Глава 12

Чинига

С хрустом потянулась, разминая конечности. Пахло едой, значит, надо выходить из уютного приюта. Вылезла из стога и с удивлением обнаружила кольцо охраны и даже трёх мужчин: Антара, Шекира, Вульгата.

— Что надо? — буркнула я. Мало ли, что у них на уме. У Антара были перевязаны тканью руки, подрался, что ли?

— Чинига, мне нужно кое-что тебе сказать, — орк вскочил с ковра, на котором они сидели.

— Держись от меня подальше! Ясно? — я отступила и схватилась за пояс, где висели кинжалы. Надо бы ещё с подаренным кнутом разобраться, смогу ли я им пользоваться.

Вернее, я могу пользоваться обыкновенным кнутом, но насчет семихвостки не была уверена. Покопавшись в сумке, вытащила подарок, демонстративно закрепила его на поясе и с вызовом посмотрела на всех. Больше я себя в обиду не дам, не позволю даже приблизится. Шекир и Вульгат смотрели на меня с сожалением, словно просили извинений. Антар побледнел, это было заметно даже под зелёной кожей.

Прошла мимо них, раздвинув охрану, которая шарахнулась от меня в разные стороны. Надо поесть, важные решения не принимаются натощак, когда голова не о том думает. Вздохнула и пошла в центр стойбища, где уже накрывали столы.

— Ваше высочество, подавать еду? — подскочил ко мне распорядитель. Я окинула столы взглядом: ещё никто не сел. Кивнула, направляясь к месту, где располагалась вчера. Села и, как только подали первое блюдо, начала есть. Навес наполнялся тихими разговорами и звоном посуды. Искоса бросив взгляд, увидела Зарину, Антар за стол не сел, уйдя куда-то за спины сидящих.

Во мне сейчас копилось раздражение, пальцы на руках покалывало. Даже если со мной кто-то говорил, я ничего не слышала, полностью уйдя в свои мысли. Шум воспринимался одним сплошным гулом. А когда раздражение внезапно захотело выплеснуться, я с грохотом поставила кубок на стол.

— Отбор закрыт. Я пришла из другого мира, где все, что имеют член — это товар. Я и там не имела возможности его купить и тут считаю, что он мне не нужен. Сама не знаю, зачем подалась на уговоры, но точно знаю, что ошиблась… Рядом со мной может быть только раб, с ошейником полного подчинения, не более… — я подняла взгляд на притихших мужчин за столом. В самом конце за их спинами стоял шаман, скрюченный старик, он внимательно смотрел на меня, не отрывая взгляда.

Придавая себе смелости, я допила кубок с вином и встала, собрав со стола каравай, кусок копченого мяса, завернула в ткань и, сунув в сумку, развернулась, чтобы уйти.

— Чинига, подожди, если не примешь этих мужей, тебя заставят принять других… — тихо сказала Зарина.

— Пусть попробуют! А через год я вернусь в свой мир, и вам там меня не достать! — кажется, следующий отбор именно в такие сроки нужно устраивать, вот там и посмотрим. А через год боги точно откроют новый путь домой, останется только узнать, когда и где…

— Нельзя судить всех по поступку одного, — встал с места Шекир.

— Я могу забрать тебя в свой мир, ты будешь единственной супругой и хозяйкой целого княжества. Никто и никогда не посмеет посмотреть на тебя косо, не то, что сделать что-то плохое. Пара для дракона священна! — рядом поднялся с места дракон, пришедший из другого мира.

— Ты дракон, вообще не понятно, что ты тут делаешь. Когда-то и в нашем мире вас было много, а потом ведьмы решили, что устали от вашего деспотизма, и теперь там, у нас, матриархат. Всегда мы, орки, были грязью под вашими ногами, что у ведьм, что у вас, драконов, а тут ты, видимо, ради развлечения. Наскучило сидеть в своем мире? Решил на потеху орчанку себе приобрести? — ярость, доставшаяся от предков, взвинтилась настолько, что казалось, даже воздух вокруг меня пропах дымом… или магией?..

Развернувшись, вышла из-под навеса, направляясь к выходу из стойбища.

— Не ходите за ней, — раздался приказ, сухим старческим голосом, — сейчас в ней говорит просыпающийся дар богов. Навредите себе и ей…

Я даже запнулась, оглядываясь в удивлении от слов шамана. Не знаю, что за бред несёт старик, но мне надо убираться отсюда…

За мной, сопя и топая, шел щенок, которого нашел мерзкий гоблин. Хотела было прогнать, шикнула и топнула ногой. Щенок сел и обиженно начал скулить, и я махнула рукой, устанет — сам отвяжется. Дошла до стада буйволиц, присмотрела ту, что можно доить, и, схватив за ухо, запрыгнула на спину. С земли раздался жалобный визг, вздохнула, ребенок просто… Вот только с чего он решил, что я ему мамка? Развернув буйволицу, подхватила за шкирку тушку щенка и уложила себе на колени. С чего бы я такая добрая, а?..

Опять накатила неконтролируемая злость, вот бы сейчас оказаться там, где нет рамок, дикие места, горы, лес, озеро… Залезть бы в пещеру и спрятаться там. Я охотница, прокормлю и себя, и сына. Глянув на щенка, решила — и его тоже!

Буйволица попалась ретивая, неслась так, словно опаздывала на дойку. Впереди нас появилось странное серое полотно, но остановить животное я уже не могла. Мы резко влетели в пятно, и вот тут она сама остановилась, правда, по шею в воде… Мчалась так, что только так и смогла замедлиться.

Дернула ее за ухо, разворачивая к берегу. Ну, и где мы?..

Выбравшись на берег, я огляделась: с одного бока нас окружали горы, с другого раскинулся лес, за спиной светлело озеро. Странное совпадение с моими желаниями, но я резко почувствовала усталость, словно из меня выкачали все силы. Спрыгнув с животины, сняла щенка и стреножила буйволицу. Мне срочно требовалось отдохнуть, холодный пот выступил на лбу. Чувствовала себя не очень хорошо…

Невдалеке виднелась пещера, мне кажется, достаточно большая, чтобы вместить нас. Надо мной внезапно сверкнула молния и раздался далёкий гром, отдавшийся эхом в горах. Небо начало заволакивать тучами, и порыв ветра чуть не свалил с ног. Поспешила в уже близкую к нам пещеру, ведя буйволицу за рог, щенок бодро бежал рядом. Едва мы ступили под своды горы, стеной хлынул дождь, буквально полностью закрыв вид. Отпустила животину, та сама пошла вглубь, прячась от воды и раскатов грома. Щенок бесстрашно прижимался к моим ногам. Нащупала у себя на поясе огниво, а под ногой хрустнула ветка, которую я подняла и чиркнула огнивом. Ветка была хорошая, сухая, сразу занялась и слегка осветила наше убежище.

Так, и что у нас тут? Несколько каменных ниш, проходов дальше нет, но есть щель, туда, наверное, даже можно втиснуться в случае чего. У дальней стены куча листвы и веток, видимо, ветром нанесло. Хорошо, будет чем развести костер, если дождь затянется. Костей или иных останков не видно, значит, пещера не служит пристанищем крупной живности.

Неожиданно зевнула, накатила странная слабость… Стянув с плеч плащ, пошла к куче листвы, буквально рухнула на нее и тут же впала в сонное оцепенение. Сколько проспала, не знаю, но дождь успел кончиться.

У входа в пещеру кто-то громко топтался, если это хищник, то ведёт себя странно. С трудом преодолев сонливость, я протерла глаза. Буйволица забилась в самый дальний угол, но то ли я не слышала, как она мычит, то ли она со страху забыла, как это делается. Свет с поляны загораживала большая голова зверя, это ещё кто? Похож на степных ящериц, но те размером с палец, а тут громадина.

Агрессии зверюга не показывала, просто топала, сопела… Он что, привлекает мое внимание? Разумное?

Чтобы проверить догадку, я встала, зверь тут же успокоился, и голова из пещеры пропала. Хотя при желании, наверное, смог бы войти… Голова пропала, чтобы появиться, держа в пасти тушу огромного лося. Аккуратно положил и, подтолкнув носом, посмотрел на меня.

— Это мне? — удивилась я. Что с таким количеством мяса делать? Хотя, если засолить и оставить сушиться… Да и шкура пригодится, мир странный все же… Вздохнув, решительно пошла на выход.

— Отходи, буйволица тебя боится, а ей надо пастись.

Зверюга спокойно сдвинулся в сторону, открывая просвет, а затем, подпрыгнув, скрылся где-то. Зацепив трясущуюся буйволицу, я повела ее на выход, хлопнула по спине, прогоняя на выпас.

Щенок, осмелев, выскочил на свет и помчался пить. Полакав с жадностью воду, направился к буйволице. Видимо, собрался ее пасти… Я, вытащив два кинжала, проверила на остроту и вернулась к туше. Шкуру снимать не пришлось, туша представляла собой кусок мяса, просто была завернута в нее. Мне осталось только избавиться от копыт, головы, это вот точно не съедобно. Шкуру вытащила и разложила на ближайшем камне, завтра можно будет подчистить остатки мяса, жил и чуть травкой специальной натереть. Чтобы не засохла, а была мягкой и податливой.

Правильными движениями, отточенными годами, я разделывала мясо, вспоров брюхо. Печень и сердце уже сегодня съем, сразу отрезала кусок мяса, кидая в рот. Вкусно…

Вытащив требуху и остатки, я подняла голову: над пещерой удобно расположилась большая ящерица.

— Можешь забрать это? Выбросить подальше, а то завтра вонять на всю округу будет, — ящер кивнул мне головой, точно разумный, и, спрыгнув с козырька пещеры, подхватил в пасть остатки лося, после чего легко взлетел. Я так и осталась с открытым ртом, он ещё и летает?

Так, теперь стоит понять, коптить или вялить мясо? И соли у меня мало… Ладно, сейчас соображу, для начала надо костер развести, пожарить немного мяса и поесть.

С этим я быстро справилась, благо, хвороста вокруг было немерено, и, нанизав на палочки мясо, принялась жарить его. Сгореть оно не сгорит, ведь я знала хитрость: вокруг камня уложила хворост, он греет камень и одновременно обжаривается мясо. Надо только переворачивать вовремя. Отрезав хороший кусок с ребром, отнесла щенку, он с недоверием отнёсся к этому.

— Ешь, я разрешаю, — подтолкнула ему кость. Обнюхав ее, с ворчанием вгрызся в подачку.

Над лесом пролетел ящер. Ишь ретивый какой, покачала я головой. Ладно, в хозяйстве пригодится. Сейчас поем и буду думать, где взять глины на обмазку очага и коптильни.