ГЛАВА 9

Лаэрт Телеро Они жили в городском особняке уже две недели. После того, как Лаэрт велел жене перестать восхвалять его на каждом шагу, Зелла угомонилась. Он знал, что ей полностью владеет заклинание. Тот разговор в карете все не выходил у него из головы. Лишь сейчас он разглядел Зеллу. Она не имела ничего общего с тем образом, что сложился еще в юности. С сознательного возраста, когда начинается у мальчиков подростковый бунт, Лаэрт воспринимал рыжую заучку как навязанную отцом обузу. И не пытался разглядеть в ней ничего привлекательного, наоборот, с удовольствием выискивал недостатки. А когда начал заводить флирты на стороне, делал это с чувством самооправдания. Разве можно быть верным рыжей скучной мышке, когда рядом столько ярких птичек? Он злился на отца, который решил за него все с самого детства и словно сам на себя насылал слепоту, не давая разглядеть очевидных достоинств будущей жены. А теперь словно пелена с глаз упала. Каждый день Лаэрт искал способ побыть с Зеллой, коснуться ее. Он отчаянно искал в ней отблески той любви, что жила в ней всю ее жизнь. Он жаждал обладать ей с пылом юнца, и все реже думал об Альме. А если и вспоминал, то с жалостью. Бедняжка, так и не узнает любви молодого мужчины до свадьбы с уродливым стариком-бароном. Альма Данли после объявления помолвки вернулась в поместье покойного отца, к вдовствующей матери, которая рассчитывала получить немалую выгоду от брака дочери. До ее отъезда они увидеться так и не успели. Как раз из-за того визита к тетушке Мелли. Но Альма успела отправить ему письмо со словами любви и надеждой на скорую встречу. Лаэрт ловил себя на том, что в откровенных фантазиях, что были связаны у него совсем еще недавно с соблазнительной и дразнящей его кошечкой Альмой Данли, обосновалась рыжая лисичка с чистыми, как горные ручьи, глазами. Ему хотелось ласкать ее, гладить нежную кожу, целовать тонкую шею, согревать своим телом и разжигать в ней ответную страсть. Ему уже самому хотелось расколдовать жену, чтобы спросить, осталась ли в ней хоть капля прежней любви. Но что, если она сразу сбежит или публично его опозорит? Простит ли отец Лаэрту его хитрость? В то же время, с каждым днем Лаэрт увлекался женой все больше. И по прошествии двух недель он принял единственное, на его взгляд, верное решение – расположить ее к себе, убедить в своих чувствах, а потом уж и расколдовать. Проснувшись в своей постели, слишком широкой для него одного, он хорошенько умылся, тщательно выскреб щеки, ни разу не порезавшись опасной бритвой. Принял это за хороший знак, с удовольствием надушился и отправился покорять супругу на женскую половину особняка. Однако Зеллы в ее комнатах не было! – Глория! – позвал Лаэрт горничную, за которой была закреплена эта половина. – Звали, хозяин? – запыхавшаяся служанка с метелкой для пыли вышла из музыкальной гостиной. – Где моя жена? – Она поднялась очень рано, выпила кофею и отправилась в сад, смотреть, как распускаются лепестки цветов, – отчиталась Глория, – а то уж лето заканчивается, когда еще любоваться? – Благодарю, – кивнул Лаэрт, – пойду, составлю ей компанию. И передай там, чтобы сделали нам завтрак на супружеской половине. Да поизысканней. Горничная понимающе улыбнулась. Лаэрт же поспешил в сад, туда где были роскошные клумбы, с розами, тюльпанами, амариллисами. Да и еще Буст знает, с чем. Он вертел головой, пытаясь увидеть жену. Но ее нигде не было. Куда же ее понесло? Лаэрт смекнул, что девица, любящая природные красоты, наверняка отправилась в пруду. Быстрым шагом он проследовал туда, и притормозил только лишь увидев движение между деревьями. Оттуда еще и разговор доносился. – Зелла, я не верю что ты можешь любить этого негодяя! Он ведь открыто изменяет тебе с Альмой. Ты думаешь, она действительно уехала из города? Не сомневайся, эта влюбленная парочка находит время и место для встреч. Лаэрт узнал голос неугомонного Хьюго. Ах он, змей, не прекращает своих интриг! Лаэрту захотелось немедленно ему врезать, но он решил укрыться так, чтобы слышать разговор жены и кузена. Парочка стояла между липами, Лаэрту удалось подобраться незамеченным и укрыться за широким стволом. – Зелла, ты плачешь? – голос Хью стал испуганным. – Я сделал тебе больно. – Нет, Хьюго, не ты, а моя любовь. – К Лаэрту? Мерзавец положил руки на плечи Зеллы, и Лаэрт чуть не зарычал. – Да, – ответила Зелла и всхлипнула. – Бедная, несчастная девочка! Как же тебя угораздило влюбиться в этого недостойного слизняка? – Не говори так! Он самый прекрасный мужчина на свете. Это я… не оправдала его надежд в этой жизни. Не такая, о какой он мечтал. И недостойна ублажить его в постели. Вот ничего себе! Интересно, что она на самом деле хотела сказать, когда выдавала все это, особенно о постели? – Так что же, у вас еще и консумации не было? Тут уж Лаэрт не удержался и выдал себя, выскочил из-за дерева. Но успел увидеть, как Зелла отрицательно мотает головой. – Что ты тут делаешь, кузен? – холодно спросил Лаэрт. – Не пытаешься ли соблазнить мою женушку? – Хм, а это неплохой вариант, коли тебе самому без надобности? – широко улыбнулся Хьюго. Лаэрт кинулся на родственничка, и тот, вспомнив о явном физическом превосходстве кузена, тут же стушевался. Отпустил Зеллу, выставил руки перед собой, отступая. – Ладно, ладно, братец. Я просто зашел навестить вас. Напомнить, что завтра приезжает дядюшка Эрнан с визитом, как и обещал. Вдруг ты забыл. – У меня есть дворецкий и секретарь, которые всегда напомнят и при этом не попытаются увести у меня супругу. Лаэрт подошел к жене, взял ее руку. – Идем домой, дорогая. Хьюго уже собирался обратно в свою каморку. – Увидимся завтра, зайчатки, – вдруг весело подмигнул наглец. И послал воздушный поцелуй Зелле. 9.2 Зелла Каждую ночь, проведенную в своей опочивальне на женской половине особняка, мне приходилось себя удерживать, чтобы не бежать снова и снова к Лаэрту. Я запирала дверь изнутри и прятала ключ, чтобы во сне его не найти. Оплетала щиколотки путами, которые крепким узлом закрепляла на ножках кровати. Просыпалась от того, что упала с ложа и опять ушиблась. На моем теле были синяки, а кожа вокруг щиколоток стерта. Синие круги проявились и под глазами. Я заметила, что теряю вес безо всяких диет. Аппетит ухудшался. Иногда Лаэрт требовал, чтобы я спала в общей опочивальне. И тогда я почти всю ночь не могла сомкнуть глаз, потому что знала – проснусь, крепко обхватив торс мужа и уложив голову на его плечо. Бессонница, дурное настроение и самочувствие. Так складывался мой брак с Лаэртом Телеро. И постоянные приемы, то у нас, то с выездом по гостям. Семейная жизнь сливалась в одну ленту событий. Мои эмоции угасали. Проще всего было сдаться внушенной мне страсти. Что-то внутри головы нашептывало мне: “Прими свое влечение, сделай то, чего хочет твое тело, и станет легче”. Но моя гордость не позволяла сдаться. Я не буду принадлежать этому негодяю! – Что-то молодая жена бледна! – заметила как-то хозяйка одного из приемов. – Уж не ждет ли нас всех скоро новость о пополнении? Так поползли слухи о моей беременности, хоть Лаэрт и пытался указать сплетникам, что мы женаты с ним всего ничего. Я очень надеялась, что Ажеборн Ботлер, вернувшись из своей поездки, верно поймет мое сообщение. Он такой опытный менталист, должен увидеть на мне воздействие коллеги и ученика. В то утро, когда Хьюго подкараулил меня в саду, я не спала почти всю ночь, борясь с желанием бежать к Лаэрту, чтобы спросить, какие у него будут пожелания. Он как-то сказал, что сны – это та свобода, что остается у нас даже под заклятием. Я в это не верила, потому что и в моих грезах был Лаэрт. Поверить в его слова значит принять, будто бы моя любовь к нему жива. А я ненавижу этого предателя, подонка, мерзавца! И только его заклятье заставляет меня видеть сны, после которых я готова мчаться к нему, забыв гордость и стыд. Лаэрт Телеро – мой враг. И я терпеливо жду часа, когда освобожусь от его чар и смогу отомстить. Встреча с Хьюго была неожиданной. Кузен моего мужа улыбался так сочувственно, словно и правда хотел мне помочь. Если бы только найти способ подать сигнал бедствия! И тут мне помог мой измученный организм. Я разревелась, напугав Хью. Он забормотал: – Бедная, несчастная девочка! Как же тебя угораздило влюбиться в этого недостойного слизняка? Я хотела сказать ему: “Ты прав, он недостойный меня предатель, который захотел подчинить мою волю, потому что я застала его за изменой и хотела разорвать помолвку. Но я буду биться до последнего и не дамся этому негодяю. Не допущу нашей близости как мужа и жены!” А получилось у меня: – Не говори так! Он самый прекрасный мужчина на свете. Это я… не оправдала его надежд в этой жизни. Не такая, о какой он мечтал. И недостойна ублажить его в постели. Хьюго вычленил самое главное из моего потока бреда: – Так что же, у вас еще и консумации не было? Я отрицательно помотала головой. Сама не знаю, зачем. Стоило ли признаваться Хьюго в таком интимном моменте? Но я старалась любым способом показать, что наш брак ненастоящий. Меня нельзя считать женой предателя в полном смысле! И тут в наш разговор вмешался Лаэрт. Выскочил как лягушка из пруда и накинулся на родственника с обвинениями. Когда Хьюго удалился, муж сказал: – Что ты пытаешь сделать, Зелла? – Донести окружающим свои истинные чувства, – ответила я. – Уж не буду спрашивать, какие, – буркнул Лаэрт, – вернемся в дом. Действительно, завтра приедут мои родители. Если честно, я совсем об этом забыл. – Если ты не возражаешь, я прилягу немного отдохнуть, – на этот раз я говорила искренне, – что-то голова закружилась и слабость в ногах. Лаэрт встревоженно взглянул мне в лицо. – И ты не притворяешься, – заметил он, – выглядишь так, словно захворала. 9.3 Эрнан Телеро вместе с супругой прибыли на следующий день. Весь особняк, можно сказать, стоял на ушах, перепрыгивая на цыпочки. Сутки мы провели в таком бурном ритме. Дорогих гостей вышли встречать всей толпой. Лорд-губернатор Эрнан Телеро приковывал к себе сразу все взгляды, его супруге почти ничего не доставалось. На эту тихую, спокойную, но кажется, вполне довольную жизнью женщину смотрела я одна. У леди Телеро было сложносоставное имя, и я не раз путалась, когда лорд обращался к ней всеми из них по очереди. Стелла Эвридика Корнелия Ириман ле Телеро отличалась очень ровным характером и была крайне немногословна. Мечта, а не свекровь. Я даже не очень запомнила ее на нашей с Лаэртом свадьбе. Но сейчас она подошла ко мне, обеспокоенно взяла мое лицо обеими ладонями, словно собиралась снять с меня голову и переставить в более спокойное место. – Зелла, деточка, ты выглядишь усталой, и у тебя круги под глазами! Ты нездорова или это мой ненасытный сын тебя так утомляет? И леди Телеро строго посмотрела на Лаэрта. Слуги, что выстроились позади молодого хозяина, смущенно переглянулись. Да уж, муженек постарался, чтобы предположения матери выглядели правдоподобными. – И правда, милая, ты словно на ногах еле держишься! – воскликнул Эрнан Телеро. – Ах, как неудобно! – выдала живущая во мне преданная жена мерзавца-Лаэрта. – Мне очень стыдно, что у вас складывается такое впечатление. Лаэрт чудесный муж и ничем меня не обременяет! Мне все в радость и я сама его утомляю куда больше. Муж улыбнулся, но как-то вымученно. – Мы обязательно с тобой поболтаем, дорогая, как полноправные родственницы, – заявила Стелла Телеро, – но сначала отдохнем с дороги. – Вас отведут в приготовленные комнаты, – оживился Лаэрт, понимая, что получает передышку от объяснений с родителями. Когда их уводили слуги, мать мужа успела бросить на меня еще один встревоженный взгляд. Тьма мне на макушку, неужели я и правда настолько плохо выгляжу? Брак с Лаэртом такими темпами меня доконает! – Надо поговорить, – муж взял меня за руку и потащил в свой кабинет, усадил в кресло, налил стакан гранатового сока и вручил с решительным видом. – Пей. – Благодарю, любимый, – послушно взяла я питье. – Что с тобой происходит? Ты плохо себя чувствуешь рядом со мной? – Как можно такое предположить? – горячо возразила я. – Лишь в твоем присутствии я счастлива! – Ох! – Лаэрт возвел глаза к потолку и заскрипел зубами. – Как же это уже утомляет. Я вижу, что с тобой что-то не так. Тебя, вероятно, пора бы расколдовать. Но ты ведь все мне испортишь! Ты уже знаешь, что если бы мы не поженились, отец оставил бы меня без титула и наследства. Больше того, он бы тут же меня выслал из дома и пригрел Хьюго. Так что не ведись на его участие. Этот пройдоха, скорее всего, будет уверять тебя в своей любви. Но это не так! – Мне нужна лишь твоя любовь, Лаэрт, – бесцветным голосом произнесла я, потому что не могла иначе. – Увы, это вряд ли может быть правдой, – вздохнул муж, – хотя я испытываю к тебе все большую симпатию. Честно. – Ах, эти слова мечтает услышать каждая жена спустя две недели брака! – пылко воскликнула я. Думаю, он догадался, что на самом деле я выругалась. – Зелла! В том, что происходит, есть и твоя вина! – разозлился Лаэрт. – Ты могла бы мне и подыграть. Но я совершенно не знаю, как с тобой сейчас договариваться. Я столько всего уже сделал, чтобы достичь своей цели. И не могу всего этого лишиться. Об этом особняке я мечтал с юных лет. И вот, он теперь мой… то есть наш, по документам. Но если ты меня подставишь! Лаэрт забегал по кабинету, пока я задумчиво пила сок. – Конечно, исполнение твоей мечты важнее, чем мое здоровье, дорогой, – наконец, получилось у меня произнести нечто отдаленно язвительное. Муж застонал. В дверь осторожно постучали. – Метрано Лаэрт, – подал голос дворецкий, – ваши родители желают пообедать вместе через полчаса. И еще, к вам прибыл метрано Хьюго Телеро. – Идем! – велел муж. – И если ты будешь подыгрывать мне, пока родители тут, я сниму чары после их отъезда. 9.4 Лаэрт Телеро Говоря Зелле о своей симпатии, Лаэрт немного лукавил. Чувства, что обуревали его по отношению к жене, трудно было определить одним этим простеньким словом. Эта рыжая бестия нашла в себе силы остаться дерзкой и непокорной даже находясь под сильнейшим заклятием. Лаэрта это будоражило, заводило, восхищало! Да, он мог бы приказать ей отдаться ему. Но нет. Все должно быть иначе. Он хотел добиться ее настоящей любви, завоевать, покорить строптивое сердце, а потом расколдовать ее и жить долго и счастливо вместе. Правда участь бедняжки Альмы его расстраивала. Но ведь он и не обещал спасти ее от нежеланного брака. Только собирался провести время к взаимному удовольствию, о чем и была их изначальная договоренность. Но теперь он не чувствовал к ней былой страсти. Все мысли и желания Лаэрта были обращены на его жену. Зелла Милтос ле Телеро должна ему отдаться по доброй воле! И он этого добьется. – Если тебе нужно отдохнуть до того, как мы пойдем обедать, иди к себе, – сказал он нежно. Зелла кивнула. – Увидимся в столовой. Лаэрт поцеловал руку супруги, задержавшись на каждом пальчике. Какая холодная рука. Словно ледышка. Зелла вздрогнула, но ладонь не выдернула. – Я сделаю, все, чтобы ты почувствовала себя лучше, – пообещал Лаэрт и отправился встречать своего прохиндея-кузена. Спускаясь по лестнице, он понял, что испытывает чувство вины. Совесть, которой он пользоваться толком и не привык, все чаще просыпалась и нашептывала Лаэрту разные гадости. “Посмотри, как плохо ей с тобой… ты не имеешь права удерживать ее. Отпусти ее. Ты не смог оценить эту девушку по достоинству. Перестань отравлять ей жизнь. Сними заклятие и смирись с тем, что она захочет сделать дальше”. Вот такие мысли все чаще донимали Лаэрта. В очередной раз отмахнувшись от них, молодой хозяин шикарного особняка в центре столицы легко сбежал по лестнице и чуть не врезался в Хьюго. – Зачастил ты к нам, братец, – сказал он недовольно. – Пришел засвидетельствовать почтение дядюшке с тетушкой, – растянул губы в улыбке кузен, – а заодно поболтать с главой семейства Телеро. – И о чем же ты собрался болтать с моим отцом? – грозно прорычал Лаэрт. – Да о сущих пустяках. Хотел поинтересоваться, знает ли он, что ждать от твоего брака с Зеллой внуков – зряшное дело. – Что это значит? Эрнан Телеро появился неожиданно. И теперь требовательно смотрел на обоих братьев, ожидая ответа. Лаэрт побледнел, а Хьюго подобрался. – В кабинет, оба! – рявкнул Эрнан. Молодежь беспрекословно отправилась следом за ним. Закрыв дверь плотнее, лорд-губернатор потребовал: – Что там по поводу внуков? – Брак Лаэрта и Зеллы до сих пор не консумирован, – выпалил Хьюго – Заткнись! – крикнул Лаэрт, накидываясь на кузена с кулаками. – Стоять! – Эрнан оттащил сына от племянника. – Объяснись, Лаэрт, что между вами происходит? – Хьюго завидует моему положению, отец, в этом все и дело, – сказал Лаэрт уже спокойнее, одергивая помятый камзол. – Мы с Зеллой любим друг друга и живем душа в душу. – Тогда зачем ты уединялся с Альмой во время приема у барона Лепентира? И разве не отправила она тебе любовное письмо перед отъездом? – И откуда ты о таком можешь знать? – фыркнул Лаэрт. – Уж поверь, знаю, – холодно усмехнулся Хьюго, – я сказал тебе, что не остановлюсь ни перед чем. И стараюсь собирать всю информацию, которая может помочь мне открыть глаза твоего отца на твои проделки. – Это правда? – Эрнан Телеро буравил сына взглядом. – Да, я виделся с Альмой, и она мне писала, – кивнул Лаэрт, – но… – Никаких но. Если ты не спишь со своей женой, изволь и вне семейного ложа ни с кем не куролесить! – Хьюго ошибается насчет этого, отец, – повысил голос Лаэрт, – у нас с Зеллой полноценная супружеская жизнь. Или ты веришь, что кто-то может знать, спим ли мы вместе, как муж и жена? – Верно, к вам в постель лезть глупо, – кивнул Эрнан. Лаэрт уж было вздохнул с облегчением. Но не стоило раньше времени радоваться. – Зелла сама призналась со слезами, что у них не было консумации! – не успокаивался Хью. – Можете сами ее об этом спросить. Ее очень это расстраивает, поэтому она выглядит такой удрученной. – Я действительно жду внуков, – сказал лорд, – и если у вас и правда все хорошо, тогда никаких сложностей с этим не возникнет. Я оставлю пока эту тему и не стану приставать к Зелле с расспросами. Но… Он взглянул на племянника и приказал: – Выйди, Хью! – Но дядя! – попытался было возразить кузен. – Это внутрисемейное дело. Не для твоих ушей! Хьюго с оскорбленным видом вышел. Удостоверясь, что он удалился от дверей, Эрнан закрыл их и продолжил вполголоса: – Если в ближайшие два с половиной месяца ты не порадуешь меня новостью о скором пополнении в семействе, которую подтвердит лекарь, я велю проверить брак на соответствие. – Что это значит? – испугался Лаэрт. – То и значит. Ты в курсе, как образованный человек, что это такое. Если по прошествии трех месяцев брака твоя жена окажется все еще невинной, вас разведут одним днем. Так что прими к сведению. И проверь уже здоровье Зеллы, выглядит она утомленной. Я было решил, что она как раз-таки в положении. – Но зачем тебе это, отец? – в отчаянии выкрикнул Лаэрт. – Мы поженились, как ты и хотел. Вместе ходим на приемы и встречаем гостей. Зачем нам так рано обзаводиться детьми? Мы молоды и хотим наслаждаться жизнью. – Я не потерплю обмана, сын. Если ты пытаешься обвести меня вокруг пальца и устроил себе фиктивный брак и продолжаешь морочить девочке голову, я тебя накажу так, что мало не покажется.