48. Расплата

Ранс прилетел к вечеру.

Я услышала шум крыльев задолго до того, как он опустился на поляну. Сердце забилось в радостной тревоге, и я подскочила с лежанки, на которой проспала почти весь день. Матрана что-то проворчала, но останавливать не стала.

Дракон тяжело опустился на поляну неподалёку от костра. А через мгновение на месте дракона уже стоял мой муж.

Я не бросилась к нему, хоть и сильно хотела. Не смогла. Ноги вдруг стали совсем ватными, и я просто стояла и смотрела, как он идёт ко мне. Весь пропахший гарью и кровью, одежда изодрана, лицо в копоти, глаза горят тем же диким огнём, что я запомнила.

Ранс подошёл, и я наконец шагнула навстречу. Сильные руки сомкнулись вокруг меня, сжали так крепко, что у меня перехватило дыхание, и он замер. Просто стоял, уткнувшись лицом в мои волосы, и жадно дышал. Вдыхал мой запах, как умирающий от жажды пьет воду.

— Я здесь, — прошептала я, гладя его по спине, чувствуя, как напряжены мышцы под изорванной рубашкой. — Я здесь, Ранс. Всё хорошо.

Он не отвечал. Только дышал, сжимая меня в объятиях, и я чувствовала, как с какой сумасшедшей частотой стучит его сердце.

Я не спрашивала, где принц, что со жрецами и отрядом, пленившем меня. Всё это могло подождать. Сейчас было важно только то, что он вернулся. Что мы снова вместе.

Матрана молча подбросила веток в костёр и отошла за деревья, давая нам время.

Мы простояли так долго. А потом Ранс отстранился, взял моё лицо в ладони, оглядел, проверяя.

— Как ты? — тихо спросил он.

— Мне лучше, — ответила я правду.

Матрана знала своё дело.

Сначала она напоила меня каким-то своим горьким отваром, от которого меня тут же потянуло в сон.

Я вспомнила, как проснулась вечером от тихого ворчания ведуньи, которая склонялась надо мной с очередной чашкой. Отвар был таким же горьким, но я выпила его безропотно, и приятное тепло мгновенно разлилось по всему телу. А вместе с теплом начала возвращаться и сила.

Сначала слабо, едва заметно. Но я почувствовала её. Свой источник, свою магию, ту самую древнюю силу, что спала во мне. А потом снова и дочку. Уже более отчетливо, и заплакала от счастья.

Доченька моя…

А теперь Ранс вернулся. Живой. А больше мне ничего и не нужно было. Только чтобы все живы были и вместе.

Он снова прижал меня к себе, потом устало присел на траву, но не выпускал меня из своих рук, пока вернувшаяся Матрана не кашлянула демонстративно.

— Хватит, — проворчала она. — Успеете ещё намиловаться. Княгине нужен покой, а тебе князь чтобы раны перестали кровоточить. Садись уж, огнедышащий. И тебе настоя моего хватит.

Я только тогда заметила, что рубашка Ранса пропиталась кровью не только чужой. Он все же с неохотой отпустил меня и сел на бревно у костра. А Матрана принялась за своё дело — промывала, мазала, прикладывала какие-то травы, ворчала про молодых драконов, которые не берегут себя.

От моей помощи она отмахнулась.

— Сиди уж, — буркнула и продолжила обрабатывать раны.

Поэтому я просто сидела рядом с мужем, держала его за руку и смотрела, как в отсветах пламени меняется выражение его глаз. Ярость битвы постепенно уходила из них, уступая место прежней спокойной властности.

Всю ночь он не выпускал меня из рук. Просто лежал рядом, обняв, но мне кажется он так и не сомкнул глаз.

В наш замок мы вернулись только ближе к вечеру. Ранс не рискнул лететь без остановок. Причем Матрана утром исчезла, как будто ее не было. Мы летели одни. И сначала дракон отнес меня к знакомому источнику, где долго отмывал и просто бережно гладил мое измученное тело, напитывая его новой энергией и силой драконьей магии.

Моя магия тоже постепенно возвращалась. Только вот Матрана перед тем как пропасть строго настрого велела пока обращаться к ней только в случае крайней необходимости.

— Ты поймешь, дитя, когда придет время, — сказала она улыбнувшись, поглядывая на костер. — Да и дочери твоей она сейчас нужнее.

Я тогда только благодарно всхлипнула и кивнула, ощущая как сильные руки мужа обнимают мой живот.

Ещё издалека я увидела чёрные пятна на стенах нашего замка, обугленные балки, выбитые окна. Последствия пожара дым, от которого я ощущала при похищени. А когда мы опустились во двор, меня встретили буквально все обитатели замка, радостно высыпавшие во двор.

— Ваша светлость! — управляющий бросился к нам, едва не плача от облегчения. — Боги, вы живы! Мы уж думали…

Я оглядел двор и увидела, что многие и не сдерживали слез. Все искренне радовались нашему возвращению. Даже у некоторых воинов из дружины князя подозрительно блестели глаза.

— Тайниш, княгине нужно отдохнуть. Она совсем без сил, — строго ответил Ранс, прижимая к себе меня завернутую в его плащ.

— Да, да, — торопливо засуетился управляющий. — Миран, проводи его светлость…

Я подняла глаза на стены замка. Наше крыло, наша спальня — окна зияли чёрными провалами, стены закоптились, каменная кладка местами обвалилась.

— Никто из людей не пострадал, — быстро добавил управляющий, заметив мой взгляд. — Слуг успели вывести. Только ваши комнаты... всё сгорело.

Я кивнула, чувствуя, как Ранс прижимает меня к себе еще крепче.

Вещи — это всего лишь вещи. Главное мы живы.

Только позже, когда меня накормили, умыли, переодели в чистое, когда мы остались вдвоём во временной спальне, Ранспо моей просьбе рассказал, что тут было после моей пропажи.

— Я вернулся после боя, Саша, — тихо начал он, сидя на краю кровати и глядя в окно на соседнюю обгоревшую башню. — Увидел дым...

Он замолчал, и я поняла, что он вспоминает тот момент, когда понял, что меня нет. Когда подумал, что потерял.

— Не знаю, как ему это удалось, но принц хорошо подготовился. Недооценил его подлость. Он нашёл тех, кто согласился за золото пойти против своего рода. Меня атаковали в горах. Трое драконов. Опытные, сильные. Думали, что справятся со мной одним, после боя с дракшами, — голос его стал глухим.

— Они просчитались, — коротко добавил он. — Но сделали главное. Задержали меня. Поэтому я не успел, и потому не смог сразу отправиться на поиски. Еле до замка дотянул.

Ранс жестко сжал челюсти, так что я даже тихий скрип зубов услышала. Он прикрыл глаза и тяжело задышал, раздувая ноздри от бессильной ярости. Я понимала его чувства.

Мягко накрыла ладонь мужа и успокаивающе погладила ее.

— Ты успел, Ранс. Все хорошо.

Муж вскинул на меня горящий взгляд и порывисто притянул к себе. Коснулся горячими губами макушки.

— И тут появилась Матрана, — хрипло продолжил он. — Я не знаю, как она узнала, как оказалась в замке так быстро. Но она пришла. Вылечила моего дракона. Отдала свою силу, а потом помогла выйти на твой след.

— И потом, — продолжил Ранс, — когда я уже летел к тебе, нас нагнал магический вестник. От Горна.

Я вздрогнула, услышав это имя. Совершенно забыла о нем. Что же с ним произошло?

— Он... действительно послал тебе весть?

— Да, — Ранс пристально посмотрел на меня. — Он узнал тебя, понял, что случилось, и нашёл способ передать весть. Без него я бы не успел. Не нашёл бы так быстро.

Я закрыла глаза, вспоминая лицо Горна над клеткой, его шёпот: «Княгиня, госпожа, вы слышите меня?». Его мех с водой, хлеб, его обещание задержать принца.

Надеюсь он выжил в том аду. Я уверена, что он выжил.

— Ты простишь его? — спросила я. — Вернёшь?

Ранс молчал долго. Потом сказал:

— Я подумаю.

Это было честно. Поэтому я кивнула, соглашаясь.

— А принц? — спросила я, наконец то, что боялась спросить с самого его возвращения.

Ранс тяжело взглянул на меня. В его глазах не было радости победы. Только усталость и какая-то странная, удовлетворенная завершённость.

— Его больше нет, — ответил он просто. — И тех, кто был с ним и поддержал его, тоже. Всё кончено, Саша.

Я кивнула. Подробности спрашивать не стала. Просто вспомнила каким вернулся мой дракон после. Не хотела знать, что он сделал, что видел, через что прошёл. Достаточно того, что он вернулся. Достаточно того, что мы живы.

Мужские руки стиснули меня крепче. Я прижалась к его груди, чувствуя, как медленно расслабляются мышцы, как усталость наконец берёт своё.

— Спи, любимый, — прошептала я, потянувшись и легко целуя его в губы. — Я здесь. С тобой.

Он длинно выдохнул, а потом его дыхание начало выравниваться. Дракон заснул.

А я сама всё смотрела в окно, на обгоревшие стены нашей спальни, на звёзды, что зажигались в небе.

Мы выжили. Мы были вместе. И это было главным.

А завтра начнётся новая жизнь. Мы отстроим замок, вернёмся к школе, к урокам с Матраной, к нашим планам. Но сейчас я просто лежала в объятиях мужа, чувствовала, как внутри шевелится наша дочь, и знала: всё будет хорошо.