36

Закрыв дверь спальни, я с сожалением посмотрела на ручку. Очень хотелось закрыться, но… замка не было. Как и щеколды. Господи, да сейчас я была бы рада видеть даже обычный хлипкий крючок!

— Настолько не любишь шить? — усмехнулась Айя, наблюдая за тем, как я подбегаю к креслу, на полном серьёзе прикидывая, смогу ли подпереть им дверь. — А вот это уже интересно…

— Что именно? — оставив в покое попытки сдвинуть мебель, я с укором посмотрела на девушку. — Что я сутки провела с помешанным на чистоте огром? Или то, что меня никто толком не пытался спасти? Этот, — я с опаской мотнула головой в сторону коридора, — переживает лишь за свои рубашки. А ты… ты их и сожрала!

— Подожди, — шикнула Айя, продолжая задумчиво смотреть куда-то мимо меня. — Ты даже представить себе не можешь, как тяжело быть цербером. Зубы зудят постоянно! Невыносимо.

— Ты не цербер, — хмыкнула я. — Подслушиваешь? — догадалась, подходя чуть ближе к ней. — За Авираланом?

— Ты тоже не огр, но за своего тебя приняли, — Айя назидательно подняла руку указывая пальцем на меня. — В тебе моя кровь, Констанция. Мы связаны. Если бы тебе что-то по-настоящему угрожало, я была первой, кто оказался бы рядом. Запомни это.

— Но…

— И да, — не дала мне она договорить. — Я подслушиваю разговор Авиралана и Эллы. И услышанное мне не нравится, — хмуро дополнила она, поджав губы.

— Он всё же заставит меня шить, — прошептала я, тяжело вздыхая и тут же чуть не завизжала, мельком заметив своё отражение в напольном зеркале.

На голове черт знает что! Камзол весь в сомнительных разводах, как и ноги. На правой коленке красуется ссадина…

— Запомню на будущее, что тебя настолько пугает шитье, — покачала головой Айя. — Спокойно. Он уже распорядился выбросить тряпьё. Никто с иголками к тебе не ворвётся.

— Это хорошо, — кивнула я, подходя к шкафу и распахивая створки. — Тогда что тебе не понравилось в их беседе? Или они поняли… — я обернулась на девушку, прекратив поиски подходящей одежды.

— Не поняли они ничего, — успокоила меня Айя, но выглядела при этом так, словно хотела иного. — Для них ты всё ещё Миранда Толиерс.

— Это же хорошо, — достав простое закрытое серое платье, я принялась за поиски нижнего белья.

— Если тебе нравится, когда тебя считают ушлой, корыстной, беспринципной девицей, что не побрезгует ничем, ради достижения собственной цели, то – да. Конечно же, хорошо. Просто замечательно, — елейно протянула Айя.

— Лучше быть живой Мирандой, чем мёртвой иномирянкой, — прошептала я, сжимая в пальцах бельё с такой силой, что костяшки побелели.

Я сама не могла понять собственные эмоции. Должна была переживать за свою жизнь и, конечно же, волнение присутствовало, но большего всего сейчас я чувствовала обиду. Бессильную злость на Авиралана за то, что приписывает мне чужие прегрешения. Хотелось доказать ему, что я…

— Послушай, — Айя бесшумно приблизилась ко мне, осторожно коснувшись плеча. — Ты появилась здесь не просто так. Мир тебя принял, да и защитник Толиерсов, что помог тебе попасть сюда, свидетельствует о воле Многоликой. Ты веришь в судьбу? В то, что случайности неслучайны?

— Смотря какие, — попыталась я улыбнуться, но чувствовала, что выходило очень жалко.

— Например, наша с тобой встреча, — пожала плечами Айя. — Казалось бы, случайность. Но ты обрела защиту. Ну и ещё кое-что, по мелочи, — замолчав, она как-то странно на меня посмотрела, словно её только что чем-то осенило. И настолько невероятным, что она буквально потеряла дар речи.

— Что? — не выдержав, тихо поинтересовалась я.

— Ничего, — моментально отозвалась Айя. — Делаем всё, чтобы ты пережила обряд в Храме, а дальше… — она усмехнулась, взмахнув рукой в воздухе. — Признаешься во всём мужу.

— Что…

— Признаешься во всём Авиралану, — по слогам повторила Айя. — Сейчас рано. Во-первых, он недостаточно проникся тобой, может и убить. Всё же, закон един для всех. Встретил иномирца – бей. А, во-вторых, ты и сама недостаточно…

— Если закон един для всех, то почему ты не ударила? — холодно поинтересовалась я. — Тогда, в библиотеке. Ты поняла кто я. Почему не убила?

Не знаю, что я ожидала услышать. Как и не могу объяснить, зачем мне необходимо было задавать подобный вопрос. Казалось бы, нужно радоваться. Но… в душе ворочался червячок сомнения. А вдруг, всё не так однозначно, как мне рассказывали? Словам леди Толиерс вообще веры нет. Но Айя – это другое. Она столько мне помогала, спасала меня, но…

Я понятия не имела, кто она на самом деле.

— Я в первую нашу встречу поняла, кто ты, — неожиданно призналась мне девушка. — И испугалась. Сначала того, что меня тут же на лоскутки порвут за нападение. Остальные явно не торопились убивать иномирянку. А когда нас оставили вдвоём, — Айя отвела глаза в сторону. — Решила убить тебя позже. Такой шанс попасть во дворец нельзя было упускать. Зря, что ли, две недели в клетке проторчала?

— Это… неожиданно, — призналась я, переваривая услышанное.

— Зато честно, — просто отозвалась Айя. — И если ты вдруг решишь спросить, а планирую ли я и дальше твоё убийство, то хочу тебе напомнить, что мы с тобой связаны кровью. Считай сестры. Как принц со своей тёмной эльфийкой.

— А я думала у него только брат, — совершенно запутавшись отозвалась я, почувствовав небольшое раздражение.

Со своей эльфийкой… не знаю, почему, но такое определение Эллы мне не понравилось.

— Они как мы с тобой, — закатила глаза Айя. — И, кажется, об этом мало кто знает, так как ничего на эту тему мне не удалось подслушать.

— Тогда с чего такой вывод про родство?

— Не родство, — с нажимом произнесла она в ответ. — Связаны кровью. Я это чувствую, когда вижу их вместе. Сложно объяснить. Для этого нужно быть цербером.

— Ты не цербер, — в который раз напомнила я.

— Докажи, — обнажила она в улыбке острые зубы.

— Пойду в ванну, — подвела я итог нашему странному разговору.

Жаль, что мысли нельзя было так же остановить или переключить на что-то другое. У меня не получалось думать ни о чём, кроме как о признании Авиралану.

Я не понимала, зачем тянуть. Зачем ждать этого обряда и вступления в брак? Он же вполне адекватный мужчина. Вот сегодня, например…

Несмотря на прохладную воду, тело бросило в жар, стоило вспомнить некоторые моменты моего спасения от огра.

Да, когда принц не пытается меня уколоть или задеть, то с ним приятно разговаривать. Находиться рядом, да и взгляд у него такой, что…

— О чём я вообще думаю? — шикнула сама на себя, хватая полотенце и принимаясь вытираться.

Нет, никакого брака и обряда ждать не стоит. Это же не штамп в ЗАГСе поставить. Тут всё иначе! И не факт, что есть разводы! А вот овдоветь точно возможно. И меня терзали смутные сомнения, что Авиралан не воспользуется таким замечательным случаем избавиться от навязанной ему супруги.

А что?

Воля богини исполнена? Более чем. А про дальнейшую жизнь никаких фраз озвучено не было. Никто не приказывал жить долго и счастливо. Тем более с иномирянкой...

Вернувшись в спальню и на ходу заплетая влажные волосы в косу, я была полна решимости поговорить с принцем.

— Даже не пытайся меня остановить, — предупредила я развалившуюся на полу Айю. — Я скажу ему всё, как есть. Признаюсь.

— Кому? — вздрогнув от голоса Авиралана, я медленно обернулась в сторону окна.

Он стоял, скрестив на груди руки и неотрывно следил за мной.

И как я сразу его не заметила?! Да и Айя… по ней же сразу понятно, что рядом есть кто-то посторонний!

— Тебе, — прошептала я, не торопясь подходить ближе и всматриваясь в лицо принца.

Что-то с ним было не так.

— Внимательно тебя слушаю, Миранда, — разрешил Авиралан, чуть прищурив глаза.

— Я… прошу прощения за поведение своего цербера, — сказала я, заведя руки за спину и сцепив пальцы.

— Ты просишь прощения, — сделал логичное замечание принц. — А хотела сделать признание.