Глава 17

— Жаркой в этом году выдалась осень, да, командир? — Кисло улыбнулся Словен. И выдрал из плеча оперенную стрелу.

— Жаркий и кровавый, — поддержал брата Тис, обрывая край рубахи и перетягивая раненую голень.

Вечерело. Тени, бродившие по северу даже в солнечный день, обращались синим сумраком. Дул резкий ветер, но клубы тягучего тумана надежно скрывали ледяных великанов, притаившихся неподалёку от внешней стены. Люди хорошо слышали, как из пустошей неслось зловещее шипение, утробный вой и скрежет когтей.

— Выдохлись? — Предположив, Добрыня подался на галерею, перегнулся через парапет и всмотрелся в снежную пелену.

Враги трижды закидывали форпост стрелами, дважды шли на прорыв, и воины ожидали четвертого удара, вскидывая звездные, утыканные наконечниками щиты. Но павшее затишье подозрительно затянулось.

— Нет, — холодно возразил Святослав. Он стоял на краю смотровой площадки, выступавшей острым углом, и внимательно слушал шепот ветра. — Выжидают, когда мы потерям бдительность, поверив в их отступление.

— Сегодня напали раньше обычного, — подивился Яром, опускаясь на корточки и опираясь локтями на щит. — Ударили до наступления темноты.

— Колдовство. Без него не обошлось, — зло бросил воевода и сплюнул со стены. — Черный маг — поглотите его Четыре Всадника Смерти — сотворил тысячу темных заклинаний и демоны перестали бояться света.

— Семеро погибших, двенадцать раненных, командир, — отрапортовал подбежавший боец, почтенно поклонившись.

Святослав печально вздохнул:

— Погибших спустить в нижние залы. Раненных отправить в лекарскую. Остальные должны вернуться в строй. Добрыня, расставляй людей на обламах [нависающая в сторону противника площадка на крепостной стене] и персях [полукруглые выступы стен, имевшие назначение фланкировать к ним подступы]. Словен, Тис, на вас Угловые башни. Вы, Яром и Витослав берите людей и становитесь внизу.

Властные распоряжения прервал далекий крик, который с каждым мигом усиливался:

— Командир! Командир!

Молодой князь развернулся к запыхавшемуся воину. Тот, выправившись и отдав честь, выдал на одном дыхании:

— Ваша жена в крепости.

Святослав изумленно вскинул брови:

— София?

А в следующий момент увидел ее.

Девушка бежала по внутреннему двору в лучах заходящего солнца. Оббегая толпы бойцов, лихо ныряя в просветы между людьми, огибая разрушения, Соня стремилась к любимому мужу в облаке распущенных волос, вьющихся на ветру. Найдя глазами князя, вздрогнула и замедлила шаг.

Он отбросил щит и сорвался навстречу.

Княгиня впорхнула в объятия мужа на ступенях лестницы и, прильнув щекой к ледяному доспеху, громко всхлипнула.

— Ты жив.

Святослав обхватил ее могучими руками и крепко прижал к себе. Сердце ликовало и одновременно щемило от боли. Та, о которой он старался не думать все эти дни, но ради которой живет и борется, теперь обнимает его наяву. Что она здесь делает? Как добралась?

Качнув головой, прорычал:

— Хоть понимаешь, как сильно рисковала, приехав сюда? А если бы с тобой что-нибудь случилось?

— Знаю, прости, — Соня оторвалась от доспеха и заглянула в самые любимые темно-синие как горные озера глаза. — Иначе я не могла.

Князь привлек жену и жадно поцеловал. Время остановилось. Стихли крики и голоса, исчез свист ветра, истерлись присвисты соратников, унесся зловещий скрежет мертвых врагов. Остались только Он и Она. Их жаркие губы, отважные сердца, всепобеждающая любовь.

Когда опьяняющая страсть схлынула, а сбившееся дыхание восстановилось, София шепнула:

— Я должна открыть тебе тайну. Это важно.

Князь кивнул и обратился к воеводе:

— Добрыня, за старшего.

— Есть, командир, — суровый вояка прикрикнул: — Слышали? Стройся на стены! Вы двое, бегом на склад! Нужны новые щиты.

Жене же сказал:

— Идем со мной.

… Святослав привел возлюбленную в командирскую комнату — темную и маленькую, усадил на кровать, налил горячего чаю в жестяную кружку, протянул ей, а сам сел напротив.

Девушка обхватила теплый металл обеими ладонями и, глотнув крепкого несладкого напитка, слабо улыбнулась. Муж был невозмутим и сосредоточен. Его хладнокровной выдержке можно только позавидовать, но София знала — за очередной маской спокойствия Святослав прячет тревогу. Конечно, он сердится на нее. И, конечно, беспокоится. Но не только раздражение владело северянином в этот миг. Мужские глаза лучились радостью и любовью. Впервые за несколько дней жестокой бойни молодой командир был счастлив, а бессонные морщинки у глаз пропали.

Клим не обманул — Святослав не получил серьезных ранений. Три тяжелых боя с врагом оставили ему на память рассеченную бровь, кровоподтек на скуле и сбитые в кровь костяшки пальцев. На этом всё.

Сделав глубокий вдох и возблагодарив богов за то, что уберегли ее мужа, Соня начала:

— Я кое-что узнала. «Сокровище под Горой» это Отмыкатель Земли — легендарный Источник, созданный Властелином Небес.

Княгиня рассказала мужу всё, что знала о великом Исполнителе желаний, но для Святослава эти сведения оказались не дороже шелеста опавших листьев по осени или свиста ветра средь скалистых предгорий.

Мужской лоб прорезала глубокая складка:

— Ты рисковала ради старой легенды?

— Я надеялась, это поможет.

Соня закусила губу. Легенда не произвела впечатления на сурового воина. Протянув к нему руки, она добавила:

— Не только легенды. Ради тебя.

Святослав коснулся ее ладони и переплел хрупкие женские пальчики со своими — сильными, в перчатке. Как жаль, что времени почти не осталось. Он сгорал от желания обладать ею в эту секунду, жаждал жену, как спасительный источник. Но стальной доспех так быстро не скинуть, а стремительно тающий закат — не удержать.

— Любимая, — произнес, не сводя с жены синих глаз.

Ледяного женского подбородка коснулись теплые пальцы и осторожно приподняли, чтобы вначале с любовью заглянуть ей в глаза, затем бегло осмотреть все тело, податься ближе и соединить свои губы с ее. Чтобы на краткий миг запечатлеть миг поцелуя, а затем поцеловать жену уже крепко, уверенно, настойчиво, опьяняя страстью, нежностью и любовью.

Соня не сдержала тихого стона. Охваченная страстным порывом, опустила на плечи мужа ладони, зарылась пальцами в длинные темные волосы, собранные в хвост, и покорилась мужской настойчивости. От нежности, подаренной любимым, по коже побежали пульсирующие волны мурашек, а сердце гулко заколотилось.

И именно в этот момент над пустошами прогремела мертвенная песнь боевого рога чудовищ. С улицы послышались глухие крики, звон колоколов и треск разожженных факелов. Ледяные твари ринулись в атаку.

Святослав резко отпрянул, а Соня, вздрогнув, распахнула подрагивающие ресницы и сразу зажмурилась, потому что муж бережно погладил щеку костяшками, а сам прижался своим лбом к ее, даря невероятное ощущение единения.

— Ты немедленно покинешь крепость, — сказал твердо спустя долгую минуту. — Словен и Тис увезут тебя через тыловые врата.

— Нет! — Соня отшатнулась, разрушая волшебство. — Не отсылайте меня, повелитель. Я не вынесу муки вдали от вас!

— Нежить ищет тебя. Ты не можешь остаться. — Мужчина глухо выругался и поднялся со стула.

— Как и ты. Но ты остаешься, — она тряхнула волосами, не сдерживая слез, и тоже выпрямилась. — Хоть знаешь, победы не одержать.

— У меня нет времени спорить, — командир нахмурился, слыша, как отвечает рог Дома Серебряного Волка, принимая вызов тумана.

— И не надо. Я остаюсь. Если нам суждено победить, мы победим вместе. Если суждено погибнуть, погибнем вместе, муж мой. — София сделала робкий шаг, с секунду помедлила, а потом порывисто прильнула к груди Святослава и обняла: — Я не боюсь. С тобой, не боюсь.

Спорить с упрямой княгиней было бесполезно. Переубеждать — бессмысленно. Умолять невыносимо. А выдворять силой — долго. Князь поцеловал жену в лоб и глухо выдохнул:

— Будь по-твоему, малышка. Но… Запри дверь изнутри. Что бы ни случилось, не выходи из комнаты, поняла?

София кивнула. Командир зарылся в волосы жены, с минуту не шевелился, вдыхая самый родной аромат, затем рывком отстранился и без долгих прощаний исчез в коридоре. Все, что осталось с девушкой: горящие от жара губы, дрожь в коленях и легкий морозный аромат мужа, которым была пропитана его скромная маленькая обитель.

Тихо всхлипнув, Соня обхватила плечи руками, упала обратно на узкую твердую кровать и прислушалась к звукам битвы.

* * *

Когда Святослав вбежал на галерею промерзшая пустыня ожила.

Демоны наступали тремя колоннами, неумолимо приближаясь из тумана. Ни вечный холод, ни разыгравшаяся вьюга, ни черное небо не могли помешать бессмертным тварям, идущим за «Сокровищем под Горой». Их рог вопил. Доспехи скрежетали неистовостью. Обломанные мечи и расколотые щиты полыхали мертвенным пламенем.

Их было больше, чем песчинок в бескрайней пустыне.

Защитников форпоста насчитывалось меньше двух тысяч. Даже прибывшее подкрепление после обеда, за которым послали вчера, оказалось каплей в море. Но «Волки» и «Олени» не уступали силой и решимостью смертельному врагу. Людские сердца пылали мужеством и отвагой, глаза горели жаждой мщения за павших друзей.

Святослав обнажил клинок, блеснувший руной Дома Серебряного Волка, откинул плащ и запрыгнул на выступ стены. Развернувшись, оглядел преданных воинов, что рассыпались по стенам крепости, по орудийным башням и пристройкам.

Снег сек ему лицо. Ветер жег ледяным огнем. От холода перехватывало в горле, но князь обратился к бесстрашным землякам:

— Мы все уроженцы разных Домов! Рождены в разных городах и разных княжествах! Но есть то, что нас объединяет! Общая земля! Наш суровый северный край! Это час беспощадной сечи! Час нашего триумфа или сокрушительного падения! В этот последний час, я не приказываю вам, мои братья, но спрашиваю: пойдете ли вы за своим командиром в последний бой?

Оглушительный стук клинков и копий о щиты взорвал темный форпост.

— Да!

Металлический рёв прокатился по «Северному Ветру», заглушив атаку мертвецов, и наполнив холодную безжизненную пустошь ожившей легендой. Воины ответили своему командиру. Ответили от чистого сердца.

А когда снежные вихри пропитались злостью демонов у ворот, кто-то из воинов, перекрикивая свист ночного ветра, запел древнюю песнь.

В ожидании сражения ее подхватили остальные.

Через минуту чудовища ринулись в атаку.

На стены крепости полетели крюки и крючья, зазвенели канаты. У подножий кипело море, сотканное из тумана и ржавой стали.

— К оружию! — Скомандовал Святослав.

Вспыхнули факелы, но твари не отпрянули, не попятились, а прибавили ходу, карабкаясь по веревкам. Огонь и жар больше не пугали их, а значит, кроме клинка и щита против армии белоглазых монстров обороняться было не чем. Черный маг призвал все свои возможности, лишив демонов страха. Неуязвимая армада тьмы отныне стала непобедимой.

А потом случилось то, чего не ожидал ни враг, ни защитники. Над форпостом разлетелся звонкий девичий голос, заставив захлебнуться толком не начавшуюся атаку:

— Я проведу тебя к «Сокровищу под Горой», если остановишь свою армию! Клянусь, что не обману, если дашь слово, что ни один из защитников «Северного Ветра» не будет сегодня убит!

Демоны застыли на канатах, а северяне — на галереях и башнях.

Словен закинул меч на плечо и с недоумением выдохнул паром:

— Я не ослышался? Это голос княгини Софии?

— Мы все не ослышались! — Воевода обернулся в надежде разглядеть девушку, но полумрак надежно скрыл хрупкую женскую фигурку с распущенными волосами.

Она стояла на смотровой площадке одной из башен, едва сопротивляясь пронизывающим зимним порывам. Княгиня не слышала пламенной речи мужа, звавшего на последний бой, зато слышала пропетую перед последней схваткой песнь и не осталась равнодушной.

Другие назовут ее решение позорным. Хуже того — обвинят в предательстве и будут правы. Но девушка достаточно насмотрелась на растерзанные тела бойцов, вкусила их мук и страданий, испробовала крови и гноя. Никто больше не умрёт из-за нее. Если такова цена их жизней, она готова сдаться чудовищам добровольно.

— Что ответишь? — Крикнула София в пустоту. — Согласен заключить со мной сделку? — Слабый женский голосок ощутимо дрожал.

Темное море под стенами всколыхнулось, затрепетало и расступилось, облекая лидера широким кругом. Вампир стоял, сложив руки на груди, и, казалось, обдумывал слова Софии. Однако решение он принял мгновенно и теперь смаковал собственный успех.

— Согласен! — Ответило мертвенное эхо.

— Не тронешь этих людей?

— Они останутся живы.

— София! — Прорычав, Святослав сорвался с галереи в сторону жены. — Что ты делаешь? Нам все равно не спастись…

— Вам? Да! Не спастись! — Вмешалось ледяное эхо нежити. — А знаете почему, князь Святослав? Потому что когда ваша жена узнает о Доме Серебряного Волка всю правду, она сама вас уничтожит! Попомните моё слово, ибо скоро оно свершится! А теперь, — гад иронично обратился к девушке, — моя госпожа, будьте любезны, спускайтесь и проводите меня подгорной тропой.

София обреченно кивнула и повернулась к каменным ступеням.

Воины, застывшие на боевых позициях, молча пропускали жену командира, уступая дорогу. Но их лица и взгляды сочились злостью, осыпая немым укором. И сердце девушки обливалось кровью. А еще она чувствовала острый взгляд мужа в спину и понимала: не простит. Никогда ее не простит. Только не за такое.

«Когда-нибудь ты поймешь, я делаю это ради тебя, — мысленно обратилась к возлюбленному. — О, Светлая Заря, помоги. Надели мужеством. Дай мне сил».

— Быстрее, княгиня, — поторопило эхо из темноты. — Я заждался. И кстати, вы не будете против, если к нам присоединится еще один человек?

Святослав скрипнул зубами и холодно прищурил глаза, смаргивая снежинки.

Та таинственная личность, все время державшаяся в тени, но умело дергавшая за ниточки, точно хитроумный кукловод — здесь. Тот, кто спланировал отвлечь Дом Серебряного Волка от «Сокровища» начатой войной на два фронта; тот, кто подослал Ивара к ослабленной переездом заложнице перемирия, подкупил Семеона и братьев Сони — здесь. Его изощренному уму можно отдать честь, если бы все сотворенное им не было сделано во имя великого Зла.

Заледеневшие ноги Софии не слушались, колени дрожали, но девушка упорно преодолевала ступень за ступенью. Последний пролет — и она оказалась лицом к лицу со Святославом. Но выдержать прямой, пылающий взгляд не смогла. Опустив глаза, продолжила путь, беззвучно глотая слезы и осознавая, что своими руками рушит любовь. Но иначе нельзя. Когда девушка поравнялась с мужем, он предсказуемо схватил ее за локоть и развернул к себе лицом. На секунду их взоры пересеклись. София вздрогнула, окунаясь в бушующий вихрь синих глаз, и поспешила отвернуться.

— Моя жена никуда не пойдет без меня. — Ледяным тоном процедил Святослав, удерживая избранницу рядом и оглядываясь в мертвую пустошь. — Слышишь, колдун? Я иду с вами.

— Как вам будет угодно, князь, — с усмешкой ответила тьма.

— И мы тоже, — одновременно выступили вперед близнецы Словен и Тис.

— Куда командир, туда и мы.

— Думали, отпущу вас одних? — Рявкнул воевода, прихрамывая на левую ногу. — Я не брошу их, тварь, — пригрозил темноте. — Не надейся!

Черный колдун рассмеялся:

— Так будет даже интересней.

* * *

До подгорной тропы шагали целую лигу.

Вьюга хлестала колючим ветром, беспросветные мглистые облака разорвало, обнажив участки неба, и снег, гулко скрипевший под ногами, серебрился в причудливом свете зеленоватых звезд и тонкого месяца.

Слева высились отвесные скалистые стены. Справа простиралась равнина, прорезанная лентой Оленьей реки. Течение застыло — ни шороха воды, ни плеска волн, все утонуло в вое ветра. Потому голоса впереди стали слышны задолго до того, как путники заметили проблески костра, разведенного на голых камнях.

До отряда Рогнеда оставались считанные шаги.

— Где твой господин? — Святослав первым нарушил молчание, обращаясь к вампиру под балахоном, шагавшему впереди.

Сердце князя яростно колотилось, отдаваясь звоном в ушах и болью в грудине.

— Почему прячется? Боится открыть лицо?

— Терпение, господин, терпение, — вампир усмехнулся. — Он ждет у тропы.

София, идущая подле нежити, бросила на фигуру под плащом быстрый взгляд и нервно поежилась: неужели тайный противник и тут расставил ловушку? А она — глупая девчонка попалась?

Все козни, заговоры, нападения, объявления войн, все было организовано только ради одного — чтобы сейчас она вела их к «Сокровищу под Горой». И раз это произошло — неизвестный враг одержал победу, а Дом Серебряного Волка потерпел поражение.

Соня на секунду зажмурилась, припоминая облик ледяных великанов. По пути из Ипати в Стифополь Добрыня рассказал — кто они и как выглядят. В те дни воевода описал тех самых чудовищ, что преследуют много лет ее во снах. Но тогда девушка не придала этому значения, списав это на досадное совпадение. Сегодня она увидела демонов холода собственными глазами и поняла — это они, ее ночной кошмар, оживший страх, бессмертные преследователи.

Твари выглядят, как мертвецы, пролежавшие среди льда тысячу лет. Полусгнившая плоть, тленотворный запах, ржавые доспехи и клинки. Их руки унизывают сонмы когтей, рот полон острых зубов, но все это меркнет с тем бесконечным мраком, что живет в их непроницаемо белых глазах. Заглянув в ледяную бездну вечной мерзлоты, лишь чудом неподготовленной девушке удалось отвести взор и спастись от мучительной гибели, которая преследует любого, дерзнувшего глянуть в глаза духов севера.

Святослав однажды предположил: кто-то наделил их подобием жизни, и теперь София не сомневалась, это был тот же человек, что стоит за всей безумной мистификацией, которую они раскусили.

Но мог ли простой смертный в одиночку провернуть столь дерзкую авантюру?

Или может, не обошлось без вмешательства темных богов?

Соня прикрыла лицо дрожащими ладонями в рукавицах, чтоб защититься от ледяных укусов колких снежинок. Ее взгляд скользнул по невозмутимому мужу рядом, воеводе и близнецам. Они не сопротивлялись, добровольно сдав оружие. Позволили белоглазым демонам опутать свои запястья жесткими мерзлыми веревками. И теперь, тихие и кроткие шли по обледенелому предгорью вперед, то ныряя в черные тени, отброшенные скалистыми хребтами, то выныривая на светлые участки, залитые жемчужным светом звезд.

— Кто идет? — Раздался из белой мглы грозный окрик Рогнеда.

Демоны, сопровождающие пленников, атаковали молниеносно. Уже через минуту не ожидавший нападения с тыла отряд Рогнеда был схвачен и обезоружен. Когда вампир выступил к огню, тридцать воинов стояли на коленях со связанными за спиной руками. Еще несколько тел были разметаны по заснеженным камням и остывали в лужах крови.

— Святослав? — Заметив командира, Рогнед попытался вскочить, но был оглушен сильным ударом в затылок.

Парень завалился на землю и стих.

— Ты дал слово никого не убивать! — Вскрикнула София и бросилась на бездушную нежить с кулаками.

Тот резко перехватил ее за руки и беспощадно вдавил в скалу. Ледяные пальцы стиснули девичье горло с такой силой, что едва хватало воздуха сделать вдох.

Сопротивляясь и теряя сознание, она расслышала злобное шипение у лица:

— Не убивать тех, кто сложит оружие добровольно, княгиня. Тех, кто поднимет меч, щадить я не обещал.

— Отпусти мою жену, — холодно потребовал Святослав.

Вампир опомнился, расцепил ледяные пальцы и освободил горло девушки, рухнувшей на колени в сугроб. Она хрипло закашлялась, но заметив на себе взор мужа, смутилась и отвернулась. Видеть растерянность и бессилие в его сине-черных глазах было выше ее сил.

Вампир тем временем, паря над мерзлой землей в облаке белого холода, подплыл к воротной арке, от которой в сердце гор утекал подгорный проход.

— Великая тайная тропа. Всего три лиги отделяют нас от Источника.

Затем развернулся в сторону плененных воинов Рогнеда и низко склонился:

— Мой хозяин, я исполнил приказ. Избранная Кровь доставлена и проведет к твоей судьбе. А я обрету свободу.

— Хозяин? — Повторил воевода, уставившись на толпу обезоруженных пленников. — Он среди них?

Святослав нахмурился, замечая движение.

Один из воинов поднялся с колен и выступил вперед. Руки его были вовсе не связаны, как могло показаться поначалу, он просто свел их за спиной. Перешагнув через бесчувственного Рогнеда, незнакомец с удивительно знакомыми чертами хищно оскалился. Вампир с поклоном протянул ему факел, и рыжие огоньки потекли по лицу мужчины, вылепляя образ и рисуя неприметную внешность. Темные глубоко посаженые глаза. Широкие скулы. Большой нос, черные волосы, с заплетенными от висков косичками. С виду — ничем не примечательный уроженец Дома Серебряного Волка.

И все-таки в нем было что-то особенное, что-то чужое.

А еще он как две капли воды был похож на полубезумного шута Будиша, вздрогнула мысленно София. И сама себе напомнила: и на советника Великого князя — того, по имени Алексис, за которого поначалу ее хотели выдать замуж! И который постоянно за ней следил.

— Не узнаете, князь Святослав? — Осведомился незнакомец. Или вернее назвать его Наниматель.

Святослав зло сузил глаза.

Тот самый тайный кукловод, начавший игру против наследницы богов?

— Ты кого-то напоминаешь, — рявкнул воевода.

— Кого-то? — Осклабился тот. — Я разочарован. Не узнать кровного врага.

Святослав яростно процедил:

— Пошел по стопам предка, Берис? Решил довести до конца то, что затеял еще двести лет назад твой прадед Малахай?

— Не смей упоминать его имя! — Вскричал тот, кого назвали Берисом. — Ему не повезло родиться в вашем поганом Доме! Все его несчастье заключалось в похоти твоего предка, Святослав! Он соблазнил мою мать, а потом заявил, что рожденный ребенок не смеет претендовать на трон Лейда. Но Малахай был рожден таким же князем, как и другие дети Великого князя. Он имел все права, потому что был старшим сыном! И должен был стать следующим правителем!

— Не должен был! Правила Чести Девяти Княжеств запрещают незаконнорожденным восходить на престол, — процедил Святослав.

— Он был таким же сыном Его Светлости! Но его лишили прав!

— И тогда он решил воспользоваться силой «Сокровища под Горой», способной исполнить желание, не так ли, Берис? Но его помыслы были темны. А сердце жгла ненависть! Ты знаешь эту историю не хуже меня! Он отправился сюда не только ради княжеского венца, он отправился сюда уничтожить семью Великого князя до последнего кровника. Хотел сам стать тем, от кого начнется новый род.

— Да, хотел! — Выплюнул Берис. — Ибо жаждал стереть в пыль вашу семью и возвести на трон мою! Сила заклятий помешала ему. Но теперь у меня есть она, — он кивнул в сторону Софии. — Она проведет меня к Источнику и я, как ты уже догадался, завершу начатое сломленным предком. Сотру с лица земли всех уроженцев Дома Серебряного Волка. Твоих кровников, Святослав, и свершу месть, начатую много веков назад.

Близнецы одновременно присвистнули и выдохнули:

— Вот этот правнук Малахая?

— Во дела!

— Сударыня, — с насмешкой изобразил поклон незнакомый кукловод. — Я Берис, сын Антония из Дома Серебряного Волка, будущий Великий князь Лейда и Арги. А вы, моя госпожа, когда все это закончится… станете моей законной женой.