Глава четырнадцатая

— Чего смотришь? Пей давай! — Лита протянула мне свою руку, как будто я понимала, о чем она! — кровь пей, кому говорю!

— Лита, я не вампир, у меня нет клыков…

— А Кхан сказал, что очень даже есть…

— Одно дело шея, совсем другое — ладонь. Коли ее давай, если хочешь, чтобы я твоей крови испила…

Сказано — сделано. Лита, а так же все остальные, спокойно сделали небольшие разрезы и выставили передо мной ладони.

Какая ж гадость, но… Почему меня на кровь тянет? Ничего не понимаю… И в принципе никакого отвращения она не вызывает, что тоже не нормально.

Печально вздохнув, я выполнила то, что от меня требовали под удивленный, ошарашенный взгляд Соэра, который хоть и знал, что кровь его брата на меня не действует, но вот о побочных эффектах ему никто не доложил. И зачем ему это показывать?

— Ты без крови долго не протянешь, — печально-наигранно сказал Морок, — если что, жри Соэра! Его не жалко!

— В… в смысле? — пленный как-то резко побледнел, уставился на меня как на монстра. Он же знал, что я пробовала кровь брата, об этом говорилось за столом, так почему так реагирует? — так вы не шутили тогда? Я думал, что вы просто издеваетесь надо мной, говоря про кровь… отвратительно.

— Неа, очень вкусно! — заверила я Соэра, облизываясь для устрашения, — а главное питательно. Хочешь попробовать? Думаю, Кхан против не будет.

— Обойдусь, спасибо… Стой, в смысле меня есть? Она что, она может… ну…

— Я когда голодная, — проговорила я спокойным голосом, — то становлюсь неуправляемая. Так что да, тебе может быть очень больно, но ничего, потерпишь. Чего уж там… ты же страж, как никак. То тут ногу укушу, то тут руку отгрызу… да и Волку будет чем полакомиться, да, мой друг?

— Конечно! — хмыкнул дэймон, наблюдая за тем, как резко бледнеет брат Кхана. Соэр притих, смотрел на нас как на больных нелюдей и шептал лишь то, что мы идем на верную смерть.

— Анна, ну я же просил! — Свэн от возмущения даже подпрыгнул, указывая кончиком хвоста куда-то мне за спину, — это какой-то кошмар, а не кот! Дурак, тебя ж первым на котлеты пустят!

Жорик сидел на дереве и смотрел. Смотрел так, будто готов был воспламениться от ненависти. Как он вообще тут оказался? Он же под магической защитой был!

— Мя-яу! — фыркнул Жора, демонстративно поворачиваясь ко всем попой. Обиделся…

— Вот как… ка-ак он сбежал? — Морок схватился за голову, — ну вот ка-ак? Это что за кот такой, который везде брешь найдет? И ведь старик уже, ну куда ты лезешь, Жора? Ты же только мешать будешь!

Жора притворился совой. Он тяжко вздыхал, вроде как даже начал говорить “урх-урх”, нервно дергая плечами, но на звук наших голосов так и не обернулся.

Значит он о-очень обиделся.

Я не стала его звать или останавливать, раз он пришел к нам, значит так надо. Судьба — материя тонкая. Кто знает, какую роль сыграет старый друг? Надеюсь, что он выживет.

— Как ты себя чувствуешь? — Морок смотрел на меня пристально, и мне казалось, что ему уже было отчасти плевать, что Кхан будет из-за этого злиться, — нет желания объять тут всех огнем?

— Ничего не изменилось, — ответила я, — словно воды выпила, не чувствую каких-либо перемен. В любом случае, проверять сейчас нет времени, нам нужно идти дальше, в Левкар.

Морок кивнул, перехватил меч, окинул всех строгим взглядом и повернулся в сторону замка, шпили башен которого сияли в свете заходящего солнца. Перед проникновением в город у нас было мало времени на то, чтобы подготовиться, но и медлить нельзя — Зарльцхейн знает, что мы идем, а значит будет готов к приходу. И чем позже мы проникнем в замок, тем больше стражей он успеет вооружить Кровавым Камнем.

Как и было условлено, Соэр должен привезти меня в замок через главные ворота. Все должно выглядеть так, словно я пленница, а Волк с оборотнем в этом помогут.

Свэн мурлыкнул Жорику на прощание, махнул коту хвостом и скрылся среди высокой густой травы, изредка сверкая в темноте своими яркими глазами.

— И не боишься? — злобно поинтересовался пленный, позволив мне сесть на коня впереди него. Кхан при этом создал на моих руках фальшивые оковы, а вот те, что были на запястьях брата, покрыл незнакомым мне барьером, тут же скрывшим правду от окружающих.

— Нет, — облизнулась я, намекая на возможный ужин в его лице, — ты предатель. И так понятно, что ударишь в спину при первой же возможности. Вперед!

Конь тронулся с места, я по ощущениям тронулась головой, Соэр так вообще тронутый с раннего детства, а оборотень просто имеет скверный характер… Выходить в такой компании на главную дорогу, ведущую в Левкар было до одури волнительно. Я мысленно молилась, пыталась сдержать приступы паники, тяжело дышала и выдавала себя перед врагом с потрохами. А что они все хотели? Чтобы за какие-то несколько недель из меня боевая женщина получилась? Не в этой жизни!

Стоило нам покинуть лагерь, как Соэр изменился. Он действительно помчался в Левкар, и к моему удивлению не попытался всадить мне когти в горло. Мужчина крепко придерживал меня за талию, видя, что в седле я держаться не умею от слова совсем. Он изредка рычал, потом начинал шипеть, а затем не выдержал:

— Ты что, верхом на коне не сидела?

— Нет, я предпочитаю иной вид транспортных сообщений! Держи меня крепко! И вот чего смеешься?

— Смеюсь, потому что тебя так легко сбросить с коня случайно под копыта…

— Со мной полетишь, рогатый, — голос изменился, во мне в очередной раз проснулась мегера, жаждущая крови и зрелищ, — причем под копыта ты попадешь, а я тобой прикроюсь.

Демон понимал, что со мной рядом Волк. И знал, что дэймон не позволит ему и пальцем меня тронуть. Единый намек на опасность приведет к смерти пленного — это Кхан довольно ярко объяснил своему брату, предлагая чуть ли не продемонстрировать весь процесс заранее. Соэр любезно отказался, но суть проблемы понял сразу.

Я видела перед собой дорогу — прямую, широкую. Словно полоса, что разделяла мир живых и мир мертвых, и стоит сделать шаг не в тут сторону, как…

Замок Левкар на фоне яркой луны вызывал невольное восхищение. Высокие шпили башен, огромные знамена и… Ни единого стража…

— В чем дело? — не поняла я, — где все?

Может Левкар на самом деле уже пустой? Мог же Зарльцхейн вывести людей в другое место, заставив тем самым оставить свои дома? Мог, но это не в его духе.

Ворота Левкар были настежь открыты, и ни Волку, ни оборотню и даже Соэру это очень не понравилось.

— Может не будем входить, — прошептала я, видя, что даже конь под нами начинает беспокоиться, — тут есть другая дорога?

— Есть, но я, как их тайный союзник, не должен о ней знать, так что…

Да, это выглядело бы странно, если демон, пришедший с пленницей, внезапно проник в Левкар потайной дорогой.

— Идем, — шепнул Соэр, — может все же снимешь оковы? Как мне защищать ее голову в случае нападения?

Свэн на заявление демона лишь еле заметно мявкнул, спрятался под полами моей черной накидки и освобождать пленного явно намерен не был.

— Ну ладно, мое дело предложить, — брат Кхана поежился, слегка дернулся и направил коня к мосту, что вел через широкий ров.

Ворота были открыты, нас словно приглашали увидеть то, что творилось внутри замковых стен, и стоило перешагнуть порог человеческого дома, как мы увидели перед собой лишь пустоту — ни людей, ни стражи, ничего. Свэн, пользуясь всеобщим замешательством, тихонько забрался ко мне на спину. Он цепко держался своими лапками за одежду в области лопаток, а нижними зацепился за ткань в районе поясницы — этакий тайный житель за моей спиной, которого не было видно и это хорошо, потому что в случае беды кот сможет помочь сбежать.

— ЭЙ! ЕСТЬ ЖИВЫЕ! Я ТУТ ПЛЕННИЦУ ПРИВЕЛ! ЗАБИРАЙ ТОВАР!

Соэр кричал на всю площадь, стоило нам выйти к огромному фонтану, освещенному магическими пульсарами, сияющими в стеклянных подвесных фонариках. До этого момента мы медленно ехали вперед, озирались по сторонам и не понимали, что произошло.

Все окна и двери были закрыты. Маленькие, уютные домики, плотно стоящие друг к другу, погрузились во тьму, которая поражала собой каждую частицу холодного, леденящего душу воздуха. Ни единого живого огонька, даже потухшего фитиля свечи на подоконниках — ничего!

Где же люди? Что происходит?

Пока трясущийся под нами конь медленно и осторожно двигался вперед по широкой мощеной дороге, я старалась украдкой осмотреть территорию города. Странность заключалась еще и в том, что на сей раз он не казался мне неприятным или противным — красивый город… Множество ярких букетов на окнах, все домики двухэтажные с витыми лестницами и кованными перилами. Множество узеньких троп и самое главное — небольших уютных двориков, в сердце которых всегда находился или фонтан с изображением мифических существ, или статуя с неизвестными мне божествами.

Встретив правителя этого города, я сразу стала воспринимать Левкар как нечто отвратительное, связанное исключительно с кровью, болью и безысходностью, но…

Это так странно — видеть ненавистный город и невольно восхищаться им…

Тишина нарушалась лишь цоканьем копыт и конским фырканьем. В конечном итоге мы подъехали к одному из домиков и Соэр нагло заглянул в открытые настежь окна.

— Спят, — прошептал демон, — прямо на полу. Словно резко потеряли сознание.

— Магия? — тихонько поинтересовалась я, не видя иного объяснения.

— Не знаю, — голос демона звучал обеспокоенно и судя по его лицу подобной картины он ну никак не ожидал увидеть, — не чувствую никакого воздействия. Даже жизни в этих телах не ощущаю…

После услышанных слов по всему телу пробежала ледяная волна. Как не ощущает? Они что, все мертвы?

Сам город не выглядел так, будто местные жители в спешке приняли решение его покинуть. Мы проезжали мимо открытых таверн, полы которых так же были заполнены телами. На площадях, на широких длинных скамейках спали люди, они чаще всего держались за руки и их лица при этом не выражали какой-либо боли или страха.

Все же думаю, что это магия.

— Я тоже не чувствую действия сонных заклинаний, — мысленно заметил Волк, — люди выглядят непринужденно. Они явно не понимали, что происходит, если вообще заметили, что потеряли сознание. Они не мертвы, я все же чую редкие удары множества сердец, но они до ужаса поверхностные. Зарльцхейн задумал какую-то грандиозную подлость!

Наш план полетел ко всем чертям! И осознали мы это, как только встретили на площади обезумевшую, ошарашенную Литу…

— Я тут стараюсь, — женщина слегка пинала в бок какого-то мужика, лежащего на земле, — его в чувство привожу, а он спит! Нет, ну нормально вообще? Вставай, человеческое дитя! Несчастный убогий зверек, со сроком жизни как вспышка моего пульсара! Открывай глазки, смертный червь! Тоже мне, страж порядка! Небось недавно на службу вышел, раз тебя в планы правителя не посветили! И вот где искать этого свихнувшегося старикашку?

Стоило ей заметить наши фигуры, как настроение нимфы испортилось окончательно:

— Ну, раз вы все еще живы и в сознании, значит нас ждут уже довольно давно. Черт, наш план полетел ко всем чертям! ЭЙ! ЗАРЛЬЦХЕЙН! ВЫХОДИ-И-И! Я ТЕБЯ НЕ СЪЕМ! Всего-лишь душу вытрясу, точнее то, что от нее осталось…

Но ни стража, ни тем более правитель на зов нимфы так и не вышли.

— Может мы сбежим? — тихонько предложила я, на что получила одобрительный взгляд от Литы, не желающей расставаться с жизнью в таком месте, и совершенно противоположное решение от Соэра:

— Вот еще! Мне тебя в любом случае надо было доставить в Левкар, к тому же за это денег обещали и еще кое-каких плюшек! Ничего не знаю, мы идем в замок!

— Соэр, — Лита уставилась на демона, как на нашкодившего младенца, — ты нормальный? Часом головой нигде по дороге не ударился? Или может Анна успела приложить кулак к твоему темечку? Не забывай, кто тут пленный, и что предатели принимать решения вообще не в праве.

Демон в ответ лишь поежился, еще раз окинул взглядом пустую площадь, хотел было что-то сказать, но ему не дали.

Вообще никому ничего не позволили сделать, потому что я осознала, что падаю на землю уже в полете, когда перед глазами возникла черная пелена, а на языке ощущался привкус йода. Сознание как по щелчку пальцев покинуло мое тело, а что было дальше — понятия не имею.

* * *

Кап… Кап…

Кап… Кап… Шарк…

Кап…

Капли разбивались о ледяной пол на множество частей, мелкие брызги противно падали на лицо, заставляя прийти в себя.

Голова ужасно раскалывалась, во рту стояла сухость, из-за которой говорить полноценно было просто невозможно.

Не получалось открыть глаза — головой я осознавала, что нахожусь где-то в темном помещении, но само тело было слабее, поэтому даже пальцем пошевелить казалось невозможно.

Кап… Кап…

Совсем рядом… где же все?

Вначале я попыталась открыть глаза, но получилось с трудом — впереди была лишь непроглядная тьма и потребовалось время осознать, что я уже давным-давно смотрю перед собой, и темнота в этом месте настолько густая, что попросту сбивает с толку. Сфокусировать зрение помогли капли воды — еле уловимые отблески света, проникающего из маленького окна соседней камеры. Они помогли осознать весь ужас ситуации — темница.

Черная, сырая и холодная темница! Ледяной пол был влажным и пах грязью. В воздухе стоял спертый аромат гнили и каких-то отходов, хотя чует мое сердце, так пахли человеческие грязные тела. В самой камере был стог сена, так же пара дохлых крыс, расставшихся с жизнью далеко не самым естественным образом. Их глазницы были пусты, а тела иссушены так сильно, будто кто-то специально выкачал из них всю кровь. Кхан? Да не может быть… вампиры? Более вероятно, но стали бы они крыс есть?

С большим усилием, но я смогла сесть на пол, уронив голову на полусогнутые колени. Чувство тошноты раздражало и пугало, а одиночество, казалось, способно свести с ума.

— Есть хоть кто-нибудь? — шепот был больше похож на шелест листьев или топот крысиных лапок — каждое слово давалось с трудом, я обрывала свою речь.

— Есть, — судя по всему Лита была заперта в соседней камере через стенку. Я услышала характерное шарканье обуви по каменному полу, — и мне плохо. Я думала, что тебя увели. Никого не вижу, разве что приходиться разговаривать с этим идиотом…

— Молчи уже, грудастая! — так Соэр жив! Даже не знаю, радоваться этому или огорчаться. В любом случае он в темнице, вот только в качестве кого? Пленного или подосланного таракана, собирающего информацию?

— Заткнись, сволочь! Если бы пришел к брату и все рассказал, ничего бы этого не было! Теперь сиди в камере, и сдохни тут как все остальные! Что за подземелье такое? Я своей силы вообще не чувствую!

— Без понятия… — рыкнул в ответ демон, явно бросив в стену что-то твердое, по звуку похожее на камень, — я тоже не могу использовать магию. Ее словно выкачали из меня, и по ощущениям до сих пор тянут.

— Лита, — в горле пересохло, но несмотря на обстоятельства, злость придавала сил, — а давай мы его не будем слушать? Вдруг его Зарльцхейн специально к нам подсадил?

— Вот я тоже так думаю! — подтвердила нимфа, — пусть рогатый сам выбирается! И вообще… где-то тут было… Ага, вот!

И, спустя мгновение, очередной камень полетел куда-то в сторону.

— Мимо, — рыкнул Соэр, — как всегда, впрочем!

Провокация на нимфу не подействовала. Лита прекрасно понимала, что способна свернуть этому гаду шею при любых обстоятельствах и никто ее не в силах остановить. Ну, разве что решетка. И Кхан… Причем если последний вариант наиболее вероятен, то решетку вполне себе можно сломать.

Пытаясь сконцентрироваться, я тихонько позвала Волка, но дэймон словно спал или находился в полудреме…

— Не выйдет, — судя по звукам, Лита села в стог соломы и несколько раз бросила в стену небольшие обломки камней, — дэймоны в подземельях беззащитны. Они почти полностью теряют свою силу, а вместе с ней и связь с носителем. Волк скорее всего спит, так что придется самим искать выход.

В этот самый момент в мыслях пронеслось нечто чужеродное… Что-то с отблеском ехидства и победы… Волк… Это точно были его мысли. Дэймон спал, но не потому, что сильно ослаб. Думаю, его способности, как и у остальных представителей его вида, сильно ограничиваются в этом подземелье, но он совсем недавно говорил, что копит силы. Может он не хочет, чтобы Лита знала об этом? Или думает, что Соэр все поймет и постарается помешать выбраться? Ничего не понимаю!

Подползая к краю камеры, я схватилась за прутья решетки, дернула их пару раз для приличия, обреченно вздохнула и постаралась разглядеть пленных соседей.

Как только зрение сфокусировалось, я словно прозрела… Нет, камеры не стали сиять золотым светом, но… Я словно находилась в темной комнате с зажжённой настольной лампой, света которой вполне хватало для жизни. Видела грязь на полу, вымощенным уже разбитым мраморным камнем, в соседних камерах кто-то лежал, я видела груду грязной одежды, а чуть с боку…

— СВЭН! — кричать не получалось, все равно голос звучал тихо из-за невероятной жажды, но Лита и Соэр все же подскочили со своих мест. Демон, судя по звукам, успел от неожиданности удариться головой, — котик! Котенька! Проснись! А что, если он мертв?

— А ты его видишь? — удивилась Лита, — что с ним?

— Я в жопе, в отличие от вас, — голос оборотня был похож на скрип старого железного вагона, который не смазывали леший знает сколько веков, а затем пустили на не менее молодые переломанные пути.

— Это, прости меня, в какой именно? — буркнула нимфа, — в той, где грязи по колени, или в той, где трупы людей валяются? Если первый вариант, то мы с тобой соседи!

— Меня, мать вашу, распяли считай! — рыкнул бедный черный котик, действительно вися в воздухе! Несчастного оборотня сковали магическими браслетами на лапах, хвосте и шее! Золотые цепи крепились к потолку и стенам, вызывая довольно странные чувства. Глаза его мерцали в темноте, и в них отчетливо можно было разглядеть жажду убийства, — я тут вешу хвостом книзу! Прикованный к стенам! Они мне даже на шею эту дрянь надели! Скоты… Мр-р… Выберусь, сожру! Мр-р… даже ипостась сменить не могу из-за этого! С первой же попыткой по всему телу заряд магии идет такой силы, что мозги плавятся! И какая ж сволочь придумала эту дрянь? Подожди… Ты говорила про трупы? Какие такие трупы?

— Такие, которые в моей камере лежат вместе со мной. Первой свежести, кстати, — заметил демон, и судя по звукам он действительно кого-то тихонько передвигал по каменному полу, — тут трое мужчин. Молодые, в одежде Левкар, если на ощупь правильно оцениваю.

— Ты их принадлежность к полу тоже на ощупь оценил? — тихо прошептала нимфа, что-то выкидывая из своей камеры. Судя по всему — трупик крысы.

— Конечно, — рыкнул демон в ответ, — грудей нет, значит мужики!

— Могли отрезать, — серьезно заявила я, вспоминая, как Зарльцхейн при первой встрече отвел меня в подземелье, — так что не факт. А вообще какая теперь разница? Они мертвы, им уже не больно.

— Они могут встать и начать нас кушать, вообще-то, — Соэр не шутил. Судя по голосу он именно этого и опасался, — точнее меня, так как я тут живой один сижу. Повезло тебе, Лита. Ты одна хотя бы.

— Не факт, я просто не искала тел в соломе, да и сижу на чем-то мягком… Даже думать боюсь, на чем именно. В общем, что делать будем?

— Молиться!

Последнее слово было произнесено откуда-то сбоку, со стороны длинного коридора.

Зарльцхейн…

Ни звуков шагов, ни тяжелого дыхания — ничего… Словно мужчина просто взял и появился в пространстве, слушая каждое наше слово.

— Вот еще, — рыкнул Соэр, — ты уговор нарушил! Какого черта я в темнице?

— Ты сильный, — правитель Левкар вышел из тени и… Я забыла, как дышать…

Так не бывает… Это не возможно…

Шаг за шагом, он приближался к камерам Литы и Соэра, замер напротив них, и судя по всему наслаждался тем, что его не видят.

Но почему? А Свэн? Свэн его видит?

Кот словно услышал моли мысли и уставился мне прямо в глаза. Несмотря на то, что наши камеры находились друг от друга по диагонали, своим взглядом он дал понять, что не зря я кровь его пила, ой не зря.

Зарльцхейн был… Был… Он словно восстал с того света. Кожа лица в шрамах от ожогов — из-за крови Кхана? Один глаз его был скрыт повязкой, из-под которой сочилось что-то вязкое, темного желтого цвета. Кожа рук казалась облезала, он словно линял, сбрасывая все лишнее. На губах замерла ухмылка, часть волос на голове отсутствовала, а взгляд… Мне хватило лишь мгновения, чтобы ощутить ту невероятную волну силы и ненависти, что он испытывал.

Вытащив из кармана алой накидки склянку, он открыл ее, продолжая улыбаться и комнаты темниц наполнились густым розовым туманом.

Никто его не видел, кроме меня и оборотня. Кот смотрел на эту массу как на собственную смерть, затем зашелся кашлем, который в облике кота давался ему с трудом, я же мгновенно отскочила от решетки, не понимая, где взяла так много сил, и прикрыла нос мокрым грязным рукавом.

Туманные языки медленно просачивались сквозь прутья, они подступали к стенам, плавно поднимались чуть выше, словно что-то искали, затем отходили в сторону коридора и возвращались вновь.

Лита зашлась безудержным кашлем с переходом на рвоту. Соэр, судя по звукам, начал задыхаться, а оборотень, не способный спрятаться от тумана, потерял сознание.

Я замерла в самом дальнем углу и смотрела, как последняя туманная ветвь плавно нарастает в камере, как прикасается к ее стенам, как пожирает собой пол и медленно подступает к моим ногам.

Не хочу… Что это за дрянь?

Поджав ноги от страха, я продолжала прикрывать нос и рот, а затем и глаза второй рукой закрыла на всякий случай, понимая, что скорее всего это не поможет.

Туманная завеса замерла буквально в шаге от моей ноги и… плавно отступила назад…

— Почти ничего не осталось, — печально заметил Зарльцхейн, смотря на свою склянку. К моменту сбора туманности он подошел к моей камере и смотрел на то, что я делаю. Вжавшись в стену, я притворилась замерзшей, тряслась от страха, прижимая к себе ноги и искренне верила в свой неиссякаемый актерский талант! Главное, чтобы он не понял, что я его вижу! Надеюсь, брат Кхана не рассказал ему о моей особенности!

— Анна, — мужской голос раздался до ужаса неожиданно. Я тут же дернулась, но это было мне только на руку, — знаешь, я искренне полагал, что ты мертва…

Не дождешься! Пусть я и попала в другой мир, но выжить — точно выживу!

— Как же ты похожа на нее, — голос мужчины оборвался, а я тут же замерла, стараясь унять дрожь. Опять он о своей дочери…, - но ничего, память прошлого скоро окончательно сотрется из всех миров. Больше ты не помешаешь. Никто из вас… Ни тогда, ни сейчас…

Не понимаю, о чем он? Он же о моем появлении в этом мире, да? Или… Или тут что-то другое?

Кровавый лес…

В темноте перед глазами вновь возникли кадры, будто картины прошлого.

Алые листья… яркие, шуршащие под ногами…

Кровавый лес…

Переполнен красками, больно насыщенными, такие в моем городе почти не встречались ведь… горные хребты и развалины… Но разве в Питере подобное место существует?

Почему именно сейчас? Эти картинки, эти воспоминания о родителях… Почему сейчас?

— Скоро все закончится, Анна, — Зарльцхейн стоял возле камеры, вертел в руках склянку и спустя несколько минут молча покинул темницы. Я слышала его шаги где-то вдалеке, понимала, что он поднимается по старой скрипучей лестнице, что закрывает за собой дверь…

— Лита! Лита, ты как?

Но нимфа не отвечала. Она не производила ни единого звука точно так же, как и пленный демон.

— Они без сознания, — шепнул Свэн, — эта розовая масса тоже изобретение бывшего правителя. Терпеть этого человека не могу! Из-за него уже столько неприятностей было! Зарльцхейн выкачивает из нас силы. Зачем ему столько магии? Он что, выпивает всех досуха, а потом сюда сбрасывает?

Его вопрос остался без ответа, потому что услышать возможную истину вещей было страшно.

Постепенно нимфа приходила в чувство, но старалась много не разговаривать — чревато болью во всем теле. Соэр признаков жизни не подавал, а оборотень еле-еле открывал глаза, не выдерживая борьбы с самим собой.

Вскоре кот отключился, его тело обмякло и просто висело в воздухе, словно какая-то марионетка.

Темнота перед глазами сгущалась, с каждой минутой зрение становилось все хуже, а это значит, что нужно придумать какой-то план и желательно воплотить его в жизнь до того, как кровь отряда Кхана перестанет на меня действовать.

Мельтешение по камере лишь усугубляло ситуацию, но сидеть на месте не получалось. Шаг за шагом, вновь и вновь я сходила с ума, трясла дверь камеры, пыталась пролезть сквозь прутья, застревая головой и туловищем.

— Да что же это такое! — не выдержав накала эмоций, я со всей дури замахнулась и ударила рукой по железным прутьям… — ой…

Прутья согнулись… Из-за температуры… Огонь в руках вспыхнул лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы хоть немного изменить положение металлической балки…

— Морок у нас просто умничка, — буркнул кот, слегка приоткрыв правый глаз, — если выживем, я его расцелую, зуб даю!

— Чур я с тобой, — чуть слышно прошептала нимфа, — понятия не имею, что у вас происходит, но явно что-то хорошее.

— Ага… Как бы мне… Ну вот как бы так еще разик! — но чтобы я ни делала, как бы не злилась, как бы не била несчастные прутья, огонь в моих руках так и не появился, — ну давай же!

— Анна, когда вылезешь из темницы — беги, — Лита говорила на полном серьезе и не дала мне возмутиться, — здесь Волк нам не поможет. Тебе нужно выбраться на поверхность, тогда вдвоем вы сможете нас спасти и найти заодно Кхана с Мороком. Боюсь, они тоже попали в ловушку.

Осознав смысл сказанных слов, я на мгновение замерла.

Лита была права, но в тоже время предлагала идти на риск. С одной стороны мой побег может сулить их казнь, смерть от рук разгневанного правителя Левкар, и прочие неприятности. С другой — меня могут поймать еще при выходе из помещения темниц.

— Думаю тут все стража охраняет, — прошептала я, запрыгивая на прутья. Огонь, сорвавшийся с моих рук, слегка погнул металл примерно на середине длины, а это значит, что возможно в этом месте я смогу пролезть, — не факт, что я успею выбраться.

— Успеешь, — Лита не оставляла ни единого шанса, — Волк не дурак. Думаю, на такой случай он поднакопил не мало сил. Умный он у тебя, даже бесит. Ты что делаешь?

— Пытаюсь вылезти! — рыкнув, я все же подтянулась на руках, постоянно при этом соскальзывая. Пришлось снять обувь и пальцами ног удерживаться на прутьях. Стоило одной ноге пролезть между ними, как я мгновенно обрадовалась — попа не застряла, а значит и голова пролезет!

В конечном итоге, при помощи чуда, я все же оказалась в коридоре! От осознания произошедшего трясло, я вновь мысленно обратилась к Волку, но дэймон молчал, даже вида не показывал или намека на возможное участие.

Камера Литы действительно была следующая, я подбежала к прутьям, хотела попросить кое о чем, но нимфа меня опередила:

— Пей, чудовище, — рука девушки протянулась сквозь прутья и случайно задела меня по ноге. Все же Лита ничего не видела перед собой и в отличие от меня находилась в кромешной темноте, — спаси нас.

— Дотянешься рукой до кандалов? — муркнул оборотень, стоило мне подбежать к его камере, — на внутренней поверхности шипы, так что пара капель тебе должна достаться…

Да, дотянуться я могла и да, стоило ощутить на языке его кровь, как зрение мгновенно улучшилось, вот только…

— Он идет! — шаги… ШАГИ! Громкие, сильные… не успеваю вернуться в камеру, да и нельзя — сразу дефект увидит!

Что же делать? Куда бежать?

Я испугалась, но спрятаться действительно было негде!

Став бегать по коридору, я нашла одну единственную открытую камеру, заполненную…

Заполненную соломой, грязными тряпками и чьими-то телами.

Твою ж мать…

Стоило лечь рядом и накрыть себя тканью, как шаги раздались уже и в нашем коридоре…

Мельтешение теней… Кто-то несет в руках факел…

Из своей новой камеры я могла видеть Литу — нимфа выглядела отвратительно — бледная и совершенно обессиленная, она не могла заставить себя отползти от прутьев, просто смотрела сквозь широко раскрытые глаза на мельтешение теней и явно не хотела видеть источник.

Страж… Не Зарльцхейн…

Страж Левкар внимательно осматривал камеры, ходил от одной к другой и явно кого-то искал. Стоило ему замереть напротив камеры где я погнула прутья, как мужчина мгновенно подскочил и заметался из стороны в сторону.

Он стал проверять замки…

О нет… Только не это…

Открывал ключами камеры, проходил внутрь и судя по звукам рылся среди тряпок и возможных тел…

Шаг… вновь шаг… Остервенелое мельтешение, страх, испытываемый человеком, казалось, обрел форму, страж бегал то в конец коридора, то в начало. Он открывал замки, но не находил меня, внимательно следил за Литой, стал осматривать камеру Свэна, пнул несколько раз Соэра и демон, судя по звукам, так и не очнулся. Плохо… очень плохо!

Шаг… еще шаг!

Замер у входа… Тихонько открыл камеру…

Шаг… Еще шаг…

На руке его что-то мерцало ярко алым светом. Камень? Кровавый Камень? С каждой новой пульсацией этого минерала Лите становилось хуже, вот только на этот раз он был вставлен в какую-то специальную оправу, которая крепилась к металлическому браслету на запястье…

Шаг… Совсем близко… Мамочки родненькие, он меч достал!

Все тело била дрожь, да как в таком состоянии можно оставаться незамеченной? Я слышу биение своего сердца, слышу, что стучу зубами от холода и ужаса, вижу, как страж наклоняется, желая сбросить набросанную на меня тряпку, как…

— МРЯУ! — пушистые лапы… и перебинтованный кончик хвоста! Взгляд голодных Жориных глаз был переполнен всеобъемлющей ненавистью, а окровавленные когти со спокойной душой аккуратненько придерживали кусок только что оторванной плоти.

Тело упало на ледяной пол, несколько раз дернулось и… и встать стражу уже было не суждено.

— Ж… Жорик? — прошептала я, мгновенно выбираясь из-под завалов. Котик печально муркнул, качнулся и тут же упал возле моих ног, — ЖОРА!

— Что случилось? — Свэн ничего не видел, но все хорошо слышал, — он его убил? Какой хороший котик!

— Жорик без сознания! — схватив кота, я без какой-либо неприязни и чувства ужаса оттолкнула истекающее кровью тело и выхватила из его сжатых ладоней связку ключей, — Лита… ЛИТА НАДО ВСТАТЬ!

Нимфа пыталась, но выходило с трудом. Скрипя зубами, сквозь ужас и боль в мышцах, я все же вытянула ее из камеры в коридор. Тоже самое пришлось сделать и с Соэром, который действительно лежал без сознания, и полумертвым оборотнем, чьи лапы были больше похожи на фарш. Кандалы с силой сжимали плоть, впивались острыми шипами в мышцы и явно были созданы исключительно для пыток. Свэн рычал при каждом движении, но в отличие от Литы и того же демона спокойно умещался у меня на руках.

— Нам нужно выйти из темниц. Тогда Волк поможет, — оборотня трясло, я видела, как разорванные мышцы начинали медленно стягиваться, как вновь восстанавливались сухожилия, а переломанные кости трещали из-за действия быстрой регенерации. Свэна выворачивало прямо у меня на руках, но я неслась вперед, оставив позади Литу и демона, в надежде на то, что смогу призвать Волка и вытащить их из кромешной тьмы!

Длинный коридор, старая, наполовину развалившаяся лестница уводила резко вверх, я падала, вновь поднималась, начинала задыхаться. Перед глазами все темнело, я боялась, что уже совсем скоро окончательно перестану видеть и не осознавала, что источник этой силы сейчас лежит у меня на руках.

Нести двух котов не было проблемой, вот только я дико боялась. Всякий раз падая мне мерещилось, что то ли Жора, то ли оборотень свернули себе шеи.

В конце концов я успела добраться до старой деревянной двери и, с силой толкнув ее, вырвалась на свободу…

— Ну наконец-то!

Серебренная завеса мгновенно появилась перед глазами…

А заодно и сотня Кровавых Камней, направленных в нашу сторону.

Кажется, моя история на этом закончится…