56

***

— Не смотри на меня так, — попросила я птичку, распахивая глаза и неизменно обнаруживая феникса на своей кровати.

Клянусь, первые дни просыпаясь и замечая рядом горящего (в буквальном смысле этого слова!) павлина, я верещала так, что в спальню сбегались все, кто слышал мои вопли.

Через несколько дней прибегать перестали. Возможно метаморфы смирились с тем, что их гостья любит попеть с утра.

Гостья…

Если честно, свой статус я так до конца и не поняла. Да я многое не могла понять.

Например, что случилось по дороге к особняку Толиерсов.

Я помнила, что поездка проходила так, как я себе представляла. Останавливаться нам приходилось часто. Вот только мне было настолько плохо, что мысли о побеге незаметно уходили на второй план. Да и как бежать, когда желудок пытается вывернуться наизнанку? Меня даже Элла жалела. И не только. Ужас, но эльфийка мне пару раз придерживала волосы, когда меня сгибало пополам, стоило выскочить из кареты…

От укачивания ничего не помогало. Ни мысли о побеге, ни размышления о лимонах. Честно, я настолько была измучена, что хотелось скорее приехать уже к Толиерсам и… да будь что будет! Но этому было не суждено произойти.

Всё, что отпечаталось в моей памяти – это яркая вспышка и жар огня, что за секунду охватил всю карету. Помню, как начала задыхаться из-за едкого чёрного дыма. Кажется, я пыталась выбраться и что-то кричать, давясь кашлем и отчаянно смаргивая катящиеся из глаз слёзы от острой рези.

А дальше… меня что-то накрыло, очень похожее на огненные крылья. Окончательно теряя сознание, я почему-то представила себе сказочного феникса, спешащего мне на помощь. Знала бы, к чему это приведёт – представила бы кого-то более милого. Лисичку. Енотика. Щенка! А не вечно полыхающего огнём павлина… впрочем, обо всём по порядку.

В следующий раз, когда я распахнула глаза, я решила, что Авиралан меня спас. Светлая спальня, лепнина на белоснежном потолке…

Ну и что, что спальня была мне совершенно незнакома? Я прекрасно помнила дворец. Там столько покоев, что каждый день менять можно, так что…

Единственное, что не укладывалась в эту замечательную теорию – это соседняя кровать и мирно спящая на ней девушка. Рыжеволосая. Я так долго смотрела в её сторону, что в какой-то момент она распахнула глаза, почувствовав моё внимание.

— Ты кто? — сощурив зелёные глаза, поинтересовалась девушка.

— Конь в пальто, — ответила я, пытаясь понять, где уже слышала этот голос. Догадка поразила меня. — Айя?!

— Конь в пальто, — хохотнула она, тут же поморщившись и прикрыв глаза. — Надо запомнить. Что ж так плохо, а?

— Айя, — повторила я, присаживаясь на кровати и осматривая девушку с большим энтузиазмом. — Ты метаморф! Я знала! Знала.

— А ты – Констанция. Человек, — откровенно фыркнула она, продолжая страдать от… мигрени? — Рада, что ты не пострадала.

Вспомнив запах гари и окруживший меня огонь, я на несколько секунд зажмурилась, отгоняя воспоминания и благодарно выдохнула:

— Ты спасла меня? Спасибо…

— Я? Нет, — медленно повернувшись на бок, Айя положила руку под голову и усмехнулась: — Тебя спас Хранитель. Я лишь переместила нас сюда.

— А сюда… это куда? — я нашла глазами окно, но ничего, кроме куска скалы разглядеть не смогла.

В то, что гадкая Люська могла меня спасти я не верила. Но спорить не стала. Были темы более важные, в конце концов.

— Домой, — коротко отозвалась Айя, вновь вселяя в меня уверенность, что всё идёт правильно.

— Я в долине метаморфов, — с улыбкой прошептала я.

Здесь я встречу Его…

Впрочем, улыбка медленно пропала с моего лица, а в душе поселилось чувство вины.

Я понятия не имела, что с Эллой. Да и Авиралан… Как он отреагирует на мою пропажу?

Никак – тут же пришёл ответ. Там же настоящая Миранда. Моё отсутствие никто и не заметит. И от этой мысли почему-то стало горько.

— Долина метаморфов? — усмехнулась Айя. — Ты при папе только так не говори. Он и так придёт поорать на нас. Боюсь, такая формулировка взбесит его окончательно.

Я даже не успела спросить, а что за папа и зачем ему орать, как дверь распахнулась, с грохотом ударяясь об стену, являя нам… да. Отца Айи.

Таких огромных мужчин я никогда в жизни не видела! Он был словно с обложки журнала «Гора мускул и мышц». Да любой бодибилдер обрёл бы кучу комплексов, увидев его!

И да, Айя оказалась права. Орал он так, что я боялась обрушения здания. Дрожало всё. Стены, пол. Я.

Перестал он лишь в тот момент, когда рядом со мной появился горящий павлин. Тут уже начала орать я.

— Да тихо ты! — рыкнула на меня Айя, указывая обеими руками на шокированную силой моих голосовых связок птицу. — Это твой Хранитель!

— Что значит мой?! — пискнула я, скатываясь с кровати и с пола наблюдая за… фениксом.

Он горел. Всполохи огня имитировали оперенье и, если забыть про опасность возникновения пожара, выглядело это очень красиво.

— То и значит, — буркнула Айя, поднимаясь с кровати и обращаясь к отцу. — Разреши представить тебе Констанцию. Законную супругу нынешнего короля эльфов Авиралана Де Льеронса и избранницу богини, что даровала ей Хранителя и помогла перейти грань миров, чтобы занять своё место здесь. Как я объяснила тебе в послании, поняв, что Многоликая благоволит этой девушке, я связала нас кровными узами, нарекая её своей сестрой и твоей дочерью. Я – молодец, — закончила она, опускаясь на кровать. — Молодец. А не всё то, что ты тут перечислял, пугая королеву, — нараспев произнесла она, мотнув головой в мою сторону. — Королеву с Хранителем. Четвертым. Понимаешь? Не отрыжка дракона я, а мо-ло-дец…

— Понимаю, — спокойно отозвался её отец. — Понимаю, что пороть тебя надо было!

— Папа…

— Объяснила она! — вновь начал он повышать голос. — В послании! — достав из кармана сложенный листок, мужчина развернул его и с издёвкой перечитал вслух: — Я жива, но есть проблема! Подчисти за мной у эльфов, уходила в спешке! Вернусь с сестрой-иномирянкой! Не ругайся! Целую!

— Всё чётко и по делу…

— Айя! — взревел её отец так, что я вздрогнула, а феникс грозно зашипел, распахивая крылья. Шумно выдохнув, мужчина повернулся на меня, доброжелательно улыбнувшись: — Тебя здесь никто не обидит. Я сейчас дочь отлуплю, и мы нормально поговорим. Должно быть, ты проголодалась?

— Немного, — нерешительно отозвалась я.

— Да за что?! — с недоумением выкрикнула Айя.

— За побег, за нарушение всех правил, за то, что незаконно прокралась к эльфам, за…

— К эльфам меня она привела! — не дала Айя отца перечислять дальше. — Совершенно законно.

— В виде кого?

— Цербера, — пискнула я, так как вопрос был обращён в мой адрес. — Очень хорошего. Реалистичного. Грызла всё…

— Ссалась, — с издёвкой продолжил он за меня. — Говно жрала.

— Ну нет! — скривилась Айя.

— Значит не настолько реалистично всё было, — откровенно ухмыльнувшись, мужчина вновь обратился ко мне: — Скажи честно, что такого произошло, что она поделилась с тобой кровью? Ты была ранена? Умирала? А до этого спасла её? Что?

— Второй раз, кажется, да. Я умирала, — нерешительно начала я говорить, пытаясь посмотреть на Айю, но её отец шагнул в сторону, закрыв мне обзор.

— А первый?

— Первый, — переглянувшись с фениксом, я прошептала: — В библиотеке прочитать ничего не могла. Вот и…

— Я уже тогда знала, что она избрана четвертым Хранителем! — заверещала Айя, как и я замечая, что отец начал снимать ремень.

— Ну разумеется, — протянул он, брякнув пряжкой и продолжая извлечение.

Что-то пискнув, расправы над собой Айя ждать не стала. Секунда – и вместо неё на кровати уже сидела волчица. Ещё мгновение – и я заметила лишь мелькнувший в дверном проёме кончик серого хвоста.

— Никакого уважения к старшим, — покачав головой, он усмехнулся, откладывая ремень в сторону. — Сам виноват. Разбаловал.

— Угу, — тихо согласилась с ним, не в силах оторвать взгляд от ремня.

— А теперь давай поговорим серьёзно, Констанция, — грузно присев на кровать и заставив её жалобно затрещать, мужчина поморщился от звука. — Хочу заранее тебя попросить, — обратился он ко мне с исключительной серьёзностью в голосе. — Если кровать рухнет, и я позорно развалюсь на полу – мы оставим это в тайне. Правитель, как-никак. Статус обязывает без вот таких вот… историй в массы.

Не успел он договорить, как кровать развалилась, не выдержав веса мужчины. Смеялась ли я? Ещё как. Хоть и пыталась замаскировать смех кашлем. Но, как он и просил, история о том, как правитель метаморфов барахтался на спине, пытаясь перевернуться, за пределы этой комнаты никогда не выйдет. Как и многое из того, что мы обсуждали позже.

Говорили мы действительно долго. Я подробно отвечала на вопросы, рассказывая кто я и откуда. Всё, что помнила, разумеется. Отец Айи лишь кивал, внимательно слушая мои слова.

Затем настала моя очередь задавать вопросы. И самое прекрасное – ничего утаивать он от меня не стал.

Начиная от того, что Айя действительно со мной побраталась, если можно так перевести. Только в магическом плане. Так что, я теперь почти метаморф. Менять внешность как они не могу, конечно, но по праву крови я теперь младшая дочь правителя. Что мне делать с этим статусом, я понятия не имела. Кайл, как представился мне отец Айи, сказал: просто жить. Желательно счастливо.

Меня это устраивало. Ведь я знала, для чего именно оказалась здесь и кого должна встретить… правда, делиться этим с Кайлом я не стала, оставив самое сокровенное при себе.

Он мне рассказал про поселение, про метаморфов, про простой и уединённый уклад их жизни с неизбежными и очень осторожными вылазками в мир… разумеется, я не удержалась от вопроса, зачем они когда-то исчезли.

И получила ответ.

— Люди так устроены, что привыкли уничтожать то, чего не понимают и то, что их пугает, — отец Айи грустно улыбнулся. — Мы и то, и другое. Конечно, человеческие народы сами по себе не представляли угрозу. Но сомнения – удивительная гниль. Она постепенно заражает разум, отравляя чувства. И вот, уже драконы смотрят на нас, как на угрозу. За ними и гномы. Эльфы, — он пожал плечами. — Мы просто ушли, решив, что гораздо лучше умереть для всех так, чем лечь костьми на землю на самом деле.

Смысл в его словах был. Кайл в принципе мне показался на редкость мудрым и справедливым мужчиной. А ещё он до безумия любил свою дочь. Побег Айи мы тоже обсудили.

Всё оказалось ужасно банально. В силу возраста (сто пятьдесят – совсем ещё дитя… ага…) Айя желала доказать, что… да кто же её знает! Самостоятельность, наверное. Что тоже чего-то стоит.

И решила выполнить невыполнимое. Пробраться к эльфам.

Как я поняла, на территории дворца стояла древняя защита. Никто из метаморфов не мог войти без приглашения. Айя решила схитрить и прикинуться цербером. Кайл наблюдал за ней, выжидая момент, когда она сама поймёт, что ничего не выйдет. Даже речь подготовил. Которая не пригодилась.

Своим упорством Айя переплюнула отца. Она подстроила всё так, что попалась ловцам. И, сидя в клетке, стойко изображала церберское отчаяние, ожидая, когда её отправят во дворец, к другим полуразумным хищникам, что сторожили конюшни и прочие уличные помещения.

И скорее всего, у неё бы получилось оказаться у дворца, подслушивая всё при помощи церберских навыков. Если бы не я.

Впрочем, моё появление сыграло на руку нам обеим. Ведь то, к чему нас привело знакомство, лично меня более чем устраивало.

За исключением пары нюансов.

Первый – сколько я не бродила по поселению, сколько бы не всматривалась в лица метаморфов, встретить Его не получалось. Две недели безрезультатных поисков.

И второй – почти каждую ночь мне снился Авиралан. И эти сновидения были далеки от невинных.

Вот и сегодня, проснувшись от пристального взгляда своего феникса, я прокручивала в мыслях очередной сон и череду бессовестных поцелуев с Авираланом.

— Ничего, сегодня я его обязательно встречу, — пообещала я фениксу, вставая с кровати. — И только он будет мне сниться. А не всякие там принцы, которые даже подмену жены не заметили!

Как-то я мимолётно поинтересовалась у Кайла, про обстановку во дворце эльфов. Прикрылась переживаниями за Айю. Всё же, её побег мне Авиралан обосновал несколько… неверно. Ушла она порталом. А следы за ней а расстоянии чистили метаморфы.

— Если хочешь, я организую тебе встречу с супругом, — с улыбкой ответил мне Кайл. — Просто попроси.

Услышав такое, больше я эту тему не поднимала.

— Нужен он мне, как корове пятая нога, — фыркнула я, вспомнив ехидное выражение лица отца Айи. — Скоро у меня будет настоящий муж. И знаешь, — я обернулась на скептично смотрящего в мою сторону феникса. — Кажется я поняла, почему мой муж не ревнует к Авиралану. Нельзя ревновать к тому, чего не было. А у нас с ушастым ничего не было. Вообще.

И клянусь, я отчётливо увидела, как птица закатила глаза.