Глава 13

Тимур

Поднявшись наверх, сразу прохожу в хранилище. Достаю парочку небольших брюликов. Бриллианты за всю мировую историю в последнее время начали сдавать в цене, уступая место рубинам. На рынке предложение превысило спрос из-за объемов выработки. Алмаз перестал быть редким камнем. Отсюда и снижение в стоимости.

Откладываю обратно на бархатную подушку выбранные ранее камни. Гребанный хрыч перебьется. Слишком дорогие подарки тоже плохо. Лучше подарить Алимову пару камешков поменьше. Выбрать хорошей чистоты и огранки. Скоро они начнут падать в цене. Хороший ход. А в тенденциях рынка старый ублюдок все равно не разбирается.

«Смотря как дело повернется, — думаю, отправляя их к Любиной сережке. Может, вместо двух одним камнем смогу ограничиться. Сэкономил, почти как заработал.

Но чуйка мне подсказывает грядущий трындец! Еще немного, и начнется. Но я пока не понимаю, откуда полетят камни. Только капец неминуем.

От Алимова? Да не похоже. Он бизнесмен, в первую очередь. Стало быть, башка варит. Нужно предложить ему долю в каком-нибудь проекте и даже не заикаться о Любе. Чем меньше о ней знает старый говнюк, тем лучше. Естественно, Ринат провел расследование. Все пытался вычислить, с кем я сплю.

— Ты прям монах хренов, — усмехнулся при встрече.

— Работаю, — равнодушно пожал я плечами. А самому в тот момент хотелось заорать от счастья.

Алимову не удалось выйти на Любу!

Честно говоря, я до сих пор рад этому обстоятельству. Иначе бы добрый Ринатик, ни минуты не сомневаясь, устранил бы мою девочку. Может, и не физически. Но застращал бы до потери пульса. Помог бы уехать куда-нибудь в Латинскую Америку.

«Так, блин!» — мысленно отвешиваю себе подзатыльник. — Сейчас мы особенно уязвимы. Раскрыв все карты, я подставлю Любу и ребенка под удар. Нужно действовать хитрее. Придумать другую причину и ни в коем случае не заикаться об истинной.

И конечно, Любу придется охранять, как золотой запас Форт Нокса.

— Марат, — зову друга, впускающего в пентхаус охрану. — Ты остаешься.

— Это еще почему? — напрягается здоровый как бык помощник. — Тим, там сладко не будет. Понимаешь?

— Естественно, — усмехаюсь раздраженно. Нашел кого учить.

— Со мной едут Денис и Слава, — добавляю сурово.

Но Марат со мной уже много лет. Знает меня как облупленного и никогда не спорит.

— А я? — непонимающе глядит на меня суровый воин. Смешно видеть его растерянным. Но сейчас не время и не место для шуток и подколок.

— Ты приглядишь за Любой. Это сейчас самое важное, — говорю как можно спокойнее. — Глаз с нее не спускай.

— Так она или дома, или на работе. Тихушница. Что с ней сделается?

— Значит, считай себя в отпуске, — отмахиваюсь недовольно и, подхватив портфель, спешу к выходу. — Что с самолетом? Заправили? Я хочу сразу взлететь, а не ждать, пока прогреют двигатели.

— Все готово, Тим. Пилот отчитался, — печально бубнит Марат.

Знаю, знаю, как ему хочется в пекло. Но, блин горелый, кому я еще могу доверить самое дорогое?

Выдвигаемся в ночи. Дабы никто ничего не заметил. Если ветер будет без камней, то завтра к обеду приземлимся в Дубае.

— У нас одна дозаправка в Табасе, — докладывает пилот, стоит мне только подняться на борт.

— Отлично, — киваю я и, повернувшись к Марату, раскрываю объятия. — До встречи, бро. Я на тебя надеюсь.

Хлопаю по мускулистой спине.

— Мы быстро. Туда и назад, — смеюсь, заметив печальную мину Марата. — Присмотри за моей девочкой.

— Не боись, Тим! — бурчит Марат недовольно. Видимо до последнего надеялся на изменение в программе.

Но хрен тебе моржовый, бро! Я не могу передумать в таком важном деле.

И усевшись в кресло, борюсь с желанием позвонить Любе. Время позднее, но она наверняка не спит.

У другой стены занимают свои места Денис и Славка. Я, конечно, доверяю им свою задницу, и про мою личную жизнь им все известно. Но именно сейчас разговаривать с Любой при них не хочу. Признаваться в любви нужно без свидетелей. А просто бубнить в трубку стандартные фразы не хочется.

Тру затылок, пытаясь сосредоточиться.

— Что-то удалось нарыть по Лейле? — отправляю эсэмэску Суровому, своему главному безопаснику.

— Да, Тим, сейчас пришлю. Надеюсь, тебе понравится, и ты сумеешь расторгнуть помолвку.

«Что такое? Какого хрена?» — перечитываю еще раз сообщение. Я вроде личным ни с кем не делился.

А когда через несколько минут на почту падает закрытая паролем папка, привычно распаковываю ее и углубляюсь в чтение.

«Ночь предстоит бессонная», — понимаю, пролистав первый же документ. И чуть ли не подпрыгиваю на месте, задевая башкой светильник.

«Мать моя женщина, — размышляю, не зная, плакать мне или смеяться. — И вот на этом бы я женился?»

Пролистываю фотки и недоумеваю, как маленькая кроткая овца умудряется превратиться в знатную оторву. Всего-то надо из Дубая прилететь в Москву. А там…

Гуляй, шальная императрица!

«Интересно, Алимов знал?» — спрашиваю себя, листая фотографии, где маленькая скромная куколка резко превращается в развязную телку.

«Знает!» — подсказывает внутренний голос. От старика такой гульбарий не укрылся бы.

— Хорошая работа, — пишу Суровому. — Вернусь, выпишу премию.

— Ты к Алимову попер? Сам? — догадывается он. — Почему меня с собой не взял? Может, чем пригодился бы…

— А контору на кого бросим? — отправляю в ответ кучу смайликов. — Сейчас следаки подтянутся. И мне нужен свой человек на месте.

— Тим, — печатает Суровый. — Будь осторожен. Я эту падлу еще по службе знаю. Вероломная скотина. Всех предает. И своих, и чужих. Я не удивлюсь, если выяснится, что он причастен к гибели Сэма.

— Нет, — отвечаю быстро. — Тогда его первого трусили. Вроде не при делах. Но ни в чем нельзя быть уверенным.

— Давай договоримся так, — быстро печатает мой безопасник. — Ты мне каждый день отправляешь сообщение. Только такое, чтобы никто не смог продолжить логическую цепочку.

— Что на этот раз? — усмехаюсь, зная, как Суровый любит конспирацию.

— План рассадки в десятом классе. Начинаешь с нашей парты до конца, а потом следующий ряд. Понял?

— Да мне бы вспомнить, бро! — печатаю, раздражаясь.

Какого мне нужно вспоминать эту хрень? И так забот выше головы.

— Я тебе сейчас подсказку пришлю, — сыплет смайликами Суровый.

И получив фотку нашего десятого «А», я с удовольствием вглядываюсь в знакомые лица.

— Только задача усложняется, — тут же придумывает новое условие Суровый.

— Ты мне будешь присылать не погоняла, а настоящие имена и фамилии.

— А если вдруг пропущу один день?

— Рвану за тобой.