ГЛАВА 10

Зелла – Как вы планируте провести сегодняшний день, дети? – ласково спросила свекровь. Меня уже пугала ее необычная разговорчивость. – Разумеется, в кругу семьи, матушка, – добродушно ответил мой муженек. Иногда я смотрела на него, и видела, словно лучи Гелло преломляются, превращая его миловидное лицо в уродливую маску. Впрочем, это наверняка от моего дурного самочувствия. Сегодня мне указали на него столько раз, что я сама уже начинала беспокоиться. Вместе с тем, меня начинало раздражать все вокруг. Хотелось спрятаться в своей комнате и привязать себя к кровати, чтобы снова не побежать к проклятому Лаэрту. От меня же требовалось мило улыбаться и общаться со свекрами. Внезапно в голову пришло гениальное решение. Сказаться больной. – Знаете, я бы, если вы не возражаете, отлежалась на своей половине, очень уж плохо себя чувствую. Думаю вы, метрис Телеро, меня поймете. Я заговорщицки посмотрела на свекровь, надеясь, что она подумает то что мне надо. однако она все совсем не так поняла. – Ах, неужели! – воскликнула эта недогадливая женщина. – Ты хочешь сказать, что Ларри скоро станет папочкой? Муж завел глаза к потолку. – В том то и дело, что нет, – я потупила взгляд, – но мне лучше полежать. – Ой, вот ты о чем, – смутилась свекровь, – да, конечно, не надо себя мучить. Используя этот благовидный предлог, я радостно собралась в свои покои, рассчитывая отлежаться там ближайшую пару дней. Но долго скрываться мне не пришлось. Подремав какое-то время, я была разбужена стуком в дверь. – Зелла, открой! – велел мне голос Лаэрта. Я вынуждена была послушаться. Муж проскользнул внутрь и закрыл засов. – Мне нужно с тобой серьезно поговорить, – заявил он, – мои родители в гостевом флигеле. Они нас не потревожат. Ты правда плохо себя чувствуешь? – Ну, несколько преувеличиваю, – призналась я, – просто не хочется ни с кем болтать. Даже с чудесными родителями моего прекрасного мужа. – Зелла, – Лаэрт забегал вдруг по моей спальне, хватаясь за голову. Я почувствовала беспокойство. Затем муж вдруг опустился передо мной на колени и взял мои руки в свои. – Меня беспокоит твое самочувствие, правда. Мне кажется, это хандра, которая возникла из-за необходимости запирать свое отношение к происходящему глубоко внутри. И я прошу у тебя прощения за то, что тебе приходится это переживать сейчас… но наши с тобой дела становятся все печальнее. – Что случилось, милый? – испугалась я по-настоящему. – Отец требует подтверждения консумации нашего брака, – сообщил Лаэрт. – Да как же это? – возмутилась я. – Ты сама виновата, любовь моя, – пожал плечами муж, – зачем было трепаться о таких интимных вещах Хьюго, который мечтает нас с тобой развести? “Чтобы подать сигнал бедствия!” – подумала я. – Он, разумеется, сообщил эту радостную для него весть моему отцу. И тот в ярости. Он не потерпит обмана, понимаешь? Если ты не забеременеешь в течение трех месяцев, тебя подвергнут магической проверке. Чтобы выяснить, невинна ли ты. – Какой ужас! – не сдержалась я. – Такой стыд. – Именно. И если выяснится, что ты мне не жена в полном смысле этого понятия, я пропал, дорогая. А я не хочу пропадать, понимаешь? И не уступлю то, что мне принадлежит по праву, Хью. В том числе тебя. – Меня? – не поняла я. – Именно. Если этот поганец сможет нас развести, он начнет на тебя претендовать. А как ты думаешь, слишком ли твои бедные родители будут возражать? Ведь к тому времени репутация твоя будет несколько подпорчена. И ты отправишься уже в постель к моему кузену на законном основании. А он, лисичка моя, не будет столь терпелив, как я. Это Лаэрт терпелив? – Да, я терпелив, – ответил он моим мыслям, – не взял своего, хотя ты мне сама бы отдалась, попроси я это сделать. И знаешь, я намерен попросить, Зелла. Я попятилась, будто мне было куда убегать с собственной постели. – Не бойся, я не накинусь на тебя прямо сейчас, дождемся отъезда моих родителей, дорогая, чтобы предаться страсти. Прежде чем меня ненавидеть, выслушай. Я предлагаю тебе сделку. Ты проведешь со мной ночь, как моя жена. А на утро я сниму заклятие. Я молчала. – Конечно, ты думаешь, что я не сдержу свое обещание. Но у тебя нет выбора, лисичка. Однако, после того, как это случится, ты еще неделю проживешь со мной уже без заклятия, по своей воле. И мы попробуем начать все заново. Если после этого ты решишь со мной расстаться, что ж, так тому и быть. Но сперва ты должна стать моей. Ох, сколько чувств бурлило в моей груди, когда я слушала Лаэрта. Конечно, я не хотела идти на эту сделку. Очень надеялась на профессора Ботлера и его прозорливость. Но что, если он мне не поможет? – Не сомневайся, со мной тебе будет хорошо, это то, о чем ты мечтала все эти годы. И я тебя не обижу. И не собираюсь брать тебя силой, запомни. Он перевернул мою руку ладонью вверх и поцеловал ближе к запястью. По коже пошло тепло. – И еще раз прости, что я взял тебя в заложницы, Зелла. Я очень сожалею и надеюсь когда-нибудь искупить свою вину. А теперь оставлю тебя подумать над моим предложением, отдыхай. Лаэрт вышел, а я вскочила и заперла за ним. Потом опустилась на кровать чувствуя, как сильно бьется мое сердце. Едва моя щека коснулась подушки, я услышала звук, похожий на зуд, и не сразу поняла, что это. А потом раздалось легкое постукивание, словно из верхнего ящика пытается выбраться маленький зверек. Что у меня там? Магическое зеркало! Рывком поднявшись, так что голова закружилась, я резко потянула на себя ящичек, так что он вывалился на колени, схватила зеркало. Оно горело ярко-синим. Металлический, неживой голос тихо произнес: – С вами хочет связаться профессор Ажеборн Ботлер. Ответить? – Да! – крикнула я, чувствуя прилив сил. 10.2 В зеркале появилась мужская спина. Точнее, то что находится ниже нее. Очень хорошо, что в одежде, в бархатных темно-синих брюках. Задняя часть человека, предположительно, профессора Ажеборна Ботлера, торчала из-под кровати и ерзала так, будто ее обладатель застрял и не может выбраться. – Профессор? – неуверенно позвала я, чуть не расплющив нос о зеркальную поверхность. Глухой стук. Кажется, это мой необычный собеседник пытался поднять голову, забыв, что она под кроватью. Мужчина выругался, его голос звучал неразборчиво, но о смысле слов я догадалась. Наконец, он выполз из-под кровати и встал. Так что я видела теперь только застежку на камзоле. Затем мужчина взял зеркало в руку и извинился: – Простите, метрис, я уронил свой браслет с магическими камнями как раз, когда связывался с вами. Ажеборн Ботлер оказался мужчиной лет шестидесяти, с пронзительными черными глазами и совершенно седыми волосами, собранными в хвост. Лицо тщательно выбрито, щеки даже выскоблены. Острый нос напоминало плавник акулы, такой же прямой и хищный. Лоб пересекал ярко-красный шрам. – Ваше сообщение очень странное, – сообщил профессор, – но я понял, что вы жена одного из моих лучших выпускников, Лаэрта Телеро. Как он поживает? – Замечательно, – заверила я Ботлера, – мы живем в особняке, который получили в подарок от лорда-губернатора. Тут очень красиво. – Вы сказали, что слишком любите мужа и хотите об этом поговорить, – вспомнил Ажеборн, – я не очень это понял, но сообщение показалось мне тревожным. Особенно в той части, где вы хвастаете его изменой. – Да разве ж это измена? – с готовностью подхватила я, молясь про себя, что он верно меня поймет. – Так, выражение восхищения женской красотой. Мой муж очень изысканный кавалер, знает как повысить самооценку дамы! Он идеален и я живу ради него. – Так-так-так, – профессор так прильнул к зеркалу, что кончик острого носа слегка расплющился, – кажется я понял, в чем дело. Ну-ка, прекрасная … как ваше имя? – Зелла. – Прекрасная Зелла, повторите за мной: “Мой муж – тиран, который изменяет мне прямо на глазах!” Мои губы словно склеились. А перед этим стали мраморными. – М-м-м, – промычала я. – Мой муж – мерзавец, – повторяйте, – приказывал профессор. – Да как вы смеете! – взвизгнула я. – Просто повторите, слово в слово. Мой муж – ничтожество, недостойное такой красавицы, как я. – Мой муж – прекраснейший из смертных и бессмертных, достойный лучших красавиц всех миров, – простонала я. – И ты сейчас старалась за мной повторять, да? – по-отечески ласково спросил Ботлер. Я кивнула. – Вот же стервец! – воскликнул Ажеборн Ботлер. И в голосе его звучало искреннее восхищение. – Это ведь сложнейшее заклинание, которое работает только у самых сильных магов. – Вы все поняли? – спросила я, все еще не веря, что у меня получилось подать нужный сигнал бедствия. – Да, моя дорогая, все понял. И несмотря на то, что я в какой-то степени горжусь своим талантливым учеником, попадись он мне сейчас, отходил бы его розгами! В общем так, милейшая Зелла, ничего ему не говорите и не уезжайте из поместья. Я приеду к вам в гости, тем более что нахожусь в соседнем от вас королевстве. Называйте адрес. По моим щекам неудержимо потекли слезы. Хлюпая, я продиктовала профессору Ажеборну Ботлеру подробнейший адрес особняка Телеро. Профессор приободрил меня, пообещав приехать как можно скорее. Мы попрощались, я спрятала бесценный подарок родственницы Лаэрта и с облегчением упала на кровать, орошая подушку слезами радости. Я не сомневалась, что строгий и обаятельный профессор сумеет мне помочь и накажет моего вероломного мужа. И тут в окно постучали. Кто бы это мог быть? Птичка прилетела? Мне стало страшно. Как вообще кто-то мог сюда забраться? Но любопытство пересилило. Подойдя к окну, я отдернула занавеску и увидела странное. С улицы махал мне рукой Хьюго. И он просто висел в воздухе, болтая ногами. Приглядевшись, я разглядела за его спиной крылья. Полупрозрачные, явно искусственные. Я такие видела не раз, они пристегиваются к телу ремнями. Но продержаться на них можно не то чтобы слишком долго, они для кратковременных развлекательных полетов. Боясь, что кузен мужа рухнет вниз и разобьется, я поспешно открыла окно. – Зелла! – выдохнул он протягивая руки. – Этот негодяй попытается обесчестить тебя. Идем со мной! Я не успела возразить, а он уже обхватил мою талию, вытягивая меня за собой из комнаты. 10.3 Я хотела закричать, но Хьюго предусмотрительно накрыл мой рот ладонью, да так плотно, что не получилось исхитриться и укусить. Декоративных крылышек хватило, чтобы протащить меня через задний двор и вылететь за ограду, где похититель едва успел спуститься, и действие развлекательной магии закончилось. – Тихо, Зелла, не кричи, – прошептал он мне на ухо, – я действую в твоих интересах. Я кивнула. Что ж, сама я сбежать не могу, так пусть с похищением получится, ведь строго говоря, это не я покидаю мужа! – Пойдем, – скомандовал Хьюго. Но тут его ожидал сюрприз. Я и шагу сделать от особняка не смогла. Голова закружилась и я без сил повалилась, он едва успел меня подхватить. – Да что такое с тобой? – раздосадованно спросил Хью, но послушно понес на руках до кабриолета, стоявшего в кустах. Погрузил внутрь, сел на место водителя и рванул вперед. А я попыталась рвануть наружу, чуть было не вывалившись. Хьюго остановил кабриолет и ошарашенно сказал: – Зелла, я же вижу, что ты сама не рада тому, как проходит твоя жизнь с Лаэртом! Зачем ты рискуешь жизнью? – Я не могу покинуть мужа, убежать от него выше моих сил, – ответила я и вздохнула от облегчения, поняв, что произнесла именно то, что собиралась. – Я понял! – он вдруг хлопнул по лбу ладонью. – Ну, конечно же! Все сходится! Ты несешь этот слюнявый бред о любви, а у самой слезы на глазах. И едва не лишаешься сознания, перешагнув через порог. Точнее, окно. Как я раньше не догадался! А ведь сперва подумал, что ты совсем тупенькая. Это было обидно однако я подождала, пока он закончит мысль. – Этот стервец на тебя заклятье послушания наложил! Можешь ничего не говорить, я все понял. Вот отчего он настолько самоуверен. Хьюго вышел из машины, подошел к пассажирской кабине, открыл. – Прости, дорогая Зелла, но я должен тебя привязать, чтобы ты не угробила себя же. Я кивнула, давая знать, что он все понял верно. В кабриолете были специальные страховочные ремни, которыми он крепко перетянул мои ноги, привязывая их к креплениям сиденья. Оставалось надеяться, что никто сейчас не пройдет мимо и не заметит столь дерзкого похищения при непротивлении жертвы. Хьюго так старался, аж язык высунул. Наконец, надежно меня связав, вернулся за рычаг управления. Ехали мы долго. Магический двигатель работал слишком уж шумно, кабриолет Хьюго не отличался новизной и высоким классом. Так что, поговорить во время пути не вышло. Я поняла, что мы выезжаем за пределы столицы. Дорога стала хуже, кабриолет прыгал по колдобинам. А я чувствовала, как голова кружится, руки и ноги крутит судорогой, и в сердце заползает панический ужас. Увы, магия Лаэрта продолжала действовать, не давая мне удалиться от мужа. Ощущения были отвратительные, казалось, я вот-вот умру. Однако вскоре немного полегчало, острота прошла и я могла осмотреться. Проселочная дорога, кругом низенькие домики. Пафосные столичные особняки остались далеко позади. Кабриолет съехал с главной дороги и принялся петлять по узким улочкам между домами. Что будет, когда меня хватятся? Догадаются ли подозревать Хьюго? И вообще, скоро прибудет профессор Ажеборн Ботлер, вдруг он поможет, а я тут похитилась? Все это вопросы роем кружились в моей голове. Кабриолет остановился у неприметного и немного покосившегося строения. Хьюго вышел и пошире открыл ворота, после чего въехал во двор на кабриолете под ветхий навес. Заглушив машину, помог выбраться и мне, правда, ему долго пришлось возиться с ремнями. Я буквально вывалилась ему в руки. – Кажется, это заклинание тебя сильно мучает, – озабоченно сказал Хью, – надо соображать, как от него избавиться. Но сначала в дом. Он внес меня внутрь одноэтажного домика, внутри которого оказалось чисто и вполне неплохо обставлено. – Это моя загородная резиденция, – усмехнулся он, поймав мой взгляд, – не такая шикарная как у твоих новых родственничков, но зато никто не знает об этом домишке. Значит так, Зелла, я тебе помогу избавиться от муженька. Но в благодарность ты должна выйти за меня. 10.4 Лаэрт Телеро Он решил не беспокоить жену. Дать ей возможность подумать, принять решение. Но все же надеялся, что сегодня же ночью у нее будет очередной приступ влечения к нему. Тогда Зелла придет в спальню и он уже ее уговорит принять его предложение. А пробыв ночь в объятиях Лаэрта Телеро, эта девушка больше ни одного мужчину не захочет. Он будет с ней нежным и страстным, настойчивым и в то же время бережным, как и надлежит быть с девственницей, посвящая ее в жены. Во время ужина он сказал родителям, что Зелла уснула, поскольку ее недомогание дает о себе знать. И подумал что действительно, надо пригласить лекаря. Что-то совсем бедняжка ослабела. Поэтому Лаэрт отдал приказ дворецкому вызвать целителя уже на завтра же, а еще заказать розы. Тысячу штук, чтобы усыпать ими покои прекрасной Зеллы, чьи прелести будоражили воображение молодого мужа. Что еще будет ей приятно? Сладости ручной работы, в красивых коробках? Трогательные мягкие игрушки. Лаэрт твердо намеревался покорить сердце этой неуступчивой и гордой девушки. Ему хотелось увидеть на ее лице настоящую улыбку, а в глазах – сияние истинного чувства. Он был дураком, но ведь любой имеет право на искупление вины, даже завзятый злодей, разве не так? А Лаэрт исправится, это точно. И даже не будет ей изменять. Такой красотке и не захочется быть неверным. Если она согласится каждую ночь быть в его постели. Ночью ему не спалось. Лаэрт прислушивался, не зашуршат ли шаги в коридоре, не скрипнет ли ручка двери. Но было тихо. Только раз прошаркали комнатные туфли, кажется, кого-то из слуг. Его Зелла так тащиться по полу не могла. Время было далеко заполночь, когда Лаэрт не выдержал, поднялся. Накинул халат и проворно добежал до женской половины особняка. Дверь в комнаты Зеллы была заперта. Он прислушался, прижав ухо к замочной скважине, но тщетно. Ни единого звука. Постояв немного, думал уже ее позвать, но не стал. Обещал ведь дать ей принять решение. Раз сдерживает себя, наверняка тоже не спит, размышляет. А может наоборот, замучившись борьбой со своими желаниями, уснула. Пусть отдыхает. Лаэрт нежно улыбнулся и почти беззвучно прошептал: – Я обязательно повинюсь перед тобой. Исправлю все свои ошибки и ты будешь счастлива со мной, Зелла Телера. Успокоив таким образом свою совесть хотя бы на время, Лаэрт вернулся к себе и тогда уже наконец сумел уснуть. Утром Зелла не вышла к завтраку. И слуги тоже ее не видели. Лаэрт заволновался. Да и перед его родителями это уже было невежливо. У отца появились вопросы, правда ли так уж хорошо живется в браке его сыну. Или все же прав Хьюго. Ближе к обеду Эрнан Телеро уже потребовал предъявить ему невестку. Да и лекарь вот-вот должен был подойти. – Подожди, отец, – попросил Лаэрт, – скоро привезут цветы, что я заказал для услады очей любимой женушки. И тогда мы ее выманим из комнаты. – Да ты романтик! – вздохнула мать. – Цветы, это так прекрасно! На том и сошлись. Ближе к полудню действительно во двор особняка въехал фургон, запряженный лошадьми. Он был наполнен свежесрезанными розами. Отборными, алыми. Их аромат тут же заполнил здание. – Открывай, милая! – забарабанил в дверь Лаэрт, в то время как грузчики нетерпеливо мялись позади. – У меня сюрприз для тебя. Но ни единого звука не слышалось из комнат Зеллы. Тогда Лаэрт испугался, что и без того недомогающая жена почувствовала себя хуже и лежит без чувств на полу. Дрожащими руками он достал связку ключей, не сразу подобрал нужный и открыл. Пусто! Только из спальни сквозняком тянет. Вбежав в покои Зеллы, Лаэрт остолбенел. Они были пустыми, а окно широко распахнуто и разбитый цветочный горшок лежит на полу. Зелла исчезла!