Глава 17

Зарина

Материнское сердце разрывалось. Но она должна была это сделать. Не отплатить за открытое и прилюдное неуважение было нельзя, иначе огненный нрав Антара окончательно вышел бы из-под контроля, почувствуй он безнаказанность за подобное. Мальчик должен уметь держать себя в руках, а три удара плетью отлично напомнят ему, кто тут главный и как нужно вести себя с матерью.

И всё же у неё болела душа за своего первенца. Как же ревность влияет на его поведение, уму непостижимо! Впрочем, Зарина и раньше замечала за ним подобное. Антар никогда не любил делиться, всегда был собственником. А тут женщина, ещё и беременная его сыном. Страшно представить, как бы Антар себя вёл, носи Чинига под сердцем дочь. Всё было бы ещё хуже.

Выбор наказания дался Зарине нелегко. Она постаралась смягчить его, но заставить себя осуществить его не могла. Она даже решила не смотреть, боясь, что решит остановить руку мужа. Конечно, жестоко было просить исполнить наказание Харгрока, однако она надеялась, что сделала верный выбор. Отец не будет бить своего сына слишком сильно.

Пытаясь успокоиться, Зарина приказала принести травяной настой и наполнить купальню. Но так в неё и не ступила. Постояла у кромки воды и вышла обратно в покои, где тоже не находила себе места. Сердце гулким стуком отдавалось в ушах, потому она не сразу поняла, что с улицы доносится какой-то шум.

Прислушалась внимательней и направилась к окну посмотреть. Но не успела подойти к нему, как чётко различила высокий звук хлыста. Бросившись к стеклу, Зарина с ужасом поняла, что происходит совершенно не то, что должно было. Из окна правительницы была отлично видна площадь перед замком, и на ней возвышался поднятый столб для наказаний, к которому был привязан…

— Антар?!

Орк стоял лицом к столбу, его руки были связаны и подняты вверх, торс оголён, на нём уже виднелся один длинный кровавый след. А толпа вокруг него улюлюкала и потешалась.

— Харгрок! Что ты творишь?! — крикнула Зарина и бросилась прочь из покоев, чтобы остановить этот бесчинство.

Про себя она всё думала и никак не могла понять, почему муж так поступил с их любимым сыном. А заодно заранее придумывала Харгроку подходящую кару за неповиновение её словам. Но к тому моменту, как Зарина выбежала из замка, всё уже было кончено, зрители стали расходиться, руки Антара развязали, и он стоял на коленях у столба, рядом с мукой на лице застыл первый муж, а по ступенькам поднимался лекарь.

Заставив себя сбавить скорость, Зарина подошла ближе, отчаянно стараясь не заплакать, и с ужасом насчитала на спине сына целых пять следов от плети. Предательство сразу двух главных мужчин в её жизни — Антара и Харгрока — не укладывалось в её голове.

Зарина поднялась на помост, стараясь не смотреть на сына, и подошла вплотную к мужу, зарычав на него так, чтобы никто больше не услышав:

— Как ты посмел?! Я приказала три удара! И на заднем дворе!

Тот посмотрел на неё непонимающе. Нахмурился.

— Я сделал всё, что ты велела. Слово в слово, как передал слуга. Ещё и… — он сглотнул, начиная догадываться, — удивился такой жестокости…

— Повтори! — рыкнула она, заставив Харгрока отступить на шаг и сжаться.

— Слуга передал твою волю, я следовал сказанному… — бледнея на глазах, выдавил из себя орк.

— Слуга! — взвыла Зарина и, развернувшись, умчалась обратно в замок. — Найти подлеца! Привести ко мне! — раздавала на ходу указания.

Она сразу поверила в слова мужа. Ну не мог он так поступить, не мог предать, только не он! На душе полегчало, но сердце болело за то, что пришлось пережить Антару. Одно дело получить удары плетью, другое — прилюдное унижение. Это, да еще на фоне его поступка с Чинигой, из-за которого она заявила об окончании отбора, очень ослабит его репутацию среди подданных. Какой он после этого принц, если целая толпа видела, как его избивает собственный отец?

Зарина готова была растерзать любого, кто попадётся ей сейчас под руку. Она хотела побыстрее попасть в свои покои, чтобы не убить никого случайно, мимоходом. Всю свою злость она собиралась выплеснуть за нерадивого слугу, который, судя по всему, решил… А что решил? Поиграть с властью? Думал, она не узнает или не накажет его за подобную вольность? Не мог же он перепутать!

Зарина собиралась с пристрастием допросить слугу, но когда увидела его, ярость взяла своё. Этот гад спокойно стоял, подпирая стенку, и потирал лицо.

— Ты! — взревела она.

Гоблин поднял на Зарину мутный, словно пьяный взгляд, и медленно, непонимающе моргнул. Ей сразу стало понятно, что произошло: слуга выпил для храбрости, боясь сказать Харгроку, что тому придётся избить сына, и по пьяни всё попутал.

Ярость взвилась в её душе с новой силой. Схватив гоблина за шею, Зарина сжала её и мотнула его из стороны в сторону. Гоблин захрипел и схватился за её руки своими, даже начал царапаться, но взбешённая королева не ощутила боли. Несколько раз она ударила затылком слуги о стену, затем зарычала и вцепилась ему в горло зубами, вырвав гортань. Голова несчастного запрокинулась и осталась болтаться на спине.

Только ощутив во рту вкус чужой крови, Зарина начала успокаиваться. Но стоило вспомнить, что из-за этого гоблина пришлось пережить её любимому сыну, первенцу, принцу, как ярость захлестнула с новой силой. Резким ударом Зарина вонзила когти в грудь слуги, ломая бездыханному трупу рёбра. Её ладонь привычно нащупала то, что она искала — сердце мерзкого гада. Вырвав его из тела, она с жадностью впилась в плоть зубами и стала проглатывать куски, не жуя. Зарина испытывала при этом невероятное удовольствие от отмщения, не обратив внимания на несколько вскриков ужаса других слуг, случайно заметивших происходящее.

Расправившись с сердцем, она достала короткий нож из ножен на поясе и подхватила голову убитого, двумя выверенными движениями отрезая ему уши и уже представляя, какое место они займут в её знаменитом ожерелье. Бросив тело на пол, где растекалась огромная лужа крови, Зарина вальяжной походкой, тяжело дыша, направилась к себе в покои, вход в которые был совсем рядом, в нескольких шагах. Там она опустилась в ближайшее кресло и некоторое время просто сидела, пытаясь отдышаться и облизываясь, смакуя вкус крови врага.

Давно она не испытывала подобное. После переезда в стойбище к первому мужу привычки племени, в котором она родилась, отошли на второй план. Ей пришлось привыкать к новой пище, чтобы излишне не пугать подданных, хотя они и без того боялись её, как огня. Ещё бы — людоедка! Если поначалу ещё не все знали, что это значит, то вскоре слухи распространились. Причём каждый следующий слух оказывался страшнее предыдущего.

Помимо приписываемых разнообразных пыток, жестокости и страшных ритуалов говорили, что людоеды не ели нормальной еды, употребляли в пищу только тела убитых врагов. И это было правдой. Потому Зарине пришлось нелегко, когда она начинала есть мясо птицы и животных. Но она справилась ради мужа и будущих детей. Вскоре появились ещё шесть мужей и гарем, которые потакали всем её пожеланиям, некоторые даже приносили мясо убитых в сражении врагов, особенно она ценила сердца. Но теперь это было для Зарины скорее деликатесом.

И вот она сидела в кресле, измазанная кровью гоблина, сжимая его уши в руках, и наслаждалась приятной тяжестью в желудке. Расправа над предателем помогла унять гнев, вот только репутацию сына это не вернёт. Вздохнув, Зарина отправилась искупаться. Ещё долго она сидела в кровавой воде, пока Харгрок не осмелился прийти и узнать, как у неё дела.

На удивление, королева не сорвалась на него. За время своих размышлений она поняла, что муж по-прежнему был ей предан. Он очень не хотел исполнять приказ, но не посмел перечить ему, избив собственного сына на глазах толпы лишь потому, что жена так велела. У Зарины словно проснулись новые чувства к нему, и они разгорелись с новой силой.

Выйдя из воды, она, не обтираясь, толкнула Харгрока на кровать и оседлала. Орк уже привык к кровожадности своей избранницы, поэтому быстро возбудился. Он хотел взять инициативу на себя, но понял, что Зарине сейчас нужно подчинение, потому просто лежал и позволял ей двигаться на нём танцем страсти, едва не ломая кости. Рычал, придерживал за ноги и получал удовольствие.

Они не прекратили, даже когда кровать под ними проломилась, и оба упали на пол. Харгрок лишь охнул и сильнее сжал бёдра Зарины, входя как можно глубже. За годы, проведённые с ней, орк научился сдерживаться, чтобы они поднялись на вершину блаженства вместе, и Зарина это очень ценила. В этот раз вышло так же. Упав мужу на грудь, королева билась в экстазе, сжимая его плечи до кровавых отметин, но это только делало ему приятно.

— Любимая, — прошептал он ей в макушку, — я хочу от тебя ещё детей.

— И я, — выдохнула Зарина, после чего скатилась на бок и удобно устроилась на груди Харгрока. — Ты — лучшее, что было в моей жизни…

Немного помолчав, она добавила:

— Как же так вышло с нашим мальчиком…

Чинига

Страха я не испытывала… Нет, скорее нетерпение покончить с этим балаганом и начать спокойную жизнь. Суетно… устала…

Мужчины вели меня сразу к стойбищу, тянув за рога буйволицу. Та послушно шла… Я ехала с прямой спиной, ловя на себе удивленные взгляды, и собирала копившуюся за нами толпу. Дойдя до помоста, я дернула буйволицу, останавливая ее. От ворот замка навстречу мне шла Зарина в сопровождении охраны. Я села на трон, на этот раз выглядящий как кресло, Горран и Шекир встали за моей спиной. Шустрый гоблин-слуга принес кубок с вином.

— Чинига, я рада твоему возвращению, — произнесла Зарина, голос ее звучал глухо. Я обернулась посмотреть на нее, она взошла на помост и села рядом на второе кресло. Выглядела она явно плохо: синие круги под глазами и осунувшееся лицо.

— Я еще не знаю, рада я или нет, посмотрим. Благодаря им я вернулась… — кивнула себе за плечо.

— И я им за это благодарна. Надеюсь, вернулась с хорошими новостями?

— Этого я тоже пока не знаю, но отбору быть. Сегодня успеем устроить скачки?

— Конечно, — Зарина махнула рукой в сторону распорядителя, он поклонился и исчез в толпе.

— Пока идут приготовления, я хочу увидеться с шаманом, где его юрта?

— Тебя проводят к нему, — она явно что-то хотела спросить, но не решалась. Странно, такая великая и смелая воительница… Ладно, потом, отмахнулась от мыслей я.

— Чинига, ты позволишь тебя сопровождать? — я едва начала подниматься с кресла, как рядом встали Шекир и Горран.

— Идите, — почему-то была уверенность, что пока эти двое рядом, проблем у меня будет меньше.

Мы пошли сквозь толпу, которая расступалась перед нами, впереди шёл слуга, показывая нам дорогу. Пришлось идти вокруг замка, за которым виднелся лес. Вот у его кромки и стояла юрта шамана, а рядом паслось две буйволицы. Словно зная, что мы рядом, из юрты вышел старик шаман, откинув ткань, закрывающую дверной проем.

— Проходи, дитя, — махнул он мне приглашающе. Спокойно шагнула внутрь, мужчины остались за порогом.

— Присаживайся, — он сам сел на топчан, мне указал на табурет, — спрашивай.

— Как сделать так, чтобы мужчины и без рабского ошейника не смогли причинить вред?

— Ритуал братания после того, как ты определишься с выбором. Они будут чувствовать твои самые сильные эмоции и мысли друг друга. Это означает, если ты внезапно испытаешь страх или боль, все, кто будет рядом, прибегут на помощь. Соответственно, если кто-то из них вздумает обидеть тебя, знать об этом будут все, — он набил трубку табаком и, раскурив ее, смотрел на меня изучающе.

— А если сговор? Я жила при дворе у королевы, там постоянно плелись интриги, сговоры, распри…

— Такого не будет, невозможно всем сразу желать тебе зла. Да и боги за этим строго смотрят, ведь они, по сути, дают свое благословение. Ты не должна боятся, страх убивает веру!

— Веру во что? — удивленно смотрела на него.

— В себя! Разве ты не достойна быть счастливой? Разве ты не мечтала быть рядом с любимыми мужчинами и нарожать кучу ребятишек?

— Мечтала и до сих пор мечтаю, поэтому я тут. Антар, он… — я замялась, не понимая, как сказать о его поступке.

— Я знаю, но это не в его характере, могу сказать, что просто случайность. Его дар огненный, и еще не было ритуала братания, что могло бы сгладить его ревность. Он отец твоего первенца, подумай о том, чтобы если не простить, то хотя бы для начала дать себе возможность его узнать. Как мужа, друга…

— Не могу обещать, что приму как мужа, но разрешу быть рядом, — я решила согласиться.

— Это правильно, да и тем более тебе больше нечего опасаться, ты не одна. Еще два мужа, — старик усмехнулся, рассматривая меня, или что-то в глубине меня, — они точно не дадут тебя в обиду. Не сомневайся в принятом тобой решении. Твоя жизнь уже не будет прежней, она будет такой, какой захочешь ты сама! — он, вздохнув, вытряхнул пепел из трубки и улегся на топчан. 1439f7c

— Благодарю, — поднялась я на выход, но шаман не ответил, словно дремал.

Я вышла из юрты и пошла обратно, обдумывая его слова. Что мешает мне начать тут новую жизнь? Сомнения? Тогда прочь их…

Едва мы вернулись в стойбище, как подскочивший к нам распорядитель сообщил:

— Леди Чинига, все к состязанию готово, прошу за мной, — он кланялся и указывал куда-то в поле.

Проследовав за ним, мы взошли на большую лестницу, садясь как бы на возвышении. Перед нами было поле, стадо буйволов, а также ограждение сетью и веревками. Довольно высокое, чтобы козы не перепрыгнули. Едва я села, на возвышении появилась Зарина, мужья сели у моих ног. Кандидаты в гарем стояли толпой у края поля.

— Тебе надо дать разрешение, — сказала Зарина.

— Вперед! — гаркнула я вниз, стукнув по подлокотнику кулаком.

Мужчины радостно загомонили и бегом рванули к ожидавшим их буйволам.