26. Магия

Мы отправились через несколько дней. Ранс взял небольшой, но надежный отряд — Арвина и десяток его проверенных людей. Нам предстояло несколько дней в седле, а потом столько же обратно.

Дорога лежала через те же завораживающие горы. Но теперь я чувствовала себя в них гораздо уютнее, чем раньше. Воздух был холодным и чистым, а рядом всегда был муж.

Что-то изменилось после того вечера в его кабинете. Что-то между нами натянулось тонкое, еще непрочное, но уже очень притягательное.

И поэтому каждую ночь, в тесноте походного шатра, под предлогом передачи силы и окончательного изгнания проклятия, разыгрывалась одна и та же, но никогда не надоедающая история.

Ненасытный дракон, будто наверстывая упущенное время, находил во мне неиссякаемый источник для своих исследований.

Князь был терпелив и изобретателен. Я была податлива и отзывчива. Он же узнавал мое тело лучше, чем я сама, находил такие точки, от которых я просто теряла голову, кусая губы до крови, чтобы не сорваться в крик и впиваясь пальцами в грубую ткань постели.

Он брал меня неутомимо, разнообразно, то с медленной, почти невыносимой нежностью, то с грубой, захватывающей дух силой. И каждый раз, видя мой безудержный, искренний отклик на его ласки, в его глазах вспыхивало темное, дикое удовлетворение.

Наша близость давно перешла всякие границы, что были установлены в самом начале. Жаль только, что это никак не сказывалось на проклятии. Оно так и засело ядовитой занозой глубоко внутри.

И вроде уже не мешает совсем, но иногда неприятно и болезненно колет, напоминая о себе.

Для Ранса же это был весомый повод, чтобы не пропускать ни одной ночи со мной. А я охотно соглашалась с его доводами.

Жизнь играла радостными красками новой весны. Я отчаянно отгоняла от себя мысли о том, что совсем скоро я должна буду сказать ему всю правду о себе. Я так решила, но с каждым днем моя уверенность таяла, под наплывом новых сомнений и страхов.

Всё ведь сейчас так хорошо. Может и оставить все как есть? Забыть про эту деталь? Ранс ведь принял меня такой, как я есть. Не задает вопросов, и я уже привыкла быть его Леей.

Может и не нужна эта правда?

Мы уже подъезжали к границе моих земель, когда на узкой тропе над обрывом одна из вьючных лошадей, испугавшись змеи, неожиданно резко шарахнулась в сторону. Груз на ней сместился, животное потеряло равновесие и с жалобным ржанием начало съезжать вниз по склону, увлекая за собой веревки и угрожая сбросить в пропасть еще двух лошадей.

Все произошло за считанные доли секунды. Я стояла ближе всех. Глупый инстинкт учителя, отвечающего за детей на экскурсии, сработал раньше разума.

Я бросилась не к животному, а к месту, где веревка, натягиваясь, могла сбить с ног Арвина, стоявшего на самом краю. Я толкнула его, выставив вперед руки, как будто могла остановить тонну падающего груза.

Только потом разум включился и высветил страшные последствия моего безрассудного геройства, но было уже поздно. Испугаться я не успела. Просто еще шире распахнула глаза, чтобы увидеть… очередное чудо.

В тот момент, когда моя ладонь коснулась натянутой, визжащей веревки, из меня вырвалось… нечто.

Странная волна чистого, яркого, изумрудно-зеленого света. Она выплеснулась из центра моей груди, прошла по моей руке и ударила в веревку и груз. И словно время вокруг этого хаоса замедлилось, а все предметы обрели невидимую, податливую опору.

Сползающий груз мягко опустился на склон, испуганная лошадь, потеряв импульс, дрожа, замерла на месте. Веревки обвисли.

Тишина, наступившая после этого, была по-настоящему оглушительной. Воины смотрели на меня с открытыми ртами. Арвин, которого я оттолкнула, поднялся, отряхиваясь, и его взгляд был полон невероятного благоговейного ужаса.

Я растерянно разглядывала свои ладони. Что это было? Логика подсказывала единственный вероятный ответ. Но ведь у меня не было магии! Проклятие выжгло его из Леи.

Что же еще тогда это могло быть?

На коже не было ни новых вспышек, ни узоров. Но я чувствовала внутри странную, глубокую вибрацию, будто тронула струну, встроенную в саму ткань мира.

Магию Леи я смутно помнила по обрывкам воспоминаний. Что-то светлое, воздушное, связанное с ветром и целительством. Это же было что-то… земное. Основательное. Плотное и спокойное, как древний лес, или сердце горы.

Я подняла глаза и встретила изучающий пристальный взгляд Ранса. Князь стоял неподвижно, но в его глазах бушевала целая буря. Шок, тревога, восхищение и снова это пристальное, выжидательное изучение.

Он медленно подошел, обводя взглядом своих людей.

— Вы ничего не видели. Это был просто удачный случай и крепкие веревки. Понял, Арвин? — властно посмотрел он в глаза начальнику своей стражи.

Тот медленно склонил голову. И остальные, опомнившись, закивали, спеша поправить груз и увести испуганных животных, но украдкой бросали на меня быстрые, опасливые взгляды.

Ранс подошел ко мне вплотную, молча, взял за локоть. Только по крепости его хватки я поняла степень его тревоги и невысказанного волнения.

— Ты ранена?

Я покачала головой. В голове еще все гудело от шока и этой странной, чужой силы внутри.

— Мы разберемся, — сказал муж тихо, внимательно заглядывая в мои глаза. — Но не здесь и не сейчас. Когда вернемся в замок. Хорошо? Я помогу тебе.

Я снова кивнула, чувствуя, как у меня неумолимо слабеют колени. Ранс вдруг порывисто обнял и с силой прижал меня к себе.

— Лея…— горячий хриплый шепот обжег мою щеку.

И Ранса совершенно не волновало, что он делает это на глазах у всего отряда.

— Кажется, мне нужно будет составить для тебя список категоричных запретов. Пообещай, так больше никогда не делать. Договорились? Я едва удержал своего дракона внутри…

Я испуганно сглотнула. Этот момент я как-то упустила из вида. Но ведь и у меня все вышло на чистых инстинктах.

Нужно менять свои инстинкты. Твердо решила я. А еще теперь как-то разбираться с новым сюрпризом, что подкинул мне этот мир.