаться враг. Кто знает, что скрывается под масками преданности и жизнелюбия? Мне не хотелось верить в то, что Свэн или тем более Морок могли заключить союз с Алардом, и тем более не хочу думать о союзе с людьми. Судя по тому, что Соэр хотел затащить меня в Левкар, этот демон перешел на темную сторону силы. Интересно, а его отец знает об этом? Или как раз Алард все и устроил? В связи с последними событиями я смутно помнила лицо того старца с высокомерным взглядом, да и не горела желанием видеть его снова.

— Кхан! — сев рядом с мужем, я стала трясти его за плечи, — Кхан, очнись!

Демон еле заметно открыл глаза, тут же зашелся кашлем и осторожно взял меня за руку:

— Странно, вроде это я должен тебя защищать, но вечно получается наоборот.

— Мы девочки вообще очень сильные, когда надо. Но очень любим, когда нас носят на руках…

Кхан еле заметно ухмыльнулся, бросил в сторону двоюродного брата злобный взгляд и тихо приказал Лите спуститься. Я слышала шаги нимфы, но все равно она двигалась медленно, выглядела уставшей и измученной.

— Ну что, живы все? — за спиной Литы появился Свэн, — а я всегда говорил, что этот идиот бесхребетный осел! Соэр, ну сколько можно? Ему что, на крови поклясться, что он в гробу эту власть видал? Ну вот чего ты все лезешь? Хотя постой, очень хорошо, что ты проговорился… Что-то я не понял, чего это ты за дела с Левкар имеешь? Давай-ка поговорим об этом, а? Старый добрый друг…

Старый добрый друг еле заметно дернулся, но Волк держал демона крепко.

— Он лишь пешка в крупной игре за дележ земель, — Морок протиснулся между еле стоящей на ногах Литой и усмехающимся оборотнем, — да и чую тут кроме власти еще что-то замешано. Ну что, все дороги ведут в Левкар? Кстати, у меня есть чудесная идея — а давайте мы его допросим? Как следует, по старым правилам? Что там Анна предлагала? Кожу живьем сдирать? Я ножи взял с собой, как знал, что пригодятся.

Соэр не верил ни единому слову, это было видно по его слегка приоткрытым глазам. Этот демон хорошо знал отряд Кхана, да и самого брата тоже. Он понимал, что они не станут издеваться над ним сверх тех пыток, о которых ему было хорошо известно.

Мне кажется, фраза Соэра о том, что я марионетка случайна, но в ней так много смысла… Так много информации, догадок и предположений.

— Морок, ты его не убедил… — тихо заметила я, думая о возможных событиях, — давай я попробую…

— Да что ты можешь, женщина? — несмотря на то, что его сдавливало пастью Волка, пленный умудрялся кое-как шевелить языком, — и что в тебе такого особенного, что Зарльцхейн чуть не рехнулся на радостях? Знаешь, он ведь выжил. После твоего появления его как подменили — только о тебе и говорит все время! “Приведи Анну! Мне нужна Анна!”

— И как давно Алард заключил союз с человеческим отродьем? — выплюнула я, не испытывая совершенно никакой симпатии к этому монстру. Правителя Левкар нельзя было назвать человеком — он жестокая, коварная тварь без намека на совесть, душу и сострадание.

— Мой отец здесь не при чем, — Соэр пытался вырваться, но на самом деле Волк специально ослабил хватку, чтобы дать лживую надежду на спасение, — старый дурак спит и видит, как уничтожить Кхана. На Левкар ему плевать, как и на людей в целом.

— Соэр, — смотря на демона, меня внезапно осенило, — ты ведь знаешь, откуда я, да?

Наступило молчание. Брат Кхана знал о подмене, но как он мог знать, что я из другого мира? Получается он настолько близок с Зарльцхейном?

— Кто-нибудь из вас говорил ему обо мне? — голос подвел, дрогнул, но та ярость, что возникла внутри готова была опрокинуться на демона и он это прекрасно видел.

— Конечно же нет! — рыкнул Свэн, сплевывая очередной сгусток крови. Внешне оборотню лучше не становилось, его сильно шатало из стороны в сторону, он постоянно хватался за стену, — мы что, с ума сошли по-твоему? Он же сын Аларда, а теперь вообще выясняется, что предатель. Мне вот просто интересно, зачем нужно было сообщать о Темном Секторе, а? ну вот за… А-а-а-а… теперь понял… Вот скотина…

Увидев мой ничего не понимающий взгляд, оборотень пояснил свои догадки, при чем и Кхан и Лита прекрасно поняли суть проблемы:

— Он проверял, на что ты способна, — заключил оборотень, будто оживая на глазах. Догадка о ситуации будто прибавила сил, всполошила эмоции, заставив двигаться, — так он знал заранее, что ты не простая гостья из другого мира… Стойте… Кхан, прости, но на этот раз я не шучу. Он мне нужен. Я сам займусь твоим братом.

— Не возражаю, он твой.

В камере наступило гробовое молчание. Лита невольно дернулась, наблюдая за тем, как изменился Свэн, как появился в его глазах азарт и некая жажда — жажда крови. Он словно показал свое истинное “Я”, свою любовь к пыткам. Может я ошибаюсь? Хотя с чего вдруг? Мы на войне, тут жестокость и насилие в порядке вещей, разве не так? Кхан держал меня за руку и медленно поднимался на ноги, хватаясь за стену. Демону было плохо, но все же он шел вперед, поднимался по лестнице. Соэр кричал за нашими спинами, он понял, что на сей раз оборотень не шутил, что именно сейчас, в этих самых подземельях из него вытрясут информацию.

— Тебе на это нельзя смотреть, — тихо прошептал Кхан, — Свэн больше любит мучить сознание, нежели тело. Его пытки иного рода, более продолжительные, кропотливые, зато всегда дают результат. Лита, останься рядом, проконтролируй его сознание. Если упадет, приведи в чувство и следи за моим братом.

— Поняла, — нимфа не хотела возвращаться в темницы, ей было страшно. Я видела в ее глазах толику ужаса и если честно, мне стало дико интересно, что же оборотень там творит, что все так отреагировали.

— Кхан, ты думаешь Зарльцхейн знает Анну? — Морок озвучил мои самые ужасные мысли. Крылатый воин шел чуть позади, тяжело дышал, и выглядел просто отвратительно. Нам всем необходим был отдых, просто жизненно важен!

— Думаю, он знает источник ее силы, но не саму Анну. Это просто невозможно, — Кхан продолжил держать меня за руку, — Анна, твой сон. Ты так и не рассказала об осеннем лесе и том мальчике.

— Что за осенний лес? — удивился Морок, но стоило мне начать рассказывать, как мужчина совсем опечалился и буркнул себе под нос, — опять проблемы. Одни сплошные неприятности. То пустыня с этим палящим солнцем, то пикник в кровавом лесу… Анечка, а есть в твоей жизни хоть что-то хорошее?

— Конечно есть! — удивилась я, — ты, например. Если бы не многострадальные кусты, наверное я бы не вышла к Левкар и Кхан сейчас был бы женат на Рианне. А дальше не сложно догадаться, что раз за всем этим ее отец стоит, то бойня была бы особо кровавой. И если быть совсем откровенной, не думаю, что я смогла бы выжить в этом мире в обнимку с котом, правда.

— Опиши мне мальчика, как он выглядел? — стоило всем нам выйти на первый этаж замка, как действие осколков камня мгновенно ослабло. Мужчины с большим удовольствием сделали глубокий вдох, улыбнулись и чуть ли не прослезились.

— Лет семь на вид, совсем маленький. Глаза те самые, из сна. Яркие синие и невероятно блестящие. Раньше я представляла его именно человеком, но потом… Знаешь, мне показалось, что это какая-то иллюзия. У него когти блеснули на руках, и кстати он все время носил белый меховой воротник на шее.

— Белый воротник? — Морок изменился в лице, — ты уверена? Синие глаза и воротник? Ты точно ничего не путаешь?

— Такое сложно спутать… Кхан, в чем дело? И ты и Морок явно что-то знаете.

— Не то, чтобы знаем… Иди сюда, — демон повел меня в сторону очередного большого зала, мы петляли среди коридоров и в конечном итоге пришли в картинную галерею, — смотри, это он?

От картины веяло безумием… даже не сколько от картины, а от портрета во весь рост. Демон обладал невероятно пронзительным взглядом. Он буравил насквозь, насмехался, показывал презрение ко всему сущему одной лишь ухмылкой. Белые, слегка достающие до плеч волосы были взъерошены, брови тонкие, как и линия губ. Демон был одет в боевой костюм с широкими штанами, держал в руках посох с лезвием на конце. За плечами висел меч, и на шее действительно был изображен воротник из белой пушистой шерсти.

— Нет, это точно не он, — я отрицательно замотала головой, — тот мальчик был совсем маленький, а этот взрослый. Даже если предположить, что он вырос, то все равно лицо сильно отличается. Сам овал другой — на портрете он заостренный, а во сне круглолицый. А кто это?

— Это Каен, — спокойно ответил Кхан, — его дэймоном была белая лиса, мастер маскировок. Брат мой был намного сильнее нас с Коулом, правда мы по сравнению с ним на тот момент были еще детьми. Знаешь, почему его не могли убить? Он обладал невероятной способностью заглядывать в будущее. Мог предвидеть исход войны, заранее подготовить войско, если кто надумает отвоевать очередной кусок земель. Его боялись даже больше, чем меня, потому что обладая даром провидения, он сходил с ума и путался во времени. И был очень жесток.

— Это точно не он, — я успокоила Кхана, мне казалось, он боялся того, что его брат мог выжить, — там был мальчик, в чем-то похожий, но не этот мужчина. Кхан, их взгляд отличался. На картине безумие, а во сне ехидство, холодный расчет… жестокость, но не шизофрения!

— Понятие не имею, что это такое… Кстати, Морок, — демон обратился к другу, — спасибо, что пошли за нами. Ты был прав, враг бы не упустил возможности меня уничтожить.

— Только мы не рассчитали, что сами еле доберемся до этого чертово камня… — крылатый невольно рыкнул, и по лицу его было понятно, что он винил себя за полученные демоном раны, — хорошо, что Лита заставила тебя попробовать ее кровь, ты нам помогла, Анна. Осталось понять твою связь с Левкар, выяснить про кровавый лес и не забыть про Жорика. Твой кот нагло обворовывает кухню, ты в курсе? Этот старый лысый зверь уничтожает хлеб, запивает его молоком, а сверху закидывается мясом. Поражаюсь, как он еще не помер от несварения!

— Его желудок и не такое повидал, — хмыкнула я, рассматривая и другие картины в зале, — ой, это же вы! Я права, да? Это ты и Кхан, верно?

— Да, — усмехнулись мужчины, останавливаясь рядом с изображением двух детей. Один рогатый и хмурый, второй крылатый и с невероятно обворожительной улыбкой. Они словно поссорились, но все равно держались за руки. Еще на соседнем полотне я увидела изображения пейзажей этого мира, несколько неизвестных мне демонов и демонесс, потом остановилась возле портрета Кхана уже в подростковом возрасте и не сдержалась от смеха.

— А ты был таким милашкой, — вздохнула я, рассматривая картину, где Кхан улыбался и выглядел очень счастливым, — боже, да у тебя ямочки на щеках!

— Тут изображен период, когда я очень ждал своего освобождения. Я мечтал лишь о том, когда смогу спокойно выходить на улицу и общаться с другими, но потом выяснилось, что я все еще не готов и меня вновь заперли в этом замке. Кстати, меня из себя тогда Каен вывел. Словно специально…

— Помню, ты Свэну на радостях чуть хвост не подпалил, но зато потом мы узнали, что в городе была попытка переворота. Тебе не кажется, что Каен специально заставил тебя разозлиться?

— Понятия не имею, он всегда свои идеи при себе держал, — Кхан замер возле своего портрета, пристально рассматривал его, хмурился при этом, словно не хотел вспоминать тот период.

Сложные у них были отношения, но все же они хотя бы были. Я единственный ребенок в семье, да и жить отдельно от родителей начала довольно рано. Не то, чтобы я жалуюсь, но мне всегда хотелось иметь сестру, чтобы поговорить о сокровенном, или брата, который смог бы защитить от обидчиков. Детские мечты оказались несбыточны.

— Идем, Анна, — Кхан мягко прикоснулся к моей ладони и мы все вместе вышли из картинной галереи.

* * *

— Какой у тебя интересный котик, — голос мальчика заставил вздрогнут. Я вновь оказалась в осеннем лесу, совсем одна, посреди разбросанных вещей.

— У меня нет кота… — пролепетала я, не в силах справиться с дрожью.

— А это тогда кто? — удивился мальчик, чье лицо выражало ехидство и сочувствие одновременно.

— Это… это… — как странно, разве мы брали с собой котенка в лес? Ему же холодно! Бедный, бедный Жорик! — это мой Жорик!

— Бедный, бедный Жорик, — улыбнулся мальчик и растворился, будто его и не было вовсе.

Когда я отрыла глаза, то почувствовала на своем животе тяжелую руку. Кхан к моему удивлению сам этой ночью притянул меня к себе и уткнулся носом в плечо.

Как же тепло… И хорошо…

Его объятья казались мне чем-то похожими на солнечные лучи, которые обволакивали все тело и мягко грели, создавая при этом ощущение уюта и тепла. Еще совсем недавно я думала, что он — моя смерть, а теперь чувствую, что все резко изменилось.

Разве смерть может посапывать мне в плечо и тихонько шептать во сне то ли проклятья, то ли признания — кто ж его знает, этот незнакомый мне чужой язык. Интересно, сколько их в этом мире?

Глядя на демона, я невольно задумалась о том, насколько же он силен на самом деле? Если вспомнить последовательность событий, то даже наша первая встреча была совершена в тот момент, когда он был сильно слаб. Как сказал Морок — Кхан сражался за несколько дней до заключения мира. Так что случилось бы с Левкар, если бы демон воевал во всю свою силу? Насколько огромными были бы разрушения? Да и потом — его ранили, мужчина сильно ослаб, опять сражался и опять был ограничен. Даже вчера, в момент боя с двоюродным братом, он единственный из нелюдей, кто смог продержаться так долго возле огромного осколка. Ни Морок, ни даже Лита — никто из них так и не вошел в ту комнату.

— Лучше подумай о том, что было бы с ними, если бы тебя не было рядом, — голос Волка в моей голове прозвучал очень тихо и в какой-то степени сонно, — просто представь на мгновение, что вместо тебя рядом с Кханом оказалась бы Рианна. Думаю, что даже с его силой демон бы не справился с самородками таких размеров. Так что Зарльцхейн из-за твоего появления в итоге получил большие проблемы, как и Алард, между прочим.

— Волк, а Свэн правда мучает Соэра?

Этот вопрос сильно меня волновал, но я не могла понять причины. Осознание того, что демон хотел нас убить было ярким и четким, но внутренняя жалость и непонятное мне сожаление мешали целиком оценить ситуацию.

— Дело не в сожалении, — и все же это так странно, когда кто-то может читать твои мысли, — а в твоем воспитании и отношении к миру. Просто ты наивна, хоть и обладаешь зачатками жестокости, которые если и проявляются, то всегда глобально. Ты не видела войны, не убивала сама, не теряла близких людей в отличие от Кхана и всех, кто остался рядом с ним. Морок и Лита, даже наш оборотень — все они потеряли свои семьи. Ты знаешь, что Лита была замужем? Так вот теперь она вдова. Кстати, Морок был обручен, но его невесту и друзей вырезали люди, когда ворвались в город на границе с Южным Краем. Так он разом потерял всех, кто был ему дорог. Ну, кроме Кхана, конечно — они, считай, братья друг другу. После того случая Морок зарекся влюбляться по-настоящему. Он боялся создавать семью, хоть и не показывал этого, но я слышал его разговор с Кханом… точнее Коул нагло их подслушал… А Свэн вообще темная лошадка. Я понятия не имею, что произошло в его жизни, что он решил покинуть стаю. У котов-оборотней есть четкие правила и они хоть и гуляют сами по себе, но друг за друга готовы уничтожить и сожрать с потрохами. Как и у всех оборотней — клан превыше всего. Почему Свэн стал отщепенцем — непонятно, но Кхан принял его почти сразу же.

Волк так и не ответил на мой вопрос. Точнее он дал ответ своим молчанием. Соэр вообще выживет? Да и стоит ли оставлять его в живых? Враг навсегда остается врагом, вне зависимости от ситуации.

— Ты переживаешь? — голос демона заставил вздрогнуть от неожиданности. Я тут же повернулась к нему лицом, но почему-то так и продолжила молчать, — скоро мы все узнаем, Анна. Нам нужно подождать пару дней, я полностью восстановлю силы и тогда Левкар придет конец.

— Левкар не виноват в том, что у него гнилой правитель, — я слегка прищурилась, борясь со сном, — и тем более не виноват в том, что в замке есть огромная библиотека с какими-то книгами. Знаешь, у меня так много вопросов и все в этой истории настолько непонятно и в какой-то степени не логично, что я понятия не имею, как вести себя дальше. Мы пойдем в Левкар, допустим сможем проникнуть незамеченными, но что потом?

— Мы должны найти закрытую секцию в библиотеке, — прошептал демон, в чьих глазах не было ни капли сна, — понять, что за книги там хранятся и найти источник Кровавого Камня. Завтра Свэн расскажет результат допроса. и мы уже сможем более детально все обсудить. Аня, я не хочу, чтобы ты шла с нами.

— Это невозможно, — тихо заметила я, чувствуя, что сама бы не прочь остаться в безопасном месте, но это не выход, — думаю, все мы понимаем, что моя роль в этом мире еще не сыграна до конца.

Кхан молчал. Он лишь печально улыбнулся, прекрасно понимая, что несмотря на наши желания все равно придется действовать определенным образом. Мужчина мягко прикоснулся к моему лицу, провел шероховатой ладонью по щеке и ответил:

— Я тебе хоть немного приятен? Ты из другого мира, никогда не видела таких, как я. Что ты чувствуешь на самом деле?

— М-м-м… что я чувствую? Как бы тебе сказать… Я вижу перед собой существо из волшебной сказки, которое владеет великой силой, может пользоваться магией. Я вижу мужчину, который обладает невероятно мощным внутренним стержнем, который дорожит своими друзьями, и хочет тихой спокойной жизни. Я вижу в твоих глазах интерес ко мне, но не понимаю его причины. Все дело в магии “истинной пары” или это искреннее чувство? Как мне понять, что есть правда, когда тот, кто стал моим мужем до недавнего времени предполагал, что собственноручно отправит меня на тот свет? Я не верю в любовь с первого взгляда, Кхан, но ты… ты чертовски красив, прям до омерзения! Вот как так можно?

— Ну извини, что я для тебя чертовски привлекателен, — демон удивленно хмыкнул, но было видно, что мои слова ему понравились, — что еще тебя беспокоит? Только не говори, что дети…

— Как не говорить? — мой сон как рукой сняло! — это же такой важный момент! В вашем мире полукровки вообще есть? Да и к тому же… разве человек может быть привлекателен для демона? Или ты опять предложишь мне рога на голову приклеить?

— Ну, идея с рогами мне нравится, — демон тихонько рассмеялся, но было видно, что он просто издевается, — на самом деле, Анна, ты… Ты действительно мне интересна. Возможно, у нас не получится создать семью, о которой мы с тобой мечтали сидя в гордом одиночестве, но я надеюсь, что мы сможем быть друг другу близкими друзьями. Я бы хотел, чтобы между нами было доверие и честность.

— Хорошо, — хмыкнула я, — тогда если ты найдешь себе рогатую демонессу, расскажи мне об этом. Я тут же раздобуду для нее яд. Смертельный!

— И вот почему мне кажется, что ты сейчас не шутила?

— Потому что я не шутила…

Вновь наступило молчание. Я насупилась, решила обидеться, хотела уже высказать все, что думала по поводу возможной дружбы, как Кхан внес некие коррективы в наши отношения.

Мягкий поцелуй в губы вновь и вновь заставлял дрожать, стоило демону прижать меня к себе. Его крепкие объятья и теплое дыхание, медленные напористые движения — все это и пугало и в тоже время увлекало. Он не позволял себе лишнего, просто целовал, обнимал за плечи и мягко массировал шею, вдыхал аромат волос, проводил кончиком языка по коже за ушком и с явным удовольствием ловил каждый мой вздох.

В каждом его прикосновении ощущалась нежность, но эти поцелуи… Ну мы же давно уже не дети!

Французский поцелуй, как выяснилось, стал для демона некой неожиданностью…

— Анна, не нужно так делать… — дыхание сбилось, в глазах играли черти и кончики клыков виднелись из-под слегка приоткрытых губ.

— Почему? — прошептала я, вновь и вновь настаивая на взрослых поцелуях, — тебе не нравится?

— Наоборот, — демон нервно сглотнул, — просто ты не понимаешь, что такое “истинная пара”.

— Опять эта истинная пара, — рыкнула я, захотела было освободиться от его объятий, но демон не дал, — ну не понимаю я этого смысла… пара и пара… Чувства, что вызваны магией — фальшивка.

— Анна, это не магия, — лицо демона немного изменилось. Я увидела искреннее удивление, смешанное с непониманием, — это дар. Когда ты встречаешь именно свою пару, именно свою женщину, то сам мир подсказывает тебе о правильности выбора. Мир дарует знание того, что вы не ошиблись. В таких парах не может не быть любви — она у всех разная, у кого-то тихая, а кто-то живет как на вулкане. Но любовь есть, нравится это или нет, но есть. Проблема в том, что мы из разных миров и я понятия не имею, насколько сильно ты отличаешься от местных людей. Я понимаю, что прошло очень мало времени, но… Но ты мне нравишься, Аня. Ты действительно мне нравишься. То, как ты себя ведешь, то, что делаешь и как реагируешь в различных ситуациях. Как смущаешься сейчас и как краснеешь, даже то, как ты смотрела тогда в Левкар на мои ноги… У вас что, в вашем мире у кого-то есть копыта?

— Ну да, если я правильно помню, то демоны в моем мире созывают ведьм на шабаш, там разводят огромный костер, приносят кровавую жертву, а потом занимаются всяким развратом, наплевав при этом и на копыта и на хвост, и даже на рога. Вот как-то так. Но это все не доказано, и я лично не видела.

— Мне кажется Морок бы поучаствовал, — заметил Кхан, — точно бы рога кому-нибудь отпилил, копыта приделал…

— Да Свэн бы тоже не прошел мимо, — тихо прошептала я, возвращаясь в разговору, — ты же меня с первого взгляда возненавидел. Я помню, как ты смотрел… Как на кого-то…

— Как на недостойную, — подсказал Кхан, — на тот момент я мог думать лишь о мирном соглашении и о том, что мне придеться защищать слабую девочку, которая выросла в богатстве. Я представлял тебя капризной, нервной женщиной, с несформированным телом и наглым характером.

— Характер у меня не подарок…

— Хороший у тебя характер, — Кхан, к моему удивлению, внезапно навалился сверху всех телом и замер буквально в миллиметре от моих губ, — я вижу, что на самом деле ты мягкая и верная. Ты спокойная и тихая, семейная и любящая. Знаешь, откуда я все это знаю?

— П-понятия не имею, — вновь мягкие прикосновения, которые внезапно сменились далеко не детскими поцелуями.

— Я вижу твоего Волка, Анна. Он — твое отражение. И это говорит о многом. А еще у тебя странные наглые друзья…

— Ты о ком? — не поняла я, но потом заметила два огромных глаза, светящихся в темноте! — ЖОРА!

Кот страдал. Очень страдал. Это было видно по его обалдевшей морде, выражающей ужас и панику. Он застыл у дверей комнаты Кхана, сидел на обломках деревянных балок, которые упали из-за боя со змеей и боялся шелохнуться.

Мне казалось, что у бедного котика начался нервный тик.

— Все же он у тебя странный, ревнивый, но, чтоб его, извращенец…

Он не извращенец — он просто… просто… ну вот как мне теперь целовать мужа и получать от процесса удовольствие, когда это чудовище бдит? Он бы еще свечку в зубах притащил, ну честное слово! И ведь не выгонишь — начнет проситься обратно, жалобно орать на весь замок, копать возле двери, конкретно намекая на то, что последует за этим действием…

— Он меня съест, если я продолжу, — печально заметил демон, отодвигаясь от меня, — кстати, а сколько твоему Жоре лет?

Как странно, раньше в моей голове не возникало этого вопроса, а ведь действительно… Сколько же ему лет?

— Он был совсем котенком, когда я взяла его в лес, но я была маленькой и если честно мало что помню… Если мне тогда было лет семь-восемь, то ему сейчас где-то девятнадцать… Мамочки… и как ты только еще ходить-то можешь, Жора?

Жора печально мявкнул, прикинулся больным старым котом и для пущей важности осознания его возраста заковылял в мою сторону. Слегка прихрамывая то на левую, то на правую ногу, кот, видимо в силу старческого склероза, забывал, какая именно нога у него болит. Ну а когда пришло время прыгать на кровать, в которую его вообще-то никто не звал, он и вовсе выздоровел, прекрасно заползая на место между мной и Кханом.

— А сколько в вашем мире коты живут? — демон, как и я, осознал, что никаких поцелуев этой ночью больше не будет, грустно посмотрел в мою сторону, потом слегка ухмыльнулся и стал нежно гладить Жору между ушей. Котик окончательно размяк, тут же превратился в некое подобие колбаски, лежащей между нами и подставил пузо.

— Лет шестнадцать, восемнадцать, — ответила я, — но тут от породы зависит, да и долгожители тоже есть. Жорик старый, это видно, хоть и ест все, что не приколочено, но были моменты, когда я думала, что он умрет. Ему и несколько операций делали, я все ходила, паниковала…

Мы лежали все вместе в кровати, Жора навалился сверху на Кхана, тот вечно его снимал со своего плеча, потом уже я не выдержала и последовала примеру Жоры:

— Кота гладишь, а меня нет. Так не честно, — прошептала я, сонно укладываясь под бок к мужу. Демон на это ничего не ответил, просто стал гладить меня по спине, мягко касаться кончиками пальцев шеи, слегка проводить ладонью в волосах. Все же он не выдержал, обнял меня очень крепко и поцеловал в ушко, тяжело при этом вздохнув:

— Ты мне правда очень нравишься, Аня.

— Ты мне тоже…

Мне нравилось, что он не говорит слова “люблю”, нравилось потому, что это было бы откровенной ложью. Я не знаю, что творится в его душе и сознании, но не понимаю, как можно любить незнакомого тебе человека просто потому, что вы истинная пара. Он показывает, что испытывает интерес и волнение, показывает некое подобие влюбленности, но в тоже время остается сдержанным и в какой-то степени холодным.

Он не давит, не перегибает палку и не делает ничего из того, что мне бы не нравилось. Кхан словно наблюдал за моей реакцией, видел то, как меняется выражение лица.

Демон был прав в том, что Волк — мое отражение. И это отражение выдает меня с потрохами, как и любого другого демона, показавшего своего дэймона. Волки всегда ассоциировались с преданностью, клановостью и силой. Ум и жестокость, верность и защита — вот то, что я чувствую при взгляде на Волка и это то, что видит Кхан. Вообще-то это не честно, получается, что из-за дэймона Кхан знает обо мне намного больше, чем я о нем.

Тем временем рука демона остановилась, я ощутила мягкое прикосновение кончика носа к моим лопаткам и это означало, что демон все же уснул.

Жорик, кстати, тоже спал — сверху на моем муже, развалился на нем как у себя дома и громко мурчал!

— По ходу дела, ты ревновал Кхана, а не меня, лысеющий старикашка! — прошептала я, кутаясь в одеяло.

Надеюсь, что хотя бы этой ночью я не буду видеть кровавый лес…