Глава 18

Руслан

Фрол притормаживает возле Вариной комнаты. Его преданный пёс скребёт в дверь лапой, точно мысли хозяина читает. Но мин херц передумывает в последний момент и подхватывает Муху на руки:

– Я буду у себя в кабинете. – Разворачивается и, напевая про Красную армию, что всех сильней, стучится в комнату Мэл.

Оттуда, натягивая футболку, выходит Бяка:

– Уже иду, Фрол.

Дверь Вариной комнаты распахивается, на пороге племянник собственной персоной. У меня внутри всё переворачивается. Если Бяка узнал, что Лука затеял бросить его сестрицу, ещё одной драки не миновать. Неужели Фрол решил так подставить своего ставленника и пригласил Бяку на публичную порку наших прелюбодеев?

Бяка кивает Луке:

– Соня с тобой? Разобрались?

– Не совсем, – уклончиво отвечает Лука.

– Нормально тебе Мэл профиль подправила, – хмыкает Егор. – Может, скажешь из-за чего сцепились?

С облегчением выдыхаю. Значит, не в курсе пока.

Фрол кашляет в кулак:

– Я не мешаю вам разговаривать?

Бяка тут же встаёт по стойке смирно:

– Прости! Я готов. Глаз не спущу. Будь уверен.

– Выполнять! – Фрол бросает хищный взгляд на Луку и идёт к лестнице.

Дожидаюсь, пока заскрипят ступени, и киваю Бяке:

– Куда он тебя?

– За венком присмотреть, – хмыкает Бяка и подпирает плечом стену возле Есиной комнаты.

– Понятно, – довольно улыбаюсь. Фрол двух зайцев убил. Бяка и за Есенией приглядит, и в стороне от скандала пока побудет. Поворачиваюсь к племяннику: – Тебя Фрол ждёт у себя. – Заглядываю к Варе: – К папе в кабинет.

– Мама тоже там? – Варя кутается в тёплый платок. Выходит и цепляется за руку Луки, но, увидев Бяку, тут же отпускает её.

– Так Соня не с вами? – хмурится Бяка.

– Соня развлекает гостей в бане, – подталкиваю притихшую парочку в спину, – такая затейливая девочка. А то уже не знали, чем ещё их занять.

– Она же по-английски ни бум-бум, – удивлённо вскидывает брови Бяка.

– Они прекрасно изъясняются жестами, – пожимаю плечами.

Лука с Варей, сцепившись мизинцами, поднимаются по лестнице. Звоню Марусе:

– Ты где, котёнок?

– У мамы, – вздыхает она.

– Марго уже в курсе?

– Готовлю почву.

– Понял тебя. Фролу я сказал. Веду Шерочку с Машерочкой на расстрел.

– Сам-то жив?

– Угу.

– Подойдём скоро.

– Заходим, – сбрасываю звонок и распахиваю дверь в кабинет Фрола.

На Варе лица нет, зато взгляд Луки полон решимости. Мин херц, закинув ноги на стол, развалился в своём кресле и угощает Муху фисташками. Присаживаюсь на диван. Парочка остаётся стоять. Молчание становится невыносимым.

– Не корми его фисташками! – не выдерживаю первым. – Ты же его на выставку вести собирался.

– Да какая ему выставка! Шпицуху Клару, помнишь, привозили на вязку к Маргошиному Барону три месяца назад?

– Помню.

– Хозяин Клары только что с предъявой звонил. Говорит поначалу вроде щенки как щенки были, а сейчас вылитые чихуахуа.

– Да ты что! Ай да Муха! И чего теперь?

– Думаю кастрировать. Так отца подставить! Знаешь ведь, я скор на расправу.

Муха жевать даже перестал. Выпучил глазюки на хозяина.

– Да, братец! – кивает ему Фрол. – Спортил девку, отвечать яйцами придётся.

Лука с Варей переглядываются, жмутся друг к другу. Племянник выдыхает:

– Фрол, я это… Тоже.

– Что тоже? – сбрасывает Фрол ноги со стола и спускает собаку с рук. Сцепляет пальцы, и его синие глаза темнеют, как море перед штормом.

– Виноват перед тобой.

– Что ты говоришь? Вроде показатели по региону у тебя шикарные… Подожди-ка. А ты это кого обнимаешь? Ничего не перепутал?

– Я только что заявление на развод написал.

– А, вот оно что? Тут, конечно, без помощи психолога не обойтись. Только где твоя профессиональная этика, Варя? Разве можно обниматься с пациентами?

– Лука не пациент, – еле слышно лепечет Варя.

– А кто?

Дверь распахивается. В кабинет врывается Марго, следом влетает испуганная Маруся. Варя прячется за Луку, а он расставляет руки как крылья.

– Маргарита Сергеевна, меня ругайте!

– Ты, ты!.. – она замахивается, но, вглядевшись в расквашенное лицо Луки, переключается на нас: – Вы, оба! Знали и молчали?

– Ни сном ни духом! – божится Фрол.

– Сам в шоке, королева! – двигаюсь на диване, освобождая её любимое место.

Марго садится и закрывает лицо руками. Маруся замирает у стены. Лука вновь обнимает Варю.

– Мы любим друг друга. Как только получу развод, придём за благословением.

– А сразу по-людски нельзя было? – стыдит Фрол. – Сначала благословение, а потом уже шпехаться?

– То есть ты идейно не против? – вскидывается Марго.

– Ну а что ты с ними сделаешь? – кивает Фрол на парочку и подвигает к себе лист бумаги. Чирикает по нему ручкой с невиданным усердием. – Кастрируешь на отрыв?

Марго поднимается и горделиво вздёргивает подбородок:

– Пока не решишь вопрос с Соней, чтобы я тебя рядом с Варей не видела. А ты, моя дорогая, отправляешься под домашний арест. Немедленно!

Варя, всхлипнув, бросается прочь из комнаты. Достаю из кармана ключи и кидаю Луке:

– Дуй, домой.

Мы остаёмся вчетвером, Маруся садится к нам на диван, Фрол, прихватив из ящика бутылку коньяка, перемещается в кресло. Марго достаёт из стеллажа бокалы. Молча выпиваем.

– Что скажете? – жду вынесения приговора.

– Идейно я не против, – Фрол опасливо поглядывает на Марго, – Лука с Соней и не любили никогда друг друга.

– А ты? – киваю Марго.

Фрол ехидно улыбается.

– Сергевна всегда благоволила к тебе и к твоему племяннику. Белобрысые ласкуни, блин!

Марго гладит меня по плечу:

– Есть такое. Раз уж здесь все Берая собрались, может закроем сразу вопросы и с Соней, и с Адамуром.

Фрол довольно усмехается:

– Есения с Адамуром уже закрыла. Врезала ему по бейцам коленом и по лбу статуэткой.

– Ну а Соня? – Марго разглядывает свои идеальные ногти.

– Соня – чан смолы в персональному аду Луки. Пусть сам в нём кипит, – Фрол подхватывает Муху, скребущего лапкой хозяина по колену. Целует пса в нос. – Прости, малыш. Папа пошутил. Поедешь ты на выставку, и жену тебе я уже присмотрел.