19. Замок

Последние дни пути пролетели в странной смеси внешнего спокойствия и даже умиротворения, и внутреннего напряжения.

Горы остались позади, уступив место холмистым предгорьям и, наконец, суровым, но зеленеющим равнинам Вальедо. Воздухом, напоенным запахом хвои, влажной земли хотелось дышать и дышать. Мне нравилось то, что я видела и чувствовала.

Да и внутри отряда атмосфера стала почти уютной. Воины, теперь смотревшие на меня с почтительным любопытством, стали немного раскованнее. Я привыкла к утренним поцелуям, когда дракон передавал мне часть своей силы, и больше не смущалась столь явно. Хотя внутри все равно чувствовала себя скованно.

Привыкла и к его молчаливому постоянному присутствию рядом, которое становилось плотнее и весомее с каждым днем. Только его взгляд… этот задумчивый, изучающий взгляд не отпускал меня. Он словно что-то выстраивал в голове, как сложную мозаику, и каждая моя реакция, каждое слово были для него новой деталью.

Я не знала, как выправить ситуацию, поэтому приняла простое и одновременно сложное решение: пока плыть по течению и довериться судьбе или что там меня зашвырнуло в тело Леи.

Поэтому я постаралась расслабиться и просто пытаться жить, постепенно изучая и познавая мир, который меня теперь окружал.

Например, с интересом узнала про тех тварей, что напали на нас. Ранс рассказал, когда я спросила с опаской, как часто есть риск их встретить в этих местах.

В воспоминаниях настоящей Леи я не нашла о них ничего. Поэтому положилась на удачу, что и она их не встречала ранее.

Дракши — так их называли. Или каменные коты. Почему коты, я так и не поняла. На котов эти существа совсем не походили ни капли. Радовало, что встреча с ними была такой же редкостью, как у нас, например, встретить медведя в подмосковном лесу.

То есть риск есть, но он очень мал. А нарваться на такую большую стаю и вовсе было почти равно нулю. Я тайком облегченно выдохнула.

Других подобных созданий здесь не водилось. Были обычные животные. И хищные в том числе, но их шкуру хотя бы можно было пробить мечом или стрелой.

Слова Ранса полностью подтвердились. За весь остаток пути прошел без неприятностей. И вскоре мы достигли финальной точки своего маршрута.

Воины вокруг радостно заговорили и приободрились. Они вернулись домой. А у меня сердце екнуло, когда на горизонте наконец показались зубчатые стены и суровые башни замка Вальедо.

Вот он, мой новый дом. Как меня здесь примут? О том, что слухи уже успели долететь до обитателей замка, я не сомневалась.

Мы подъехали ближе. Крепость, выросшая прямо из скального основания, выглядела неприступной и аскетичной. Никаких изящных шпилей или резных балконов — только мощный камень, узкие бойницы и тяжелые ворота, обитые черным железом.

Суровый край, суровые жилища. Все правильно. Это приграничье. Я уже слышала, что здесь нередки набеги диких горных племен, которые пока не были объединены под одной властью и были разбросаны за пределами горной гряды.

Наш отряд еще не успел полностью разместиться во внутреннем дворе, как ворота замка распахнулись, и навстречу хлынул поток людей. Они высыпали на мощеный двор, их лица выражали жадное любопытство.

Все они слышали, конечно. Слышали, что их господин везет жену из столицы. Бывшую избранную. И теперь они во все глаза смотрели, как Ранс первым спрыгивает с коня и, не обращая внимания на толпу, твердыми шагами подходит к моей повозке.

Он распахнул дверцу и помог мне выйти. Я ступила на брусчатку, чувствуя, как сотни глаз впиваются в мое лицо, в мое простое дорожное платье, в мои белые волосы, уложенные в строгую косу.

Ранс не отпустил мою ладонь, сжал ее в ободряющем жесте. Он повернулся к своим людям и громко, уверенно произнес, чтобы его властный голос донесся до каждого уголка:

— Встречайте вашу госпожу. Лею, княгиню Вальедо. Ее слово отныне здесь такой же закон, как и мое.

В ответ пронесся сдержанный, но единодушный гул приветствий и поклонов. Я кивнула, пытаясь охватить всех и как-то вычленить отдельные лица в толпе.

А потом мой взгляд наткнулся на женщину, что стояла на крыльце главного входа, чуть впереди остальной толпы. Она была красива. Яркая, сочная и зрелая красотка с темными волосами, уложенными в сложную прическу, знающая себе цену.

На ней было форменное платье, но оно смотрелось ярче и дороже одежды остальной прислуги. Рядом с ней стоял пожилой мужчина, тоже в более богатой и строгой одежде. Может он управляющий, а она его жена?

Я ведь никого не знаю еще. Но ее откровенный взгляд говорил совсем об обратном.

Темные и горячие глаза были приклеены к Рансу. И в них читалось такое обожание, такое жадное, почти физическое вожделение, что мне стало не по себе. Она смотрела на него, будто хотела прямо сейчас затащить в койку.

А потом ее взгляд скользнул на меня. И в тот же миг все обожание испарилось, сменившись холодной, жгучей ненавистью.

Это произошло так быстро. Почти, как вспышка молнии, но я успела заметить. А женщина уже быстро опустила ресницы, приняв вполне благопристойный вид и сделав положенный поклон.

Кто же она? Экономка? Бывшая любовница, надеющаяся на большее? А может все сразу? Картинка складывалась неприятная.

Ранс же, казалось, не заметил ни ее взгляда, ни ее вспышки ненависти. Он бросил в ее сторону лишь один короткий, строгий взгляд.

— Эрия. Приготовь покои для княгини в восточном крыле. Пока их приводят в порядок, она будет размещена в моих апартаментах. Отнесите ее вещи пока туда.

Его тон был абсолютно бесстрастным и холодным. В глазах ни тени тепла, которое могло бы послужить подозрительным знаком его привязанности к ней.

Хотя… Ранс мужчина. И вполне понятно, что у него есть определенные потребности. Со мной он не спал с той самой первой нашей ночи. Но как-то же он должен их удовлетворять.

Сейчас мы были в дороге. Но боюсь, эта проблема еще всплывет между нами. Когда я давала согласие на этот брак, я как-то не задумывалась о подобных мелочах, а сейчас… Меня обжигала сама мысль, что он может делить постель с кем-то еще.

И как ее решить? Я же не могу ему об этом сказать. Наш брак изначально был оговорен, как фиктивный. Князь выполняет все взятые на себя обязательства и даже более… Как я могу еще что-то требовать? И вправе ли вообще это делать?

А Эрия, тем временем, побледнела от холодного тона своего господина, но ответила ровно и с готовностью:

— Слушаюсь, господин. Покои будут готовы в ближайшее время.

А я неожиданно подумала, почему Ранс не предупредил их заранее? Ведь была же возможность, скорее всего. ТОгда покои бы подготовили к нашему приезду. Или тут крылся какой-то подвох?

Я бросила короткий взгляд на князя, но он был невозмутим.

Эрия же метнула в меня еще один, скрытый, ядовитый взгляд и торопливо скрылась в дверях, уводя за собой часть прислуги.

Первый вечер в замке прошел в суматохе. Меня проводили в покои Ранса — огромные, строгие комнаты, обставленные тяжелой, добротной мебелью, с огромным камином и видом из высокого, но узкого окна на темнеющую изумрудную долину внизу.

После дорожной пыли и страхов первой мыслью была ванна. И как же здорово оказаться княгиней в этом мире.

Большая медная купель была быстро наполнена горячей водой с запахом хвои и горных трав. Я погрузилась в нее с наслаждением, смывая с себя и грязь, и остатки напряжения последних дней. Долго так отмокала. Мысли тянулись медленные, ленивые.

Присланная девушка-служанка робко спросила не нужно ли мне еще чего-нибудь. Я отрицательно помотала головой. Но она не уходила. Придется привыкать к новому статусу. Служанка помогла мне вымыть голову. Потом принесла еще чистой воды и прополоскала их в ней.

Дальше я могла справиться и сама, поэтому попросила ее оставить меня. Я все еще немного стеснялась чужих любопытных взглядов, рассматривающих меня, как какое-то чудо или диковину.

Когда служанка ушла, я встала, быстро ополоснулась из ковшика чистой водой, а потом вышла из нее, завернувшись в большое, мягкое полотенце из грубого льна. Накинула поверх него легкую простыню и, все еще мокрая и распаренная, вышла из крошечной ванной комнатки обратно в спальню, намереваясь найти свою дорожную сумку с чистой одеждой.

И замерла на пороге, увидев Ранса.

Совершенно не ожидала его тут встретить. Да, это были его покои, но я думала он еще там внизу отдает распоряжения своим людям.

А он поднялся наверх…

Ранс стоял посреди комнаты в штанах и одной темной рубашке, намереваясь снять и ее. Он обернулся на шорох, и его взгляд упал на меня.

Глупая, досадная ситуация. И вроде мы столько дней делили шатер. Но Ранс всегда выходил, когда я просто переодевалась. И я его почти не видела даже в таком полураздетом виде.

Знали бы его люди, как на самом деле выглядит наш брак изнутри. Наверно, никто не поверил бы.

Я так и стояла, сжимая простыню на груди, чувствуя, как капли воды стекают по шее под ткань. Дракон же просто смотрел.

Но его глаза с каждым мигом все больше темнели и наливались золотом.

Вспомнила этот его взгляд. Так он смотрел на меня обнаженную в нашу единственную ночь близости, сразу после обряда. Ни до, ни после в его глазах не искрило подобного темного желания.

Его взгляд скользнул по моим мокрым волосам, по капле, скатившейся с ключицы под полотно простыни, по очертаниям тела, угадывающимся под тонкой тканью.

Воздух в комнате сгустился, будто перед грозой.